***
Лёша совершенно не понимал, как это случилось. Засыпал вроде с одним Кириллом в кровати, что привычно спал только в боксерах, не признавая другую одежды и пижамы, а проснулся с голубем, что дремал на подушке, уткнувшись головой в свои серые пёрышки, что отливали небольшой зелёной прослойкой. Пару минут парень соображал и отходил от сна, а после упал с кровати, неудачно отшатнувшись и запутавшись в чёрном одеяле. Макаров лежал на полу, потирая ушибленную спину и пытаясь понять, как в спальню могла бы залететь птица, если все окна на ночь закрываются? И уж тем более, почему она решила просто поспать рядом на подушке, не пытаясь съесть те семечки со стола? Конечно, Макаров сам не особо любил семечки (их щелкал в основном только блондин), но всё равно. От грохота просыпается и птичка, что рассеяно оглядывается по сторонам, вытащив голову из-под крыла, а после испуганно начав мельтешить по кровати, после споткнувшись о собственную лапку, упав с кровати и в итоге приземлившись прямо на живот Лёши, что был скрыт футболкой. Он шебутливо махает крылышками, стараясь подняться обратно, всё ещё ведя себя очень нервно для простого голубя. И голубоглазый замечает это. Также замечая и едва заметный шрамик на голове птицы, что располагался с правой стороны. — Эй, успокойся! — парень выпутывается из-под одеяла, откинув его от себя на кровать и аккуратно поднимая птичку, что не переставала махать крыльями, начав и курлыкать — Чего-ж ты такой нервный? И шрам на голове прямо как у Кирилла. Только у него он поменьше. Да и где вообще Киря? Птичка вновь машет крыльями, после пытаясь указать на тумбочку, где стояло единственное фото. Фото, где парни вместе в парке развлечений, а Кирилл обнимает Макарова за торс, весело улыбаясь, пока целуют того в щёку. Зрачки в шоке расширились от осознания бредовости ситуации и невольно вырвался небольшой нервный смешок, что быстро перетёк в истерический смех. Ну нет. Так же не может быть! Не может, правда? — Блять, — единственное, что произносит тёмно-русый и почему-то кажется, что их мысли с мини-Гречкиным сейчас полностью идентичны.***
Кирилл обиженно наклоняет голову, после отворачиваясь и улетая под дождь, пока Лёша продолжает стоять под зонтиком, а на расстоянии полуметра сидит голубь, не обращая внимания на то, как по его пёрышкам бегут капельки воды из-за дождя. Макаров усмехается, наблюдая за разворачивающийся драмой. И из-за чего он опять обиделся? Непонятно. Но это было отчасти мило, ведь даже сейчас парень не изменял своему сложному характеру, явно раздувая из мухи слона. Просто милый дурачок. — Замёрзнешь же, — заботливо говорит голубоглазый, после чуть наклоняясь, стараясь не намочить свои спортивные штаны, что были на несколько размеров больше, слегка свисая с его немного худощавого тела. Мягко поднимает птичку-Гречкина и привычно сажает на свою плечо, не обращая внимания на то, что красное худи немного пачкается. Не важно, главное, чтобы обиженка не заболел. — Ну не обижайся, я же люблю тебя. А ты, между прочим, очень сложная проблемка, что вечно испытывает мне нервы на прочность. А я же даже ничего против не говорю, хотя определённо мог бы.***
Лёша сосредоточил всё свою внимание на экране ноутбука, постукивая кончиками пальцев одной руки по своему подбородку, второй же держа мышку, пытаясь вычислить ошибку в таблице. Простая красная растянутая футболка определённо старается сбежать, но лишь оголяет бледное плечо, полностью покрытое веснушками, что совсем не смущает парня, не обращавшего на это никакого внимания. Будь Кирилл сейчас собой, он бы обязательно оставил пару засосов на открытом плече, лишь ухмыляясь на каждый подзатыльник от своего парня. А руки обязательно бы забрались под лёгкую ткань, сильнее притягивая к себе. Даа, временами блондин был слишком нуждающимся во внимании, пусть и не хотел прямо в этом признаваться. — Курлык — слышится что-то недовольное от Гречкина, после чего тот со всей силы своим маленьким клювиком бьёт Лёшу в шею, заставляя тихо вскрикнуть от неожиданности и отпрыгнуть, чуть ли не уронив маленькое существо. — Блять, Киря! Больно же, что ты творишь? — тот снимает его со своего плеча, нахмурившись и посадив его на раскрытую ладонь. Голубь только махает крыльями, агрессивно пытаясь что-то сказать, но ничего понятного не вылетает, отчего тот только сильнее нахохливается. Вновь клюёт его и отворачивается, преувеличено трагично склонив головку вниз, изображая вселенскую грусть. — Кирь, ну не начинай. Я пытаюсь вычислить ошибку в ТВОЕЙ таблице. Вроде стал меньше, а театральный опыт только увеличился. Гречкин продолжает стоять к нему спиной, но сразу оборачивается, когда чувствует, как его ласково гладят по пёрышкам, отчего создаётся ощущения того, что он сейчас замурчит. Ну или свалится от приятных ощущений, не удержавшись на своих маленьких лапках. Пытается дёрнуться ближе к пальцу Макарова, чуть подпрыгнув, чтобы получить ещё больше ласки, вновь издавая тихие звуки счастья. Лёша на это тихо улыбнулся, быстро пробегая подушечками пальцев по мягким перьям, мимолётно удивившись тому, насколько довольным сейчас выглядит птичка-Гречкин. — Кирь, дай мне чуть-чуть поработать, а после я полностью твой на оставшийся день, — мягко просит парень, поднимая голубя на уровень своих глаз, чтобы убедиться в сосредоточенности того в его словах. — Час максимум, и я свободен, хорошо? Кирилл подозрительно кивает, а после мягко жмётся к парню, когда его усаживают на плечо. Он определённо уснёт, отчего пройдёт не час, а два, а Макаров успеет закончить работу вдвойне.***
На следующее утро всё возвращается на круги своя, но Кирилл уже ведёт себя более покладисто, стараясь лишний раз не оскорблять голубей и птиц, не желая вновь перенестись в тело такого маленького существа. А Лёше только в радость это, всё -таки от истерик своего парня страдал в основном он.