Я подарю тебе свой мрак, хочешь?

Красные глаза сверкали на тёмной пустынной улице. Он шёл медленно, бесцельно. В голове опять ни одной мысли. Только вселенская скука. И постепенно эта скука формируется в образ. Жуткий, со змеиным лицом, серой кожей, красными щелочками глаз и отсутствием носа. Да, Волдеморт побеждён. И ему теперь скучно. Жутко скучно. Жажда крови ведёт его по этой пустынной улице в поисках расправы. Над кем? Эх, знал бы он. Постепенно, ещё на последнем году обучения, когда они скрывались в поисках крестражей, Гарри начал чувствовать зов. Ему хотелось жестокости. Хотелось рвать плоть, выкалывать глаза, вырезать сердца. И он отвёл душу в один из рейдов, когда егеря обнаружили его, дежурившего у палатки. Рон с Гермионой спали и ни о чем не догадывались. А Гарри испарил то, что осталось от тел несчастных. После он чувствовал небывалый спад энергии. Усталость навалилась свинцом так, что Гарри с трудом поднялся на ноги и добрел до кровати. Он лежал без сил два дня. А на третий их схватили и привели в поместье Малфоев. Гарри не мог отбиваться, не смог защитить себя и друзей тогда. Но он до сих пор помнил того, кто смог. Серые глаза того, кто спас их всех тогда, приходят к нему каждую ночь во сне. С трепетом в груди Гарри вспоминает, как этот трусливый, невероятно отважный человек "не узнал" в несчастном пленнике с расплывшимся лицом Гарри Поттера, протянул время, а потом,отчаянно рискуя, незаметно для всех вызвал Добби. Жажда крови. Как Гарри дальше с этим будет справляться, он понятия не имел. Сейчас нет егерей, нет практически уже пожирателей в свободном доступе. Их всех или казнили или посадили в Азкабан или выслали из страны. Такая вот своеобразная зачистка, произведённая Министерством Магической Британии. Остался только один, которого Поттер не тронет. И не даст тронуть никому. Он до сих пор со стыдом вспоминает его суд. Тогда Герой не смог сдержать себя. Драко Малфоя хотели приговорить к поцелую дементора вместе с родителями. Гарри добился, чтобы старших Малфоев выслали из страны. Да, получилось без права возвращения на родину до конца жизни. Без права связи с теми, кто остался в Британии. Но Гарри, уже после, был у них во Франции, помог обустроиться, рассказал про сына. Он видел слезы счастья на глазах этих усталых, осунувшихся людей. Видел их безбедную комфортную жизнь. О большем и мечтать не стоит. А вот Драко. Слишком многие ополчились почему-то именно на него. Суд никак не соглашался изменить приговор, не смотря на все доводы героя. Гарри до сих пор помнит пожилого мага, который кричал громче всех. Он яростнее всех выступал за высшую меру наказания для хрупкого обессиленного человека, закованного тяжёлыми цепями в зале суда. У этого отчаянного мага погибла дочь в ночь нападения пожирателей на Хогвартс. Конечно же, он винил Драко. Гарри сорвался тогда. С огромным трудом его удалось оттащить от окровавленного мужчины, который ни кричать, ни стонать уже не мог. Только хрипел, корчился на полу от боли. Надежда магической Британии тогда обернулся на ту толпу людей, которая его оттаскивала. Зелень глаз исчезла, сменилась на красные раскалённые угольки, сверкающие жутким огнём. Люди отпрянули от него, и герой перевёл взгляд в центр зала. Там в трогательный дрожащий комочек сжался человек. Под ветхой, местами порванной тюремной одеждой тряслись тоненькие плечи. Безжизненные пустые глаза направлены в пол, а из них тонкими ручейками текут слёзы. Стекают по шее, груди, животу, впитываются в практически истлевшую ткань штанов на бёдрах. Глаза остановились на этих бёдрах, обтянутых мокрой тканью. А в зале стояла оглушающая тишина. Гарри тогда, ни слова не говоря, спустился с трибуны. Медленно подошёл к подсудимому. И цепи на запястьях и лодыжках спали сами собой. Поттер поднял на руки хрупкое тело и исчез с резким хлопком. Никто больше не смел заикнуться о поцелуе дементора. Все боялись даже произнести вслух имя Драко Малфоя. ***** Что же касается Гарри Поттера. Академия авроров, ранее приглашая его на обучение, сейчас с содроганием ждала. Все в Британии теперь молились, чтобы Герой обошёл их стороной, забыл, не вспомнил. Раздался хлопок и единственный человек исчез с пустынной мрачной улицы. У ворот Малфой-менора сработал сигнал оповещения. Но Поттеру не нужно было приглашение, он без труда преодолевал все защитные барьеры. На тропинке, ведущей к воротам замка, встретил названный гость единственного домового эльфа, которого сам же сюда и отправил. — Гарри Поттер, сэр, Добби рад приветствовать вас! — маленький эльф смотрел преданно, с любовью, склонившись перед своим властелином. Протянул руку для аппарации. — Здравствуй, Добби. Не переноси меня. Прогуляемся? — Гарри не нужен был ответ. Никто не смел ему перечить. Он привык и устал от этого. Скучно. Впрочем, ему не смел перечить никто, кроме… Тёплый летний ветерок нежно обволакивал, пение птиц ласкало слух, убаюкивало. Журчание маленького ручейка погружало в счастливую негу умиротворения. Ай да Добби! — Спасибо тебе, друг, что восстановил этот сад, — маленькая ручка преданного слуги покоилась в сильной ладошке владыки мира. Добби с благоговением шёл рядом и, казалось, боялся дышать. Гарри Поттер держит его за руку! Вот бы Хогвартские эльфы увидели — обзавидовались бы! — Пойдём к твоему хозяину. — Вы — мой хозяин! — Нет, Добби, запомни! Твой хозяин — Драко Малфой! И не смей ослушаться его, предать его! Даже если его приказы не совпадают с моими! Ты слушаешь его! Большие распахнутые глаза преданно смотрели на горячо любимого хозяина. Дрожащие слезинки не смели скатиться по щекам маленького существа. Куда же делся тот добрый великодушный Гарри Поттер? Покровитель всех униженных и оскорблённых. Покровитель всего мира. Добби не знал, что этот добрый мягкий человек никуда не делся. Он сидит внутри. Просто наружу сейчас вылезло существо, созданное, но глубоко и тщательно загнанное в детстве. Гулкие шаги раздались эхом в гостиной. У разрушенного камина в мягком кресле сидел человек. Он был закутан в три пледа и всё равно дрожал. — Добби!!! — маленький эльф вздрогнул от громогласного крика. А человек в кресле даже не пошевелился. Не поднял взгляд. Как будто и не было перед ним никого. — Почему не починил камин? Ты разве не видишь, что Драко мёрзнет?! Добби в страхе прижал свои большие уши, склонился к самому полу: — Простите, хозяин! Я был занят садом, не успел. Но Гарри уже его не слышал. Он подошёл к безмолвному обитателю этого полуразрушенного замка, присел перед ним на корточки, положил руки на пледы. И даже под ними почувствовал тоненькие коленки. Гарри больше так не мог. — Почему ты отказываешься жить у меня? Мой дом тёплый. Там всегда есть еда на любой вкус. Ты можешь поменять интерьер — сделать так, как тебе нравится. Добби оставим здесь, он будет заботиться о поместье, восстановит его. А я позже добьюсь, чтобы родители твои вернулись, — он просил об этом уже, наверное, десятый раз, а, может быть, сотый или тысячный. И сейчас этот могущественный человек смотрит снизу вверх, преданно, с трепетным волнением ожидая. — Поттер, ты когда-нибудь отстанешь от меня? — голос тихий, холодный, пронизывающий насквозь. Гарри держится, хоть и больно. И так проходят минуты, а каждый из них тонет в прекрасных омутах напротив. Гарри уже давно растворился в этом мерцающем серебре, отдал сердце на растерзание. А Драко только еле уловимо что-то находил сейчас в этой сочной зелени. Лёд треснул, что-то у него внутри оттаивало. Гарри увидел этот отблеск незнакомой ему эмоции в любимых глазах. Взял своё сокровище на руки вместе со всеми его пледами, словно пушинку. — Перенесемся? — в зелёных глазах затаилась надежда, она щемит сердце Драко. — Дьявол ты окаянный, чувствую, никуда мне от тебя не деться. Переноси давай, черт бы тебя побрал! На лице героя отразилась глупая счастливая улыбка, а через мгновение холодная комната с разрушенным камином опустела. Добби облегчённо вздохнул. Больше в ближайшее время его никто не тронет, можно спокойно заняться работой. А на Гриммо, 12 зажглись огненные факелы. Дом встречал хозяина с драгоценной ношей на руках. Старый эльф Кричер раскланялся, расплылся в счастливой улыбке и проворчал: «Наконец-то непутёвый хозяин остепенился, наполнил наш дом такой красивой любовью!». Гарри в недоумении посмотрел на своего слугу, и ему даже показалось, что тот помолодел лет на 100, расцвёл. Ужинали молча в мерцающем пламени свечей. В камине потрескивали дрова, а овощное рагу, приготовленное Кричером, таяло на языке. — Ну что, герой мой горемычный, поговорим? — Поттера вывел из блаженного марева чуть хрипловатый, но такой сексуальный голос. Тарелки опустели, свечи почти прогорели. Гарри медленно поднялся, подошёл к своему прекрасному наваждению. Опустился на колени, уткнулся лицом в бёдра. И вдруг расплакался, разрыдался навзрыд, со всхлипываниями, подвываниями и жалобными стонами. Драко тихонько гладил густые вихры жёстких растрепанных волос и восхищался их красотой и богатством. Ждал, когда первая волна нахлынувших эмоций отступит. — Дурсли! Ч-что я им сделал?! — это было так жалобно, что у Драко заслезились глаза. Он быстро вытер выступившие слезы, чтобы Гарри не успел их заметить, — Я ведь был совсем маленьким. Таким же как Дадли. Я ведь многого не знал, не понимал. Как я мог в пятилетнем возрасте идеально пожарить картошку? Я даже не понял тогда, за что получил полотенцем по лицу от тёти Петуньи. И разве я виноват, что случайно наступил Дадли на ногу, когда он путался у меня под ногами в то время, когда я готовил. Я тогда тоже не понял, за что получил затрещину от дяди Вернона. Думал, опять еда невкусная. Но Дурсли уплетали за обе щеки. А мне тогда было всего семь. И скажи, Драко, когда трёхлетний Дадли выбрасывал свои игрушки, разве мог трёхлетний Гарри догадаться, что это нужно как-то остановить? Потом, конечно же, догадался. Мне очень доходчиво объяснили. Я после этих объяснений неделю на спине спать не мог. Попытался потом остановить Дадли и спасти очередную его игрушку. Но не спас ни игрушку, ни себя. Он повалил меня на пол, стал запинывать ногами. При этом истерично кричал и звал родителей. Тяжело пыхтя и запыхавшись, на зов прибежал грузный Вернон. С минуту смотрел на всё это безобразие, а потом взял своего сыночка на руки. Я даже поблагодарил было этого нерадивого папашу мысленно, за то, что остановил своего сыночка-убицу. Но только попытался подняться с пола, как гигантская нога впечаталась мне в живот с такой силой, что я отлетел к другому концу комнаты. Как я вообще выжил с ними, Драко?!!! Наверное, потому что маг. Драко обнимал дрожащего Гарри, такого нежного и трогательного, так отчаянно нуждающегося в любви. И как только это хрупкое создание все боятся? Ведь он такой… Такой… Завывающий плач разрывал Драко сердце. — Хочешь мы вытравим из тебя это, Поттер? Достанем из тебя все эти тяжёлые эмоции, ты освободишься, станет легче. Гарри поднял на Драко огромные заплаканные глаза и усмехнулся: — Ты что, Малфой, целителем разума заделался? — Я заделался твоим целителем разума. Сделаем всё красиво, без жертв, хочешь? Гарри поднялся на свои затекшие ноги и уселся на колени к любимому. Серые омуты затягивали, красивое заострённое лицо медленно приближалось. Губы слились в сладком поцелуе, а у Гарри в груди взорвался фейерверк. ***** Неделя пролетела как райское мгновение. Мальчики не расставались ни на минуту. Счастливый Кричер приносил им завтраки в постель, накрывал стол на обед и ужин так, словно к ним в гости прибыла особа королевских кровей. Гарри никогда такой роскоши и заботы не видел. Да и Драко, как ни странно, тоже! Один раз к ним в гости даже наведался Добби, доложил о восстановлении Менора, и они вчетвером устроили праздничный ужин. Играли в шахматы парами и эльфы — негодники выиграли. За это хозяева дали им на следующий день выходной, чтобы те наведались в гости в Хогвартс. И вот этот следующий день настал. Эльфа уже и след простыл, а парни проснулись одновременно рано — каждый с намерением порадовать любимого завтраком в постель. Весело рассмеялись и упали на кровать, нежно целуясь. Решили ничего не готовить, а позавтракать в уютном ресторанчике за углом. Достали давно забытые парадные костюмы и отправились на первую совместную прогулку, предвкушая счастливое романтическое утреннее свидание. Прекрасное утро шелестело сочной листвой. Сонные маги спешили по своим делам. Мальчики неторопливым шагом шли, держась за руки. Вдруг Драко вскрикнул от боли и схватился за голову. Гарри подскочил на месте и стал осматривать его, спрашивая, что случилось. Целовал пострадавший затылок, в который прилетело жалящее заклинание. Мозг среагировал мгновенно, герой магической Британии перевёл взгляд за спину Драко и увидел ухмыляющегося мужчину: — Мерзкий пожиратель ещё смеет разгуливать по улице, рядом с честными людьми? Гарри понимал, что мужчина может аппарировать, поэтому молниеносно наслал на него Остолбеней. Человек с грохотом упал на мостовую, а Гарри подбежал к нему и ботинком расквасил нос. Потом схватил за голову и начал яростно впечатывать в асфальт. Кровь лилась теперь рекой, а глаза застилала ненависть. Подбежавший Драко ужаснулся, увидев горящие красные щелочки вместо прекрасных зелёных глаз. Вспомнился красноглазый Волдеморт, с которым судьба тоже обошлась жестоко. Который так же был лишён счастливого детства. «Я в лепёшку расшибусь, но у наших с Гарри детей детство будет самым счастливым!» — в отчаянии подумал он. А вслух произнёс, криво усмехнувшись: — Ну что, красиво и без жертв не получается, а, Поттер?