Аргументы иссякли

Глухое раздражение копошилось где-то в душе Дилана, потому что местное собрание — вернее, скандал — совершенно не входил в его планы. Он не собирался сегодня взаимодействовать со своими соседями; единственным его намерением было заняться новым заказанным кодом, дедлайн которого медленно, но верно начинал поджимать. Особенно ухудшало настроение то, что Тайлер слишком шумел, раскидываясь громкими словами и пытаясь добиться от других всецелого понимания. Лололошка не устраивал его, и Тайлер считал его опасностью. — Как вы не понимаете?! Он псих законченный! — истерично восклицал парень, активно жестикулируя и едва не задевая Дилана рукой. Тот недовольно зыркнул на него и скрестил руки на груди. Ему уже порядком надоело это. Пока Тайлер продолжал свою тираду о выселении Лололошки из комнаты, утверждая, что «это совершенно ненормально — следить за кем-то! Вдруг он маньяк какой-то?», Дилан лишь закатывал глаза. Бесит. Внимание Дилана быстро привлек тихий скрип входной двери. На пороге появился никто иной, как сам объект обсуждений. Ло выглядел хмуро и озадаченно, несмотря на голубые солнечные очки, скрывающие его глаза. Как только Дилан отвлекся от соседей, они заметили, что в компании стало на одного человека больше. — Лололошка… это правда? — неуверенно произнес Карл, старший эколог, полный сомнений. Он мялся на месте, но всё же набрался смелости, чтобы поднять взгляд на первокурсника. Лололошка стоял в молчании. Это не удивляло: в целом он редко говорил первым, но текущая ситуация не располагала к безмолвию. Хотя Дилан не хотел углубляться в эту катавасию, у него тоже имелись вопросы к этому горе перваку. Следовало признать, что поведение Лололошки порой действительно было странным и не вписывалось в реалии окружающего общества. Даже внешне. Ло выделялся на фоне остальных, которые казались до смехотворного блеклыми и шаблонными, словно их выпустили с одного завода. Но сейчас не об этом речь. — Ло, я могу многое понять, но твоё поведение перегибает все границы! — воскликнул Карл, взмахнув руками в воздухе, не выдержав гнетущей тишины, разраставшейся среди собравшихся. — Стойте-стойте. Может, это просто случайность? Мы не можем знать наверняка! — тут в игру включился и Брэндон. Здесь только вздохнуть можно. Воистину, блондина всерьёз воспринимать сложно, он слишком походил просто на добродушного большого мишку. Пусть и со своими заскоками, с этими подкатами к каждой встречной юбке. —Ты серьезно, Брэндон? Не кажется ли тебе, что он СЛИШКОМ странный? Я бы и закрыл на это глаза, но у вас всех есть к нему вопросы! — Тайлер одёрнул парней, пытаясь вернуть внимание к своей персоне. Однако Дилан уже не мог и не хотел оставаться здесь. Сами пусть разбираются, без него и… В голову закралась очень глупая, просто идиотская затея. Он ведь не альтруист, правда? И дел ему нет до чужих проблем душевного равновесия… Сугубо проблема личного характера, это его не касается. Да, только сколько в голове не отгораживался, Дилан всё же подхватил под руку Лололошку, не давая ему рта раскрыть. Он уверен, что недоэколог сморозил бы какую-то глупость, не опешив он сейчас от действий со стороны архитектора компьютерных систем. — Знаете, мне уже надоел этот балаган. Так что бывайте, — буркнул он, вяло махнув рукой и потянув за собой Ло в их комнату, оставляя за спиной звонкие возмущения вперемешку с недоумением. К чёрту их всех. Дверь в комнату захлопнулась, и вдруг (кто бы мог подумать) их окутала всепоглощающая тишина. Казалось, они вошли в вакуум, отделяясь от надоедливого шума и суеты. Пре-кра-сно. Дилан с облегчением вздохнул и отпустил своего нерадивого соседа. Тот продолжал хранить молчание, не выпустив ни звука. — Слушай, не думай, что я сделал это из доброты душевной. У меня к тебе тоже есть вопросы. Следить за кем-то — это действительно чересчур. Зачем ты это делал? — программист развернулся на пятках, впиваясь взглядом в лицо младшего. Ладно, он готов признать одну вещь: это слегка выводило его из себя. Очки. Эти очки с темными линзами не давали нормально расслабиться, ведь за ними совершенно не видно глаз. А значит, прочитать большую часть эмоций просто не представлялось возможным. — Ты мне не поверишь, — Ло мотнул головой. Вот так просто? Дилан не успел попросить его объяснить, в чем должно заключаться его неверие, как первокурсник просто взял и вышел! Просто вылетел из комнаты, сверкая пятками! Нет, это уже маразм. Полный бред. Либо у Лололошки аргументы иссякли, и он не хотел ничего объяснять, либо… А что либо? Дилан окончательно запутался в паутине полуправд и тайн. Тайны он не любил. Ни в каком виде. — Да что с тобой не так… — пробормотал Дилан сквозь зубы, рука невольно потянулась к волосам, взъерошивая их. Ладно. Ладно-ладно. Какая ему разница, что на уме у обладателя клетчатого шарфа? Верно, никакой разницы нет. Сейчас он просто вернется к своей работе и не станет следовать за Лололошкой, чтобы вывести того на честный разговор. Нет. Не пойдет. Не пойдет. Хлопок двери. Программист спешным шагом спускается по лестнице, проклиная всё на свете. Далеко с территории общежития Ло уйти не мог: прошло не более двух минут. Ох, как же всё закипало от гнева. Ещё бы он не бегал за каким-то мальчишкой… Очень странным мальчишкой, который не теряет надежды подружиться с нелюдимым нёрдом, выискивая к нему подход и угощая вкусным домашним тартаром. Беспокойство? Что вы, нет-нет. Просто он хочет быть уверенным, что завтра на него никто не ополчиться, потому что он сделал телодвижений за день больше, чем за всё время проживания в общаге. Всего-то. На первый этаж Дилан спускается, едва ли не перепрыгивая ступени. Он ненавидит спорт, его форма совсем не располагала к резкой физической активности, и сейчас он с отдышкой оглядывался в поисках знакомой фигуры. Он обязательно выскажет Ло всё, что думает о нём. Но медленно его начинало охватывать разочарование. Нигде потеряшки не было. Кроме… Престон завернул в туалет. Дилан цепляется за эту мысль, лелея надежду на то, что старшекурсник мог видеть, куда ушло это бедствие. Он успокаивает дыхание перед тем, как зайти в уборное помещение. Вдох-выдох… Неуместно в голове всплыла шутка: «и мы вновь играем в любимых». Так, не время для этого. Уже спокойно шагая, дабы не привлекать взгляды других студентов, Дилан заходит в помещение. Он не успевает открыть рот, чтобы окликнуть Престона, как застаёт его смазанный разговор с кем-то в одной из кабинок. —… постарайся больше не упоминать пропавших, это привлекает много внимания. Всё, мне пора, — программист успевает сообразить и, дойдя до ближайших раковин, включает воду, упорно делая вид, что только что вошёл и ничего не слышал. Да, конечно, это «сработает», ни разу не подозрительно. Но Престон его и впрямь, кажется, не замечает. Зато кто-то другой обращает на него взор. — Дилан? — голубые глаза резко поднимаются к зеркалу. За спиной находится тот, кого он искал. — Что ты здесь делаешь? — Тебя искал, очевидно, — отвечает Дилан, закатывая глаза и выключая воду. Поворачивается и делает шаг от раковин в направлении Ло. Неожиданно хватает парня за ткань белой кофты на груди и затаскивает его обратно в злосчастную кабинку, дверцу которой непременно закрывает следом. Ло успевает пискнуть, когда его прижимают к стене. — Что ты делаешь?! — восклицает Лололошка, хватаясь за его руку, очевидно, надеясь отстранить от себя архитектора. Ситуация могла бы показаться забавной в другой раз, ведь Ло намного выше него, но сейчас это не имеет значения. — Ло, — начинает Дилан, — я не люблю, когда мне не договаривают. Почему-то и ты, и Престон знаете что-то, чего не знают остальные. Ты утверждаешь, что я не поверю, но даже не попытался мне объяснить. Так что будь любезен. Лололошка со вздохом роняет голову, а потом опускает руки. Дилан поступает так же, делая шаг к соседней стене, к которой прислоняется спиной. Он даже решает пойти на компромисс и снимает наушники, оставляя их лежать на шее. — Я не могу быть уверен. По началу стали пропадать здания. И Саймон Солус… — эколог поджал губы, заметно хмуря брови. — Он сказал, что причиной этому служит проект реновации. Но о нём не было никаких новостей до недавнего времени. Статья просто появилась из ниоткуда, датированная парой месяцев назад… Я знаю, что это звучит как бред, но это правда. А потом начали пропадать и люди. Причём почему-то их никто не помнит! — нервным движением Ло потянулся к лицу, поправляя свои дурацкие очки, на что Дилан хмыкнул. — Допустим, я тебе поверил. А у тебя есть какие-то аргументы? — хоть он и сказал, что «поверил», на самом деле его переполнял скептицизм. Судя по всему, это отчетливо было написано на его лице, потому что в следующую секунду Лололошка дёрнулся в сторону, явно планируя вновь сбежать. — Ну, конечно, ты мне не веришь. Вот… — импульсивно Ло снова развернулся, тыкая пальцем в грудь Дилана. — С чего бы такое недоверие?! Почему я вижу, что происходит? Почему это видит Престон? Может, у тебя аргументы иссякли, а, Дилан? — некогда бледные щеки первокурсника сейчас раскраснелись, а грудь слишком часто вздымалась, выдавая его злость. Дилан сощурился, перехватывая кисть Ло и отводя её в сторону, уже сам начиная беситься. — Не понимаю, о чём ты говоришь. У тебя нет никаких доказательств. Разве всё не может быть обычными совпадениями? — голос программиста звучал холодно. Гнев снова поднимался в его душе, как бурный шторм, и Дилан понимал, что если не успокоится, может выдать какую-то глупость. — Да ты… ты… Зачем вообще меня искал? Чтобы сказать, что я параноик и шизофреник?! Спасибо, я уже наслушался этого от других! — Ло вырвал свою руку из захвата. Он спешил уйти от Дилана, сбежать куда подальше. Но было одно «но». — Да успокойся, придурок! Я переживаю за тебя! — Ты..что?... Оба парня остались в полном замешательстве на своих местах. Один не мог поверить в то, что услышал, другой — в то, что сам сказал. Дилан в шоке дотронулся до губ пальцами, словно надеясь опровергнуть свои собственные слова, которые никогда бы не произнёс. Его взгляд метался по кабинке туалета, и он искал способ вернуть время назад, оставив лишь угрюмое молчание вместо этих слов, которые так просто вырвались. Но слово — не воробей: вылетит — обратно не вернёшь. Теперь Дилан со стыдом замечал, как у первокурсника горят уши, и невольно ощущал, как жар поднимается к его щекам. — Ты… переживаешь? За меня? — Ло вдруг повернулся к Дилану, понизив голос до шепота. Дилан умрёт. Точно умрёт. Иначе быть не может, потому что неловкость затопляет его и этот голос, полный надежды и мольбы… Если бог существует, Дилан готов начать молиться прямо сейчас. Внезапно он мысленно поблагодарил судьбу за дурацкие очки первака. Он был уверен, что, увидев бы в этот момент его глаза, с концами пропал бы. А у него, между прочим, репутация есть! — Я… — Я тоже переживаю, — неожиданно признался Ло, перехватив правой рукой своё предплечье левой. — Мне страшно, Дилан. Каждый из нас может в любой момент просто исчезнуть, и никто этого не заметит. Будто нас никогда и не было. Меня пугает мысль о том, что за нами могут наблюдать. За всеми нами… Оу. И эта дрожь, что слышалась в речи Лололошки, окончательно добила Дилана. Он никогда не любил лишние прикосновения и, честно говоря, не знал, что такое настоящая любовь или забота. Но сейчас, всем естеством, он чувствовал, как внутренне разбивается этот бестолковый, до ужаса странный, с кучей тараканов в голове, эколог. Он мог бы проигнорировать это — ведь его не волнуют моральные терзания окружающих. Но он уже признался, что волновался. Дилан протянул руки, обвивая ими плечи Ло, ощущая, как тот слегка вздрагивает. Они даже ещё не были друзьями. Никто из них не осмеливался признаться, что такие объятия были нужны им обоим. Тем не менее, в этот момент между ними заискрилась новая, неизведанная связь. Это было тепло, неясно и искренне — без масок, тайн и недопонимания. — Давай разберёмся с этим вместе, хорошо? — Хорошо. Аргументы иссякли в вихре пылких слов, превратившихся в громогласные признания.