Паразитические будни

«Пошли побегаем» Антон, который только только со всеми удобствами расселся перед ноутом, открыл пачку чипсеков и идеально вытянул ноги, громко застонал. — Нет, давай посмотрим фильм. Сегодня моя очередь выбирать, что делать. Арсений засуетился, отчего под кожей у Антона все завибрировало, но быстро затих. Антон прислушался к своему телу, зная, что этот говнюк так просто не сдастся, но все было спокойно. Похоже, в этот раз повезло. Он запустил первый попавшийся фильм из тех, что предложил ему КиноПоиск в разделе популярное и захрустел чипсиной. Но прошли титры, началась завязка фильма, а Антон все никак не мог сосредоточиться на сюжете. — Ты будешь смотреть? — Ворчливо осведомился он в пустоту. Арсений сгустился темнотой на его плече, высовывая голову с невероятно скучным выражением лица. Антон скормил ему чипсину. -Фильмы, основанные на реальных событиях — отстой. — Прогудел Арсений, прожевав. — Рейтинг больше семи. -Пожал плечами Антон. Арсений капризно вздохнул и снова спрятался в глубине чужого тела. — Да ладно тебе! — Разочарованно застонал Антон и поставил фильм на паузу. — Сегодня моя очередь выбирать, что мы делаем, что ты говнишься? «Ты выбрал, ты и смотри, я же не мешаю» — отозвался Арсений. Говнюк прекрасно знал, в чем проблема, но ему нравилось прикидываться дурачком. — Проблема в том, — Антон отложил чипсы в сторону и скрестил руки на груди — аппетит пропал, — что когда мы идём делать что-то, что ты хочешь — мы делаем это вдвоем! Я не могу свалить и не участвовать в прогулке! Вот и фильм я хочу посмотреть вдвоем! «Ты всегда можешь дать мне перехватить контроль над телом» — промурлыкал Арсений у него в голове. — Ещё чего! — Антон резко вскочил, ногой задев ноутбук, отчего тот шлепнулся на пол. — В последний раз, когда я отдал тебе контроль, я очнулся на вершине какой-то заброшки посреди Бутово! Ты же знаешь, что я боюсь высоты и все равно затащил меня туда! А перед этим? Когда я пришел в себя с привкусом крови во рту и перьями по всей квартире? Ты до сих пор не рассказал, что тогда случилось! «Ты бы расстроился» — пробормотал Арсений и снова высунул наружу голову. — Ты же знаешь, что я в любом случае тебе не наврежу. К чему это разговоры? Антон и сам не знал, к чему эти разговоры. Он все равно в них всегда проигрывал. Вместо того, чтобы бросаться по кругу приевшимися аргументами, он обул уличные кроссовки. — Сегодня же твой день. — Прокомментировал Арсений, но Антон всеми внутренностями почувствовал, как он завибрировал от радости. — Вот именно. Значит пойдем туда, куда я скажу, — ответил Антон, закатив глаза и натянув на голову капюшон от куртки. Арсений закивал, как болванчик, делая вид, что будет хорошим мальчиком, но Антон его всего наизусть знал. Эта эгоистичная зараза недолго будет сидеть и наслаждаться прогулкой не по своим правилам. Улица встретила его осенней свежестью и прохладным туманом. Под ногами было склизко, время от времени от наступал на хрустящие, покрытые изморозью сухие листья. Антон поглубже закопался в куртке, втянув шею, как черепаха, и внезапно ощутил странное неуместное желание. — Серьезно? Мороженое? В такую погоду? Высунувшемуся Арсению хотя бы хватило совести выглядеть виноватым. — Там сзади тебя ребенок идет с мороженным. Я тоже хочу. Антон шикнул на него, чтобы тот спрятал свою рожу. Симбиоты не были больше чем-то необычным, как когда они только появились, но все еще были довольно редки и вызывали интерес. Или страх. Ему еще повезло, Арсений был симпатичной масляно-черной жижей с фиолетовыми прожилками и большими голубыми пятнами глаз. Улыбка хоть и была клыкастой, но довольно обаятельной, и в целом очертание его лица принимало довольно привлекательные формы, когда он был спокоен и расслаблен. Густые чернильные капли его биомассы застывали сверху, так удачно, что даже напоминали кудрявую шевелюру с модной стрижечкой. Так что Антон даже задумывался время от времени завести своему симбиоту аккаунт в инстаграме, чтобы им хвастаться, вот настолько ему повезло в этом плане. Он как-то встретил другого носителя по имени Стас, так вот его симбиот Зинч был странной сопливой бесформенной жижей, темно-желтого цвета, да еще и пузырился время от времени. Антон до сих пор вспоминал их с небольшим содроганием, хотя те явно ладили так, что любому другому носителю впору обзавидоваться. Он отвлекся, погрузившись в свои мысли, но сзади раздался удивленный детский вскрик, который перерос в плач. Он обернулся, чтобы увидеть, как грустный школьник оплакивает свой опустевший вафельный рожок, после чего прибавил шагу, чтобы скрыться с места преступления. — Какая ты скотина, — сквозь зубы процедил он, стоило им отбежать достаточно далеко. Арсений вылез невероятно довольный, облизываясь своим длиныым языком. — Он слишком медленно его ел. Я просто языком остатки слизал, когда малой отвернулся, — гордо доложил он, — а у тебя очко от страха сразу так сжалось, когда шкет заревел. Антон почувствовал мокрое тягучее прикосновение между ягодиц и вздрогнул. Арсений пропихнул себя внутрь, ласково и небрежно погладив простату, но тут же вышел из Антона, не развивая ни во что свои приставания. Он часто так делал, просто касался Антона в интимных местах без сексуального подтекста или намерения, словно будто задумчиво оглаживал свои владения и убеждаясь, что все на месте, что Антон здесь, с ним, в полной комплектации. Антон устало помассировал переносицу. — Мы на улице пятнадцать минут, а ты уже накосячил. Почему ты не можешь нормально себя вести? Хотя бы недолго? Арсений начал ласково тыкаться в него своим лицом, будто кот, подлезая под руки и у Антона на самом деле не было сил на него злиться. Он для виду отпихнул от себя чужое лицо, почувствовав влажный поцелуй в центр ладони и отряхнул руки. — Ладно, — сказал он, понимая, что у Арсения сегодня особо энергичное настроение, которое не принесет им ничего хорошего, и есть только один способ утомить его, будто ребенка, — давай побегаем. Арсений радостно взвыл, запрокидывая голову, а потом полностью высунулся наружу, начиная разрастаться и погребая тело Антона под собой, покрывая его, будто панцирем. Когда они вот так «сливались», они становились одним целым. Это было даже лучше секса, хоть Антон это и отрицал. Ему это нравилось, он видел и понимал происходящее, болтаясь внутри Арсения, как в теплом мягком коконе и видя мир его глазами. Их эмоции становились общими, Антону не надо было думать и что-то решать, лишь чувствовать, как по венам льются эндорфины, как доволен Арсений и каким ловким и сильным становилось его тело в такие моменты. Правда, иногда над Арсением брала вверх его паразитическая сущность и он злоупотреблял своей силой, забирая больше контроля, чем Антон хотел отдать. Тогда они словно менялись местами, и уже Арсений становился полноправным владельцем тела, а Антон был безвольным пассажиром. Часто в такие моменты его сознание вовсе отключалось и он приходил в себя в неожиданных неприятных ситуациях, что порождало между ними скандалы, но Арсений всегда горячо извинялся после этого и всячески пытался загладить вину. Но такое случалось редко, так что Антон был склонен доверять Арсению «побегать», пока это приносило обоим больше удовольствия, чем вреда. Правда, под словом «побегать» Арсений подразумевал не обычное скоростное перемещение на двух конечностях, а полноценный сверхъестественный паркур, включающий в себя крыши высоток и кувырки в воздухе. Арсений получал возможность выпустить энергию, Антон получал спокойного адекватного симбиота и незабываемое чувство полета, вкупе с щекочущим приливом адреналина. Оба считали сделку честной. К тому же, Арсений был прав, Антон знал, что он в любом случае не дал бы ничему навредить их общему телу. Облазив половину района, поохотившись на голубей (Антон подозревал, что Арсений их ест, когда Антон его не контролирует, но изо всех сил гнал от себя эту мысль) и украв на обратном пути молочный коктейль у зазевавшейся целующейся на лавочке парочки, Арсений довольно запрыгнул в их квартиру через окно, улегся на диване и постепенно слез с Антона, будто всосавшись в его кожу. Антон брезгливо откинул от себя стаканчик с чужим коктейлем и прислушался к своим ощущениям. Арсений довольно гудел внутри, как свернувшаяся под его сердцем в комок мурчащая кошка. Он и сам чувствовал приятное удовлетворение от свежего воздуха и активной прогулки. Мышцы ныли так, будто это Антон проделал хорошую работу по физической тренировке, что тоже шло в плюс к их совместным уличным вылазкам. С тех пор, как Арсений поселился в его теле, Антон набрал довольно приятную мышечную массу, не раскачался, но и мягкий жирок с боков исчез, оставив место сухим плотным мускулам. — Доволен? — Спросил он, до щелчка потянувшись. Затем снял с себя куртку и бросил за диван. Без рук стянул с себя кроссовки, подцепляя носками за пятки. Арсений снова выглянул и растекся по нему сверху, как большое гелевое одеяло. — Да, — протяжно выдохнул он и оскалился своей клыкастой улыбкой. Затем встрепенулся, весь втянулся, убрав с Антона вес своей теплой массы, от чего тот недовольно застонал, и превратился в маленькую темную каплю с голубыми пятнышками глаз, тянущуюся из чужого плеча, напоминая головастика. В таком виде он обычно о чем-то выпрашивал, зная, что Антон ему не откажет, умиляясь его крошечной формой. — Ну что тебе? — Тут же прищурил глаза Антон, подставляя ладонь, в которую Арсений с готовностью нырнул целиком. Антон взял его в пригоршню и поцеловал в гладкий, глянцево блестящий лобик. — Я знаю, что сегодня твой день, — заискивающе начал Арсений, — и тебе выбирать, что делать дальше. И ты хотел посмотреть фильм. Но может ты так же хочешь заняться чем-нибудь еще? Арсений высунул свой маленький тонкий язык и мокро лизнул Антона в шею. Антон рассмеялся, довольный, и кивнул, соглашаясь. Он любил заниматься сексом после того, как Арсений «побегает», это давало телу сбросить напряжение и остатки адреналина, позволяя как следует расслабиться. Арсений тут же разросся, нависая над ним. Его форма по пояс стала гуманоидной настолько, насколько это возможно, появились крепкие широкие плечи и когтистые руки тут же принялись оглаживать его бока. Языком он скользнул Антону в рот, то ли целуя, то ли заставляя его сосать, тягучие капли его биомассы растеклись у Антона между ног, нежно лаская, будто накатывающими волнами. Когда член Антона окреп, Арсений взял его в плотное тугое кольцо и частью себя скользнул внутрь чужого тела. Антон застонал, раздвигая ноги шире. — Хотя бы штаны с меня снял, — прокомментировал он, прерывая поцелуй. Вниз по подбородку потекла слюна, к скулам прилип румянец. — Мне не мешает, — отозвался Арсений и, в противовес к своим словам задрал на Антоне футболку и приник к соскам. Убедившись, что они набухли и затвердели, пощекотал их кончиками своих когтей. Антон выгнулся ему на встречу, и тогда отросток внутри его тела, который до этого просто приятно распирал мышцы и про который он уже успел забыть, затвердел и задвигался внутри, прицельно попадая по простате. Антон раскидал в стороны свои конечности, весь целиком покрытый переплетшимся с ним Арсением, который, пульсируя, проглядывал на всех участках его кожи, бесконечно меняя свою форму. Стимуляция внутри синхронизировалась с той, что Арсений давал его члену, Антон приподнял над диваном таз, не зная, толкаться ему вперед, в тесноту, что обволакивала член, или назад, чтобы сильнее насаживаться на пульсирующий в заднице отросток. Арсений был на нем везде, его скользкие щекочущие движения касались всей кожи одновременно, рот приник к шее, когтистые руки потянули за волосы. Антон вскрикнул и кончил, безвольно растекаясь по дивану, не хуже любого порядочного симбиота. Арсений, жадно вглядываясь ему в лицо, впитал в себя его удовольствие, и по всему его телу прошла еле заметная дрожь. Он прикрыл свои голубые глаза, заливая их влажной темнотой век, и запрокидывая голову. После чего почти полностью убрал себя с Антона, втянувшись вовнутрь. Осталось только крупная черная голова, лежащая у него на груди. Антон лениво вытянул руку и погладил Арсения своими длинными пальцами, расчесывая завитки биомассы, словно они и впрямь были волосами. Арсений довольно загудел, будто шмель-переросток. Тело Антона было легким и воздушным, из плюсов секса с симбиотом можно было выделить полное отсутствие посткоитальной липкости. Смазка им не требовалась, а сперму Арсений поглощал без остатка, как высококачественный белок. Разве что пленка слюны высохла на лице и сосках, стягивая кожу. Антон растер подбородок, и опустил задранную футболку, накрывая ей Арсения. Тот проступил сквозь нее, как густая масляная капля. Антону хотелось задремать прямо не вставая с дивана, но сознание подсказывало ему, что Арсений снова чего-то от него хочет. — Ну что? — Сонно спросил он, понимая, что нет смысла это игнорировать. — Может посмотрим кино? — Бодро спросил Арсений, который до этого провел весь день, избегая просмотра фильма, и тут же притянул к себе пульт, щелкая по нему. Яркая вспышка от экрана больно ударила по глазам и Антон прикрыл глаза рукой. — Не засыпай, — капризно потребовал Арсений и уютно пристроил свою голову в выемке его плеча, — это же твой день. Надо досмотреть фильм. Ты ведь его выбрал. Антон недовольно застонал. «Вот паразит!» — Подумал Антон. Арсений лизнул его прямо в ухо, запустил фильм с того момента, где они остановились и заботливо подпер его поясницу, сбугрившись за спиной в виде валика, дав Антону на себя облокотиться. «Любимый паразит» — уже ласково подумал он, смиряясь с ситуацией. На экране тихо жужжали чужие голоса, Арсений скользко и невесомо поглаживал его по бедру. Было уютно и хорошо. Антон уснул.