Лишний

Для продолжения обсуждения братья и Младший Книгочей остановились в одной из комнат. — Пока что некто не действует активно, будто он чего ожидает. Нам непозволительно терять время, поэтому я предлагаю разделиться, но таким образом, чтобы ты, Лави, был с кем-то из нас — начал встревоженный Мана, разглядывая почему-то спокойных Четырнадцатого, так и не вернувшего Голема, и друга. — Я тоже размышлял об этом — согласился Наследник, на чью голову приземлился Тимкампи, и дополнил, спрашивая, — Госпоже Кемпбелл известно о присутствии «вас»? — Да. Было бы проблематично что-то скрывать от Матушки и создавать ситуации, чтобы они не пересекались, поэтому в день прибытия другого «тебя» мы обо всём ей рассказали — ответил, зевнув, Музыкант и потянулся, обращаясь к другу, — Не опускаешь идею с Ковчегом? Это невозможно. Да, мы тоже видели это знакомое белое мерцание, но сам знаешь, что Ковчег не способен перемещать в неизвестные ему места. И ещё, да, я не пользовался им в тот день, когда появился другой «ты». Лучше давай припоминай кого ты мог так задеть, чтобы этот некто использовал и другой мир. — Так значит мы все сходимся во мнении, что сама ситуация с «Лави», на которого наложили заклинание, является отводящим маневром, чтобы занять нас и вовремя напасть? — уточнил Мана. — Я всё больше и больше думаю, что этот некто не представляет реальной угрозы. Серьёзно, нам достаточно найти проводник для магии и другой очкарик будет освобождён от объятий сна — легкомысленно произнёс Четырнадцатый и припомнил, — Ах, да, Лави, ты идёшь со мной завтра проверять Ковчег. — Я пока не могу вспомнить человека, который мог так меня не взлюбить — задумчиво проговорил Младший Книгочей, — И, сказать по правде, я мало с кем взаимодействую из круга незнакомых людей. Я уверен, что тот, кто сделал меня своей целью, не входит в близкое окружение. Он следил за мной издалека весь мой путь до вас, но я так и не почувствовал насколько тот близко находился ко мне. — Кстати, когда ты, Неа, говорил о «наличии запаха крови изнутри», что имел ввиду? — перевёл тему старший Кемпбелл. — Ммм, понимаешь... Ощущение, будто это не внешнее повреждение от воздействия магии, а внутреннее... Думаю, что некто хотел задеть именно душу, и у него это получилось, и сейчас другой Очкарик бродит где-то — попытался объяснить свои ощущения Музыкант. В ответ Мана нахмурился : — Тысячелетний Граф питается душами, как и Чистая Сила энергией своего носителя. Апокриф тоже обладает разнообразием способностей и вполне может каким-то образом влиять на душу... И необязательно с ним встретиться, чтобы в его пустой голове что-то щёлкнуло. Да и давно он что-то не появлялся — это тревожит. Завтра я посещу поместье Камелот для обсуждения ситуации с Семьёй и кого-то пришлю для защиты. Вы же долго не задерживаетесь в Ковчеге. — Хорошо-хорошо, Мамочка. Тогда Спокойной ночи — подразнил, улыбнувшись, брата Четырнадцатый и обратился к другу, — Ты идёшь со мной. Смирившиеся Лави напоследок попрощался со старшим Кемпбеллом и последовал за Музыкантом.

***

Дойдя до комнаты, в которой время от времени останавливается на ночлег Младший Книгочей, Неа затолкал того в помещение и с грозным видом утвердил : — Спи. Ты же ведь всё свое путешествие не спал, не так ли? — Неужели я выгляжу настолько требующим сна? — улыбнулся в ответ Лави и поспешил оправдаться, — Между прочим, я всё-таки в некоторые дни засыпал на полчаса. — Какой молодец, посмотрите на него — тут же съязвил Четырнадцатый, посадив друга на стул, и начал снимать с того серьги, — Не двигайся и молчи, а то уши оторву. И будешь ты без глаза и без ушей такой красивый. Уркампи, которого наконец выпустили из плена наглые, длинные пальцы кудрявого, подлетел к Наследнику и расположился на его коленях, недовольно посматривая на Ноя. Лави, стараясь не думать о мягких прикосновениях к своим ушам, спрятать испытываемое им смущение, сосредоточил внимание на Големе, даря тому поглаживания. Спустя некоторое время он начал чувствовать накатывающий на него сон, его глаза иногда закрывались от тяжести прошедшего дня, однако юноша пытался сохранять бодрое состояние, поэтому и обратился немного неуверенным голосом, захотев поднять кое-какую тему : — Неа. — Что? Созрел для обсуждения этого? — усмехнулся, закончив снимать серьги с чужих ушей, Музыкант и провёл ладонью по своей шее, — Я тебя не внимательно слушаю.

Остановись! Он ни в чем не виноват! Тот, кого ты хочешь убить, на радость нам, давным-давно мёртв!

— Неа, я серьёзно... — начал помрачневший Младший Книгочей. — Я тоже сейчас серьёзен — пропел, перейдя на шёпот, Четырнадцатый, снимая с друга очки и кладя их на стол вместе с серьгами, — По крайней мере с таким тобой я не хочу это обсуждать. Поэтому будь добр, немного потерпи. В любом случае ты мне обо всём расскажешь, никуда не денешься. — Я не хотел навредить тебе. Никогда. Даже сейчас, когда ты такой невыносимый — признался, опустив плечи, Лави и добавил, — И, клянусь, что впредь подобного не случится. В ответ Музыкант промолчал, затем, следуя своим каким-то соображениям, отошёл и показал определенное количество пальцев, спрашивая : — Сколько я показываю? — Ну... Три. Сейчас пять — проговорил Младший Книгочей, неуверенно смотря на друга. — Ты просто так носишь очки? — поинтересовался, немного обдумав, Четырнадцатый. — Не совсем. Из-за того, что я не использую правый глаз, левый подвергается большей нагрузке, поэтому, чтобы окончательно не лишится обоих, я ношу очки — объяснил Лави и добавил, — Без них я могу различать предметы, их количество, однако назвать кто передо мной : мужчина или женщина для меня сложно. — Вот как — задумчиво протянул, продолжая рассматривать собеседника, Ной и заключил, начав развязывать на своей шее ленту, — Думаю, на сегодня достаточно философских бесед. — Неа, ты со мной будешь ночевать...? — неуверенно спросил Младший Книгочей, наблюдая за уже растёгивающим пуговицы на рубашке Четырнадцатом. — Лави, ты такой не стабильный : то говоришь, что спешил ко мне, то прогоняешь меня — драматично всплакнул Музыкант и затем улыбнулся, подойдя к тому и распустив чужие волосы, — Не ты ли несколько минут назад клялся, что снова та ситуация не произойдет? Тогда чего боишься? — Всему должна быть мера. Твои действия — открытое подразнивание для него. Я думаю, что не стоит так откровенно его провоцировать — нравоучительно произнёс Лави и прошептал, — ...Ведь у меня может и не хватить сил, чтобы спасти тебя. — Ну и кислую мину ты сейчас состроил — проговорил Неа, растягивая чужие щеки в стороны, и усмехнулся, — Я довольно живучий, посмотрим, кто уйдет на тот свет первым. В ответ Младший Книгочей рассмеялся. Почему-то от слов друга ему стало немного спокойнее. — Наконец лицо попроще сделал, а то сидел такой мрачный — пробубнил Четырнадцатый и заключил, — Всё, идем спать. Я устал. Да, в одной кровати, а что, стесняешься? — Как я понимаю, мои слова против не берутся в расчёт — выдохнул Лави. — Естественно — тут же утвердил Музыкант, толкая друга к кровати. Спустя пять минут активного копошения, юноши выбрали удобное положение и наконец заснули. Хотя первым всё-таки вырубился Младший Книгочей. Неа же продолжал задумчиво смотреть на чужое умиротворённое лицо. Големы же отдыхали на столе.

***

В это же время у других версий. Медленно открывая глаза, «Лави» рассеянным взглядом рассматривал незнакомый потолок. Стоило ему аккуратно встать, он заметил спящих «Ману», сидящего на стуле рядом с ним, и «Неа», расположившегося на полу — это заставило его улыбнуться. Почувствовав острую нужду попить, юноша размышлял будить ли кого-то из братьев или перетерпеть. В этот же момент «Старший Кемпбелл» дёрнулся и начал хлопать глазами и, привыкнув к темноте, отчётливо увидел проснувшегося. Он тут же вскочил, разбудив шумом младшего, и подбежал к «Лави», обеспокоенно расспрашивая : — Как самочувствие? Ничего не болит? Ты голоден? Принести чего-нибудь? — Ммм, «Мана», что за активность на ночь глядя... — недовольно пробубнил «Неа» и, встретившись глазами с очнувшимся Старшим Братом, тоже быстро поднялся и проговорил, — Я пойду и расскажу «им». — Кому им? — задался вопросом Лави, смотря на убежавшего юношу. — Наконец, ты очнулся, наконец... — шептал, обняв, Мана и радостно всхлипнул, почувствовав ответное прикосновение. Остановившись в коридоре, «младший Кемпбелл» понял, что не знает куда ему идти. Поэтому он начал бродить, прислушиваясь, вдруг «они» ещё не ложились на боковую. К счастью, спустя несколько минут хождения туда сюда юноша встретил другую версию брата. — Что-то случилось? — обеспокоенно спросил Ной, заметив состояние «Неа». — Проснулся — оповестил, переведя дыхание, «младший Кемпбелл». — Хорошо, иди обратно в комнату, я пойду за Братом и Лави — произнёс, нахмурившись, Мана и, получив кивок, направился к нужной комнате, будто зная, что на этот раз эти двое будут в ней. Добравшись до двери, он постучал и затем зашёл внутрь, встречая спящего на Четырнадцатом друга. — Значит очнулся — проговорил, поняв по выражению лица брата, Музыкант. — Стоило Лави заснуть, так и проснулся другой «он» — заключил старший Кемпбелл и утвердил, — Тогда останься здесь, я же поговорю с ними. — Захвати с собой Тима, чтобы не бегать туда-сюда — напоследок вымолвил Музыкант, повернув голову к названному Голему. Так Ной и Младший Книгочей остались снова одни в тишине. — Только попробуй впасть в глубокий сон, Лави — обратился к спящему Четырнадцатый.