Песнь мертвецов

Больничный свет слепит глаза. Чисто белые стены неприятно воспринимаются после тяжелого пробуждения. Голова гудит, словно по ней долго и очень старательно били молотком, хотя судя по бинту на ней это может оказаться правдой. Джисон не помнит, что именно произошло. Они просто гуляли с Минхо – его парнем, в котором он души не чаял. На тот момент это была их первая годовщина – год со дня, когда Хан сказал "да" в ответ на предложение руки и сердца. Каждый день был наполнен десятками мелочей, приносящих в жизнь обоих много счастья. И будто бы они не смогли существовать отдельно, уж настолько привязались. Говорят, что такие пары создаются на небесах. Джисон верил в это, верил в их счастье. – Хан Джисон, вы меня слышите? – Да, можно воды? – Пару глотков, – предупредил врач и подал одноразовый стаканчик с нужным количеством воды. Хан с жадностью опустошил ёмкость и поблагодарил мужчину. – Вы помните, что произошло? – Мы гуляли с моим парнем, а потом просто темнота. Что произошло? – Вы помните сколько вам лет? – Да, двадцать пять. – Верно. Какого числа вы пошли на прогулку и как зовут вашего парня? – Второго ноября. Парня зовут Ли Минхо. Он не приходил? Он наверняка волновался. – Джисон, вы пока отдыхайте, я зайду немного позже. Через час медсестра принесет вам необходимые медикаменты. Нужно будет их принять. Если что-то понадобится, то просто позовите кого-нибудь из персонала. Часы посещения в последнее время сильно ограничены, из-за обострения различных вирусов, поэтому не переживайте, вас навестят сразу же, как появится возможность. – Спасибо. Удачного дня. – Спасибо. Спустя какое-то время Хан провалился в сон, из которого его силой вытащила медсестра, дала ему выпить какую-то таблетку и ввела препарат внутривенно. Но даже это не способно преодолеть его любовь ко сну, поэтому буквально через минуту после ухода медика, он вновь провалился в царство Морфея. К сожалению, поспать долго ему не удалось, ведь найдется рано или поздно причина, которая поднимет его с принретого местечка. На этот раз приспичило по нужде. Джисон уже был в этой больнице, поэтому знает примерную планировку, а соответственно и расположение уборной. Он попробовал встать с кровати. Стоит, значит всё в норме. Найдя кроксы под кроватью, парень мысленно поблагодарил персонал за столь приятный подарочек и двинулся в нужную ему сторону. Сделав все свои дела, Хан с облегчением поплелся обратно в палату, но по дороге его кое-что смутило. Вроде бы он совсем не популярная личность, но почему все до единого видя его перешёптываются? Сначала Джи подумал, что это просто совпадение и ему кажется, но всё же он ошибся. Взгляды были устремлены на него одного. – Мама смотри! Это дядя с телевизора! – прокричал маленький мальчик за его спиной. Подняв взгляд на телевизор, висящий под потолком в коридоре, Джисон лишь понял, что сейчас там транслируют новости. Большего он рассмотреть не успел, потому что перед ним вырос его же врач и еще пара медбратьев. – Почему вы не в палате? – Я уже иду обратно. А что там в новостях интересненького рассказывают? – Хан выглянул из-за врача замечая краем глаза, что на экране появилось лицо его возлюбленного, перед тем как мужчина снова перекрыл вид. – Джисон, возвращайтесь сейчас же. Вам необходим полный покой. – Отойдите, пожалуйста. Минутку и я ухожу. – Нет, извините, я не могу вам этого позволить. Наперекор словам медика, Хан отпрыгнул в сторону, читая заголовок в субтитрах: "Похищенный две недели назад парень был найден живым. Сейчас его состояние стабилизировано, и он находится в больнице. Насильник был задержен. Ведется следствие." – Почему там Минхо!? Почему там я?... – Джисон, возвращайтесь... – Нет! Почему!? Что произошло? – Джисон... – Почему вы скрываете!? – Хан в панике осмотрелся по сторонам. Все присутствующие смотрели на него. Только на него. Чёрт... Голова, будто по щелчку пальцев, сильно заболела. В память врезались какие-то нескладные кусочки. Но всё же один момент воссоздался яркой картинкой... Темный зал. Посреди него стоит огромный стол. Напротив, в своём любимом кресле сидит Минхо с бокалом красного вина в руке. Он удовлетворительно улыбается и встает с места, подходя все ближе. С каждым шагом сердце пропускает все больше ударов. Джисон вспоминает. Он лежит на столе, связанный колючими веревками. Сверху, прямо на его теле, выложены различные виды блюд: от рыбы до винограда. Ему противно. Особенно когда Минхо приблизился максимально близко и разбил пустой бокал об угол стола. Взяв самый крупный осколок, он несколько раз провел им по груди и щеке парня, где не было ничего лишнего. В этих местах выступили капельки крови. Но Джисон терпел. Нельзя издавать звуки. Нельзя нарушать правила. Ли наклонился, чтобы откусить кусочек одного из блюд, лежащего на нижней части живота, а затем слизал кровь с образовавшихся порезов. Он жутко улыбнулся и что-то прошептал, но Хен не помнит, что именно. – Джисон! Срочно уведите его в палату! – вытащили из воспоминаний громкие крики врача. Не успел он оправиться от своих мыслей, как его схватили под руки и потащили в сторону палаты. Он сопротивлялся, но его не отпускали. Держали так, будто это Минхо снова издевается над его телом. – Что ты хочешь!? – Не бойся, маленький. Иди сюда. – Не подходи! – Жалеть же будешь. Ну, давай, пару шагов вперёд и заработаешь ужин. – Нет! – Ах, вот как? Ну я предупреждал. Ли двинулся вперёд. Подойдя вплотную к дрожащему юноше, он подсек его ноги, чтобы тот оказался на коленях, и грубо схватил за волосы. – Ротик пошире, шлюшка. Джисон сопротивлялся, как мог. Он пытался оттолкнуть монстра перед ним, но всё тщетно. Даже когда его челюсть грубо раскрыли и сразу же причунули, появлялось огромное желание стиснуть зубы и откусить этот проклятый член. Но тогда станет еще хуже. Он это понимает и рисковать не хочет. Проснулся Джисон в своей палате. Видимо потерял сознание, но лучше б не терял... Мысли одна за другой всплывают в памяти, создавая единый образ прошлого. Он вспомнил всё, что было: и как Минхо во время прогулки в парке на первую годовщину завел его в тихое место и вырубил, и как издевался над его обессиленным телом почти две недели, и как полиция смогла его найти. Помнит, как улыбался Ли своей сумасшедшей улыбкой. Но это же не может быть правдой, верно? Он очень хотел, чтобы это оказалось кошмарным сном. Но раны на его теле свидетельствуют об обратном. Минхо не тот человек, на образ которого повелся Хан. Он монстр во плоти, готовый убить человека реди удовлетворения своего собственного больного удовольствия. Сложно осознавать, что человек, который забрал частичку тебя – всё твое сердце – гниет в тюрьме из-за тебя же. Как он мог такое сделать? Может это всё ошибка, и Джисон просто решил так над ним пошутить? Он уже скорее в свое сумасшествие поверит. В любом случае всё это уже произошло. Джисону стоило бы двигаться дальше, оставив все это в прошлом. Но он не может. Никакие сеансы с психотерапевтом не помогут вернуть ему Минхо, не смогут стать ключом к его освобождению. Но так и должно быть – Ли опасен. Хан это понимает, но в душе надеется, что это лишь дурной сон, а сзади подойдет его возлюбленный, обнимет за плечи и поцелует в макушку как раньше.