Миллионы разбитых мечт

Натянув капюшон на глаза и поправив тёмные очки, Сихён встала с сиденья и покатила чемодан к поезду. Наконец-то она уедет из этой дыры Кванчхона, отвратительно — ну, лично для неё — пахнущей и бесившей её каждой своей улицей. А про воспоминания, связанные с этим ужасным местом, лучше было бы уже давным-давно забыть.

***

Четыре года назад… Непонятно, кто вообще любит эту физкультуру. Зачем она вообще нужна? И так по коридорам устанешь ходить, а теперь ещё и бегай, прыгай на скакалке да с мячом носись по полю! Бред какой-то! Хорошо, что уже можно уходить. Ещё и потные все, воняет, особенно от… — Э-э-э! Какой-то парень из её класса — насколько Сихён запомнила за три дня обучения, по имени Чан — вихрем пронёсся мимо неё по лестнице, задев рюкзаком, при этом чуть ли не сшиб её вниз. — Оборзел?! — заорала она на эмоциях. — Извини, я не… — Да все вы не специально! Сначала Наён, теперь ты надо мной издеваешься! Отстань и даже не подходи ко мне больше! Сихён была зла. Очень зла. Воспоминания о бывшей школе, где её травили целой компанией, снова всплыли в девичьем мозгу. Как бы она ни хотела забыть их все, выкинуть из головы навсегда, ничего не получалось — они преследовали её везде, а если и засыпали, то лишь на чертовски недолгое время. Вроде бы это просто, причём так говорят все — от учительницы до рандомной тёти с телевидения, — но не для неё.

***

Их вражда развивалась всё сильнее и сильнее, хотя чётко прослеживающаяся ненависть шла лишь со стороны Сихён. Казалось, она никогда не закончится и он будет вечно выносить ей мозги, но всё-таки тот самый переломный момент, которого она ждали с огромным нетерпением настал. Выпуск из школы развёл их пути. Остаётся лишь надеяться, что навсегда. По её щеке скатилась слеза. Он мерзкий человек! Поверить бы ещё самой, что это он такой, а не Сихён… Её мысли прервал механический голос диктора, оповестивший, что до отправления поезда «Кванчхон — Сеул» осталось пять минут. Сообразив, что это как раз туда, куда у неё куплен билет, она потащилась к своему вагону быстрее. Главное сейчас — не опоздать. Успешно загрузившись, правда, впопыхах, она быстро запихнула чемодан под сиденье — чтобы не мешать другим людям и не привлекать их внимание — и села, достав наушники, чтобы провести эти два часа вместе со своей любимой группой, закрыв глаза. Поезд через пару секунд тронулся.

***

Сихён проснулась от того, что какая-то женщина лет сорока пяти, похожая на проводницу, трясла её за плечо. — Мы приехали, — без особой приветливости оповестила она. — Вещи надо помочь выгрузить? — А?.. Нет, сама справлюсь, — съязвила она, отразив кривое выражение лица женщины. Достав чемодан и кинув проводнице сухое «до свидания», не получив даже того же в ответ, Сихён вышла из поезда и направилась… Куда? Пока неясно. Отель, как и такси, стоит дорого, так что следует просто найти ближайшую автобусную остановку и занять комнату в общежитии университета, в который она, хоть и с трудом, но поступила.

***

Чёрт подери, а ведь ещё несколько месяцев назад всё шло так беззаботно… Сихён рыжим вихрем неслась из универа, стараясь не опоздать, чтобы перед рабочей сменой успеть ещё хотя бы посмотреть домашку. Она уже и так на грани исключения, её нельзя оставлять абсолютно несделанной, иначе беды не избежать… Общага в университете — единственное место, в котором она может жить, не оплачивая за него каждый день бешеные — ну, лично для неё и для этого времени — деньги. Залетев в кафе, она с опаской взглянула на часы, после чего облегчённо вздохнула. Ещё осталось две с половиной минуты. Хотя сначала, по логике, нужно переодеться… Чудом не опоздав, она, сменив одежду на рабочую, потащилась — уже далеко не так резво, как бежала сюда — обслуживать столики. Сейчас главное — сложить у клиентов хорошее впечатление о себе, чтобы позже забрать чаевые и заработать максимум денег. За пять минут она уже обслужила два столика и элегантной поступью пошла к третьему. — Бутылку виски и рамён, — надменно проговорил парень не самой приятной наружности. — Поживее. — Простите, мистер, — учтиво ответила Сихён, несмотря на внезапно появившееся глубокое отвращение к этому человеку, — у нас сейчас очень много заказов, поэтому готово будет только через двадцать минут. — Рамён — лапша быстрого приготовления, ваши повара что, не в курсе об этом? — презрительно уточнил он. — Чтобы максимум через десять было готово. Я опаздываю, ясно? — Но… — Я непонятно сказал? — уже без тени насмешки, а лишь со злобой в голосе, проговорил он, наконец обратив на официантку должное внимание. Правда, совсем не такое, какое хотелось. И почему она потащилась обслуживать именно его? Господи, какой урод. — Скоро всё принесу. — Пришлось покориться. Передав заказ поварам, она уже без былого энтузиазма потопала обслуживать другие столики, стараясь не вспоминать про этого мужлана и помня, что ей стоит лишь донести ему заказ, и больше она его не увидит никогда. Минут через пять отдав ему всё, что он просил, и получив брезгливо отданные мятые купюры, она вздохнула спокойно, увидя, как он выходит из кафе. Наконец-то.

***

— Сихён! — позвал её начальник, когда рабочий день уже окончился и все начали расходиться. — Да, пуджанним? — странно, её раньше не вызывали, да и сегодня она не провинилась ни в чём, что могло произойти? — Итак, — начал он тоном, уже не предвещающим ничего хорошего, — как ты собираешься объяснять мне это? Увидев экран его телефона, на котором была открыта страничка их кафе, Сихён обомлела от страха. «Отвратительное обслуживание! Я вежливо предупредил, что опаздываю, попросил приготовить мне чашку кофе и рамён аж за пятнадцать минут и — что же вы думаете? — мне нахамили, так ещё и принесли мой заказ только через полчаса. Официантка, насколько я помню по бейджику, по имени Хан Сихён груба и надменна. Она невероятно высокомерно отнеслась ко мне. Больше трёх звёзд это заведение и без неё не заслуживает, по словам моих друзей, а когда всё же решился дать этому кафе шанс, она испортила всё впечатление. Я, конечно, всё понимаю, но это было уже слишком. Снизил до одной. Выше этой оценки не тянет ну ничего.» — Это отзыв от мистера Ким Уджина, племянника нашего мэра, — её сердце словно пронзили холодным ножом. Она точно знала, что сейчас скажет начальник, и понимала, что спорить бесполезно. Опасения подтвердились. — Ты уволена. По щеке скатилась слеза. Сихён молча оделась и вышла из кафе.

***

Стоя на крыше самого высокого здания города, она молча смотрела на ночной Сеул. Ей больше ничего не остаётся, как спрыгнуть. Хотя зачем прыгать, если можно просто упасть, не пытаясь бессмысленно напрячь и так уже давно изнемождённые этой никому не нужной жизнью мышцы?.. Где-то внизу раздавались звуки изредка проезжающих машин, возвращающихся домой с работы. Она свою прощальную работу выполнила — когда будут обыскивать её искореженный труп, чтобы найти хоть что-то о ней, хоть какую-то информацию, и найдут ключи, чтобы зайти в комнату в общежитии, они найдут там анкету Чана как единственного близкого ей человека. Родственников у неё действительно уже давно нет. Хотя бы так — он получит по заслугам, ведь именно ему в таком случае придётся выплачивать её множественные крупные долги. Если она и может сейчас ему отомстить, то только так. Время пришло. Полночь. Больше Сихён, стремительно летящая сейчас к земле, никогда не узнает о любви парня по имени Чан, разгоревшейся ещё в седьмом классе при знакомстве.