Не оставляй меня одного

Сынмин сидел в своей комнате, окруженный шумом и смехом своих друзей, но ощущение одиночества не покидало его. Он уставился в окно, наблюдая, как солнечные лучи проникают сквозь листья деревьев, и в этот момент его мысли были далеки от радости. "Почему я не могу просто быть как они?" – думал он. Каждый день мне кажется, что я не достаточно хорош. Я должен стараться больше, работать усерднее. Но откуда взять силы? Он тяжело вздохнул, осознавая, что изнурительные репетиции и постоянное давление оказали на него сильное влияние. Внутри него росло ощущение, что он теряет свою ценность среди остальных участников группы. *Наверное, они просто пытаются меня поддержать, но почему это так сложно принять?* – размышлял он, ощущая, как сердце сжимается от невыносимой боли. *Может быть, мне стоит просто собраться и все закончить?* Сынмин закрыл глаза, и в голове у него пронеслись образы прошедших концертов, смеха и радости, которые он чувствовал рядом с друзьями. Но все это меркло перед лицом собственных неудач. *Если я не справлюсь на следующем выступлении, что тогда?* – страх задался в его мыслях. *Что если я подведу их?* Он потянулся к своему телефону, чтобы написать сообщение Минхо, но рука вдруг остановилась. *Нет, он и так много делает для меня. Я не могу еще и это на него сваливать.* С этими мыслями Сынмин повернулся к зеркалу, готовясь к очередному дню. Он не хотел, чтобы кто-то увидел, как он на самом деле себя чувствует. ××× Зал для репетиций был полон звуков — музыка, шум шагов, приглушённые разговоры, и даже лёгкий скрип обуви, скользящей по гладкому полу. Сынмин стоял перед зеркалом, сосредоточенно повторяя движения. Он знал каждое из них наизусть, но в этот раз что-то не клеилось. Пальцы словно стали тяжёлыми, а ноги не хотели подчиняться. Он старался не думать о том, как сильно устал за последние дни, повторяя себе, что должен делать всё идеально. Ему нельзя было подвести команду. - Ты сегодня какой-то медленный, - услышал он рядом мягкий голос Феликса. Тот улыбался, подмигивая Сынмину. - Не выспался? Сынмин на мгновение застыл, а потом выдавил из себя лёгкую улыбку: - Да нет, всё нормально. Просто немного загружен, - произнёс он с таким видом, словно это была обычная вещь, не стоящая внимания. Феликс кивнул, но в глазах его мелькнула тень сомнения. Они продолжили репетицию, но вскоре к разговору подключился и Джисон, который шутливо похлопал Сынмина по плечу: - Эй, хватит лениться, а то ты скоро будешь самым медленным из нас, а не самым ярким! Сынмин усмехнулся, но было видно, что шутка не пришлась ему по душе. Он старался не показать этого, но внутри что-то защемило. Эти маленькие замечания, даже сделанные в шутку, снова напомнили ему о том, что он не так хорош, как хотелось бы. Он привык к их поддразниваниям, обычно сам с лёгкостью возвращал шутки, но сегодня слова будто пробивали в нём брешь. Минхо стоял чуть поодаль, наблюдая за этой сценой, и ему не понравилось, как Сынмин выглядел. Он всегда был тем, кто мог выдержать любые трудности с улыбкой, и видеть его таким было странно. Нахмурившись, Минхо открыл было рот, чтобы что-то сказать, но передумал, решив дать ему ещё немного времени. Зал снова наполнился звуками музыки, но Сынмин не слышал её так, как раньше. В голове стучала только одна мысль — "нужно стараться больше". ××× Репетиция подошла к концу, и зал постепенно опустел. Сынмин машинально сложил свои вещи в рюкзак, стараясь не задерживать взгляд на остальных. Сегодня он чувствовал себя особенно измотанным, но привычно улыбался и шутил, стараясь не выдать внутреннего напряжения. На самом деле, он с нетерпением ждал момента, когда можно будет вернуться в общежитие и хотя бы немного перевести дух. - Давайте закажем что-нибудь на ужин? - предложил Джисон, когда они все собрались у выхода. - Я уже готов сражаться за курицу! Феликс рассмеялся и подхватил: - Сдаюсь, я за сладкое! Только, чтобы было много и побольше. - Ага, конечно, - фыркнул Хёнджин, потягиваясь. - Ты всегда за сладкое, Феликс. - Ну а ты всегда за то, чтобы побыстрее вернуться домой и свалиться на кровать, - поддразнил его Чонин , поправляя капюшон на голове. - Мы все тебя знаем. Где-то рядом, улыбаясь этим шуткам, стояли Бан Чан и Чанбин. Чан был погружен в свой телефон, вероятно, проверяя расписание на завтра, а потом наблюдал за всеми, как обычно, стараясь уловить настроение каждого. Он не мог не заметить, как Сынмин выглядел сегодня, но решил пока не поднимать эту тему, просто отложив её на потом. - Ладно, давайте в автобус и домой, - наконец сказал он, слегка хлопнув в ладоши, чтобы привлечь внимание. - Все свободны. Они вышли на улицу и направились к стоявшему неподалеку личному автобусу, который ждал, чтобы отвезти их обратно в общежитие. Сынмин последним поднялся по ступенькам, стараясь не выдать своей усталости. Он сел у окна, уткнувшись взглядом в вечерний пейзаж, мелькавший за стеклом. Остальные ребята разбросались по салону — кто-то начал болтать, кто-то достал телефоны, чтобы посмотреть что-то, а кто-то просто откинулся на сиденье, закрыв глаза. Феликс, Джисон и Хёнджин сгруппировались в центре салона, обсуждая что-то с такими живыми выражениями лиц, что было ясно: разговор у них весёлый. Чонин лениво перекидывался с ними парой фраз, но вскоре задремал, уронив голову на плечо Хёнджина. Минхо тихо устроился рядом с Сынмином, мельком глядя на его отражение в окне. Ему не нужно было смотреть прямо, чтобы заметить, что что-то не так. Даже без слов было ясно, что Сынмин выглядел усталым, но тот держался, не подавая виду. - У всех день прошел нормально? - раздался голос Чана. Он сидел впереди, развернувшись к остальным и проверяя, как всегда, общее настроение. - Я лично в полном порядке, - отозвался Чанбин. - Главное, чтобы до завтрашнего дня ничего не изменилось. - Ну, ещё не вечер, - пробормотал Хёнджин, зевнув. Все засмеялись, но Сынмин только кивнул, стараясь не выглядеть отстранённым. Он вдруг почувствовал вибрацию телефона и мельком глянул на экран: Минхо отправил ему сообщение. "Ты в порядке?" — короткий и спокойный вопрос. Сынмин быстро набрал в ответ "Да, всё хорошо!" и убрал телефон, надеясь, что никто ничего не заметил. Он знал, что соврал, но не хотел привлекать внимание. Автобус мягко катился по ночным улицам, погружая их в полумрак и тихое урчание мотора. Сынмин смотрел в окно, стараясь отвлечься от мыслей о предстоящих репетициях и о том, что он должен сделать всё идеально, как бы тяжело ему ни было. ××× Автобус мягко остановился перед их общежитием, и участники начали выходить один за другим, обменявшись короткими фразами и смехом. Сынмин шагнул наружу, чувствуя, как его ноги будто стали ещё тяжелее. Он медленно пошёл за остальными, надеясь поскорее оказаться в своей комнате и хотя бы на пару минут расслабиться в тишине. Когда они вошли в общежитие, Феликс тут же направился на кухню, громко объявив: - Я иду варить лапшу! Кто со мной? - Я! - поднял руку Чонин, шутливо подпрыгнув. - А ещё я хочу что-то сладкое, если ты будешь делать лапшу, Феликс. - Ну, раз так, то я тоже, - лениво добавил Хёнджин, притворно закатив глаза, будто его заставляют, но на лице играла улыбка. - Ладно, но тогда вы помогаете! - громко прокричал Феликс, делая вид, что не собирается делать всё сам. Они рассмеялись и стали расходиться по комнатам, но Джисон задержался у входа, подождав, пока Сынмин догонит его. Он решил снова поддразнить друга, надеясь хоть немного поднять ему настроение: - Эй, Сынмин, ты что, заснул там, пока ехал? У тебя такой вид, будто ты только что с марафона вернулся. Сынмин остановился, медленно подняв на него взгляд. Обычно он бы тут же ответил чем-то в том же духе, но сейчас слова Джисона почему-то задели его. Он и сам знал, как выглядел, и ещё одно напоминание об этом резануло по нервам. Он напрягся, но постарался сохранить спокойный тон: - Да, я просто устал, Джисон. Может, ты меня просто оставишь в покое? Джисон удивился, не ожидая такой реакции. Он хотел было что-то ответить, но тут подошёл Феликс с широкой улыбкой, бросив: - О, хватит ворчать, Сынмин. Пошли к нам, поедим чего-нибудь вкусного и отдохнём. Но в этот момент терпение Сынмина лопнуло. Может, от усталости, а может, от накапливавшегося давления, но он вдруг резко ответил: - Я сказал, что хочу отдохнуть. Почему вы не можете это понять? В комнате повисла тишина. Все замерли, поражённые тем, как резко Сынмин отреагировал. Это было совсем не похоже на него — обычно он всегда находил способ сгладить любую неловкость. Но сейчас его взгляд был жёстким, а голос резким, и Джисон с Феликсом только переглянулись, не зная, что сказать. Минхо, который шёл позади всех, тоже заметил эту сцену. Он почувствовал, как что-то холодное сжало его грудь, когда он увидел, как Сынмин реагирует. Это было странно, неприятно, но больше всего — тревожно. - Ладно, успокойтесь, - осторожно вмешался Бан Чан, стараясь снять напряжение. - Давайте все просто расслабимся, хорошо? Сынмин ничего не сказал, лишь молча развернулся и направился к своей комнате, оставив остальных стоять в неловком молчании. ××× Сынмин закрыл за собой дверь, а затем опустился на кровать, не зная, что делать. Он почувствовал, как комок напряжения медленно расползается по всему телу, но при этом осознавал, что сам спровоцировал этот конфликт. Как он мог так резко отреагировать на своих друзей? Это было не похоже на него. Обычно он всегда старался быть вежливым и отзывчивым, но сегодня всё пошло наперекосяк. Он уставился в потолок, пытаясь понять, что с ним происходит. Усталось сжимала его в тиски, и мысли о том, что он не справляется, лишь добавляли тревоги. Сынмин прекрасно знал, что старается изо всех сил, но в его голове закрадывались сомнения. "Может, я недостаточно хорош?" — эта мысль снова и снова терзала его, заставляя чувство вины лишь нарастать. Тем временем в коридоре ребята переговаривались, и Сынмин не мог не слышать отрывки их разговоров. Он знал, что они обсуждают его, и это лишь подливало масла в огонь его переживаний. - Я не знаю, что с ним не так, - сказал Джисон. - Он никогда не был таким резким. - Может, у него что-то на душе? - предположил Феликс, потирая подбородок, как будто разгадывая загадку. - Он ведь последнее время выглядел уставшим. - Не знаю, может, ему просто нужно побыть одному, - вставил Хёнджин, пытаясь подбодрить остальных. - Мы все устаём иногда, верно? - Но у Сынмина это уже не первый раз, - заметил Чанбин, скрестив руки на груди. - Он всегда старается быть лучшим, а когда у него не получается — начинает закрываться. Минхо, всё ещё стоя рядом, посмотрел на остальных. Ему было тревожно за Сынмина. Он не мог понять, что именно происходит, но чувствовал, что тот не просто устал, а переживает что-то большее. - Я поговорю с ним, - сказал Минхо решительно, поднимаясь с места. Он не мог больше оставаться в стороне, когда видел, как страдает его друг. Сынмин, в то время как его друзья обсуждали его состояние, почувствовал, что за дверью кто-то остановился. Минхо постучал в его дверь, а потом, не дождавшись ответа, аккуратно открыл её. - Можно войти? - спросил он, заглядывая внутрь. Сынмин не ответил сразу, но потом кивнул. Минхо вошёл и закрыл за собой дверь, присаживаясь на край кровати. - Эй, как ты? - спросил он тихо, его голос был полон заботы. Сынмин взглянул на него и попытался улыбнуться, но у него это не вышло. - Всё в порядке, - снова произнёс он, но теперь это звучало так неубедительно, что Минхо лишь нахмурился. - Ты не выглядишь так, - сказал он, опустив взгляд. - Я знаю, что ты устал. И, может, тебе не хватает времени, чтобы выговориться. Сынмин не сразу ответил на вопрос Минхо. Он взглянул в пол, и в его голове закружились мысли. Смешение чувств мешало ему собрать слова в предложения. Он хотел сказать, что просто устал, но страх быть непонятым сковывал его. Минхо заметил, как Сынмин избегает взгляда. Это настораживало его. Он сидел на краю кровати, чувствуя, как между ними растёт неловкость. - Эй, ты не обязан всё объяснять, - тихо сказал он, стараясь создать атмосферу доверия. - Но если тебе нужно поговорить, я здесь. Однако Сынмин просто молчал, а его плечи слегка сжались. Минхо вздохнул, понимая, что друг не готов открыться. - Ладно, я не буду тебя мучить. Просто... если что-то понадобится, я рядом, - произнёс Минхо, поднявшись с кровати. Сынмин не ответил, а Минхо, почувствовав горечь в душе, направился к двери. Он остановился на мгновение, пытаясь понять, не оставляет ли он Сынмина в одиночестве. Но тот продолжал смотреть в пол, словно он был невидимым. - Спи, возможно, тебе просто нужно немного отдохнуть, - бросил он напоследок, и, не дождавшись ответа, вышел из комнаты. Минхо вернулся в общую зону, где его друзья всё ещё обсуждали ужин и смеялись. Но он не мог сосредоточиться на разговоре, его мысли были только о Сынмине. Он чувствовал, что что-то не так, но не знал, как помочь. *** Утро наступило довольно быстро, и вместе с ним пришло новое напряжение. В общежитии царила обычная суета: ребята спешили позавтракать и подготовиться к репетициям. Однако Сынмин всё ещё не чувствовал себя лучше. Он не выспался и с трудом вставал с кровати, чувствуя, что у него нет сил. Когда он вышел в общую зону, Феликс уже готовил завтрак, а Хёнджин и Чонин громко переговаривались. Чанбин где-то в углу смотрел видео, а Джисон делал записи в блокноте, напоминая себе о том, что нужно сделать на репетиции. - Сынмин! - радостно позвал Феликс, но, увидев, что у друга нет настроения, его голос сразу стал более осторожным. - Ты что, не спал? Сынмин просто кивнул, стараясь не привлекать внимание. Ему не хотелось говорить о том, как он себя чувствует, и это давило на него. Джисон, заметив напряжение, решил подшутить: - Сынмин, ты что, вчера в марафон играл? Такой уставший выглядишь! Сынмин попытался улыбнуться, но это оказалось непросто. Слова Джисона, хотя и сказанные в шутливом тоне, лишь усугубили его состояние. - Всё нормально, - коротко ответил он, надеясь, что этого будет достаточно. Но Джисон, не ожидая такой реакции, нахмурился. - Ладно, если что, ты знаешь, где нас найти. Сынмин кивнул, но его сердце сжалось. Ему казалось, что в этот момент он чувствовал себя чужим среди своих друзей. И хотя они пытались подбодрить его, внутри него росло ощущение, что он не справляется. На репетиции атмосфера была напряжённой. Каждый из участников сосредоточился на движениях, но для Сынмина это стало настоящим испытанием. Он смотрел на своих друзей, которые так уверенно выполняли хореографию, и не мог избавиться от чувства, что он отстаёт. Когда они перешли к более сложной части, всё пошло не так. Сынмин, пытаясь сосредоточиться, снова не смог поймать ритм, и его движение стало запоздалым. - Сынмин, давай, сосредоточься! - крикнул Чан, стараясь сохранить терпение. - Я стараюсь! - ответил Сынмин, чувствуя, как нарастает раздражение. - Кажется, тебе это не очень удаётся, - подколол Джисон, не оставляя шансов. - Может, ты просто слишком устал? - добавил Минхо, его голос звучал недовольством, и это только подливало масла в огонь. - Устал? Я и не знал, что вы все такие уставшие, раз всё равно на меня накидываетесь! - выпалил Сынмин, его гнев накалялся. - Сынмин, мы здесь все работаем, - попытался вмешаться Хёнджин. - Ты не единственный, кто устал. - Так что же, мне просто молчать и терпеть? - рявкнул Сынмин, обводя всех недовольным взглядом. - Вам так легко говорить, когда вы все такие талантливые и уверенные! Чан, как лидер, почувствовал, что нужно взять ситуацию под контроль: - Сынмин, надо успокоиться. Мы все устали, но это не повод не справляться с репетицией. - Я не хочу, чтобы вы жалели меня! - крикнул Сынмин, чувствуя, как его голос дрожит от гнева. - Я просто не на вашем уровне, и это так раздражает! - Если ты не можешь справиться, может, стоит немного подумать, прежде чем выходить на сцену? - резко ответил Минхо, его тон был холодным и безжалостным. Сынмин вскинул голову, гнев переполнял его. Ему стало невыносимо обидно, и он не хотел больше слышать этих слов. - Я не хочу вас подводить! - воскликнул он, голос его срывался. - Я просто... я стараюсь, но кажется, это никому не важно! Чан, видя, что ситуация выходит из-под контроля, попытался успокоить их: - Давайте просто сделаем паузу. Мы все испытываем усталость, и это нормально. Но Сынмин не собирался оставаться. Он развернулся и выбежал из репетиционной комнаты, его шаги были быстрыми и неуверенными. Ему было нужно уйти, чтобы скрыть свои эмоции и найти спокойствие в одиночестве. Когда он вбежал в коридор, его друзья переглянулись, не зная, что делать. Атмосфера после его ухода изменилась, и они чувствовали, как в воздухе повисло напряжение, которое никто не мог разорвать. ××× Сынмин выбежал в коридор, его сердце колотилось, а мысли путались. Он не понимал, как всё так быстро зашло в тупик. Ноги сами вели его в сторону выхода из здания, где он мог ненадолго укрыться от взгляда товарищей. Он зашёл в тихое место, облокотился о стену и закрыл глаза, пытаясь подавить накатывающиеся слёзы. Почему он не мог быть таким же, как остальные? Все вокруг казались такими уверенными и сильными. А он? Просто не хватало сил. **Утро следующего дня.** Солнце уже встало, когда Сынмин открыл глаза. В комнате было тихо, но внутри него все еще царила неразбериха. Он сел на кровати и потянулся, понимая, что не выспался. Вспомнив о вчерашней репетиции, ему стало не по себе. Он знал, что его друзья могли быть расстроены. И хотя он чувствовал себя виноватым, гордость не позволяла ему первым заговорить. Собравшись с силами, он вышел в общую комнату. Тишина, повисшая в воздухе, была ощутимой. Он увидел, что остальные члены группы собираются на завтрак. Чан сидел за столом, углубившись в свои мысли, Минхо что-то шептал Джисону, а Феликс пытался развеселить Хёнджина. Сынмин почувствовал, как в груди закипает гнев, но это чувство быстро сменилось обидой и тревогой. - Привет, - произнёс он тихо, надеясь, что его приветствие развеет напряжение. Но никто не ответил. Чан поднял глаза, но быстро отвёл взгляд, как будто что-то вспомнил. Минхо с Джисоном продолжали шептаться, а Хёнджин и Феликс переглянулись, но так и не заговорили. Сынмин почувствовал, как что-то щемит внутри. Он выглядел как "мокрый щенок", о которой никто не заботится. Вскоре Сынмин решился подойти к столу и налить себе немного воды, но рука дрожала. Чан наконец-то решил заговорить, его голос был низким и строгим: - Нам нужно обсудить, как дальше двигаться. Вчерашняя репетиция не удалась. Сынмин, хотя и понимал, что Чан прав, почувствовал, как в горле пересохло. Он не хотел, чтобы кто-то ещё высказывался на его счёт. - Я постараюсь лучше, - тихо произнёс он, опуская взгляд. - Просто... тебе нужно больше сосредоточиться, - добавил Минхо, но его тон был менее сердитым, чем вчера. Он, казалось, немного переживал за Сынмина, но не хотел это показывать. Сынмин снова почувствовал укол в груди, но не собирался проявлять свои эмоции. Вместо этого он лишь кивнул, ощущая себя виноватым. - Может, сделаем небольшой перерыв перед репетицией? - предложил Феликс, стараясь развеять напряжение. Но в голосе остальных слышалась настороженность. Сынмин просто покачал головой, не в силах произнести ни слова. Он знал, что его друзья могут быть расстроены, но он не хотел, чтобы это становилось причиной новых конфликтов. Ему было стыдно за своё поведение, и он не знал, как это исправить. Когда завтрак подошёл к концу, Сынмин решил, что лучше всего будет уйти, чтобы не создавать больше напряжения. Он быстро собрал свои вещи и вышел из комнаты, оставив своих друзей в тишине. На улице воздух наполнил его легкие, но внутри по-прежнему бушевали эмоции. Ему нужно было побыть одному, чтобы разобраться в своих чувствах и понять, как дальше жить среди таких сильных и талантливых людей. ××× Сынмин блуждал по улицам, его мысли всё ещё были загружены. Он не мог избавиться от чувства вины за вчерашний конфликт. В глубине души он понимал, что не хочет расстраивать своих друзей, но с каждым днем становилось всё труднее держать себя в руках. Прошло несколько часов, но он всё равно не мог вернуться в общежитие. В голове постоянно крутились мысли: *Почему я не могу быть таким же, как они? Почему я не могу просто расслабиться?* Каждая репетиция давалась ему с трудом, и он не мог позволить себе показать слабость. Он старался изо всех сил, но усталость накапливалась, как снежный ком. На следующий день они собрались в студии, готовясь к концерту. Сынмин почувствовал, как напряжение в воздухе усиливается. Чан собрал всех вокруг и начал объяснять детали предстоящего выступления. - Нам нужно быть готовыми к любым неожиданностям, - сказал он, обводя взглядом своих друзей. - Это важный концерт, и мы должны показать всё, на что способны. Сынмин кивнул, но внутри него шевелилось беспокойство. Он чувствовал, что не сможет быть на высоте. Каждая репетиция становилась всё более изнурительной. После очередного прогона хореографии, когда ноги уже не слушались, он посмотрел на остальных. Они были полны энергии и уверенности, а он просто стоял, потирая виски чтобы прогнать головную боль. - Эй, Сынмин, всё в порядке? - спросил Феликс, заметив его усталый взгляд. - Да, всё нормально, - отозвался он, хотя его голос звучал слишком слабо для уверенности. Чан заметил его состояние и подошёл ближе: - Сынмин, ты сильно стараешься, но помни, что отдых тоже важен. Нам нужно, чтобы ты был в форме. Сынмин не хотел слышать этих слов. Он чувствовал, что должен продолжать работать, чтобы не подвести своих друзей. - Я справлюсь, - уверенно ответил он, хотя сам не верил в это. После репетиции, когда все начали расходиться, Сынмин остался наедине. Он снова потянулся к своему телефону, чтобы проверить время, и почувствовал, как усталость накатывает, как волна. Он присел на пол и закрыл глаза на несколько мгновений, надеясь, что сможет собраться с силами перед следующей репетицией. Ему всё же нужно было отдохнуть, но он не мог позволить себе это. Концерт был так близко, и он не мог допустить, чтобы его беспокойство помешало команде. Когда он вернулся к своим друзьям, они уже готовились к следующему этапу — последней репетиции перед концертом. Сынмин вздохнул, собрав волю в кулак. Он должен был показать всем, что способен быть на высоте, даже если это требовало от него всего. Но в глубине души он знал, что его силы на исходе. И когда наступит день концерта, он не может позволить себе сломаться. **День концерта.** Сынмин проснулся от звука будильника, но его мысли были по-прежнему загружены. Он посмотрел в зеркало и увидел уставшее отражение, глаза опухшие от бессонницы. Вчерашние репетиции были изнурительными, но сегодня всё должно быть по-другому. Это был их большой день. На завтрак Сынмин пришёл с тяжёлым сердцем. Его друзья были полны энергии, шутя и смеясь. Он попытался улыбнуться, но всё больше чувствовал себя, как "мокрым щенком". - Уверен, ты справишься! - сказал Минхо, похлопав его по плечу. - Да, всё будет хорошо, - ответил Сынмин, хотя сам не верил в это. Концерт начался, и, несмотря на все тревоги, атмосфера была волшебной. Сотни фанатов ждали их на стадионе, и Сынмин чувствовал, как адреналин наполняет его. Он был готов выступать, и на время забыл о своей усталости. Каждый номер проходил на ура. Но чем дальше шла программа, тем больше Сынмин чувствовал, как его силы иссякают. Он заметил, что его движения стали менее уверенными, и страх снова овладел им. Он не хотел разочаровывать своих друзей и фанатов. Когда пришло время для исполнения самого сложного номера, который требовал высоких прыжков и динамичных поворотов, Сынмин собрал все свои силы. Но на одном из прыжков, приземляясь, он неожиданно подвернул лодыжку. Боль пронзила его, но он стиснул зубы, чтобы не закричать. "Не сейчас, только не сейчас," - прокручивалось у него в голове. Он попытался продолжить, игнорируя боль, которая пульсировала в ноге. Он знал, что не может показать свою слабость. Сынмин продолжал танцевать, но каждый шаг давался ему с трудом. Он заметил, как Минхо с беспокойством смотрел на него, но Сынмин лишь улыбнулся, чтобы успокоить друга. Когда номер подошёл к концу, толпа взорвалась аплодисментами, и Сынмин почувствовал прилив облегчения. Но как только он вышел за кулисы, его ноги предали его. Он оперся на стену, пытаясь сгладить боль, но знал, что не может показать, что ему плохо. - Всё в порядке? - подошёл Феликс, заметив, что Сынмин выглядит бледным. - Да, всё нормально, - быстро ответил Сынмин, пытаясь скрыть свои страдания. Скоро начался следующий номер, и он снова вышел на сцену. Он понимал, что должен продолжать, но каждая репетиция, каждая тренировка требовала свою цену. В этот момент, когда он снова вышел перед толпой, ощущая оглушительные аплодисменты, он знал, что должен преодолеть себя, даже если это стоило ему здоровья. Наконец, концерт закончился, и они все вышли на прощание. Сынмин улыбался, хотя в глубине души чувствовал, как усталость и боль накатывают на него. Он знал, что не может позволить себе упасть сейчас, но как только они вернулись в гримерную, он наконец позволил себе выдохнуть. - Это было потрясающе! - закричал Джисон, объятия и радость обрушились на Сынмина. Сынмин кивнул, но его лицо выдавало нечто иное. Он знал, что рано или поздно ему придётся рассказать о травме, но сейчас он просто хотел быть частью этого момента. ** После бурных аплодисментов и восторженных криков поклонников, Сынмин и его друзья покинули сцену, уставшие, но счастливые. Они сели в автобус, и атмосфера была полна радости и восторга. Сынмин пытался улыбаться, но волнение и усталость сказывались на его лице. - Вы видели, как они реагировали? Это было невероятно! - говорил Чан, с сияющими глазами, делая заметки в своём блокноте. Сынмин кивнул, прислушиваясь к разговору, но его мысли были далеко. Он ощущал, как боль в лодыжке постепенно нарастает, но не хотел выдавать своего состояния. - Мы всё сделали отлично, - продолжал Хёнджин, с улыбкой вспоминая яркие моменты концерта. - Даже несмотря на некоторые ошибки, это было круто! Когда автобус подъехал к общежитию, Чан собрал всех вместе, чтобы сделать финальное замечание. - Ребята, я горжусь каждым из вас. Мы проделали отличную работу, но не забывайте — отдых тоже важен, особенно после таких больших выступлений. Сынмин, ты сегодня был потрясающим! - сказал Чан, обняв его. Сынмин попытался ответить на комплимент, но вместо этого выдал лишь слабую улыбку. Он чувствовал, что не заслуживает похвал за своё сегодняшнее выступление. Когда они вошли в общежитие, атмосфера была расслабленной. Все собирались на диване, обсуждая впечатления от концерта. Сынмин отстал от группы, стараясь не привлекать к себе внимания, чувствуя, как боль в лодыжке становится всё более невыносимой. Он потянулся к своей комнате, надеясь отдохнуть. Но не успел сделать и шаг, как Минхо, заметив его, подошёл ближе. - Эй, ты куда? - спросил он, глядя на Сынмина с беспокойством. - Ты выглядишь не очень. - Просто устал немного, - ответил Сынмин, стараясь скрыть боль в голосе. Минхо не верил его словам и решил проследовать за ним. Когда они вошли в комнату, Сынмин, не дождавшись вопросов, сел на кровать и попытался подложить под лодыжку подушку. - Ты действительно в порядке? - спросил Минхо, скрестив руки на груди. - Ты знаешь, что можешь мне рассказать, если что-то не так. Сынмин закрыл глаза и вздохнул. Он не хотел говорить о своей травме, не хотел показывать слабость. - Всё нормально, просто... я действительно устал, - пробормотал он, стараясь не акцентировать внимание на боли, которая пульсировала в лодыжке. Минхо подошёл ближе, внимательно смотря на Сынмина. Ему не нравилось, как Сынмин прятал лицо под подушкой, как будто скрывал что-то. - Ты ведь знаешь, что если у тебя есть проблема, мы вместе её решим, верно? - произнёс он, стараясь говорить мягко. Сынмин открыл глаза и увидел в Минхо искреннюю заботу. Это было приятно, но и болезненно одновременно. Он чувствовал, как ему не хватает смелости рассказать о травме. - Я просто немного уставший, - повторил он, надеясь, что этого будет достаточно. Минхо кивнул, но в его взгляде читалась настороженность. Он не собирался оставлять Сынмина в покое и знал, что что-то не так. - Хорошо, но если что-то поменяется, просто скажи мне, ладно? - добавил он, выходя из комнаты, но всё ещё не веря, что Сынмин говорит правду. Сынмин остался один, и, наконец, позволил себе расслабиться. Он почувствовал, как боль в лодыжке нарастает, и решил, что пора принять решение. Но не сейчас. Сейчас он просто хотел закрыть глаза и забыть о том, что произошло. ** Время шло, а боль становилась всё сильнее. Он поворачивался с боку на бок, пытался найти удобное положение, но каждая попытка лишь усиливала страдания. "Почему я не сказал никому?" - думал он, сердясь на себя. Ему было стыдно показывать слабость, но сейчас, когда он остался один, это чувство усилилось. Он закрыл глаза, пытаясь отключиться от боли, но, увы, безуспешно. Вскоре его дыхание стало тяжёлым, и он сжал зубы, чтобы не закричать от боли. Именно в этот момент в комнату вошёл Минхо. Он почувствовал, что что-то не так, когда не услышал привычных звуков весёлого общения. - Сынмин? - тихо позвал он, и, увидев, как тот беспокойно извивается на кровати, подошёл ближе. - Ты в порядке? Сынмин не мог ответить. Вместо этого он лишь стиснул губы, стараясь сдержать стоны. Минхо заметил, что Сынмин бледен и потел. - Слушай, я вижу, что с тобой что-то не так, - продолжал Минхо, наклонившись к нему. - Ты выглядишь ужасно. Что случилось? Сынмин, наконец, открыл глаза и встретился с его взглядом. В этот момент он осознал, что не сможет скрыть свою боль. - Просто... не могу уснуть, - пробормотал он, но Минхо не купился на эту уловку. - Не ври мне, - резко сказал Минхо, обиженно поджав губы. - Ты же знаешь, что можешь рассказать. Сынмин почувствовал, как слёзы наворачиваются на глаза. Ему было стыдно за свою слабость, и он не хотел, чтобы Минхо волновался. - Это просто усталость, - попытался он снова, но Минхо, заметив, как Сынмин сжал ногу, быстро подошёл и прижал руку к его лодыжке. Сынмин не ответил, просто посмотрел в пол, осознавая, что его план скрыть травму провалился. Боль в лодыжке усиливалась, и он понимал, что не сможет скрыть ее дольше. - Сынмин, что с тобой? – спросил он, его голос стал более настойчивым. – Ты выглядишь не так, как обычно. Сынмин вздохнул и снова прижал лодыжку к груди, чувствуя, как страх и стыд охватывают его. Он не хотел, чтобы кто-то знал о его травме, особенно Минхо. - Минхо, не надо... – тихо произнес он, стараясь скрыть свою уязвимость. Пока Минхо поняв в чем дело стал тянуть руку к лодыжке. Минхо нахмурился, увидев, как Сынмин пытается смириться с болью. Он присел рядом, обняв его. - Ты не должен терпеть это в одиночку, – сказал он, его голос был полон заботы. – Давай я помогу тебе. Сынмин покачал головой, но Минхо не собирался сдаваться. - Дай мне посмотреть на твою ногу, – настоял он, опускаясь на колени перед Сынмином. Тот медленно развёл ноги, показывая травмированную лодыжку. Минхо заметил, как она опухла и покраснела, и его лицо сразу стало серьезным. - Почему ты не сказал мне раньше? – спросил он, его голос дрожал от волнения. – Ты же мог серьезно повредиться! - Я не хотел вас беспокоить, – произнес Сынмин, пытаясь оправдаться, но его голос звучал слишком тихо. - Это не беспокойство, – резко ответил Минхо, его решительность возросла. – Мы твои друзья, и мы здесь, чтобы поддержать тебя. Ты не должен страдать в одиночку. В этот момент он встал и, не дожидаясь ответа, вышел из комнаты. Через мгновение вернулся с Чаном, который выглядел обеспокоенным. - Что произошло? – спросил он, увидев выражение лица Минхо и Сынмина. - У Сынмина травма, – ответил Минхо, указывая на ногу друга. – Нам нужно в больницу. Чан, осмотрев Сынмина, нахмурился и, кивнув, быстро принял решение. - Давайте, нам нужно позвонить в больницу, и я отвезу вас, – сказал он, беря Сынмина под руку, чтобы помочь ему встать. – Ты не должен оставаться здесь с такой болью.- Сынмин, ты должен это сделать. Мы не можем рисковать твоим здоровьем, - сказал он, обращаясь к нему с беспокойством. Сынмин знал, что не сможет противиться. Он чувствовал себя беспомощным и невыносимо стыдился, что не смог справиться сам. - Хорошо, - наконец выговорил он, и Минхо, облегчённо выдохнув, поспешил помочь ему подняться. Сынмин почувствовал, как внутри него закипает смесь благодарности и стыда, но он понимал, что не может больше скрывать свою боль. - Спасибо, что пришли, – тихо произнес он, опуская глаза. – Извините, что беспокою вас. - Ничего страшного, – уверенно ответил Чан, поддерживая его. – Мы всегда будем рядом, помни об этом. ** Минхо и Чан помогли Сынмину добраться до машины. Тот медленно передвигал ногами, стараясь не обращать внимания на резкую боль в лодыжке. Как только они уселись, Минхо тут же занялся тем, чтобы устроить Сынмина так, чтобы ему было удобно. - Ты действительно мог бы сказать нам об этом раньше, - заметил Минхо, глядя на Сынмина с беспокойством. - Мы все здесь, чтобы поддержать друг друга. Сынмин лишь кивнул в ответ, потирая лодыжку. Он чувствовал себя растерянным и несчастным. В это время Чан включил радио, пытаясь развеять напряжение в машине, но сам его настрой был явно серьёзным. Когда они прибыли в больницу, атмосфера вокруг изменилась. Сынмин почувствовал, как внутри него нарастает волнение. Минхо поддерживал его, пока они проходили через регистратуру и ждали, когда их примет врач. - Всё будет хорошо, - тихо сказал Минхо, глядя на Сынмина. - Это просто небольшая травма. Врачи знают, что делать. Сынмин лишь стиснул зубы и пытался не думать о боли. Ему было неловко, что его друзья так сильно волновались из-за него. Когда их наконец пригласили в кабинет, врач, женщина средних лет с доброй улыбкой, осмотрела Сынмина. - Давай посмотрим, что у нас тут, - сказала она, аккуратно прося его поднять ногу. Сынмин почувствовал, как Минхо рядом с ним напрягся, готовый прийти на помощь. После осмотра и некоторых манипуляций врач обернула лодыжку эластичным бинтом и сказала: - У тебя растяжение, скорее всего. Не переживай, это достаточно распространённая травма у активных людей. Я дам тебе несколько рекомендаций и назначу лекарства от боли. Сынмин кивнул, чувствуя, как груз на его душе немного ослаб. - Будет ли у меня возможность выступить снова? - спросил он, не в силах сдержать тревогу. - Мы поговорим об этом позже, - сказала врач, улыбнувшись. - Сначала нужно позаботиться о твоем восстановлении. Тем временем Чан отошёл в сторону, чтобы обсудить с врачом детали состояния Сынмина. Минхо остался рядом, беспокойно смотря на своего друга. - Ты всё ещё выглядишь плохо, - сказал он, внимательно изучая лицо Сынмина. - Что на самом деле происходит? Как ты получил травму? И почему ты ведёшь себя так последнее время? Сынмин ощутил, как внутри него закипает гнев. Он не хотел обсуждать свои чувства и проблемы, но в глубине души понимал, что друзья действительно заботятся о нём. - Я просто... не справляюсь с нагрузками, - признался он, избегая взгляда Минхо. - Я думал, что смогу, но... Минхо нахмурился, не веря его словам. Он знал, что за этим стоит что-то большее, и чувствовал, как в груди разгорается беспокойство. Тем временем Чан вернулся и, заметив, что Сынмин выглядит расстроенным, спросил: - Что-то не так? - Всё нормально, - соврал Сынмин, но его голос звучал неубедительно. Чан обменялся озабоченным взглядом с Минхо. Они оба чувствовали, что ситуация не такая простая, как казалась. - Мы здесь, чтобы помочь, - сказал Чан, его голос был полон поддержки. - Просто скажи, если что-то беспокоит. Сынмин снова кивнул, но внутри него все еще бушевали противоречивые эмоции. Он чувствовал себя виноватым и слабым. По пути обратно в общежитие, напряжение в машине стало ещё более ощутимым. Сынмин не мог избавиться от мысли, что он разочаровал своих друзей, и их забота давила на него. - Я просто хочу, чтобы вы не волновались, - произнёс он тихо, но ни Чан, ни Минхо не ответили. Оба продолжали смотреть на него с беспокойством, как будто не верили, что всё действительно "нормально". Машина двигалась по пустой дороге, а внутри царила тишина, нарушаемая только звуками двигателя и приглушённым радио. Чан, заметив, что его телефон звонит, извинительно посмотрел на Минхо и Сынмина. - Извините, мне нужно ответить на звонок менеджера, - сказал он, вылезая из машины. - Я быстро. Как только Чан закрыл дверь, в машине воцарилась неловкая тишина. Минхо посмотрел на Сынмина, который, казалось, снова погрузился в свои мысли. - Ты как? - тихо спросил Минхо, стараясь создать комфортную атмосферу. Сынмин, не встречая взгляда, только пожал плечами. Минхо почувствовал, что внутри него нарастает напряжение. Он знал, что что-то не так, но не мог понять, как это исправить. - Знаешь, мне не нравится, как ты себя ведёшь в последнее время, - начал он осторожно. - Ты не такой, как раньше. Что происходит? Внезапно у Сынмина сдали нервы. Он схватился за лодыжку и закрыл глаза, чувствуя, как слёзы наворачиваются на ресницы. - Я не могу... - выдохнул он, голос срывался от эмоций. - Я просто... слишком устал! Всё время думаю, что не справляюсь, что я недостаточно хорош! - Сынмин, успокойся, - сказал Минхо, быстро наклонившись к нему, растерянный. - Пожалуйста, расскажи мне всё. Я не могу помочь, если ты не скажешь, что тебя беспокоит. Слёзы потекли по его щекам, и он не стал их сдерживать. Минхо, увидев это, мгновенно расправил плечи и наклонился ближе, чтобы обнять Сынмина. - Сынмин, – сказал он тихо, но с глубокой заботой в голосе, – ты не должен так себя чувствовать. Мы все понимаем, каково это, и мы рядом с тобой. Он потёр спину Сынмина, пытаясь передать свою теплоту и поддержку. Сынмин уткнулся в плечо Минхо, и тот почувствовал, как его друг дрожит от слёз. - Ты не один, – продолжал Минхо, стараясь сделать голос более уверенным. – Мы всё это вместе переживаем. Не надо себя так корить. Сынмин, прильнув к Минхо, почувствовал, как его сердце наполняется теплом от этих слов. - Но иногда мне кажется, что я только мешаю всем, – тихо проговорил он, тяжело вздыхая. – Что я не приношу ничего хорошего в группу. - Не говори ерунды, – с решительностью ответил Минхо, обнимая его крепче. – Ты – одна из самых важных частей нашей команды. Без тебя всё было бы не так. Сынмин всхлипывал, не в силах остановить поток слёз. - Я не хочу вас разочаровывать, - продолжал он, и слова вырывались из него, как будто он больше не мог сдерживать эту бурю эмоций. - Я вижу, как вы все стараетесь, и я... я не хочу быть причиной ваших проблем. Минхо ощущал, как его сердце сжимается от боли за друга. Он наклонился ближе, обнял Сынмина, крепко прижав к себе и стараясь вложить в объятие всю свою теплоту и поддержку. - Ты не причиняешь нам никаких проблем, - произнёс он тихо, гладя его по спине. - Ты важен для нас. Мы все тут, чтобы поддерживать друг друга. Сынмин почувствовал, как слёзы начинают утихать, но всё ещё не мог избавиться от чувства глубокой усталости. - Я просто боюсь, что не справлюсь на концерте, – признался он, немного отстраняясь, чтобы взглянуть на Минхо. – Я не хочу разочаровать вас. Минхо тихо вздохнул и посмотрел прямо в его глаза, пытаясь передать всю свою поддержку. - Ты уже делаешь больше, чем многие могли бы. И если что-то пойдёт не так, мы все будем здесь, чтобы поддержать тебя, – сказал он с уверенностью. – Ты важен не только как участник, но и как друг. Сынмин почувствовал, как внутри него что-то меняется. Слова Минхо были словно бальзамом для его души. - Всё, что тебе нужно сделать, это дать нам знать, когда тебе тяжело, - ответил Минхо, его голос был полон тепла. - Ты не один. Мы команда. Ты часть нас, и никто не может этого изменить. Сынмин глубоко вздохнул, его сердце забилось быстрее. Слова Минхо были как бальзам на душу, но страх и неуверенность всё равно оставались. - Но я же не такой, как вы, - прошептал он, опуская голову. - Я не могу быть таким же сильным. - Сила не в том, чтобы быть идеальным, - сказал Минхо, его голос стал более уверенным. - Сила в том, чтобы знать, когда тебе нужна помощь. Никто из нас не идеален. И это нормально. Сынмин снова закрыл глаза, и в этот момент Минхо нежно прижал его к себе, при этом поцеловав его в макушку. - Ты не должен всё держать в себе, - произнёс он, почти шёпотом. - Ты имеешь право чувствовать себя уставшим и потерянным. Я рядом, и я всегда буду рядом. Сынмин почувствовал, как его сердце наполнилось теплом, но в то же время он не мог избавиться от тяжести на душе. Он кивнул, пытаясь собрать свои мысли. - Спасибо, – тихо произнес он, смахивая слёзы. – Мне важно знать, что вы рядом. Минхо нежно поцеловал еще раз Сынмина в макушку, чувствуя, как тот расслабляется в его объятиях. - Давай сделаем так: если ты когда-нибудь почувствуешь, что не справляешься, просто скажи. Мы разберёмся с этим вместе, хорошо? – предложил он, и в голосе его звучала искренняя забота. Сынмин кивнул, чувствуя, как внутри него рождается надежда. Он знал, что с Минхо рядом сможет справиться с любыми трудностями. Через некоторое время в машину вернулся Чан. Сразу заметив, что что-то не так, он взглянул на Сынмина, который сидел с красными от слёз глазами, уткнувшись в плечо Минхо. Чан молча смотрел на них, и в его глазах отразилось понимание. Он не стал задавать вопросы, просто знал, что нужно поддержать своих друзей в этот непростой момент. Сынмин, почувствовав присутствие Чана, вздрогнул, но продолжал прятаться в объятиях Минхо. - Всё будет хорошо, - прошептал Минхо, крепче обняв его, в то время как Чан вновь сел в машину, готовый поддержать их обоих. ** Когда они подъехали к общежитию, Сынмин уже дремал на заднем сиденье. Чан, который вел машину, повернулся к нему через заднее сиденье. - Сынмини, мы приехали, - сказал он мягко, с улыбкой на лице. Сынмин приоткрыл глаза и, увидев, что они уже на месте, снова закрыл их, с трудом борясь с усталостью. - Не хочу... - пробормотал он, уткнувшись лицом в шею Минхо. Минхо обнял его и, тихо смеясь, прошептал: - Давай, просыпайся, щеночек. Тебе нужно дойти до двери. Сынмин, почувствовав тепло Минхо, медленно открыл глаза, и его лицо осветилось легкой улыбкой, несмотря на боль в лодыжке. - Как я мог уснуть? – произнес он с легким смущением, потирая глаза. Чан помог ему выбраться из машины, поддерживая, чтобы не навредить его травме. Остальные уже ждали их у входа, с обеспокоенными выражениями на лицах. - Как он? – спросил Феликс, когда они подошли ближе. - Немного устал, - ответил Минхо, помогая Сынмину сделать шаг. – Но он в порядке. - Мы все переживали, когда узнали, что ты был в больнице, - сказал Джисон, глядя на него с заботой. – Ты должен был сказать нам. Сынмин покачал головой, все еще чувствуя себя неловко от внимания. - Всё в порядке, просто... немного больно, - признался он, опуская глаза. Чан, заметив его состояние, сказал: - Давай, мы все можем отдохнуть. Завтра поговорим, если нужно. Когда они вошли в общежитие, Минхо не отпускал Сынмина, обнимая его и аккуратно ведя к его комнате. Он знал, что Сынмин устал и что разговоры лучше оставить на утро. Как только они оказались в комнате, Сынмин сел на кровать, отдохнув на ней. Минхо сел рядом и положил руку на его плечо. - Ты не должен был так сильно уставать, - тихо сказал он, смотря в глаза Сынмину. – Мы все здесь для тебя. Сынмин, почувствовав заботу Минхо, обнял его в ответ, что принесло ему тепло и успокоение. - Спасибо, что ты рядом, - прошептал он, зарывшись лицом в его плечо. Скоро они оба улеглись на кровати, и Минхо аккуратно потянул одеяло, укрывая их. В комнате царила тишина, прерываемая лишь спокойным дыханием. Сынмин, чувствуя тепло одеяла и уют, который создавал Минхо, постепенно успокаивался. - Всё будет хорошо, - произнес Минхо, обнимая Сынмина так, чтобы тот почувствовал себя в безопасности. Его голос был мягким и уверенным, словно обещание, которое нельзя было нарушить. – Я рядом, так что не переживай. Сынмин в ответ чуть прижался к нему, наслаждаясь тем, как Минхо обнимает его крепко и заботливо. Он закрыл глаза, чувствуя, как напряжение уходит, а страх и боль отступают на второй план. - Спасибо, – тихо произнёс он, и в его голосе слышалась искренность. Минхо, уловив в его словах всю глубину эмоций, нежно провёл рукой по спине Сынмина, как будто пытался стереть все его переживания. - Не стоит благодарностей, – ответил он, наклонившись ближе. – Я просто хочу, чтобы ты знал: ты важен для меня. Не позволяй сомнениям тебя сломить. В этот момент Сынмин открыл глаза и взглянул на Минхо. В его глазах было столько тепла и понимания, что он не смог удержаться. Слабая улыбка коснулась его губ, и он чуть наклонил голову, чтобы прижаться лбом к Минхо. - Я не знаю, что бы делал без тебя, – признался он, чувствуя, как слёзы снова подступают, но теперь уже от благодарности. Минхо улыбнулся в ответ, его глаза светились от нежности. Он не только поддерживал Сынмина, но и давал ему уверенность в том, что он не одинок. - Ты никогда не будешь один, – прошептал Минхо, затем наклонился и, мягко коснувшись губами макушки Сынмина, добавил: – Я всегда буду рядом. Сынмин почувствовал, как его сердце наполнилось теплом и спокойствием. В этот момент он понял, что несмотря на все трудности, рядом с Минхо он может справиться со всем. Они остались в объятиях друг друга, и вскоре, устав от переживаний, Сынмин уснул, ощущая защиту и любовь, которые дарил ему Минхо. ** Солнечные лучи пробивались сквозь занавески, нежно касаясь лица Сынмина. Он медленно открывает глаза и поворачивается, чтобы увидеть Минхо, спящего рядом с ним. Сердце его наполнилось теплом от того, что он не один и что у него есть кто-то, кто заботится о нем. Сынмин тихонько улыбнулся, обняв Минхо за плечи и прижавшись к нему. В этот момент Минхо проснулся, ощутив его прикосновение. - Доброе утро, - прошептал он, улыбаясь и потянувшись. - Доброе утро, - ответил Сынмин, его голос был чуть хриплым от сна. – Как ты себя чувствуешь? - Лучше, когда ты рядом. - Это радует- сказал Минхо, слегка покраснев, и аккуратно поцеловал Сынмина в макушку. Сынмин почувствовал, как щемит сердце, и, несмотря на боль в лодыжке, он улыбнулся еще шире. - Спасибо за всё, - произнес он, чувствуя, как его сердце наполняется благодарностью. ** Когда они все собрались на завтрак, остальные члены группы обменивались взглядами, полными заботы. Чан, севший за стол, взглянул на Сынмина. - Как ты себя чувствуешь? – спросил он, его голос был серьезным. - Всё в порядке, - быстро ответил Сынмин, хотя знал, что это не совсем правда. - Ты не должен был скрывать свою травму, - вставил Феликс, глядя на него с обеспокоенным выражением. – Мы все здесь, чтобы поддержать тебя. Сынмин опустил взгляд, понимая, что его друзья действительно заботятся о нем. Он почувствовал, как его эмоции накатывают, и выдохнул, пытаясь собраться с мыслями. - Я просто... не хотел вас беспокоить, - признался он, его голос едва слышен. – Я думал, что справлюсь. - Мы все хотим быть рядом, - сказал Джисон, опуская взгляд. – Ты не один. Минхо, сидящий рядом, тихо положил руку на спину Сынмина и обнял его. - Мы будем вместе, как всегда. Но тебе не нужно скрывать, что тебе плохо, - произнес он уверенно. Сынмин кивнул, чувствуя, как слезы наворачиваются на глаза от понимания и поддержки, которую он получал от своих друзей. - Я постараюсь больше не скрывать, - сказал он, стараясь улыбнуться. – Спасибо, что вы со мной. Все начали обмениваться заботливыми взглядами, и в этот момент атмосфера в комнате стала теплой и поддерживающей. Сынмин понял, что, несмотря на все трудности, у него есть друзья, которые его поддерживают. И крепкая рука Хена на которую можно положиться.