(Не)правильно

Школьная сумка с грохотом падает на пол. Мафую, не особо заботясь о сохранности вещей в ней, просто проходит вперёд, ближе к кровати, и падает на неё лицом вниз. Она некоторое время просто лежит вот так, уткнувшись носом в подушку, и думает. Думает о Канаде Йоисаки. Об их композиторе. О девушке, которая заставляет её испытывать чувства, которые она никогда ранее не испытывала. Мафую поднимается и садится на кровати, переодеваясь из школьной формы в домашнюю одежду. Затем она медленно подходит к аквариуму, касаясь ладонью стекла и вглядываясь в ровную гладь воды. Что это за чувства? Приятное волнение, возникающее каждый раз, когда они взаимодействуют, желание проявить себя с лучшей стороны... И бесконечное тепло и желание просто всегда быть рядом. Каждый раз, когда Мафую вспоминает о тех моментах, когда их руки касались друг друга, её сердце начинает биться быстро-быстро... И сегодня они снова держались за руки. И сидели так близко, что их плечи почти соприкасались. И когда их взгляды встретились... Мафую, незаметно для самой себя, качнулась вперёд. Если бы не детский плач, который привлёк внимание Канаде... Их губы бы соприкоснулись. Мафую поднимает руки и прячет горящее лицо в ладонях. Сердце в груди отбивает бешеный ритм. Но ведь это неправильно. Мысль, прозвучавшая подобно грому среди ясного неба, заставляет Мафую замереть на месте. Её окатывает внезапным холодом, а к горлу подступает волна тошноты. Это... неправильно. В памяти тут же всплывает лицо мисс Асахины, искривлённое в гримасе отвращения. Не смотри на них, деточка. Они больны. Картинка сменяется на другую, и теперь Мафую, уже повзрослевшая, сидит на диване и смотрит на улыбку мисс Асахины. Как только придёт время, я составлю список, и ты выберешь понравившегося тебе мужчину. Холодный блеск её глаз. Комната кружится, и Мафую опирается на аквариум, второй рукой сжимая переносицу. Это ведь... неправильно... испытывать такие чувства по отношению к другой девушке? Неужели она... больна? Она должна была просто дождаться составления списка, и тогда, конечно... конечно, кто-то из этих мужчин ей приглянется. И тогда она поймёт, что всё, что она чувствует к Канаде - это что-то совсем другое, и совсем не та романтическая любовь, о которой судачат девочки её возраста. Эта мысль отзывается в ней темным комком дискомфорта где-то на дне желудка, однако она старательно его игнорирует. Мафую вздыхает, и её руки безвольно опадают по бокам. В её голове кружится вой разрозненных мыслей, и каждая из них стремится перекричать другую. Однако она цепляется за одну из них. Может... мама уже начала его составлять? *** Мафую тихо прикрывает за собой дверь, изучающим взглядом осматривая убранство комнаты мисс Асахины. У неё есть какое-то время, прежде чем мать вернётся из магазина. Она осторожно проходит вперёд и медленно открывает дверцу шкафчика, копаясь на полочках в поисках... чего-то. Её поиски не приводят к успеху, и сердце Мафую застревает в её горле, пока волны паники медленно подходят к голове... Однако тут она натыкается на простенькую синюю папку. С тихим хлопком она падает на пол и Мафую опускается рядом с ней, не сводя с неё внимательного взгляда. Она листает страницы, на которых изображены непримечательные мужчины с краткой характеристикой под их портретами - 36, бизнесмен... 28, кандидат наук... Мафую листает и листает, однако глядя на их портреты, она чувствует лишь отвращение при мысли о поцелуе с ними. Это не то... Мысль о поцелуе с Канаде заставляет её сердце биться быстрее, а ноги подкашиваться от волнения. Это совсем не то. Вскоре, когда Мафую переворачивает очередную страницу, за ней следуют лишь пустые листы. Мафую смотрит на пустую страницу невидящим взглядом. Это конец. Всё её нутро сковывает холод, и тошнота вновь подступает к горлу. Она механически закрывает папку и убирает её на место, а потом беззвучно выходит из комнаты и медленно бредёт к себе, уставившись неверящим взглядом в половицы. Она закрывает за собой дверь и опускается на пол подле стола, обхватив колени руками и прижимая их к груди. Она... сломанная? Почему... почему она просто не может быть нормальной? Это неправильно. Она опускает лоб, упираясь им в колени, и закрывает глаза. Почему она ощущает подобное только когда думает о Канаде? Она до боли сжимает ладони. Всё было бы легче, родись она парнем... В её разуме проигрываются сценарии счастливой жизни, будь она парнем. Они с Канаде бы непременно поженились... И, конечно, увидев, как Мафую любит Канаде, мисс Асахина непременно дала бы своё благословение... В желудке завозился червячок сомнения. Но было бы тогда всё именно так, как есть? Ведь она бы уже не была Мафую Асахиной. Она была бы... уже кем-то иным. И познакомились бы они тогда, будь она парнем? Мафую отвешивает себе мысленную пощёчину: что толку спекулировать о том, чего никогда не произойдет? Ведь она девушка. И Канаде тоже. И Мафую мечтает о поцелуе с Канаде. Мафую с силой тянет себя за волосы, словно бы пытаясь наказать себя. Кроме того... даже если смириться с фактом того, что она очевидно больна... Как Канаде отреагирует, когда узнает, что Мафую чувствует по отношению к ней? Желудок сводит гнетущим ощущением приближающегося конца. Гримаса отвращения, что была на лице её матери, кажется такой чужеродной на лице Канаде. Сердце Мафую падает в пучину тёмной бездны, разверзнувшейся на дне её желудка. Если Канаде посмотрит на неё таким взглядом... глазами, полными холода и презрения... Мафую может просто не выдержать. С губ Мафую срывается дрожащий вздох. Что ж, если так... Из глаз Мафую беззвучно текут горячие ручейки слёз. Тогда ей придётся просто... избавиться от этих чувств. *** С того времени, как она осознала, что больна, прошло пару недель. Всё это время она исправно ходила в школу, получала хорошие оценки, и пересекалась с Канаде так редко, как это максимально возможно. Их обычные посиделки в найткорде вчетвером превратились в посиделки втроём в лучшем случае. Время от времени, когда Канаде не была в сети, Мафую заскакивала в голосовой чат к активным Амии или Энанан, а в самые удачные дни ей удавалось застать их обоих. Однако как только Кей выходила в онлайн, Мафую тут же уходила. Каждый раз, когда Мафую слышала её тихий печальный голос, её сердце будто сжимала чья-то невидимая рука. Однако чем больше времени проходило, тем реже ей удавалось поговорить с ними. Канаде быстро догадалась о том, что происходит, и теперь сидела в найткорде круглосуточно, пытаясь наконец поймать Юки и поговорить с ней. Однако каждый раз, когда Канаде просила поговорить, Мафую неизменно сбегала. Однако сейчас... Мафую останавливается, как вкопанная. Она собиралась как и обычно направиться домой после школы, однако... Канаде пристально смотрит на неё, стоя прямо в воротах женской академии Миямизука. Она выглядит совсем печально: мешки под глазами, спутанные волосы, и, казалось, её лицо осунулось, а кожа стала еще бледнее, чем раньше. На её лице было выражение твёрдой решимости, однако в её глазах она заметила отблески боли. - Почему ты меня избегаешь? Канаде не даёт Мафую времени на то, чтобы сказать что-то первой, и от её тихих слов девушка дёргается, будто от удара кнута. - Канаде, я не... - Не ври мне. Её голос всё также тих, однако теперь в нём явно слышны нотки злости. Осознание тяжести проступка внезапным весом обрушивается на Мафую; ей всегда казалось, что Канаде просто не может злиться, словно бы её истощённое тело вкупе с мягким характером ни за что бы не смогли воспроизвести эту эмоцию. Однако вот она, Канаде, с трудом держащаяся на ногах и еле заметно пошатывающаяся, которая очень старается не упасть лицом в асфальт. И она зла. Очень зла. Канаде вновь пошатывается и летит вперёд, быстро сокращая оставшееся между ними расстояние, пока чуть ли не падает на Мафую и с силой вцепляется дрожащими пальцами в её кофту. Мафую вытягивает руки вперёд в инстинктивной попытке поймать девушку, однако её ладони неловко остаются висеть в воздухе в считанных сантиметрах от талии Канаде. Неуверенность заставляет тело оцепенеть: будет ли уместным касаться её сейчас?.. - Почему ты меня избегаешь?! - шипит ей в лицо Канаде, и её глаза жгут злые слёзы. Мафую смотрит на Канаде, взъерошенную, с покрасневшим лицом и глазами, Канаде, заливающую своими слезами её чистую белую рубашку, Канаде, абсолютно и бесповоротно разбитую. И ощущает, как чья-то когтистая рука разрывает её сердце в клочья. Руки обвивают дрожащее от тихих всхлипов тело; теперь Мафую не волнует уместность или неуместность собственных действий, и она поступает так, как велит ей сердце. Одна из ладоней перемещается выше, останавливаясь на затылке девушки, и она прижимает голову Канаде к собственной груди. - Прости, - тихо произносит она, вырисовывая круги на дрожащей спине. Она укладывает подбородок на острое плечо, пока её вторая ладонь распутывает спутанные волосы девушки. Мафую рада, что Канаде не видит её лица: её собственные слёзы вряд ли бы подействовали на миниатюрную девушку успокаивающе. Канаде сильнее сжимает кулачки и продолжает беззвучно плакать, принимая молчаливое предложение Мафую. Они стоят вот так, плача в обьятих друг друга, кто знает сколько; Мафую замечает странные взгляды, направленные на них людьми, которым приходится обходить двух дурочек, решивших проплакаться прямо в школьных воротах; но сейчас её мало волнует чужое мнение. Она готова была бы даже отказаться от музыки, если бы это значило, что Канаде перестанет страдать. Эта мысль напоминает ей о том, как она потеряла себя. Это так похоже и одновременно так отличается от того, что с ней случилось; отказ от себя ради окружающих, ради её родителей, подарил ей ничего, кроме пустоты внутри и фальшивых улыбок, однако если она откажется от себя во имя Канаде, это подарит ей улыбку лишь одного человека. Настоящую, тёплую улыбку очень дорогого ей человека. Когда тело Канаде перестаёт сотрясаться в плаче, Мафую тихо вздыхает. Она ждёт, пока последние всхлипы девушки затихнут, и одновременно пытается угомонить бешено бьющееся сердце, готовое распасться на атомы лишь при мысли о том, что она собирается сделать. - Канаде. - тихо начинает она, и наклоняется ещё ближе, обжигая своим дыханием быстро краснеющее ухо девушки. - Прости за то, что я убежала, ничего не объяснив. Мне не следовало так делать. С губ Мафую срывается дрожащий вздох. - Просто я... кажется, у меня появились чувства к... тебе. - Канаде в её руках начинает шевелиться, плотнее упирается ладошками в грудь Мафую, пытаясь отстраниться, однако последняя сжимает девушку в своих объятиях ещё сильнее, не давая отстраниться, и продолжает, не позволяя вставить и слова: - Я знаю, что мы обе девушки и это неправильно, да, кажется, я больна, но... я ничего не могу с этим поделать. Сердце Мафую оплетают тонкие нити, до боли впиваясь в живую плоть, и из её глаз начинают литься слёзы, а голос постыдно дрожит. - Поэтому... поэтому я постаралась отдалиться. Я... я не хотела доставлять тебе неприятности этими глупыми чувствами. Однако... вместо этого я заставила тебя волноваться ещё больше. Мафую через силу натягивает улыбку на лицо, одну из её фальшивых улыбок, в надежде, что привычная маска поможет ей успокоиться. - ...я пойму, если ты возненавидишь меня. Пожалуйста, не ненавидь меня, - беззвучно кричит её сердце. Канаде молчит. Долго молчит. Мафую боится пошевелиться. И вот, когда Канаде наконец начинает возиться в её руках, Мафую ослабляет хватку. Она прикрывает глаза, ожидая пощёчины, резких слов, да чего угодно, но только не... Мягкое касание чужих губ к своим. Она удивлённо распахивает глаза - и видит прямо перед собой очень уставшую, с прикрытыми глазами, слегка покрасневшую Канаде. Канаде, которая целует её. Весь мир на долгие мгновения становится нереалистичным; будто слишком хорошим сном, от которого она вот-вот проснётся. Поэтому первые мгновения Мафую лишь поражённо стоит, никак не отвечая на поцелуй. А потом что-то щёлкает. Всё встаёт на свои места. Выйдя из ступора, она вновь опускает веки; прижимает Канаде ближе к себе, медленно и робко отвечая мягким касаниям, и где-то в её груди зажигается свет, озаряя пустую клетку мягким сиянием. Запертая в ней птица, наконец пробудившись от долгого холодного сна, тихонечко встряхивается, защекотав цветными перьями стенки желудка; а затем поднимает на своих крыльях Мафую высоко в небо. Мафую только зажмуривает глаза сильнее, когда вновь чувствует на своих губах холодный воздух вместо столь желанного тепла. Она очень, очень боится вновь удариться о землю, распластавшись по ней жалким комком бутафорного оперения. Её лица касаются тёплые ладони, и только тогда Мафую замечает тонкие ручейки влаги, бегущие по её щекам. Она всё же решается открыть глаза. Сквозь серые облака она видит безмятежное голубое небо. Вторая рука Канаде касается ладони Мафую; она медленно переплетает их пальцы и поднимает их сплетённые ладони выше, поднося их к глазам. Мафую слышит, как с её губ срывается тихий вздох. Канаде больше не нужно ничего говорить; Мафую наконец-то всё поняла. А потому она вновь прикрывает глаза и свободной рукой прижимает дрожащее тельце Канаде ближе к себе, зарываясь носом в самую макушку миниатюрной девушки. Всё остальное может подождать.