Выбери: любовь или твоя глупая гонка!

— Я со стеной общаюсь? Аргенти снова просыпается в реальности аки по щелчку пальцев, но вместо двух тонких конечностей - низкий голос механика. Тот глупо хлопает пушистым ресницами, как девица молодая в попытках связать слова хотя бы по слогам. — Н-нет! Милейший! Мой мотоцикл перестал заводиться, а ехать ещё далеко, мой приятель дал ваш адрес, — отходит на два шага байкер, краснея сильнее, уже сливаясь со своими роскошными волосами. Глаза в растерянности бегают от цветов, порога, порванных тапок незнакомца до его грязной майки, но до противоположных глаз взгляд так и не дошёл - что-то держит взглянуть в грязного механика. В нем было ужасно все: гигиена, перспективы, привычки, манера речи. Этот список длиной в пропасть и обязательно дотянется до самого дна хотя бы краем, но фантазии из списка минусов превращают в фантазии, увидев в нем лишь всё хорошее, несмотря на его семейное положение. — Ты как меня назвал!? — вспыхнул аки спичка местный делая резкий шаг, тыча пальцем в грудь байкера. Механик сводит брови к переносице от злости, кажись, с мыслью об неправильной ориентации собеседника, да только сие вещи в голове дают топливо. Бутхилл чуть ли не скрипит зубами, но отвечает, услышав голос дочери где-то в коридоре: Да ты знаешь кто ты? Ты у...уважаемый человек — Тащи своего коня в гараж, цена зависит от поломки И дверь перед носом закрывается с громким хлопком. Бутхилла тоже можно понять! Потревожили на ночь глядя, так еще и раздают комплименты приезжие мужчины. Один такой с особой грустью, почувствовав укол в сердце, взял за ручки мотоцикла и покатил в сторону открывающего гаража, где стоял тот самый механик в более естественной среде, завязывая в высокий хвост двумя турами резинкой свои длинные волосы с небрежными чёрными кончиками. — Ты пока можешь посидеть у нас за столом, не хочу, чтобы кто-то меня отвлекал, — машет рукою механик, в попытках прогнать байкера, но тот лишь смотрит пару минут и уходит за пределами, мысленно отметив, что у отца маленькой девочки не было кольца. Может он просто не носит? Или был развод? Комки мыслей пытаются выстроить одну единую теорию по небольшой нитке, где-то внутри бушует шторм, желающий узнать нагло все об механике, опосля разочароваться, как было и с другими предметами, вызвавшие симпатию у Аргенти. Красноволосый следовал своей неведомой идеологии, игнорируя реальность. как и сейчас — Вам может... Чай сделать? — спрашивает стеснительным голосом девочка, потянув маленькой ручкой за край спортивного костюма. Девочка была и близко не похожа на своего отца: чёрные, волнистые волосы, большие и голубые глаза, а кожа была чуть темнее, нежели тот фарфор, мелькающий среди татуировок. Видимо, ребёнок пошёл в мать. — Я буду рад попробовать с твоих рук чай, — благосклонно улыбнулся Аргенти и пошёл за ребёнком на кухню, совместную с гостиницей. Байкер садится за деревянный стул, осматривая ремонт. Минутная радость от вида довольного жизнью ребёнка сменилась на печаль, от вида порванных обоев, разбросанных у мусорки пустых банок дешёвого пива, а некоторые вещи и вовсе всем своим видом просят заменить их на новые, особенно холодильник, которые скрипит вперемешку с непонятным гудком. Семья жила бедно. И это расстраивало. Перед лицом появляется кружка с зелёным чаем. Аргенти смотрит в свое отражение, изучает идеальную кожу сквозь отражение, чистые волосы, ровные зубы, на которых его отец потратил тонну денег, как и на внешность, но единственное, что у байкера не было - любви, которую он сейчас прекрасно видит в этой бедной семье. Красноволосый до сих пор не понял в чем же проблема её отсутствии и не поймёт. — А Вы друг папы? — перебивает девочка с интересом рассматривая густые красные волосы. Да таких невиданно в их краях! Даже и близко! На вопрос мужчина подавился чаем. —... Да, просто приятель — ложь, лучше сказать ребёнку такую ложь. — Тогда... можно.. косичку сделать? — скромно говорит ребёнок, но уже подходит и берет небольшой локон рубиновых волос. Аргенти улыбается и наклоняется к девочке, подставляя свои волосы под маленькие детские ручки. Отец ребёнка закончил ремонт через час. Байкер уже в открытую общался с девочкой на равных, словно друзья или даже ближе: брат и сестра. Он многое узнал о её школьной жизни, любимых кукла, машинках, хобби и как они вместе проводят с тем самым механиком время, но только одно что-то опускается, что-то такое очевидное, плавающее на поверхности, совсем родное. — А мама по вечерам на работе, если с тобой все время папа? — интересуется мужчина, заплетая в ответ ей красивую косу, не такую, какая у него на волосах была, а более приличную. — Мама?... — с озадаченностью повторила вопрос девочка и только она хотела сказать, как в проёме показался её опекун. — Так, почему ты не спишь? А ну быстро спать, — уже устало бормочет Бутхилл, опосля переводит взгляд на байкера и на его причёску. Никаких эмоций на лице «ковбоя» не вызвали кривые косы. В глазах считалась лишь большая усталость и желание покончить с этим днем и с самим гостем, коим оказался Аргенти. — Все, я починил твой мотоцикл, можешь уезжать, — ворчит механик и зовёт за собой. Мотоциклист молча прощается с девочкой и идёт следом, отмечая в голове как же ужасно пахнет от Бутхилла дешёвыми сигаретами. Мужчина поворачивает в левую дверь и выходит в гараж, доставая свой телефон, на быстрой вкладке нажимая на калькулятор: — Смотри, за запчасти, за время и.. Ну в общем за другие услуги, — Бутхилл показывает экран, где красовалась довольно крохотная сумма. С Аргенти в другой мастерской содрали в пять раз больше. — Я заплачу в тройном размере, и ещё, ваш друг Авантюрин попросил передать мне деньги — Он мне не друг, — хмурится тот, но в ответ получает большую стопку денег, тут явно больше, чем механик указал Аргенти. Пальцы аккуратно перебирают купюры и достают три из них, протягивая обратно с настойчивым ответом: — Забирай —... Хорошо, как скажете, — вздохнул юноша, забирая тонкие купюры в карман. Так и закончился вечер. Байкер уже не помнит как он попрощался с Бутхиллом, давший ему испытать тысячу и более эмоций, как печальных, так и хороших. Единственное, что вспомнил красноволосый на утро за тот вечер — тёплую кровать в гостинице и запах дешёвого табака. Утро началось с горячего душа, так приятно проходящего по каждому рельефу мышц. Волосы небрежно прилипли к спине, создавая своего рода плохой слой от воды. Силуэт напротив душа уже не виден от запотевшего зеркала, но блеклые пятна молочной кожи и красных волос можно было отчётливо разглядеть. На что сам байкер не был сосредоточен, а на своих мыслях о механике, которые как червь въелся в мозг, дал новый глоток и поток мыслей в совершенно другое русло. Это ужасное болото, что топит Аргенти с головой, но тот.. Даже не пытается выбраться, все думая как можно ещё раз встретиться, услышать его голос, увидеть его усталый взгляд... Как стать ближе? Этот омут душит, фантазии стягивают горло, образуя некую петлю аки казнь свободе сознанию. И эту петлю убирает холодная вода. Кажись, горячая вода закончилась в душе, но к счастью мужчина успел сделать все процедуры. Мотоциклист вытирается полотенцем, на скорую руку собирается и покидает гостиницу. Завтрак он решил попробовать в самом лучшем ресторане этого города, уже не тот дешёвый бар, в котором было лишь три человека: Галлахер, Авантюрин и ещё кто-то, а настоящая роскошь! Как и само меню. В нем было много разнообразных блюд, но красноволосый решил поскромничать, выбрав салат с крабом и черной икрой. Для мотоциклиста это были мелочи. Еду на удивление сделали быстро, даже слишком, это не смутило юношу. Он лишь поблагодарил официанта и продолжил есть в полном одиночестве до тех пор, пока за ухом не послышалось знакомое имя. — До меня дошли вести о вчерашнем аресте Авантюрина, это правда, Сандей? — спрашивает мужчина с фиолетовыми волосами, откладывая книгу на край дивана. Некрасиво есть с книгой - это считается невоспитанностью, а незнакомец её ой как не любит. — Да, правда, это было ожидаемо с его поведением. Авантюрина арестовали из-за нетрезвого состояния за рулём мотоцикла, — со спокойным выражением лица говорит худой мужчина с необычными крыльями на голове — Какое безобразие, это уже который раз, ему бы сходить к психиатру, — то ли совет, то ли осуждение слышится от собеседника белобрысого, одетого соответствующе под этот ресторан, видимо, какая-то влиятельная личность. — И вправду, по крайней мере, теперь ему сложнее будет откупиться от лишения водительских прав, он попал в полицейский участок на юге, пойдёте ли Вы его спасать, доктор Рацио? — Абсурд, он мне не нужен, — с осуждением смотрит на собеседника мужчина, опосля за «доктором» появляется тень. — Прошу простить мою бестактность, но вы говорили про Авантюрина? Могу ли я узнать в каком именно полицейском участке он находится? — спрашивает со своей благородной улыбкой мотоциклист. Манеры от богатой семьи укоренились в самом характере, создавая толстый стержень аки идеологию. Но на это отреагировали не взаимностью, а с недоверием, которое читалось на роговице у каждого за столом. — Я не думаю, что смогу ответить вам, зависит кем вы являетесь ему, — отвечает со спокойствием мужчина, пытаясь прочитать в зелёных глазах хоть какую-то зацепку для чего сюда прибыл этот индивид. — Я ему друг, — без задней мысли отвечает Аргенти, положив руку на грудь, где должно было находиться сердце, а потом продолжил, повысив тон, — Он протянул руку помощи, я хочу ответить ему взаимностью Сандей смотрит с большим недоверием, не понимает как можно говорить такую нелепицу, где-то внутри злится, но не показывает. Крылатый уже хочет ответить, но на столе вибрирует телефон, а на экране появляется чьё-то имя, кажись на «Г». Мужчина без задней мысли отвлекается, поднимает трубку и отходит от столика со словами «Да, слушаю». — Полицейский участок находится напротив бизнес-центра с куполами, вам там проще объяснить, вы не местный, — говорит с полной отстраненностью доктор, успев схватить свою книгу и пролистать пару страниц. — Благодарствую, — говорит последнее и исчезает из виду, не буквально, а переходит лишь на бег. Аргенти этот блондин не сдался даже близко, он ему не нужен, но нужна информация про Бутхилла. Авантюрин знает больше и красноволосый готов пойти на многое ради крупицы информации об механике, а ещё надо узнать подробности о гонке. Да вот только подъезжает красноволосый с героизмом до кончиков пальцев собственных ног, обдумывая каждое слово и шаг, как тут из отделения выходит сам блондин. Байкер ставит паркует мотоцикл и быстрым шагом подходит к картежнику. — Авантюрин! — повышает голос Аргенти, и всё-таки потрепанный приятель поворачивается к нему, поправляя шляпу. — Что тебе нужно, Аргенти? — Я отдал деньги Бутхиллу, — подбегает Аргенти, переводя дыхание. Вот не любит он бег, несмотря на постоянную физическую нагрузку в вождении мотоцикла, — Он... Ты можешь сказать больше про него? Авантюрин вскинул бровь, надевая розовые очки. На лице читалась совсем непонятная эмоция, то ли какое-то осуждение, то ли разочарование, особо неважно. Но что-то больше грызёт кости внутри блондина, что-то ползает по его ребрам, оставляя укусы на его коже. Это видно только по глазам. Авантюрин странный, только Аргенти ещё страннее. — Отвезёшь меня до Галлахера и я все расскажу, — юноша снова натягивает эту маску, скрывая внутренних тараканов. Мужчина не теряет времени и в самом срочном порядке отвозит своего друга в тот самый дешёвый бар, где уже было больше людей: от громких до самых тихих и не примечательных. — Ты ведь хотел узнать что-то про Бутхилла? Знаешь, мои услуги и слова имеют цену, так что я попрошу больше, чем нужно, — улыбнулся во все тридцать два зуба Авантюрин и садится на самый далёкий столик, да только Аргенти взял во внимание другого бармена. Сегодня работала женщина, видимо, тут Галлахер не всегда бывает. На это блондин тоже обратил внимание. — Ишь пес, опять он на смене с этими шавками, — не стесняется собственных выражений картежник, снимая шляпу и прочие аксессуары на лице. Фиолетовые глаза переходят с девушки на мужчину с красными волосами, которые так и сидел как по приказу, даже не менял свою позу, а у него она неудобная, уж сам Авантюрин знает. Не каждый будет сидеть, на постоянной основе, с прямой осанкой. — Бутхилл несколько лет назад был победителем той самой гонки, — меняет тему, словно достаёт карту с заданным текстом приятель Аргенти. Зелёный блеск в глазах становится ярче, а волосы словно... начинают блестеть от дополнительной информации о своём предмете воздыхания. Картежник видит реакцию, значит он на правильном направлении. — Слышал, как Галактический рейджер смог забрать десятикратную победу у КММ? — интересуется блондин, показывая старую порванную фотографию на телефоне, где был совершенно ещё юноша, худощавый, с короткими волосами и в шляпе, но с сияющей улыбкой, одна рука держала за ручку мотоцикла, а вторая медаль за первое место. Красноволосый сдерживается, чтобы не ухватить нагло и бессовестно телефон, но с интересом изучает каждый дюйм тела молодого победителя. — Но... Авантюрин, друг мой, как Бутхилл с таким потенциалом смог докатиться до такой жизни? Это довела его жена? — пытается максимально тактично спросить Аргенти, пока в голове остановились шестеренки - стык недопонимания. Почти лучший мотоциклист сейчас забывается в алкоголе и толком не работает. Авантюрин улыбается шире, уже хочет просмеяться, но сдерживается, а ведь Аргенти совершенно не подозревает, что жены-то у Бутхилла никогда не было! И его болото в виде пустых бутылок, окурков и пустого кошелька даже более чем оправдано. — Ты такой дурак, Аргенти, — все-таки пропускает высказывание в сторону мужчины картежник, но скрывать от байкера не станет, скажет всю правду, прольёт свет на умирающую личность, расскажет другую сторону механика. Авантюрин откладывает телефон и переводит взгляд на собеседника, улыбаясь с каким-то необъяснимым намёком. — А сам-то как ты думаешь?