- My baby....

***

Зимний вечер. За окнами      глубокая тьма, слегка разбавляемая горящими окнами старых хрущёвок, потрепанных жизнью. Диван из старой замши прогибался под весом двух мужчин слегка скрипя пружинами.В губах Влада Держалась леденящая рецепторы Мятная сигарета.На Калюке лежал парень пониже, Владимир, по плечам которого гуляли пальцы старшего, бывало, зарываясь ими в волосы Володи. Как ни странно, вес младшего никак не ощущался для Влада, что вызвало у парня некие сомнения по поводу состояния Иванова. - Володь... Не чуди. - Ты о чем?.... - Опять... Худеешь? Долгое молчание. Можно было уже забить на тему разговора, смахнув все на то, что затуманенный никотином разум Калюки уже отвлёкся, но спустя минуты три молчания со стороны Володи послышался робкий ответ. - Это... Это просто такое время... - Подними рубашку. - Влад. Нет. - Ты слышал? Ответа не последовало, но Калюке насрать. Он расстегнул пару пуговиц и задрал ткань бордового цвета. Открылся взор на впалый животик парня и слегка выступающие ребра. Но даже это координально отличалось от прежнего Володи. Рука разжимает рубашку и ткань накрывает исхудавшее тело. Нижний наспех застёгивает пуговицы легка трясущимися руками. Было какое то чувство вины перед другом. Но Влад не злился, ему было жаль друга, за то , что столкнулся с такой проблемой. Рука Калюки тянется под рубашку бордового цвета, пробегаясь холодными пальцами по выступающим рёбрам. - Вов... Помнишь ту песню из тик-тока? My baby, my baby... - Да блин Влад.... Потом он обязательно потянет Иванова к врачу, сделает все, для друга...

***