Shaggy boss

              — Скажи, Юнги, почему ты выбрал именно эту закусочную? — нахмурился Чонгук, искоса глядя на соседний столик, куда какому-то демону принесли пару маринованных человеческих рук. «Ура, обе левые, как я люблю», — обрадовался демон, берясь за приборы. — Специально? Или всё же случайно?.. — Специально, — отозвался Юнги, не отрываясь от своего телефона. — В Пепелище бо́льшая часть ресторанов и кафе не подают готовую еду, только сырое мясо и еду для демонов. — Ммм… угу… — Да, мы ведь… — Юнги поднял взгляд и вдруг охнул. — А, теперь ясно. Извини, я ее подумал, что ты к такой еде не привык. Ух, хорошо, что не в рестик с самообслуживанием пришли, там зрелище бывает специфическое… — Ладно. Раз ты говоришь, что здесь есть подходящая мне еда, то я не жалуюсь. — Чонгук уткнулся взглядом в салфетницу. — Это значит, что ты подумал обо мне. — Опять только наполовину. — И это уже много, — пожал плечами Чонгук. — А вы, получается, едите только сырых людей? — Обработанные плохо усваиваются, — покивал Юнги, отложив телефон и возвращая всё внимание к новому знакомому. — Так уж мы устроены, в желудке мы сжигаем до углей еду, которую съели. Если она была уже поджарена, организм плохо насыщается. — О как. Значит, в туалетах у вас угольные шахты. — Чонгук вскинул бровь. — В свете этой информации странновато звучит заявление о том, что ты состоишь из углей и дыма… — Странно? Ааа… что такое туалеты? Чонгук философски развёл руками, мысленно признавая, что комментарии о своих нелепых человеческих аналогиях впредь стоит держать при себе. Похихикал про себя — и молчи. Целее будешь. — Интересно даже, успею ли я привыкнуть к этому месту до того момента, когда смогу вернуться домой. Как думаешь, скоро это будет возможно? Мы часто сможем видеться? Как это пройдёт? Юнги неопределенно хмыкнул и отодвинул телефон и папку с меню в сторону, чтобы освободить место. Демон-официант поставил перед ними пиалу с нарезкой красного мяса, тарелку с прожаренным стейком и два бокала какого-то густого бордового напитка с жёлтой пенкой. — Спасибо, — вежливо кивнул ему Чонгук, тут же принимаясь нарезать стейк и проверять, точно ли он там внутри прожарен. — А что за питьё? — Корневое пиво. Людям оно тоже часто нравится. — Я уж подумал, что кровь. — Она есть в меню, но не советую в первый же день пить такое. Стошнит. Хлебни лучше хорошего пива. — Мне нравится такой подход. — Чонгук попробовал первый кусочек и, оставшись вполне довольным вкусом своего стейка-возможно-из-человечины, улыбнулся. — Ты всё-таки точно в моем вкусе. — Любишь тех, кто тебя спаивает? — Без конкуренции мой любимый тип. — Чонгук уверенно покивал, пихая в рот сразу два куска. — Может, попробуем встречаться, пока я тут, м? Он сглотнул и смущённо отвёл взгляд, осознав, как выглядит сейчас, в помятой пижаме, непричесанный, с набитым ртом. Не мужик, а мечта, ничего не скажешь. Заливает что-то про богатство и плату, а сам даже за ужин свой заплатить не способен. Смехотворное и довольно жалкое зрелище. Это ещё без учёта того, что люди для демонов, возможно, не привлекательнее тараканов. Да он и сам бы, наверное, послал такого ухажёра… он ведь уже прямо сказал «не любовниками, но приятелями». Чего надоедать? Жаль только, что этот дурацкий романтический восторг никак не отпускал, все остальные ощущения отпустили, а это… — Ну а чего приуныл сразу? — Юнги усмехнулся, палочками перебирая ломтики мяса. — Тут же пожалел, что предложил? — Осознал уровень своей нынешней чмошности… — Хм. — Отправив в рот самый кровавый тоненький пласт, Юнги осмотрел собеседника. — Хочешь знать, какой у меня любимый тип? — М? — откликнулся-спросил Чонгук, не до конца понимая, подшучивают над ним или всерьёз ведут беседу. — Какой? — Люблю непоседливых. Которые не только между мирами прыгать готовы, но даже в автобусе могут начать пританцовывать. Такие личности меня тормошат. Заражают энергией и вдохновением. Разжигают мой ленивый внутренний огонёк. Чонгук съел ещё кусочек, размышляя об услышанном, наколол на вилку следующий и неуютно хмыкнул, поёрзав на стуле от смущения. — То есть… — Давай попробуем, — кивнул Юнги и поднял стакан. — Пиво? — Попробуем. Пиво. — Залпом и до дна! — улыбнулся Юнги подпихивая ладонью дно чужого стакана. Чонгук замычал, возмущаясь, но продолжил хлебать. — Пей до дна! Пиво оказалось ядрёное: пузыри так и лезли в нос, глотку драло от приправ, а по языку растекалось странное ощущение горьковатой пудры. Когда в стакане не осталось ни капли, а со стеклянного дна ему подмигнул нарисованный глаз, Чонгук зычно выдохнул, обмахиваясь стопкой салфеток. — Это что, какая-то традиция? — Нет, просто мне так захотелось, — усмехнулся Юнги. — Я люблю пить его залпом, потому что так богаче раскрывается вкус. Теперь ты попробовал первую вещь, которую я люблю — отношения официально начаты.

***

— Эй, Юнги? — усмехнулся Чонгук. — Ты что всерьез забил в интернете «О чём предупредить парня, если встречаешься с человеком»? — А ты что, уже подглядываешь в мой телефон? Мы только полчаса встречаемся. — Чувак, ты голосовым набором воспользовался… — Вот бля, — прохрипел Юнги, поджимая плечи, — одиночество рождает странные привычки, которых сам не замечаешь. Буду иметь в виду… что люди обычно слышат то, что ты говоришь вслух. — Да, это один из наших главных недостатков, — улыбнулся Чонгук. — Ну так, что нашел полезного? Они шагали по тротуару вдоль однотипных каменных домов, всё углубляясь и углубляясь в то, что Юнги назвал спальным районом. Стояла умиротворенная тишина, половина магазинчиков на первых этажах уже закрылись, прохожих становилось все меньше. Чонгук любовался искрящимся сводом и даже не хотел думать, как будет существовать в ближайшее время… — Очень размытые советы. Придётся думать самому. Так… что же есть важного? — Почему тот демон обрадовался, получив две левые руки в тарелке? — Считается, что левые руки нежнее… но это чушь. Большинство грешников проводят тут меньше десятка лет, руки не успевают загрубеть. — Фууу, — протянул Чонгук, но не особенно искренне. На подсознательном уровне он уже давно догадался, как именно утилизируют временные тяп-ляп тела. — Ну, а овощами вы людей заедаете? — Овощами, фруктами, зеленью, древесиной, перьями, костями — самыми разными сгораемыми вкусняшками. — То есть, дубовая щепка — закуска к пиву? — хмыкнул Чонгук, вспомнив вывеску, которую прошли минуту назад. — Да. Хотя большинство предпочитают ее с вином. К пиву самое то — сушеных кактусов, вот это идеально со светлым. К темному — овощи. А с шампанским хорошо идут цветы. — А к виски? Камни? — Ммм… — Юнги чуть поморщил нос. — Сначала вкусно, а потом отхаркивать надо, так себе удовольствие. Лично я виски чистым пью. — Что ж, с питанием примерно понял. А как вы развлекаетесь? Ну, кроме того, что пытаете грешников? — Мы их не пытаем, что ты, они тут и без нас настрадаться успевают. Ну… то есть, мы им и не помогаем, конечно, но и не терзаем намеренно. — То есть? — усмехнулся Чонгук. Юнги на какое-то время призадумался, замедлившись, потом свернул во двор и остановился у первого подъезда, роясь в сумке. Чонгук огляделся, пытаясь рассмотреть место в свете небольших цепных фонариков. Нормальный такой двор, только растения странные и камней везде много. — Как бы тебе попроще объяснить психологию этого места?.. — Юнги достал связку брелоков и приложил один к двери. Та открылась. В подъезде включился мягкий теплый свет. — Грешники — это временные жители, они тут мотают свой срок за страшные грехи вроде разграбления, пыток, убийств, изнасилований, очищают душу, чтобы стать добрее. Мы даём им шанс исправиться быстрее, но на этом вмешательство должно остановиться… Юнги вызвал лифт и прислонился плечом к стене, разглядывая разноцветные брелоки в своей руке. — Если временное тело умрёт раньше, душа переселится на заводе в новое. А если получит травму — значит быстрее отслужит срок. — Кажется, я понимаю, к чему ты клонишь, — протянул Чонгук, вслед за ним заходя в кабину лифта. — Если грешник вляпывается, демоны должны действовать из соображений только собственной безопасности. Не помогай им, если есть хоть малая опасность для тебя, твоё тело — сокровище в сравнении с хламом, которым пользуются они. Если увидел труп грешника, отправь сообщение в санитарную службу и убери его так, чтобы не мешал повседневной жизни города. Зная психологию людей, я понимаю, тебе будет сложно, но нужно научиться воспринимать их как куклы… как пустышки. — Надеюсь, их внешний вид хоть немного поможет, — горько усмехнулся Чонгук, когда двери перед ними снова разъехались. — А часто у вас тут трупы посреди дороги валяются? — Бывает. Грешники в большинстве своем не очень сообразительны и осторожны, так что чего с ними только ни случается. Пару трупов в месяц я точно вижу. Д… для тебя это много? — Пиздец как. Юнги поджал губы, вздохнул и, не найдя, видимо, что на такое ответить, приложил очередной брелок к черной двери. Открыл, вытер ноги о коврик и зашёл первым. — Знаешь, недавно один грешник застрял на колесе обозрения, было безумно забавно, особенно, когда он закончил полный круг и его поволокло по помосту возле аттракциона, это бы… — Юнги осекся, заметив, что гость не то чтобы повеселел от такой истории. — Эм. Ну. Ещё был забавный случай в прошлом году: грешника со слоновьими ушами сдуло с моста, представляешь? Прямо в лава-реку! Оу… грешник-полупаук, которого укусила ядовитая муха? Застрявший головой в уличном фонаре? Ну… оленьи рога в велосипедных спицах? В этой истории демон тоже шишек набил, если так тебе морально проще… — Знаешь, я всегда любил трэшовые чёрные комедии, — хмыкнул Чонгук. — Но никогда не хотел видеть их вживую. — Думаю, я смогу выпросить для тебя антидепрессанты, — мрачно вздохнул Юнги. — Ладно. — Чонгук чуть усмехнулся. — Признаю, про уши довольно забавно звучит. Юнги скинул кроссовки, бросил рюкзак на тумбу и принялся рыться в нижних отсеках шкафа. Чонгук в это время с любопытством осматривался. Прихожая как прихожая. Ничего странного… кроме диковатого вида парня в пижаме, отражающегося в высоком зеркале на стене. — Вот. Переобуйся. Юнги бросил гостю пару лёгких домашних тапочек, и едва парень успел переобуться из больничных-уличных, как раздался звонкий лай. Из комнаты выбежал обворожительный кудрявый щенок… и кинулся на Чонгука, раззявив пасть, а та у него, надо отметить, разевалась аж до затылка, так что малыш смог ногу Чонгука челюстью целиком обнять. — Холли, фу! Нельзя! Щенок выпустил добычу и озадаченно глянул на поймавшего под лапы хозяина. Глазнёнки распахнул, хвост поджал. Недоумевал. — Это не еда, Холли, это наш друг. Чонгук, сядь на корточки и погладь его… Парень послушно выполнил, чувствуя себя примерно так же, как щенок. Хотелось поджать хвост и удивлённо заскулить, но он только глазёнки распахнул. — Что оно такое, простите за грубость?.. — А в вашем мире собаки выглядя иначе? — Скажем так… некоторые их части, — нервно посмеялся Чонгук, глядя на довольную улыбку во все… не меньше сотни клыков. — Видимо, нашим собакам в ходе эволюции приходилось меньше жевать. — Что ж. Пока что не буду показывать тебе двухротые породы. — Будь так добр. Юнги отпустил щенка и тот, ещё раз хорошенько обнюхав руки и колени гостя, завилял хвостом. Оставалось надеяться, что не от мысли — вот это я нажрусь, как только папка отвернётся! Впрочем, дальше он тоже вел себя вполне дружелюбно, даже принес гостю свою игрушку, чтоб не скучал просто так на диване сидеть и ничего не грызть. Можно было считать, что взаимопонимание найдено. Хотя Юнги и велел не расслабляться и не класть щенку пальцы в рот. Впрочем, пальцы в этом доме Чонгук вообще мало куда рискнул бы сунуть… жилище демона, как ни как. Юнги постелил ему на диване в гостиной, а сам отправился в спальню, пообещав, что утром поднимет рано. Чонгук, переодетый в новую пижаму, лежал на жестковатом диване, смотрел в потолок, следя за изредка пробегающими полосами света от фар, и не мог перестать думать обо всём, что произошло за последние несколько дней. А подумать было о чём. — С ума сойти, — пробормотал он, переворачиваясь на бок и утыкаясь взглядом в стенку. — Да как же это он умудрился рогами в колесе застрять? И как от такого можно умереть?.. Ужас какой. Ужас… хочу это видеть. То ли сказывалась усталость, то ли воздух тут был совсем иной, а только он и правда проще, чем ожидал, принял все эти безумные правила нового мира. Что ни говори, а своя логика в них была. По крайней мере, осуждать местных он точно не собирался.

***

Утром его разбудил Холли. Щенок со всей серьёзностью пытался отгрызть гостю мизинец, так сказать, чутка попробовать незнакомое блюдо, чтобы потом решить, стоит ли ради него быть «плохим пёсиком» и расстраивать папочку. Судя по по всему, стоило… — Ну даёшь, зубастик, — хмыкнул Чонгук, поднимая руку, щенок так на ней и повис, почавкивая. — Полегче. Щенок что-то гавкнул в ответ и свалился, потеряв хватку. Чонгук осмотрел искусанный кровоточащий палец, не смертельно, но и приятного мало. Прислушавшись, он встал и тихонько вышел в коридор. Стояла тишина, часы показывали шесть утра, за окнами всё ещё было светло. — Ладненько, пока покормлю тебя и приведу себя в порядок, — прошептал Чонгук, подзывая щенка жестом. Холли запрыгал рядом, вывалив язык от радости. — Пошли, малыш. Он прошел на кухню, снял с полки пачку корма, которую видел накануне, и насыпал немного в серебристую миску у стола. Холли сделал кружок вокруг, удобно улёгся и принялся неспешно грызть с серьезным видом. Чонгук с умилением усмехнулся и вышел, собираясь в ванную. И вот тут-то появились первые вопросы и сомнения. — А где?.. — Чонгук по второму кругу открыл все имевшиеся двери и озадаченно осмотрел комнатки за ними. Кладовая с полками, кладовая с какими-то непонятными ему аппаратами и кладовая с совсем уж загадочным агрегатом, напоминающим душевую кабину, но жутко пыльную изнутри, как будто ею не пользовались лет сто. — Где ванна?.. Парень всё же включил свет и подошёл поближе к кабине. Открыл дверцу, оглядел агрегат изнутри и хмыкнул. Ну вылитый душ! Разве что шланга и душевой лейки не было. Лейку встроили прямо в потолок кабины, сделав широкие отверстия. Вода из них лилась, наверное, как из ведра… — Демоны любят всё делать мощно, — рассудил Чонгук и стёр пыль с панели. Три кнопки, которые явно означали силу напора. Включение и выключение. И, судя по картинке… вентилятор. — Вместо полотенца, что ли? Чонгук задумчиво оглянулся за спину, но всё же решил испытать. Закрыл дверь комнаты, встал возле кабинки, прикрыв дверки, сунул руку в щель и нажал кнопку включения. Он решил сначала проверить, каков из себя напор, какая температура воды в аду. Мало ли. Обжечься не хотелось. И, о великая случайность, какое же это было верное решение! Послышался грозный «уооопф» и из отверстий его обдало мощными струями сухой грязи и пыли. Чонгук в ужасе тут же ударил по кнопке, выключая «душ», отфыркнул и закашлялся. Далеко не сразу от решился открыть глаза. В комнате неспешно оседало облачко пыли, вся пижама спереди была серой, а на волосах осел пепел. — Вот же блядь… — Чонгук? — послышался почти робкий голос из-за двери. — Помочь тебе разобраться с очистителем? Чонгук осмотрел устроенный бардак, скривился от досады, но всё же открыл. Не хотел он усугублять, как персонаж в киношках, лучше вовремя побороть гордость и повиниться, чтобы не устроить полный погром. — Прости, я был уверен, что это обычная душевая кабина… — Душевая? — переспросил Юнги, заходя и осматриваясь. — Как это? — Ну, кабина, где вода льётся. Мы в них моемся. Вы используете только ванны? — Мы не моемся, — мягко улыбнулся Юнги, открывая дверцы кабинки и нажимая на кнопку с вентилятором. Моторчик загудел, вентиляция заработала. Да так мощно, что стенки моментально очистились от пыли. — Мы чистимся смесью песочной пыли и золы. Встань в кабину. Чонгук с сомнением поморщил нос. — Не будет никакой золы, встань, тебя только отряхнет от пыли. Юнги дождался, когда парень всё же неуверенно встанет в кабину, и закрыл дверцы. Ветер стал ещё сильнее, но при этом он оставался теплым и мягким, почти ласковым, как будто магией собирал каждую крупицу пыли с его волос, касаясь с невероятной нежностью. Был в этом какой-то своеобразный кайф, от которого мурашки по спине побежали. — Ну как, лучше? — Юнги приоткрыл дверцу, заглядывая. Чонгук расплылся в улыбке, даже не думая, насколько смешно выглядит с раздуваемыми ветром волосами и пижамой. — Наверное, тебе не стоит пользоваться очистителем… ты ведь иначе устроен. Но я не думаю, что у меня хватит запаса воды на целую ванну. Юнги бросил пыльную тряпку в соседний небольшой аппарат и включил тот. Аппарат загудел. — Демоны её мало используют… Чонгук распахнул глаза от резкого осознания — а ведь это не единственная утренняя процедура, с которой теперь у него будут проблемы. Душевая кабина хоть какая-то нашлась. А вот туалета в кладовках не было вообще никакого. — Слушай, а где можно… — Чонгук глянул на Юнги, смущённо сглотнул и выдавил: — Палец чем-то обработать? — Ох, Холли всё же пытался тебя съесть?! — Только слегка куснул, — возразил Чонгук, глядя на свою руку. Палец посинел. Кровь всё ещё сочилась из дырок, смешалась с пылью и золой. Выглядело неважнецки. — Промыть бы. Ты сказал, у тебя есть немного воды? Вода была. На кухне, в самом большом шкафу, висел огромный резервуар, а под ним — краник и раковина с отводом в бак для использованной воды. Никакой вам канализации. Но, спасибо, хоть вода была реально водой, так ещё и подогревалась при подаче до нужной температуры. Чонгук промыл палец, Юнги заботливо смазал его чем-то густым, жёлтым и вонючим, а потом аккуратно замотал бинтом. Кое-как умывшись одной рукой, Чонгук пригладил волосы, смотрясь в блестящий бок резервуара, переоделся в дневную пижаму и наконец уселся за стол, наблюдая за хозяином. Юнги готовил завтрак… точнее — задумчиво изучал содержимое своих шкафов, сверяясь со статьёй в интернете «Что едят люди». — Тут написано, что вам можно крупы, — пробормотал он, глядя на пачку риса, — но я что-то сомневаюсь. Вы его жарите? — Варим. — Уф… а это в кипятке делают, да? Если бросить в воду градусов в сто, хватит? Долго держать надо будет? Чонгук усмехнулся, покачав головой. Ему определенно нравилось, что в этой ситуации не он один переживает и ощущает эту дикую разницу миров. Такое даже немного сближало. — Обычно я ставлю воду на огонь, когда она закипает, кладу рис и варю минут двадцать-тридцать. — На огонь… — покивал Юнги, хмурясь и покусывая губу. — Да, я слышал, что люди готовят в очагах и каменных печах… Чонгук вздохнул. В очаге он готовил один раз в жизни, когда ездил с друзьями ночевать в лесном домике во время праздников. Но, как бы то ни было, на этой кухне явно не имелось ни очага, ни газовой плиты, ни хотя бы крохотной электрической плитки. — У меня есть одна идея, — пробормотал Юнги, доставая из шкафа нечто, похожее на высокую узкую кастрюлю из нержавейки, и подставляя под кран. — Доверься, обещаю, что сделаю тебе рис на завтрак. — Звучит неплохо, — усмехнулся Чонгук, с любопытством наблюдая. Юнги набрал воды, насыпал риса в стакан, поискал подходящие специи и принялся за дело. Отвернулся и начал что-то мурчать себе под нос. Чонгук прислушивался-прислушивался да и не сдержался — подошёл ближе, заглядывая. — Ты чо творишь?.. — севшим голосом выдохнул он, отшатнувшись. — Варю рис, — как ни в чём не бывало ответил Юнги и похлопал ресницами. Его рубашка была расстегнута, а живот разрезан чуть не до самой шеи. В тонкую щель можно было рассмотреть, что творится внутри демона — вместо каких-либо органов внутри лежали горящие угли, а на них понемногу закипала вода в кастрюле. — Ой, наверное, нужно крышкой накрыть, а то пепла нападает. Ты ведь не любишь такую приправу, да? Юнги осторожно привстал на носочки, отрыл на полке подходящую крышку и бочком осторожно пихнул её в щель, уложив на кастрюлю. — У нас мало кто дома имеет очаги, мы ведь себе не готовим, мы сами — ходячие очаги. Но ты не волнуйся, выход всегда найдётся. Лучше скажи — одним рисом завтракать ведь явно не лучшая затея, так? У меня есть пара зелёных помидоров и кое-какая зелень, порезать из них салат? Чонгук вздохнул, не зная, что и сказать на всё это… Это вспоротое ради него брюхо, этот щепетильный подход к здоровью нового знакомого и, конечно, это невероятно миленькое «оп», с которым Юнги потянулся к верхней полке. — Ты что, плачешь?! — охнул Юнги, не давая ему отвернуться. — Я всё напутал? Я переделаю, объясни только, всё сделаю. — Да я не… я… не в этом дело. — Чонгук вытер щеки запястьем. — Просто обо мне давно уже так старательно не заботились. Кто бы мог подумать, что это будет демон.