This Is Halloween

Чтобы справиться с обыденным или даже неприятным, отодвинуть надольше эмоциональное выгорание, в любых профессиях или призваниях появляется свой специфический юмор. Некий защитный психологический механизм, помогающий переваривать рабочий негатив, чтоб не поехать крышей. Больше специфика, конечно, видна у врачей, чем у какой-то бабы Нины из ближайшего продуктового магазина. Но и простому обывателю не всегда будут понятны шутки этой милой женщины. Специфический юмор лучше понимают те, кто работает в похожей сфере. А ещё такой профессиональный юмор более жёсткий, наполненный сарказмом или самоиронией. Добрые и лёгкие шуточки не помогают справляться со стрессом. Необходимо зацепить внутренние струны, вызвать раздражение, которое растает с весельем, помогая легче принять специфику собственной работы. У экстрасенсов, конечно, тоже были свои хохмы, которые скорее тянули в разряд чёрного юмора. И самым ядовитым и болтливым в их кругах был язык Влада Череватого. Иногда такое нёс, что хотелось этот язык без костей отрезать, вымыть с мылом, сжечь и зашить рот, чтоб уж наверняка. Но и другие эзотерики могли пошутить, не всегда даже замечая, что шутят. Уже так въелось в натуру, что такие смешинки скорее становились частью диалога. Братья Шепс тоже этим страдали. - Сань, я всё это не выучу. Как мне сдать? - А я знаю? Учить надо было. - Ну, Сашенька! - Если своих мозгов нет, позаимствуй чужие. - Думаешь, фантом с ЕГЭ справится? - Вот я тебя в свою квартиру пустил, приютил, а ты мне кран сломал. Вызывай сантехника. - Ага. Щаз пентаграмму нарисую, свечи расставлю, заклинание произнесу и вызову. - Не отпускай пока не сделает со скидкой процентов в двадцать хотя бы. - Саш, я тебя люблю, но иногда ты хуже мамы. Сколько ещё ты меня воспитывать будешь? - До смерти. - До твоей смерти. - И не надейся, фантомом явлюсь. Нет, не все шутки братьев были связаны с мертвецами и магией. Иногда это касалось и большой и сильной братской любви. - Александр, - осторожно спрашивает ведущая. - А скажите, Вы были рады появлению младшего брата? - Знаете, мне тогда лишь двенадцать было, а бабушка рассказывала, что дети из капусты берутся. Когда я увидел Олег, не мог понять, как его обратно в капусту запихнуть. Но потом смирился. А сколько разговоров, как и в обычных семьях, что родители больше любят, что приёмный, да и другие семейно-детские подстёбы. Конечно, это совсем не повлияло на то, что братья полюбили друг друга больше, чем должны. Как говорится, инцест - дело семейное. Но шутки, превратившиеся в разговоры, не отталкивали младших братьев друг от друга. А, возможно, даже сильнее объединяли. Олег не любил работать с братом, потому что приходилось наступать себе на горло и выбирать тоже, что и брат. Может, в "Битве сильнейших" он и позволил себе повыёживаться, но на обычных выездах этого лучше не делать. Представьте себе, что к вам, без камер, приезжают два именитых экстрасенса, которые готовы и хотят вам помочь. Представили? А теперь представьте, что они начали ссориться и ругаться настаивая каждый на своей версии, при этом обе версии для простого обывателя могут показаться правдивыми. И вот им уже чхать на вас, потому что важнее, а кто же из них победит. Представили? Хотелось бы вам к себе такое отношение лицезреть? Так что лучшим для людей иногда бывает промолчать и отступить от своей правды именно в их пользу. Только тогда Олег становится личным помощником, что его тоже, откровенно говоря, бесит. - И чего ты ждёшь? Второго пришествия? - недовольно смотрит на него старший. - Кого? - не сразу включается в разговор задумавшийся о своём Олег. - Лисичек со спичками, которые через это кладбище сократят дорогу к морю. Недовольный Саша - к большим проблемам. И не потому что становится вредным, как женщина в климаксе, а от того, что это показатель его повышенной тревожности. Чем сильнее Александр бесится, тем хуже ситуация, в которую они попали. - А что ты мне делать предлагаешь? - Танцы с бубном плясать. - На кладбище?! - А почему нет? - говоря, мужчина пожимает плечами. - Вдруг какая могила не закрыта, свалился бы, а я бы тебе камень самый красивый притащил. - Себе притащи. - Я на тот свет и не собираюсь. - А я, типа, тороплюсь?! - Судя по твоей защите, то у тебя билет на самый ближайший рейс. Олег чертыхается, за что получает подзатыльник. Ну да, не самое лучшее для этого место. - А сразу не мог сказать, чтоб я барьер обновил? Олег даже знать не хочет, о чём же там брат задумался. Даже если это что-то важное и касается их работы, то в таком состоянии старший медиум не скажет. Зато ответит так, что они лишь сильнее переругаться могут. - Слушай, Саш, это очень прикольно, конечно, увидеть то, что ты видишь твоими глазами, но мы не мойры, чтоб у нас был один глаз на двоих. С чего я могу быть уверен, что именно ты правду видишь? Хотя, шипишь ты точно, как причёска у Горгоны. - Я сейчас развернусь и уйду. А ты тут останешься пока не разберёшься. И если помрёшь раньше, то домой не возвращайся. И без тебя родственников с того света... - А если я вернусь, как твоя пара? - Олег подходит к Саше сзади и укладывает голову ему на плечо. Сашка усмехается и лохматит его. - Продолжишь заигрывать, работать не сумеем. Зато такую страсть покажем, что мёртвые позавидуют живым. Олег скептически оглядывает кладбище. - Может лучше в отеле? А то земля мокрая. Да и тут такие старые захоронения есть, что боюсь возродим чуму. Саша прижимается виском к его виску. Ему самому хочется поскорее убраться отсюда. И из-за того, что ощущает. И потому что, что ему всё же гораздо важнее, не хочет ругаться с братом. Лучше опрокинуть его на кровать и вдалбливать в матрас. Чтоб и мозг ебать не успевал, и вообще негатив исчез, уступив место их любви. - Сань, ты правда видишь, что тут сатанисты ритуал проводили? - Нет, конечно. Они сюда пришли почитать стихи Вальтера Скотта, нарядившись в белые платья, а затем все поголовно пошли креститься в ближайшем болоте, из которого нашли прямой переход в Рай. - Саш, - Олег слегка прикусывает его за плечо, выказывая своё недовольство. - Леж, если я сказал, что делали, значит делали. Я понимаю, что ты решил заделаться у меня в святого, тем более с попытками выйти новому закону, и резко перестал верить в проклятия. Да, в большинстве случаев это просто программа, но не всегда. И вот это тот случай. Олег хмурится. - Думаешь, точно знали, что делать? - Не подходит ни под один канон. Скорее, просто решили поиграться, а там уже совсем не ведали того, что натворили. - Ладно. И как убирать будем? - может и прав всё же Саша. Олег чувствует энергетические возмущения в фоне, но не хотел вглядываться, потому что тогда проклятие признавать придётся. Но тут это хотя бы правильно. - Ну, для начала поищем, где же собака закрыта. - Саша! - Олег хмурится, отстраняясь. - Твои шутки сегодня уже надоели. - Вообще-то я сейчас говорю в прямом смысле. Младший медиум морщится. Вот теперь он был бы очень рад, если б Александр пошутил.