Тени Бангерна.

Первая затяжка наполнила горло едким дымом, от которого он раскашлялся, как туберкулезник. Хорошо, что решил один- друзья бы засмеяли. Вкус был противный, кашлять хотелось постоянно, но он упорно продолжал держать сигарету. Почему начал? Наслушался рассказов, какое это удовольствие и как это успокаивает. А еще парни с сигаретой круто выглядели. Ему тоже хотелось. Удовольствия не было- лёгкие бы не выплюнуть. Да и спокойствие тоже не спешило- руки все ещё тряслись. Он глянул на свое отражение в разбитой стеклянной стенке сгоревшего киоска, за которым он спрятался- раскрасневшееся от кашля лицо, разбитая губа - отец ударил наотмашь тыльной стороной ладони, слезящиеся глаза. Круче некуда. Он утер рукавом черной толстовки глаза, потом губу, нахмурился и снова затянулся. Вторая далась попроще. Сегодня ему исполнилось шестнадцать и в то время, как другие подростки получали подарки, поздравления и отмечали этот день в компании друзей, он был избит отцом и в подарок- выжил. Это был далеко не первый раз и даже не самый болезненный, но последний. Сегодня ему вломили за то, что мать украдкой подарила ему шоколадку, купленную на заработанные им же деньги. Вернее, сначала он избил за это мать, а потом, когда он вступился- и ему прилетело. А потом случилось то, что поставило точку в этой истории. Все произошло за секунды- после удара по лицу он..обернулся в волка. А дальше он слабо контролировал ситуацию. Лишь спустя несколько секунд он увидел в зеркальной створке шкафа чёрного зверя с окровавленной пастью и ему резанул слух истошный визг матери. Зверь перегрыз обидчику горло. Затягиваясь сигаретой он все ещё не мог сопоставить себя с этим волком, хотя где-то на подкорке понимал, что он с ним одно целое. Когда он обернулся обратно, мать была в отключке от шока. Вся комната была залита липкой кровью. Он был без одежды- она разлетелась по швам при обороте. Стало страшно. Сначала он проблевался, еле добежав до ванной. Там же наспех умылся, метнулся к шкафу, стараясь не смотреть на то, что он натворил, натянул на себя свои чёрные шмотки, засунул в карман старый мобильник, отцовские сигареты с зажигалкой, вытащил из тайника свою заначку и дал дёру с места преступления. А теперь, сидя в каких-то кушерях, в отдаленном районе, он раздумывал, что делать дальше. Отца было не жаль- ничего хорошего он от него никогда не видел, даже если тот был трезв. В остальное время- а его было подавляющее большинство- он бухал как не в себя и за любой, показавшийся ему не таким взгляд, бил сначала мать, а потом и его- вытаскивал из под стола или кровати- куда он мог спрятаться, пока был маленьким- и бил, не жалея, всем, что попадалось под руку. Называл он его "выблядок, нагулянный шлюхой", по-новой заводился от этого и снова переключался на мать. Никому не было дела до их семьи, соседи не лезли- боялись, а родни не было. Несколько раз они, правда, вызывали полицию- но к их приходу всё немного успокаивалось и те уходили- все же пока живы. С десяти лет он начал воровать по-мелочи в магазинах- все время хотелось есть до ужаса. С четырнадцати пошёл работать, в школе появлялся изредка и учителя махнули на него рукой- дотянул бы до конца средней школы и проваливал бы. Он и дотянул. Друзья у него были такие же как он- по меркам цивилизованного общества - отбросы- пили, курили, рано начали вести беспорядочную половую жизнь. Среди своих у него было прозвище "отличник"- курил и пил в меру, девочек не трогал, в основном молчал, но мог втащить так, что мало не покажется, поэтому имел приличный авториет. Оборот не был в новинку- он знал, что он оборотень, как и его отец. Но, видя, как тот себя ведёт, дал себе обещание не стать таким же и с тех пор научился держать зверя под контролем. Это был ещё один повод выбесить отца- мало того, что шерсть чёрная, так ещё и вовсе отказался от своей природы. Кашель отпустил, краска с лица сошла и теперь в отражении на него смотрел хмурый, бледный парень с растрепанными чёрными волосами и в полностью черной одежде. Вот теперь- круто. Мать, наверное, не захочет больше его видеть, а полиция, возможно, начнёт его поиски- труп-то, наконец, есть. Он слышал от пьяного в стельку отца рассказы, что есть место, где живут оборотни, которые изгнали его из общины за "правильные методы воспитания молодёжи" и из-за них он теперь живёт как живёт. Раз выставили отца- значит нормальные ребята должны быть, а ему нужно где-то залечь на дно. Чем чёрт не шутит? Потушив окурок о бордюр и стрельнув им в урну, он отправился на остановку автобуса. На ходу он натянул капюшон толстовки до самых глаз и прыгнул в последнюю дверь отходящего автобуса.