魏嬰和江澄

Из спальни Главы Ордена Цзян раздался громкий, пронзительный визг. Все слуги сразу же среагировали и через несколько мяо оказались у тяжёлой двери. Но зайти им не дал супруг и спутник на пути самосовершенствования главы, Вэй Усянь. Махнув рукой на слуг он зашёл внутрь. Шагу ступить не дало тело его племянника, который был тем, кто орал. – Может испугался вида Чэн-Чэна? Или комнаты? Или простыней?– вслух задался вопросами Вэй Усянь.– Скорее всего нет. Каким бы пугливым иногда не был мой племянник, от вида А-Чэна в засосах он бы не испугался, а значит что-то иное его напугало и мне предстоит узнать что. Навалив Цзинь Лина на себя, Вэй Ин продолжил рассуждать. Отдав приказ слугам, доставить племянника к лекарю. А затем снова открыл дверь. В спальне царил полумрак, а постельное бельё, как и одежда была разбросана по всей комнате. Одеяло было разорвано в клочья, на стенах виднелись следы от чьих-то огромных когтей, словно какой-то зверь решил выбраться из этого места и в попытках расцарапал, все стены. Вэй Усянь вздрогнул от такого сравнения, насколько большим должно быт..... – ААААААА, ТВОЮ ЖЕ М...ЦЗЯН ЧЭН? Цзян Чэн. Мммм. На него прыгнул тигр. Тигр МАТЬ вашу. И не просто тигр, а саблезубый тигр с лилово-фиолетовой шерстью и родными глазами. Сначала он конечно испугался так, что чуть не наложил в штаны. Но сразу за этим пришло осознание. Откуда у них в спальне тигр? Да ещё и такой странной окраски и вполне себе узнаваемыми глазами. Глазами его мужа. Собственно из-за этого он и не стал применять какое-либо заклинание и не вызвал свой меч. Это точно был Цзян Чэн. Только он мог, находясь в теле кошака дать себе по лицу лапой, имея ввиду его глупость. – И что это значит? Ты бы сам не испугался, если бы зашёл в спальню, а на тебя набросился саблезубый тигр? А? Так перерикаясь с удивительно молчаливым супругом, он лихорадочно рассуждал. Кто это сделал? Каким образом? Зачем? А главное за что? Но ему помешали. Большой и очень мягкий тигр навалился на него, и от встречи с твердым полом ему помогла большая мягкая (как и всё тело) лапа. Вэй Ин облегчённо выдохнул и обнял большую тушку. В таком положении они пролежали почти одну палочку благовоний, а потом спина бедного Старейшины Илина взвыла, а сам Старейшина вместе с ней. - Чэн-Чэн вставай, - проговорил Вэй Ин, но когда тигр рыкнул, он рыкнул в ответ, - Вставай кому говорю. Или я заору. Уверен, в сохранности своих ушей? - Я знаю, что громкие звуки кошкам не нравятся. Так что вставай. Цзян Чэн фыркнула, уполз от мужчины и снова лёг. Вэй Ин потянулся так, что спина хрустнула и облегчённо выдохнул. Который раз за день, спрашивается? Немного полежав Вэй Усянь встал и хотел было пойти принести что-нибудь поесть, как дверь открылась и с боевым кличем, внутрь вбежали три подростка. Цзинь Жулань, Вэй Юань и их друг Лань Цзинъи. Вроде бы. Перед тем, как произошло непоправимое Вэй Усянь подскочил к юношам, взглядом заткнув их. – Молчите и не в коем случае не орите, а лучше заткните рты руками. Когда юноши выполнили приказ, он поманил их рукой. – Знакомьтесь это Чэн-Чэн. – весело произнес Вэй Усянь, шокированным подросткам,  и громко засмеялся, за что снова оказался на полу. – Дядя! – Папа! – Учитель Вэй! Наперебой заголосили дети. – Чшшш. Тихо, мелкие. Он со мной ничего не сделает. Да ведь А-Чэн?– гладя его по шее, спросил он. Кошак согласно проурчал и начал тереться о человека. – Это....дядя Цзян? – Да это он. И опережая твой вопрос ,я не знаю как и кто это сделал. Ладно ребятки, надеюсь Цзян Чэн не обидится если я его на немного оставлю. Можете присмотреть за ним? – Ага, конечно, – раздался нестройный хор из трёх голосов. – Вот и отлично. Можете его гладить, полежать на нём, но не орите и не из давайте резкие звуки. Кивнув, трио обступило тигра с трёх сторон и как по команде, каждый начал гладить его. Но только Вэй Ин открыл дверь, как его потянули назад. Обернувшись Вэй Ин увидел Чэн-Чэна, который посмотрел на него грустными глазами и тихонько потерся о его бедро. – Похоже вам придется сгонять за едой для меня и Цзян Чэна, Чэн-Чэн не очень хочет меня отпускать. – Пусть Лань Цзинъи сходит. – Эй, а почему я? Почему юной госпоже, самому не сходить? Меня здесь никто не послушает, я ведь из другого клана, да и подросток в придачу. А для взрослых, подростки ничем не отличаются от тех же детей. – Цзинъи прав А-Жулань, пойдет А-Юань. – Конечно отец. Папе приготовить побольше мяса? Или что обычно едят тигры? – Я не знаток, но принеси побольше говядины. А для меня можешь принести вчерашний суп с рёбрышками и – Цветами лотоса. Я помню, пап. – весело проговорил уходящий юноша. – Почему не я? – Ты уж реши, хочешь ли ты идти или нет. Во истину капризная, юная госпожа. Пока двое подростков шёпотом спорили, Вэй Ин снова разлёгся на такой мягкой тушке, немного воды руками и иногда целуя нос своего мужа-тигра. Кажется тот был слишком доволен и сделал кое-что, чего Вэй Ин никак не ожидал и уставился на супруга круглыми глазами. Он лизнул его. Он. Лизнул. – Аааааа, Цзян Чэн это так мило. Ты весь такой миленький, мягконький, уууу. Вэй Ин всхлипнул и растекся лужицей. Но заплакать (пусть даже немного наигранно) ему не дал Вэй Юань, который зашёл, держа на руках три подноса с вкусно пахнущей едой. Подав тарелку и большую миску отцам, он уселся недалеко от двери вместе с друзьями. – Цзян Чэн, открой рот. Молодец. Взяв небольшой кусок мяса, он начал кормить мужа и параллельно есть сам. – Осторожно, Чэн-Чэн не кусай меня. Боюсь от твоего маленького "кусь", у меня останется только одна рука. – засмеявшись произнес Старейшина Илина. Когда с едой было покончено, Вэй Ин отдал приказ распустить всех людей с поместья. После ухода всех, странная компания направилась в сад. Птицы и некоторые, другие животные узрев кого-то побольше в спешке бежали из сада. И из Пристани тоже, судя по всему. Немного погуляв, компания расположилась у моста. Наслаждаясь тишиной, они и не заметили, что к ним кто-то подошёл, точнее прискакал. Несколько маленьких крольчат, радостно попискивая, расположились у тёплого бока Цзян Чэна. Это заставило всех улыбнуться, а Вэй Ина счастливо засмеяться. – Жалко у меня нет кисти и бумаги, я бы вас нарисовал.