Азбука "Морзе"

Эндрю сидел на подоконнике в гостиной Чудовищ и крутил в пальцах зажжённую сигарету, то поднося к губам для очередной затяжки, то стряхивая комочки пепла в распахнутое окно. Он все чаще бросал взгляды на шумную компанию позади себя, которая во всю, уже который гребаный день подряд играла в какую-то дурацкую игру. Сути он до сих пор не понимал, но зато каждый раз наблюдал как те по очереди тянут какие-то бумажечки из оранжевого шлема с белой полоской, а затем подвое удаляются в комнату примерно на пять минут. Детский сад. Четыре члена его компании, с присоединившимся к ним Мэттом все тянули и тянули эти бумажечки, никогда не произнося написанного в слух, за исключением имени того, с кем ему предстоит уйти в комнату. Все это, до боли в висках бесило Миньярда. Когда по комнате в который раз раздался голос Хэммика, вещающего о том, что теперь его с Нилом очередь уходить, Эндрю прорычал себе под нос что-то невнятное, и выбросил окурок вниз. Но никто на его порывы не обратил никакого внимания. Все провожали взглядом удаляющихся в спальню Ники и Нила. Миньярд спрыгнул с подоконника, одновременно со звуком щелчка захлопнувшейся двери их комнаты. Разъярённый Джозеф вылетел из гостиной, со всей дури толкая дверь коленом. - …рю, - только и расслышал он голос то ли Дэя, то ли Бойда, прежде чем таким же образом захлопнуть дверь уже с другой стороны. Он размашистым шагом преодолел расстояние от двери к лестнице, а затем на скорости, перепрыгивая по три- четыре ступеньки сразу, спустился вниз. На первом этаже Миньярд задел плечом какого- то парня, но не повёл и бровью, услышав его возмущенное бурчание. Вылетев на улицу, парень понёсся к парковке. Запрыгнув в Мазератти, он тяжело выдохнул и несколько раз ударил по рулю, надеясь таким образом вытравить из себя накопившуюся за последние двадцать минут злость. Случайно покосившись на соседнее сиденье, ему тут же захотелось выколоть себе глаза. Эндрю заметил ярко оранжевую скомканную тишку, на которой из-под складок проглядывалась белая «десятка». Он забыл ее здесь вчера- после вечерней тренировки, уйдя в общежитие в одном, накинутом поверх джерси бомбере. Заебись. Сжав зубы до характерного скрипа, Эндрю откинул голову назад и, вдруг на него накатило такое количество эмоций, что желание на день вернуться к своим таблеткам резко перевесило все остальные. Не смотря на долгие недели терапии, на лечение… Да, оно было… С ними он одновременно мог испытывать удобные для себя эмоции, но в то же время чувствовал себя равнодушной ко всему куклой. Пустышкой. Без чувств. А чувство собственности, или даже ярой ревности -плевать… Оно было насколько свирепым, что любой дикий зверь был бы не прочь позаимствовать у Миньярда толику, да бы прибавить себе крупинку могущества. Эти их игры. Ники, который периодически выкидывал различного рода знаки внимания по отношению к его Джостену, хоть и как искренне заверял: делал это с и близко не тех побуждений, которые нарисовал там, у себя в голове Эндрю. Может, Хеммику даже не пришлось бы оправдываться, если бы не несколько угроз, сопровождаемых классическим прикосновением острого лезвия ножа к нежной коже на шее или области у рёбер. - Блять…, - выругался Эндрю, чувствуя, как руки, лежавшие на руле начинали потеть, а стены, точно издеваясь, давили на голову и внутренние органы, отбивая любое желание сдерживать себя в руках. Он опустил голову на руль, прямо поверх сложенных рук и просто отстранился от всего, углубился в свои мысли, в ненапряженные (Да, у Эндрю Миньярда и такие припаслись), остановился где-то на границе с сознанием и неосознанием. Ему стало хорошо. Хорошо ставало только тогда, когда не нагоняли мысли…Какая ирония. *** Щелчок от дверной ручки, легкий порыв прохладного воздуха где-то сбоку - и Эндрю снова в реальности…Хуево. Ему не нужно было поднимать голову, чтобы понять, что наступило время тренировки и сейчас все заваляться к нему в машину. Но пока в машине помимо него сидел только один человек. Его запах заполнил салон, но лишь на пару мгновений. Пусть он молчит… - Эндрю, может я сяд… - голкипер одернул руку, как только почувствовал приближение. После многозначительного вздоха, от Нила он больше не услышал и звука. Даже когда остача компании завалилась на задние сиденья, Эндрю лишь молча провернул ключ и выжал газ. Дорогой к парню за рулем доносились лишь части фраз из разговоров за спиной. Он их игнорировал. И не важно обращался ли к нему кто-то вовсе. Затормозив и припарковавшись на привычном месте, он дождался пока часть команды вышла из машины и побрела к раздевалкам. Миньярд буравил взглядом асфальт, пока размытую серую точку перед глазами не разбавила пара знакомых кроссовок. Он слышал, как часть людей уже прошла в тоннель, забирая с собой все лишние звуки. Парень просто стоял на месте, пока они все не утихли, после чего поднял глаза. Встречаться с двумя голубыми радужками так резко, всегда было сродни получения приличной дозы электрического разряда. - Что? – подал голос Джозеф, понимая, что так и не сможет пройти, пока будет в тупую стоять столбом. Голос звучал сжато, монотонно – будто только что проблемы половины мира свалились ему на голову без предупреждения. - Эндрю, поговори со мной, - осторожно отозвался Джостен, будто действительно боясь спугнуть парня напротив. – Я… - Просто уйду сейчас с дороги, что бы другие члены команды могли пройти в раздевалку, - закончил на него Миньярд, будто так и должно быть. - Нет…Просто, я знаю, что мы переусердствовали с этой игрой…и…, - Господи, он так мямлил, что хотелось самому себе врезать. – Просто хочу, что б ты знал: мы там просто делимся историями…Ну знаешь, какими-то поражающими фактами, по той теме, которая написана на клочке, - он устремил взгляд прямо в глаза своего парня, пытаясь разгадать в этом взгляде хоть какую -то эмоцию. Тщетно. - Ладно, - отрубил Эндрю абсолютно бесстрастным голосом. - Мог не оправдываться. Мне плевать, - пожал тот плечами, после чего двинулся в сторону входа, даже не проверяя, идет ли Нил следом. *** Ваймак что-то оживленно обсуждал с двумя новыми защитниками, которые присоединились к команде в этом учебном году. Шесть человек. Они уже три недели как с ними занимались, но Эндрю запомнил имена от силы двоих. Его компания никак не контактировала с новобранцами, за исключением необходимых взаимодействий на тренировках. Старшекурсники все бегали за ними, отчаянно пытаясь впихнуть пятерых парней, и одну ярко крашенную в черный цвет девушку в коллектив, но слишком многое они все пережили за прошлый год, чтобы вот так, на ровном месте, в какой-то момент случайно о чем-то проболтаться. Пока Миньярд, вымотанный двухчасовой тренировкой расправлялся с защитой на голенях, до его слуха вдруг донесся требовательный тон тренера, приказывающего Нилу и некому Айзеку пособирать на поле все мячи и засунуть в кладовую клюшки. Затем мужчина перехватил проходящего мимо Кевина, что-то коротко бросая ему полушепотом. Тот кивнул и удался в сторону душевых. Уже почти все были там, только голкипер не мог расправиться с этими чертовыми пластмассками. С рыком высвободившись из защиты, Эндрю откинулся назад, упершись спиной о шкафчики. Ваймак тем временем до сих пор не мог собраться в кучу: несколько раз заглянув в свой кабинет, а затем снова в раздевалки, при этом не переставая бурчать себе под нос какие-то недовольства, он раздраженно метушился в надежде что-то отыскать. После победного: «Вот ты, блять», он напоследок крикнул Нилу, что бы тот потом все выключал и позакрывал, и открыв дверь ногой, ушел. Эндрю услышал, как освобождая кабинки, все начинают рассасываться. По всей видимости, поняв, что Эндрю сейчас крайне опасен, чтобы его как-либо трогать, они решили поехать все вместе на фургончике Мэтта. Миньярд заставил себя подняться с лавочки и прошел к полю, по пути поправляя свои повязки, которые немного сползли во время работы у ворот. Пройдя на еще ярко освещенное поле, Эндрю облокотился о прозрачную стену прямо у входа и быстро найдя Джостена глазами, стал следить за тем, как тот отправляет в ведро уже последние мячики. Его порывы ревности постепенно утихали, то ли из-за слов, сказанных Нилом перед тренировкой, то ли из-за извиняющихся взглядов, которых Джостен успел послать ему штук шесть, наверное, за игру. Он, естественно ловко их игнорировал, раз за разом лишь награждая парня ледяным взглядом в ответ. Эндрю только сейчас заметил, что тип, сейчас сгребающий и подхватывающий сразу несколько клюшек, что-то оживленно лепечет Нилу… Немного поморщился, стиснул зубы, сжал и разжал кулак. Спокойно Миньярд. Все бы нечего, если бы сам нападающий так активно не поддерживал его, о-чем-бы-он-там-мать- его-не-был-треп. Нил не замечал Эндрю, их отделяло почти c пол поля. Сейчас этим двоим предстоит вместе пойти в какую-то коморку…вдвоем…с не менее чем семью клюшками в руках у каждого. Ловко подхватив атрибуты в руки, два парня поплелись на выход из поля, намереваясь пройти в ту самую коморку для клюшек и мячей. Ничего остроумного в голову Миньярда и прийти не могло. Он резво оторвался от стены и зашагал в сторону выхода из зоны поля прямо к тому месту куда направились эти… Да кто он вообще такой! Новоиспеченный защитник – не больше, чем какой-то, не для кого ничего не значащий хуец, прибывший к ним в университет по обмену из Канады...Его Эндрю больше всего невзлюбил. Сразу…как только его густая черная шевелюра впервые замелькала в проеме их раздевалки. Парень так быстро добрался нужного места, что и не поверил бы, что смог сделать это так оперативно, если бы не встроенный в него датчик отвращения и раздражения, который, казалось сейчас, когда в паре метров от него стоял этот прыщ, должен взорваться от перенапряжения. Миньярд бесшумно приблизился к комнатушке, в которой горел слабый свет и оперся о косяк. Нил вместе с этим недоразумением метились, как две рыбины в ведре, пытаясь приткнуть куда-то клюшки. Он посчитал сколько раз они соприкоснулись о плечо друг друга. Это был третий. - Хорошо тренер устроился. Эльфов нанял, а сам ударил по педалям, - бесстрастно подал голос голкипер, резко изменяя ход событий в этой чудно сложившейся атмосфере. Нил дернулся так, что на миг потерял равновесие, и, словно мячик, отбился от стены, но весь атрибут в руках удержал. В то время как брюнетистая ошибка природы подорвался так, словно у него в заднице только что взорвалась петарда. Наверное, за это Джозеф сейчас отдал бы любые деньги. Клюшки полетели из его рук в разные стороны: пара штук упала на Нила, который кажись, не думал придавать этому какое-то значение, так как уже успел повернуться, и сейчас испуганными, расширенными от внезапного ошеломления глазами взирал в лицо Эндрю. - Эндрю Миньряд, - послышался откуда-то сбоку противный, режущий слух баритон. – В чем ты мастак похлеще чем в стоянии на воротах, так это в способности напугать до полу-смерти, - на тяжелом выдохе заключил тот, наконец собирая и складывая все клюшки в угол. - Откуда звук? – впервые решив не притворяться глухим, съязвил тот, все еще не отрывая свих глаз от застывшего в немом шоке и страхе лицо Нила. Он взял одну единственную оставшуюся в руках Джостена клюшку, отметив, как легко тот разжал пальцы, позволяя ему это сделать. -Ну что ж, - снова подало голос недоразумение. – Я тогда поеду… - он запнулся, вероятно намереваясь продолжить, но отказавшись от этой идеи двинулся на выход. Эндрю успел сделать два шага назад, и как только подвернулся подходящий миг, он замахнулся и зарядил Айзеку прямо под ребра оранжево-белой клюшкой. Парень очень не хотел этого, но все же решил сдержать себя и рассчитал силу, не переусердствуя, как тогда, в Милпорте. Нил почти не шелохнулся. Он зажмурился, но с места не сдвинулся. Потому что знал – в их мире все работает именно так. Он дал Эндрю повод для ревности, и теперь должен просто стоять и молча смотреть на участь, постигшую новенького. И в ту же секунду, звуки, вылетевшие изо рта защитника, наконец удовлетворили парня. Тот застонал, упав на колени и обхватив себя руками, оскалил зубы, уставившись на Миньрда. Никаких эмоций. Безразличие читалось на лице голкипера слишком ярко – достаточно, чтобы привести скрутившегося на полу брюнета в окончательный ступор. - Ты-ы…блять…за что…? Совсем больн… Эндрю выставил вперед один палец, без слов сообщая, что в его положении сейчас лучшим – будет молчать. -Считай это… - он лишь лениво пожал плечами. – Обрядом посвящения. - И всех вы так встречаете? – парень начал подниматься, с трудом, держась за ребра. - Только самых…интересных. Эндрю отправил клюшку в кучу к остальным, тем самым выбивая из ступора все еще стоявшего в коморке, под освещением Джостена, который теперь не в упор глазел на своего парня, а и метнул пару взглядов на согнувшегося, еле перебирающего ногами Айзека. Тот, в свою очередь прошел к лавке, схватил свою сумку, закинул ее на плечо, и бросив последний взгляд на застывших в молчании парней, удалился. - Эндрю, - тут же начал Нил - Иди переодевайся, - отрубил Миньярд, уже стоя к тому спиной. Зафиксировав несмелые шаги в сторону раздевалки позади себя, он постоял так еще с мгновение и отправился к трибунам. Эндрю лениво оглядывался по сторонам пока подходил к сиденьям высоких трибун. Он крутил между пальцами пачку мятных сигарет. Его голову сейчас буквально не занимало ничего кроме злости. Ним двигало неведомое чувство ярой собственности. И утолить его полностью помогло бы только убийство этого канадского выродка. Выудив из пачки одну сигарету, он воткнул ее себе между губ и поднеся огонек лицу, подкурил. Одну ногу он забросил на сиденье впереди себя, вторую же подогнул, опершись локтем о колено. Он открыл глаза, но запрокинутой назад головой не двигал, когда осторожные шажки преодолевали последние ступени, а затем остановились в метре от него. - Эндрю… - снова начал Джостен, но вполне ожидаемо был перебит. - Эндрю, Эндрю, Эндрю…Только и можешь талдычить «Эндрю», как чертов попугай. Нил молчал. Притих, сложив руки у живота в замок и наблюдал за тем, как закипает его парень. - Я придурок, - искренне виноватым и отчаянным голосом констатировал Нил, потянувшись к плечу Миньярда, намереваясь дотронуться до него. Но голкипер, как ошпаренный, одернул руку, а следом и вскочил с места, по инерции сильно ударив ногой переднее сиденье. - Не смей, - прорычал Эндрю, все еще пытаясь держать эмоции в узде, но активно собирая по частичкам оставшиеся капли здравого мышления. Нил в свою очередь, одернул руку так, будто не мог поверить, что сделать это смог позволить себе он. - Я… Фух, Эндрю, - Джостен провел по лицу рукой и выдохнул в ладонь. Его способность держать под строгим контролем эмоции, от недавних пор, находясь рядом с этим парнем переставала иметь какой-либо вес. – Я без понятия, что мною двигало последние пару недель. Но когда я понял какую боль за это время успел тебе принести... – Осмелившись поднять глаза, он встретился с двумя темными зрачками. Они излучали холод и злость, презрение и ужасающие безразличие. Но даже они не заставили Нила поежиться. Потому что это был его Эндрю, его спасение, его неподдельная радость, его луч света во мраке, его эфемерное желание, его жажда к жизни. - Эндрю, прошу, не отталкивай меня сейчас, - парень сделал один шаг в его сторону и слегка наклонился, чтобы своим искренним пробирающим взглядом доказать всю искренность слов. – Мне никто не важен в этом мире так, как ты. Услышь меня, я не хоте… - Угу. Понял я, - как ледяная глыба. Ноль сострадания. Он подошел почти вплотную и повернув голову в сторону раздевалок, кивнул, указывая на место куда намеривается пройти вместе с Нилом: - Вперед. Ему не нужно было повторять дважды, да Эндрю бы и не стал. Джостен отшатнулся назад, с целью пропустить парня вперед, но расшифровав его неподвижную позу как знак того, что впереди пойдет он, Нил медленно поплелся по трибунам вниз. Хотя Эндрю и находился примерно в трех шагах сзади от него, его дыхание буквально обжигало затылок и достигало точно как пучок энергии, проводящий импульс по всем нервным окончаниям и запускающий многомилионный порыв ветра, проникающий внутрь тела и закручивающий внутренние органы в мощное торнадо. Ручка двери на секунду поплыла перед глазами, но Нил быстро собрался, провернул ее, и зашел в мрачную раздевалку. За спиной послышался щелчок, в следствии зажигающий небольшой тусклый светильник в углу помещения. Но Нил не успел насладиться появившимся проблеском. Резкий толчок в плечо, а за ним жесткий удар о стену, заставляющий позвоночник принять форму стенки, и Джостен, без права на какое-либо движения намертво прижат к твердой поверхности. Хватка на его шее стала ощущаться сильнее, тогда он немного поднял голову вверх, чтобы унять неприятное ощущение. Он был выше Эндрю, стоял с запрокинутой головой, но определенно мог заверить, что сейчас над ним нависал этот дикий, готовый сам поглотить свою добычу, лишь бы ни с кем не поделиться и волоском, хищник. Хищник, способный в то же время растерзать за свое самого себя, лишь бы тот же волосок не свалился с него вовсе. Эндрю явно не представлял для парня физической угрозы. Это было, своего рода, психологическое сражение, к которому он должен был быть готов. - Мне нужен только ты, слышишь? – с убедительной мольбой в голосе начал Нил. - Сомнительное признание, - оставался таким же непоколебимым и непробиваемым Миньярд. - Прости меня, мне правда плевать на них всех. В следующий миг, Эндрю медленно наклонился, одной рукой схватившись за подбородок Нила, чтобы отвернуть его голову слегка в бок и замер у его уха, едва касаясь губами начала раковины. - Знаешь как обычно просят прощение, Джостен? Нил моргнул и судорожно дернул плечом, чтобы смахнуть оттуда набежавший ряд мурашек. - Стоя на коленях. Заключение Эндрю, казалось, выбило всю почву из- под ног Джостена. Он никогда еще не видел Эндрю таким и не слышал от парня подобных вещей. Джозеф не позволил оцепенению, настигшему его долго овладевать ним и положив свою крепкую ладонь Нилу на плечо сильно надавил, заставляя того упасть перед ним на колени и запрокинуть голову. Молчание Эндрю можно было расценивать только как сигнал к началу действий. Нил опустил голову, сразу врезаясь взглядом в обтянутый черной плотной тканью член Эндрю, который находился слишком близко к его лицу. Джостен наконец призвал свой мозг дать его конечностям способность снова шевелиться, и поднял руки, которые близились к пряжке на ремне Миньярда. Его пальцы опустились на кожаную полоску, но мгновенно были одернуты. - нет, нет, нет. Проси, - приказным тоном выплюнул Эндрю, проводя в хаотичном порядке слегка острыми ноготками по лицу Нила, заставляя некоторые мышцы его лица изредка подрагивать от этих прикосновений. - Пож… - неуверенно начал тот, глядя на парня снизу вверх и сразу замечая, как дергается в порыве гнева уголок его рта при намеке на это слово. - Плохо…очень плохо, - попытка скрыть гнев за язвительностью далась Миньярду легко. Он помотал головой, поцокав языком. - Иногда слова не так важны, как кажется, Джостен. Попробуй найти иной подход. Ты же умный мальчик. Действительно. Умный. Умный и тупой одновременно, раз умудрился довести Эндрю до такого состояния. Сколько сил было потрачено на то, чтобы вытащить голкипера из него, и все старание в миг улетучатся – только искру дай… Нил подался вперед и накрыл губами манящий бугор. Он вытянул язык и прошелся вверх по всей длине. Ткань очень плотно обхватывала уже потвердевший орган, позволяя Джостену даже сквозь плотный джинс ощущать языком надувшиеся венки. Хотя немного раскинув мозгами, он понял, что это сознание посылает ему какие то иллюзии ощущений Эндрю зашипел и запустил обе руки в мягкие волосы Нила. Когда тот уже пробирался к пряжке ремня, видимо намереваясь расправиться с ней используя только рот, Эндрю резко оттянул его голову назад, заставляя посмотреть на себя. Он прошелся взглядом по телу парня и наконец подал голос, который теперь приобрел нотку хрипотцы. - Сними футболку и останься только в бомбере. Он оставил одну руку покоиться в волосах Джостена, а второй обхватил его подбородок, пройдясь большим пальцем по скуле. Да, по той, где была вытатуирована римская цифра четыре, и которая уже не была заметна за слоем прожжённой автомобильным прикуривателем кожей. Нил уже успел расстегнуть кнопки на фирменном бомбере сборной университета Пальметто, и скинув ту на пол, потянулся к вороту простой белой футболки, поддевая ее и стягивая через голову. Эндрю в это время пристально наблюдал за каждым движением. Его оголенное тело, открывшееся теперь перед обезумевшим парнем, покрывали знакомые, даже выученные наизусть шрамы. Эндрю знал, как выглядит каждый из них, мог различить их просто пройдясь по ним пальцами - определить по рельефу, по длине, знал где и как они пересекаться и какие они на ощупь. Читал их как азбуку «Морзе». А главное, он знал, что никто и никогда, ни в этой, ни он надеется в следующей жизни не сможет сделать это кроме него одного. Только ему позволено их рассматривать, водить по ними пальцами, прикасаться к ним губами, а иногда даже легко прикусывать. Особенно ему нравилось проделывать эти делишки в зоне, где безжалостный утюг, с руки психопата-отца оставил на плече большую отметину. Джостен сделал все так, как и было велено. Теперь Эндрю мог не только наслаждаться ощущениями и движениями настойчиво-работающего рта и языка своего партнера, но и рассматривать часть его тела, опять же не забывая напоминать себе , что это только его. Только его, и не чье-то еще. Пока Нил постепенно, сначала мелкими, потом более грубыми, с применением своего идеального мягкого языка поцелуями начал посасывать кожу на эрегированном члене, Эндрю скользил взглядом по его одежде. А точнее рассматривал маленький значок в виде оранжевой лапки, который находился на его этой кофте. Та же сейчас на обнаженном нем, выглядела так, будто только и была создана, чтобы отнять у Миньярда последние частички здравого рассудка и разбудить в нем настоящего ярого возбужденного зверя, который не в состоянии устоять перед подобными соблазнами. Эндрю шумно выдохнул сквозь до боли стиснутые зубы и толкнулся прямо в расслабленную глотку Нила, несмотря на то, что тот только лишь успел обхватить его головку пухлыми губами и снова начал полизывать чувствительную точку этим своим языком. - Блять… - коленка Миньярда вдруг дрогнула. Он запрокинул голову еще выше и сделал еще пару резких несдерживаемых толчков тазом. Нил обхватил его бедра обеими руками и начал насаживаться на него в силу всех своих возможностей и сил, которых после тренировки осталось не так уж и много. В следующий миг, который разразился в голове Эндрю вспыхнувшей искрой, восседающий у его ног на коленях Нил, схватил ладонью основание члена и прошелся языкам по всей длине. Миньярд не пытался сдерживаться – он рвано дышал и сильнее зарывался рукой в волосы провинившегося. - Мг… - рваные выдохи Эндрю пробуждали в Джостене неистовое желание продолжать, делать это до тех пор, пока они оба не поваляться на деревянный пол от обессиления. Он снова насадился на блестящий от слюны ствол ровно до средины и заваукумировал его, втянув щеки и максимально сжав губы. Он знал, что Эндрю это обожает. Подтверждением стал мгновенно раздавшийся сверху страстный стон, перетекающий в животное одобрительное порыкивание. Миньярд вырвал руку из влажных волос Джостена. Так резко, что кажется, несколько волосинок полетели на пол. На смену голове, Эндрю вцепился в бледное плечо мертвой хваткой. Нил знал, как расценивать сей жест, поэтому расслабил горло, и в ту же секунду в него с безудержной силой ритмично стал толкаться отдавшийся ощущениям голкипер. Нил позволял вколачиваться Эндрю с той скоростью, которую парень для себя выберет сам. Он периодически слегка проворачивал голову в стороны, меняя угол, а так же не забывал добавлять язык. Миньярд одобрительно отвечал на эти жесты, надавливая большим пальцем на зажатый участок плеча. В штанах Нила, казалось, собралась вся энергия земного шара. Ему так хотелось обхватить себя, сжать, дотронуться до чувствительной точки. Он чувствовал, как джинсы ему малы, а белье уже по всей видимости, и вовсе пошло по швам, от такого невыносимого накала пульсаций. Руки Джостена скользили по бедрам Эндрю, он отчаянно пытался ухватиться, но тщетно. В его рот вдалбливались сегодня с особой силой, колени уже не выдерживали, глаза закатывались, а в уголках собрались слезы. Но ему не было больно. Нил пошатнулся, руки все же соскочили с ног парня, но тот тут же скооперировался и схватился уже за щиколотки. Секунды словно искры плыли одна за другой, сменяли друг друга насколько быстро, что в меру было бы ловить их в кулак, а затем выпускать в воздух, где они бы разразились наисильнейшим в истории фейерверком. Ресницы Нила успели дрогнуть в последний раз, перед финишным толчком Миньярда. Они синхронно, в унисон стали хватать ртом воздух. Если бы природа была создана чуть-чуть по-иному и воздух в помещении имел свойство заканчиваться, они бы уже были мертвы. - Эндрю, ты…. - Чшшш, - он с закрытыми глазами попытался закрыть рот парня указательным пальцем, но прицел пришелся в уголок рта, где, как ему показалось дрогнула неопределенная усмешка. Нил молчал, и наконец позволил своим напряженным до этого ногам дать слабину. Парень не решался взглянуть вверх на Эндрю, да и сил для этого, откровенно, уже тоже не хватало. Только почувствовав движение, Нил вырвался из оцепенения, и заметил Миньярда, направляющегося к выходу. Не поднимаясь с колен, Джостен нащупал футболку, и сумев стать на ноги только со второй попытки, поплелся вслед за своим монстром. Они молча дошли к машине и заняли каждый положенные места. Только хлопнула дверь пассажирского места, Эндрю выдавил педаль и покинув уже давно опустевшую парковку, выехал на трассу. Держась по-прежнему немного скованно, Нил постукивал пальцами по обтянутому кожей сиденью, и смотрел перед собой на пустую дорогу. Его неудовлетворенная составляющая то и дело напоминала о себе чрезмерным выбросом гормонов. Он не смотрел на Эндрю и пытался об этом не думать. Это определенно сглаживало это ощущение недоработанности. Джостен твердо решил, что сейчас начнет разговор и решит все с Эндрю. Не может, просто не может весь их нелегкий труд, заключающийся в выработанной способности понимать, чувствовать, протестовать демонам друг друга и сглаживать заостренные углы парой нужных слов провалиться под гнетом дурной ситуации с этим, черт бы его подрал новеньким. Ему неистово хотелось все прояснить, заверить Эндрю, что этот мир для него не существует ни с кем другим , кроме блондинистого вратаря, который ворвался в его жизнь буквально выбивая импровизированную дверь с ноги, а затем давая этой же ногой смачные пинки ему под зад. Он уже хотел было открыть рот и вымолвить первое словосочетание, как повернув голову встретился с ленивым, оценивающим его взглядом. Эндрю смотрел на него так, будто Джостен только что на протяжение нескольких минут бился головой о панель перед собой, как чертов Добби, который провинился и своим испуганно- напряженным выражением описывал всю тупость момента. Невысказанность повисла в воздухе. Нил будто только сейчас пришел в себя, и осознал, что они стоят на месте. Как давно? Блядство… - Тебе с каким вкусом? – прозвучало с уст Эндрю привычно холодно, но если постараться, можно было найти в этой интонации крупинку заботы. - Что…? Ты о чем? – вышло сдавлено. Парень похлопал глазами, он чувствовал себя идиотом. А Эндрю так вообще видимо воспроизводил у себя в голове то же описание в третьей степени. Голкипер закатил глаза и открыл дверь. И лишь сейчас Нил заметил, что они стоят в нескольких метрах от светящегося киоска, где продают мороженое. Джостен откинулся на спинку сиденья и поднес руку к переносице. Так и сидел, пока не услышал щелчок, после которого дверь водительского сиденья снова открылась, а на сиденье молча опустился Миньярд, ставя между ними два ведерка с мороженым: он взял одно фисташковое и кокосовое. У Нила почему то проступила то ли нервная, то ли облегченная улыбка. Эндрю снова завел мотор, им оставалось еще примерно 3 минуты дороги, и Нил решил рискнуть. Хоть вся его мысленно подготовленная речь бесследно улетучилась, он решил импровизировать. - Эндрю… -Дома. Вот и закончили… Нахуя он вообще сунулся. Нил потупил теперь еще более нелепый, чем был до этого взгляд перед собой и стал ждать. А чего ему ждать? Серьёзного разговора? О какой болтовне может идти речь, если все темы уже множество раз обкашляны и доведены до точки. Нил прикрыл глаза, а через мгновение впереди показалось здание общежития. В нем горели всего пара окон и почему то Джостену стало менее паршивее от мысли, что в здании будут находиться еще люди, помимо них. Выйдя из машины первым, Нил отошел за пределы парковки, услышав как в тишине раздался звук блокировки автомобиля. Дождавшись парня, они вместе отправились к входу. Несколькими этапами позже они уже были в комнате. Нил поблагодарил небеса за то, что на пути им никто не повстречался и щелкнул выключателем, избавляя комнату от мрака. Эндрю бросил ключи на столик у входа, а две упаковки с десертом поставил на пол возле кресел-мешков. Они уселись, и подать звук так никто и не решился. Ну, или не хотел, в случае Ендрю. Нил клацнул пультом, выводя на экран очередной нелепый ситком, которое нравилось смотреть им с Миньярдом только по причине возможности хорошенько их раскритиковать. Пока в телевизоре картинка сменялась картинкой, дыхание двух парней сплеталось в тонкую композицию, за которой крылась недосказанность, влечение и вера в то, что все наладиться. Всегда налаживается. Эндрю заснул у Нила на плече. Казалось, в этом миге собрались молекулы доверия, понимания и принятия. А разговор подождет. Слова не стоять момента.