Не видать им покоя

      Ванесса не изменилась, она всё так же прекрасна. Те же волосы цвета воронова крыла, на фоне которых её кожа кажется ещё бледнее, те же притягательные, почти хищные черты лица, тот же стройный стан. Только одета она теперь по моде двадцать первого, а не девятнадцатого века: вместо платья с турнюром на ней красуется элегантный брючный костюм цвета рубинов, цвета запекшейся крови. А волосы, её дивные волосы, аромат которых он помнит до сих пор, не уложены в сложную причёску, а свободно рассыпаются по плечам и спине.       Дракула напоминает себе: она больше не Ванесса Айвз, как и его имя — давно не Александр Свит. Но если в его случае смена имени — способ обезопасить себя, не позволить немногим сведущим людям напасть на его след, то она родилась в этой эпохе с другим именем. И всё же осталась его Ванессой.       Он помнит боль от её потери. Даже монстры способны испытывать это чувство, даже древние демоны. Дракула ждал веками свою возлюбленную, боролся за неё со своим братом. Но тяжелее всего была борьба с самой Ванессой. Она так яростно держалась за свою человечность, но всё же поддалась, согласилась разделить с ним вечность и властвовать во мраке.       Только вечность оказалась короткой и продлилась лишь несколько ночей. Ванессу украли, отобрали у него. И самое худшее — она сама позволила сделать это с собой. Позволила убить себя. Пожертвовала жизнью ради каких-то миллионов жалких людишек. А ведь Дракула мог преподнести ей весь мир на блюде, всё, что только могло пожелать её ставшее мёртвым сердце. Все ночные твари служили бы ей, все, кто ползал, ходил или летал во тьме, все, кого раньше презирали и ненавидели: волки и змеи, пауки и скорпионы, совы и летучие мыши. Они стали бы её рабами, а люди — пищей.       Но Ванесса отвергла и власть, и вечную жизнь. Она предпочла вернуть свою душу.       Но не учла одно: отныне ей не было суждено найти упокоение.       Вскоре после того, как она погибла, Дракула пробрался к дому, где собрались её друзья, её убийцы. Они сидели за столом и ужинали, перебрасываясь фразами. На Лондон уже спустилась темнота. Не тьма, напоненная монстрами и смертью, а мягкое вечернее покрывало. Но этого было достаточно, чтобы скрыть притаившийся у окна силуэт.       Дракула собирался ворваться в дом, отомстить им всем, разорвать на части. А пока слушал их беседу, выжидая подходящий момент.       Он замер, словно статуя из чёрного мрамора, когда речь зашла о Ванессе. Один из мужчин сказал, что верит в реинкарнацию и надеется, что их подруга ещё сможет вернуться в этот мир. Его товарищ возразил, что она и так прожила сложную, наполненную испытаниями жизнь. Вечный покой стал бы благословением для Ванессы.       И тогда надежда воспряла в его чернильной душе. Она может вернуться… Она обязательно вернётся, Дракула был в этом уверен. Они с Ванессой были неразрывно связаны, она принадлежала ему ещё до своего рождения. Тысячелетиями Дракула ждал её и, если придётся, подождёт ещё. Лишь с ней ему доступно подлинное могущество, с его возлюбленной, с его тёмной королевой. Она — его Ева и Лилит. Она — его Ванесса, его Амунет.       Дракула ушёл тогда, затерялся в тенях. Не из милосердия к своим врагам, вовсе нет. Он затаился и стал выжидать. Ждать её возвращения…       И вот она снова здесь, ходит по этой земле, дышит одним воздухом с ним. Ожидание продлилось не так долго, как он полагал. Всего полтора века.       Дракула вспоминает её имя в этой эпохе. Теперь её зовут не Ванесса, а Вивиан. Она строит карьеру, вечера обычно проводит дома за книгой или гуляя по городу, реже — встречаясь с немногими друзьями. Она привлекает внимание многих мужчин, но никому не отвечает по-настоящему взаимностью. А ещё Вивиан интересуется магией и хорошо гадает на картах таро. Наблюдая за ней последние полгода, Дракула убеждается, что она осталась прежней не только внешне.       Сейчас он смотрит на Вивиан особенно жадно. Осознает, что скучал по ней те два месяца, что не видел её, когда уезжал по делам. Держаться на расстоянии он больше не хочет. Нужно подойти к ней, заговорить. Познакомиться снова.       Он вспоминает, как это произошло в прошлый раз. Ванесса была такая потерянная, одинокая, уязвимая, так легко шла в его сети. Он показывал ей чучела скорпионов, но по-настоящему видел только её. Тогда он сумел вызвать у неё улыбку. Тогда она сделала шаг к тому, чтобы подписать себе приговор.       Вивиан идёт по парковой дорожке, Дракула держится позади на почтительном расстоянии, чтобы не вызвать подозрений и не спугнуть. И вдруг видит шагающего ей навстречу мужчину, лицо которого озаряется счастливой улыбкой. Ванесса улыбается ему в ответ, ускоряет шаг и через несколько секунд оказывается в его объятиях. Они с упоением целуются. В этом времени можно не стыдиться прилюдных проявлений чувств.       Дракула замирает, глядя на них. Чувствует одновременно жар адского пламени и дыхание могильного холода. Он узнает спутника Вивиан, это тот же мужчина, в которого была влюблена Ванесса. Тот самый, который в итоге убил её, вняв отчаянным мольбам. Тот, кто отнял её.       Этот волк, этот щенок не мог прожить так долго. Срок жизни подобных им равен людскому. Неужели и он вернулся к новой жизни, не смог обрести покой без Ванессы? Он снова рядом, бдит, сторожит её…       Дракула разворачивается и идёт прочь. Он не отступает, вовсе нет. Он вновь воссоединится со своей Амунет, и тогда Лондон снова накроет тьма, и ночные твари снова обретут власть. На этот раз — навсегда.       К счастью — для него — Дракула прекрасно знает, где она сейчас живёт.

***

      Вивиан прощается с любимым на пороге своего дома, небольшого старинного особняка, и в этот раз не просит его зайти на чашку чая. Понимает, что одним чаем дело не ограничится, а сегодня был насыщенный день, она немного устала.       Она кладёт сумочку на пуфик у входной двери, переобувается в домашние туфли и идёт в гостиную. Мечтает о том, как выпьет горячий шоколад или бокал вина. Хочется согреться. Наверное, зря отпустила его. Вивиан включает в комнате свет. А затем отшатывается, увидев сидящего на диване мужчину.       Он статный, темноволосый, с небольшой бородкой. Он кажется незнакомым, и всё же Вивиан его узнаёт. Хочет отшатнуться, но ноги словно приросли к полу, а её бедное сердце примерзло к грудной клетке. Это он, падший ангел, демон, вампир. Это брат Люцифера. Это…       — Дракула, — выдыхает она.       — Ну здравствуй, Ванесса, — усмехается он.       В следующее мгновение весь дом погружается во тьму. Лишь глаза Дракулы горят алым во мраке.