Лабиринты разума

Странногедон закончился не бесследно. У многих остались психологические травмы от пережитых ужасов. Кому-то снились кошмары каждую ночь. Всех в городе коснулся Гравити Фолз. Диппер потерял больше всех: свою жизнь. Он умер в битве с Биллом. Мэйбл снова плакала, сидя на кровати Диппера на чердаке. Ее никто не тревожил, сейчас она не хотела никого видеть, выгоняла всех. Диппер видел это, летал призраком, но его никто не видел. Все, что он мог делать, это только плавать по миру и смотреть, как по нему скорбит его семья. Зрелище так себе, вызывает тоску, хотя у мертвых не должно быть чувств. – У нее так лицо распухло. Похожа на свою ручную свинью, – хихикнул Билл. Почему-то этот чертов треугольник тоже стал призраком, хотя должен был быть сослан в ад без очереди. Теперь он летал тут вместе с Диппером и мешал своими мерзкими комментариями. – Ты придурок, заткнись, – буркнул Пайнс, отворачиваясь от плачущей сестры. Больно на такое смотреть. – А в чем я не прав? Ты только посмотри на неё. А, забыл, ты сейчас сам заплачешь. Плак, плак. – Когда твои родители умерли в вместе с твоим измерением, ты тоже смеялся? А, забыл, ты же сам его и уничтожил. Плак, плак. Билл отвернулся, скрестив руки, задумчиво посмотрел в окно. – Ладно, это меня задело, – печально произнес он. – А.. Серьёзно? Неужели он нашел больную точку Билла? Его родители? Мог ли Диппер зайти слишком далеко, хотя, Шифр определенно этого заслуживал, но... – Ха, купился, – демон начал смеяться. Диппер пожалел, что не может сейчас посильнее ударить этого идиота. Он резко выплыл из дома. Плач Мэйбл все еще стоял в голове парня. Нужно отвлечься, прогуляться по городу, пока Диппер это еще мог. В Гравити Фолз было тихо, что очень необычно. Видимо, жители отходили от кошмарных событий, отсиживаясь дома с семьей. Диппер тоже был так хотел. – Елка, как ты думаешь, если ты умер героем, дадут ли тебе скидку на твои похороны? – конечно же Билл был рядом, он словно специально это делал. Скорее всего, так и есть, потому что Шифр мерзкий ублюдок. – Билл, у тебя один глаз, потому что ты выбрал вилку? – Диппер довольно усмехнулся, при виде того, как демон закатил глаз. – Если бы мне дали такой выбор, я бы выбрал не вилку. – Я не удивлен, ты всегда был таким. – Каким? – Гейским. Они прилетели к дому Нортвестов. Родители Пасифики думали о переезде, но не хотели бросать дом, поэтому сейчас спорили, уезжать или нет. Сама Пасифика сидела в своей комнате полная печали. Девушка рассматривала фотографию Диппера в газете, статья была о его героической смерти. – Ого. И тут про тебя думают. Ты стал популярным. После смерти, конечно. Как Майкл Джексон, – прокомментировал Билл, садясь рядом с Пасификой. – Майкл Джексон был популярным и до своей смерти. – Да? Ну, может быть и так. Я не люблю кулинарию. – Он музыкант. – Без разницы. Послышался тихий всхлип. Пасифика заплакала, из-за слез статья размылась. Шифр заглянул в газету. – Тут написано, что ты лох, – довольным тоном сказал он. Диппер лишь закатил глаза. – Кстати, а эта девчонка явно не ровно к тебе дышит. Ну, пока ты сам дышал, а сейчас она, наверное в полнейшем шоке и отчаянии. – Я не думаю, что она что-то ко мне чувствовала. – Как жестоко, ты даже не оставил ей шанса. – Сейчас нет смысла давать ей шанс. Никто не захочет целоваться с трупом. – Может, она некрофилка. Ты не знаешь ее наверняка, Елка. – На некрофила тут похож только ты. – Если бы я был жив, твой трупик точно бы почувствовал, как- – Заткнись!! Фу! Ты отвратительный..! – перебил его Диппер, чтобы не слушать продолжение. Здесь тоже был женский плач, Диппер улетел оттуда. Вернулся в Хижину Чудес. Там были дедушки и родители. Сейчас они сидели мирно, отец успокаивал рыдающую мать. До этого, как только приехали родители, был жуткий скандал. Отец обвинял и Стенли и Стена, что они не уследили за ребенком, подвергли его детей опасности, нарушили кучу законов. Дело чуть не дошло до драки. Но после гнева пришло осознание, и они вчетвером просто сидели в мрачном молчании. – Твои родители наконец вспомнили о вас только из-за звонка и известии твоей смерти. Хорошие родители, конечно. Они хоть звонили вам? – Диппер промолчал. Билл рассмеялся. И здесь тоже был траур. Лететь к Венди тоже не было смысла. По городу он уже погулял. Можно навестить собственное тело в морге. Бледный, почти белый Диппер лежал в холодильной камере. Это выглядело неправильно. Смотреть на собственное мертвое тело, понимая, что вернуться назад невозможно. – А моего тела нет, какая жалость. – Если бы твое тело было, а я был бы жив, то твое тело... Хохохо, – Диппер решил играть по правилам Билла, чтобы ввести в некомфортное положение его. – Как с Мэйбл? – ехидно спросил демон. – Что? Фу.. Ты... Ты самый отвратительный.. Просто самый мерзкий.. – Чем тебе не угодили шутки про инцест? Диппер закрыл уши. – Я тебя не слышууу. Билл его переиграл. Снова. Уходить было не больно. Через три дня были похороны, Билл снова глупо шутил, говорил что-то мерзкое, да и в принципе был мерзким, как всегда, как он умел. Диппер старался абстрагироваться, уйти от его голоса, но уходя от голоса, он слышал плач своих близких, хотелось уйти и от них, и он возвращался к Биллу. Замкнутый круг мучений. А затем белый свет. Звуки начали стихать. Диппера ослепило, он моргнул, и... Сел. Гроб. Он начал чувствовать свое тело. Все были в полном шоке, плач стих. Билла нигде не было. Но его голос все еще тихо-тихо звучал в голове: – Твои родственники потратили деньги на твои похороны просто так. Когда-нибудь придется тратиться на тебя второй раз. Плак, плак. Билл был где-то в голове. Что было дальше Диппер не помнил, просто оглушило, были слышны радостные вопли Мэйбл, какие-то слова отца, плач матери, что-то говорили и дедушки, но голос в голове все не утихал. Диппер буквально воскрес. А Билл где-то в его голове. Ненавистно слышать его голос. А что, если Билл захватит его тело? Диппер попытался рассказать об этом, но не смог. Билл не позволил. – Заходят как-то в бар слепой и безногий...