Руки пахнут «Космосом»

«В юном месяце апреле

В старом парке тает снег,

И весёлые качели

Начинают свой разбег.

Позабыто всё на свете,

Сердце замерло в груди,

Только небо, только ветер,

Только радость впереди.

Только небо, только ветер,

Только радость впереди.»

      Утро было странным. Юра как обычно проснулся в шесть утра. Посмотрев на соседнюю кровать, он обнаружил своего соседа на эту смену. «Ну только не это…» — про себя заплакал Немигов. На соседней кровати, посапывая спал старший вожатый. Ресницы блондина подрагивали от ярких солнечных лучей. Майка Михаила неприлично задралась, открывая вид на рельефный пресс. Юра отвернулся, после чего потянулся, встал с кровати и подошёл к шкафу, доставая красные шорты и белую накрахмаленную рубашку. Он взял пасту и щётку и направился к стоящим около столовой умывальникам.        На улице было прохладно. Солнце, несмотря на столь ранний час ярко светило, озаряя весь лагерь своими лучами. Казалось Юра был один на улице в столь ранний час, но стоило ему подойти к умывальникам, как он увидел вожатую первого отряда — Свету. Если Юра не ошибался, то та училась на юриста. — Доброе утро, почему не спишь? — Юра опёрся о балку и взглянул на брюнетку. Та вздрогнула и пристально посмотрела на Юру. — А ты чего не спишь? Время же ещё раннее. — та закрыла кран и вытерла лицо и руки белым полотенцем. — Вопросом на вопрос отвечать некрасиво. — хмыкнув сказал парень.        Девушка загадочно улыбнулась после чего собрала свои вещи и быстрым шагом ушла, оставляя Юру умываться в одиночестве. Юра подошёл к одному из умывальников и вздрогнув от холодной воды принялся за утренние процедуры. Спустя несколько минут Юра почувствовал как кто-то подошёл и включил кран, начиная умываться. Вытерев глаза, он открыл их, но никого не обнаружил. Лишь текущую из крана воду.        «Странно» — подумал Юра и выключил воду в обоих кранах. Схватив поудобнее такое же белое как и у Светы полотенце, парень отправился в отряд. Наручные часы показали половину седьмого. Ему было необходимо убить ещё час времени. Зайдя в отряд, вожатый проверил не проснулись ли ещё ребята, после чего отправился в свою комнату. Блондин всё ещё спал, но уже в другой позе. Юра достал из планшетки блокнотик и записал мероприятия на два дня, которые им сказали на планёрке. Парень пялился в блокнот 20 минут после чего пошёл будить Машу. Немигов встал с кровати, что очень скрипела, и вышел из комнаты. Маша жила вне отряда. Обычно вожатые спали в одной комнате, но видимо директор, в связи с недавней постройкой домиков для персонала, решил поселить к Юре старшего вожатого, а машу подселить к вожатой первого отряда. Всего отрядов было пять: старшее звено — первый отряд, среднее звено — второй и третий отряды, ну и младшее звено — четвертый и пятый октябрятский отряды. И именно на октябрятском отряде работал Юра. В основном это были ребята семи-восьми лет.        Домик, в котором жили Маша и Света был выкрашен в ярко желтый с разноцветными цветочками цвет. Постучавшись в дверь, Юра открыл её и заглянул в помещение. Внутри стояли две кровати, одна общая тумбочка, шкаф и небольшой письменный стол. Маша спала на левой кровати. Светы в комнате не было, видимо она уже ушла будить первый отряд, чтобы он не сражался с мелкими за право умыться. Юра подошёл к кровати Маши и аккуратно начал её будить. Спустя какое-то время у него это все же получилось. Маша конечно испугалась но встала и направилась к умывальнику, а Юра же пересказывал ей какие мероприятия их ожидают. Ближайшим был концерт на открытие смены. Его не провели в день линейки, так как аппаратура заглохла и пришлось переносить его. Юра сопроводил Машу к умывальникам, а сам пошёл обратно в корпус, проверять мелкотню.       Юра проверил ребят и пошёл в свою комнату. В комнате его ожидал потягивающийся Михаил Львович. Парни поприветствовали друг друга и после недолгого разговора услышали горн, поднимающий лагерь на зарядку. Вожатый попрощался с старшим и ушёл будить мальчиков.       К этому времени в отряд подошла Маша и, также как и Юра, пошла будить ребят. На удивление Юры все мальчики быстро собрались и Юре оставалось пойти помочь Маше заплести девочек. В четыре руки они сделали намного быстрее, хотя хвостики и косички получились немного неровными. Спустя пять минут отряд в полном отряде поспешил на спорт площадку, а именно на футбольное поле, где их уже ждали отряды и физрук Серёга. Увидев Юрку, он позвал его к себе и объяснив где они будут стоять всю смену, начал зарядку. Юрка как честный комсомолец повторял за физруком упражнения и старался показать детям пример. К восьми утра зарядка закончилась и отряды разошлись готовиться к завтраку. Взяв все необходимые вещи ребята во главе с Юрой и Машей пошли к умывальникам. Все дети прилежно чистили зубы две минуты. Юрка засекал. По радио эфиру лагеря начали вещать. Рассказали о погоде, мероприятиях и в конце включили музыку. « Звёздное лето» Аллы Пугачевой звучало по всему лагерю. Пятый отряд вернулся в корпус и Маша ушла к девочкам предлагать что можно поставить на концерт. К Юре подошёл старший вожатый и попросил отойти на улицу, после чего вручил рукописные бумаги с названием «Сценарий концерта на открытие второй юбилейной лагерной смены 1981 год» — Что это? — вопросительно посмотрев на Михаила Львовича спросил Юра. — Сценарий. — И зачем он мне? — Ты единственный из вожатых кто приехал сюда впервые, поэтому директор решил разделить между нами роль ведущего. — Ладно, допустим. Во сколько концерт? — спросил Юра, пристально смотря на старшего. — В пять вечера. Почти сразу после полдника. — Ладно, запомню. На летней эстраде будет? Блондин посмотрел на небо, потом на Юру, ещё раз на небо и на сценарий. После чего сказал: — Скорее всего да. По прогнозу погода хорошая, но если к вечеру начнут сгущаться тучи, придется переносить в Актовый зал. Кстати. Такое дело. Директор хочет, чтобы помимо кружков швейного дела, выжигания и робототехники был ещё театральный кружок. И настоятельно попросил тебя им заняться. — С чего бы? — Юра завозмущался. — Тебе добавят характеристику как художественному руководителю. — Старший вожатый наклонился к Немигову и шёпотом продолжил — плюс сделают по зарплате добавку. Но главным условием является поставить спектакль на закрытие смены, посвященный юбилею лагеря. То есть патриотический. На него приедут посмотреть из Московской партии. Это так. По секрету.        Юра стоял разинув рот. Он уже хотел было отказаться, как его прервал топот отрядов и горн, зовущий всех на завтрак в столовую. Старший вожатый поспешил удалиться, а Юра остался с разинутым ртом, а вокруг него уже собрались дети.        Парень очнулся только в столовой, поедая кашу и запивавая бутерброд чаем. Дети сидели и кушали такую противную им кашу. В столовой царил шум. Первый отряд уже ушел готовить номер к концерту и лишь вожатые отряда сидели за вожатским столом, завтракая. Всего за столом сидело десять человек: старший пионер вожатый, два вожатых первого отряда — смуглая Лена и знакомая Юре Света, вожатый третьего отряда — высокий парень Марк, сам Юрка и Маша, вожатые второго отряда — два брата Вова и Боря, физрук Серёга и вожатая четвертого отряда — русая Аня. Все сидели, разговаривая между собой и лишь Юрка молчал. Спустя несколько минут Немигов встал, взял тарелку с недоеденной кашей и пошел относить её на помывку. После чего он пошёл к ребятам, что уже закончили прием пищи.        Собрав отряд, он повел ребят в корпус, а после на спорт площадку. Маша пришла спустя двадцать минут, забрала девочек и ушла. Юра сходил к физруку и взял у него футбольный мяч, что так просили мальчики, и они, разделившись на команды, начали бегать по полю. Юра же был судьей.

***

       Так прошел час. К Юре подбежала маленькая Катенька — девочка из его отряда и передала ему что «Вожатая Мария Ивановна ждет их в полном составе на летней эстраде.», после чего быстро скрылась в направление эстрады. Ну, а Юрке оставалось только пойти на эстраду. Собрав мальчиков, вожатый направился к указанному месту. По пути им встретился врач и медсестра — Антон Николаевич и Полина Юрьевна, которые сообщили что через час ждут их на пляже. Как мальчики тогда обрадовались.       В радостной атмосфере они дошли до эстрады, где девочки под аккомпанемент Маши пели «Крылатые качели». Вожатый и ребята уселись в первом ряду и радостно болтали, а Юра вслушивался в прекрасную мелодию. До него доносились слова: «Детство кончится когда-то, Ведь оно не навсегда, Станут взрослыми ребята, Разлетятся кто куда А пока мы только дети, Нам расти еще расти Только небо, только ветер Только радость впереди. Только небо, только ветер, Только радость впереди.»        И эти строчки как никогда подходили самому Юрчке. Когда-то он сам мечтал вырасти, но сейчас он бы всё отдал чтобы побыть ребёнком хотя бы немного. Девочки закончили петь, а вожатая сыграла последний аккорд. — Ну как, Юр? — спросила она, спускаясь со сцены. — Мне нравится — честно ответил Юра и встал напротив Маши, — Через час нам надо быть на пляже. — Хорошо, успеем ещё разок прогнать и пойдем переодеваться. Девочки, ещё разок. И, начали!        На пляж они пришли как раз к двенадцати. Физрук Серега и плаврук Женя уже были на местах. На пляже также сидел первый отряд и старший вожатый. Ребята разложили полотенца на песочек, а Юра подошел к плавруку. — Так. — начал баритоном плаврук. — Сначала мальчики, затем девочки. Всё понял?        Юра кивнул. Раздался звук свистка. Юра построил мальчиков в линию, а сам снял рубашку, оставляя её на скамейке и там же оставляя кеды. Свист. Мелкотня со всех ног помчалась в воду, а вожатый, тяжело выдохнув, зашёл вместе с ними в воду. Для пятого и четвертого отрядов специально огородили буйками территорию, но Юре все равно было страшно.

***

      Купание прошло относительно хорошо. Только Петров слишком распаясался за что его удалили на пляж приседать. И вот, ребята опять сидят в столовой. На этот раз обедают. За вожатским столом прибавились остальные вожатые, директор, муз рук и плаврук. Юра быстро поел, впрочем как и Маша и вдвоем они принялись наблюдать за непоседами-детьми. Один компот разольет, другой тарелку с супом уронит. «Не дети, а черти» — подумал Юра и пошел за веником и шваброй.        После обеда вожатый повел мальчиков на сон час, а Маша с девочками пошла репетировать. Уложив всех детей, Юра зашел в вожатскую и лег на кровать. В комнату зашел старший вожатый и повторил жест Юры. Раздался горн, призывающий пионеров к отдыху. Юра достал сценарий и принялся про себя отчитывать его, не заметив как заснув. Проснулся Юра за несколько минут до горна на полдник. Он вскочил с кровати, чуть не упав. Сценарий лежал на тумбочке, а Михаила Львовича нигде не было видно. Юра встал, потянулся и быстрым шагом поспешил будить мальчиков, а после и девочек. Маши в отряде не было. Видимо она помогала в столовой. Построив детей и услышав горн, пятый отряд отправился на полдник, клича на весь лагерь «Кто шагает дружно в ряд? Пионерский наш отряд!».       Такими темпами они дошли до столовой, а после Юра отправил детей готовится к выступлению, а сам решил отправиться посмотреть все ли готово к концерту. Юра проверил всю аппаратуру, выдвинул ближе фортепиано, которое принесли из актового зала утром. Пятый отряд будет выступать последним, но стоило это сделать сейчас. Юра наклонился завязать шнурки, как вдруг раздался истошный женский визг. Внутри Юры всё похолодело. Он как ошарашенный вскочил и оглянулся вокруг. На эстраде не было ни души. Но Юра четко слышал что крик был рядом с ним. Взяв в руки сценарий и всё ещё осматриваясь, вожатый поспешил в отряд. До мероприятия оставалось двадцать минут.       Он буквально забежал в комнату и не обращая внимания на переодевавшегося главного вожатого, открыл шкаф, достал рубашку, брюки, галстук и пилотку. Быстрыми, характерно неловкими движениями, Юра расстегнул рубашку и такими же движениями начал застегивать чистую. Внутри била тревога. С этим лагерем было что-то не то. И Юре предстояло узнать, что именно с ним не так.                               ***        Концерт близился к окончанию. Юра объявил выступление последнего отряда и спустился в зал. Маша принялась играть вступление. Девочки пели отлично. Сразу после окончания выступления пятого отряда прозвучал горн, зовущий всех на ужин. Кушать не хотелось от слова совсем. Весь вожатский состав сидел за столом и с аппетитом поедал жаркое, кое было сегодня ужином. Юра встал из-за стола, отнёс тарелку с нетронутой едой и вернулся обратно за стол. Он наклонился к сидячей рядом Маше и сказал что на время отойдет, Маша кивнула.       Вожатый брёл в отряд. Зайдя в комнату, он взял лежащую в потайном отсеке чемодана, пачку «Космоса» и вышел из корпуса, после чего дошел до щитовых и встав за ними открыл пачку. Он достал одну сигарету, повертел её в руках, зажал в зубах и зажег спичку, поджигая сигарету. В горло ударил едкий вкус сигареты, а в легкие поступила партия никотина. Юра покрутил сигарету в руке, сделал ещё несколько затяжек и задумался. В лагере происходило нечто странное. Он ещё не знал что, но истошные крики, которые слышит только Юра — это не просто так.        Сигарета дотлела до фильтра. Парень затушил её и кинул в кусты окурок. В руках всё ещё призрачно ощущалась тёплая сигарета. Юра развернулся и уже собрался идти, как его взгляд привлекло нечто блестящее в траве. Он подошёл ближе. Это был непримечательный пионерский значок. Вожатый поднял его, осматривая. — Юрий? — раздался голос позади Немигова.        Юра вздрогнул. Рука с значком оказалась в кармане брюк. Он обернулся. Перед ним стояли Михаил Львович и физрук Серега. Они пристально смотрели на него, а он на них. — Всё хорошо? Что вы тут делаете? — спросил физрук у всё ещё стоявшего в ступоре Юры.        Юра медленно кивнул. Значок грел руку в кармане. Юра подошел к парням и тихо сказал. — Хорошего вечера. И ушёл.