папа.

кэролайн сжимает розовую подушку, сминает ту поломаными ногтями и прикусывает кривоватыми зубами, на которые недавно поставили брекеты, пока мужчина берёт её сзади, остервенело сжимая бедра дочери потными ладонями. скоро все будет лучше - твердят её мысли, отсчитывая минуты до прихода матери. но мать, как назло, никогда не притаскивает свою задницу вовремя. пиздит, что задерживается на работе, трахается со своим коллегой, оставляя дочь наедине с монстром, которого она нежно именует "папой". она не считает себя заложником ситуации, вовсе нет, ей даже нравилось получать деньги за свои шалости с родителем. но оставаясь в комнате одна, на грязных простынях, обнимая измученную подушку, девушка задыхается в собственных слезах, ненавидя чёртов мир за то, что ей приходится страдать. неделю назад ей пришлось расстаться с парнем, что обвинил её в измене, заметив следы на груди кэролайн. не скажет же она, что следы привязанности оставил папа, что забирал её с колледжа, играя заботливого взрослого. джеймс правда любит свою дочь. любит наблюдать за ней, пока он спит. любит трогать за бедра, пока девушка ест или читает. ему нравится стоять в дверях ванной, пока кэролайн смывает с себя следы их развлечений. мама ведь не должна знать, иначе расстроиться. он любит душить свою дочь. до потери сознания, до закатывания глаз, до блаженого оргазма. синяки на бледном и юном теле были подобны красивой картине, которую придурки покупают на аукционах за бешенные деньги, а он получил это бесплатно. видеть страдания милого отродья, что зовёт его папой с малого возраста, своеобразный фетиш, который мужчина отметил для себя. кэри часто плакала на его коленях раньше, когда расставалась с очередным мальчиком или страдала от дрянных девчонок в классе. сейчас она плачет меж его ног, когда пытается сдержать рвоту от члена в глотке. это было нечестно. нечестно жить так. чем она заслужила подобное? разве кэролайн не может быть маленькой принцессой, которую любят и оберегают? но принцессы не спят со своими драконами, милая кэри. милую кэри отыщат в ванной посреди ночи. её бледное личико стало ещё бледнее, а испачканное в собственной крови тело всё так же прекрасно. джеймс снова полюбит свою дочь, пока её плоть ещё была тёплой и влажной. ведь он примет кэролайн любую.