Still alive

Сенатор повержен, детские мозги спасены. А дальше что? Это явно не конец: ЧВК как существовали, так и будут существовать, "подвиг" Райдена — лишь капля в этом океане кровопролитий. На самом деле, ответ на этот вопрос, вопреки всему, у мужчины есть. А дальше — отдых. Как бы смешно это не звучало, но да, он — не "железный" — по крайней мере мозг уж точно. Потому, почувствовав, как пульсирует в напряжении каждая мышца его лица, "тикает" уцелевший правый глаз и реальность просто перестает обрабатываться в реальном времени — Джек пришёл к выводу: пора в отпуск. Решение действительно спонтанное, ведь после битвы с Армстронгом единстенное, чего желал кибер-ниндзя — разнести к чертям собачьим оставшиеся ЧВК, даже если ради этого придется пересечь пол планеты. Но док посоветовал здоровьем не рисковать, кибер-телом, по возможности, тоже. К тому же — ремонт ему явно не помешает. Местом "отпуска" на первое время Райден выбрал базу "Маверик". Было бы здорово провести время с Джоном и Роуз, но часть его головы была отделена от металлического тела, и прямо сейчас осуществлялась пересадка в новое, гражданское. У него не было этих привычных ступней с каблуками и когтями, мощных икр и крепкой шеи. Обычные ноги, обычные руки, обычное тело. Обычное всё. "Разве что выгляжу так, будто лицо прифотошопили" — думает не без усмешки. — Итак, прямо сейчас начнётся синхронизация твоего мозга с телом. Пожалуйста, сосредоточься на ощущениях, Райден. Готов? Моргни. Отлично. Тогда мы приступаем. Доктор Вильгельм нажал на пару кнопок на своем оборудовании, на экране во всю стену появились сначала какие-то бегущие строки, отдающие голубым свечением, а потом появилась характеристика тела и состояние каждой конечности. Синхронизация началась. Эта процедура достаточно быстрая, но крайне не приятная. И в некоторых моментах даже болезненная. Особенно, когда дело касается синхронизации дыхательных путей. — Теперь, я называю часть тела, а ты двигаешь ею. Так, начнём со ступней. Отлично. Кисти рук. Теперь попробуй согнуть колени. Подними руки вверх. Джек, словно марионетка, выполнял каждое указание кибернетика. Он давно уже уяснил всю важность данной процедуры, а потому относился к ней со всей серьезностью. Когда дело дошло до самого туловища, док предупредил Райдена. О да, сейчас начнётся его самая "любимая" часть. Пошёл обратный отсчёт, и на "один" мужчина крупно вздрогнул, пульс участился, а в глазах потемнело. Отвратительное ощущение: в его лёгких будто что-то ползает, а сердце по ощущениям сминают в грубой ладони. — О-о, нет-нет, мистер Молния. Не сжимайте так зубы! В конце-концов, сейчас они у вас не железные, а новые ставить будет крайне затруднительно... — Прости, док. Эта процедура... — Я помню, и с каждым разом стараюсь усовершенствовать её. — И не безуспешно. В этот раз я даже не отключился. Вильгельм гордо задирает подбородок, всем своим видом показывая, что очень рад слышать похвалу, тем более — от Джека. — А теперь ты можешь встать. Как ощущения? Поделай что-нибудь. Мужчина аккуратно присел на кушетке, свесил с неё ноги и потянулся. Потом слез с жёсткой кожаной поверхности, застеленной простыней, сделал пару шагов по кабинету, присел, подпрыгнул, сделал планку, отжался на левом кулаке... — Отличная работа, док. Это гражданское тело довольно сильное. То, что нужно. — Ох, этого достаточно. Нет, не уходи, сначала накинь на себя что-нибудь! — немец вовремя спохватился и кинул киборгу хлопковые белые штаны: Райден уже был готов идти в сторону двери. — Накинуть? Ах, точно.- одним точным движением руки он поймал вещь и расправил её. Джек совсем забыл, что его новое гражданское тело было оснащено маленькой особенной деталью. Ну, не такой уж и маленькой, конечно, но лучше этот болт держать при себе, и желательно — в трусах и под штанами. Ох уж эти ученые со своими "инновационными" разработками. *** — И зачем он вообще решил приделать член к моему гражданскому телу? Райден, полностью обнаженный, стоял перед зеркалом в своей комнате, которую ему когда-то выделила компания, и рассматривал своё новое тело через отражение. Блейд Вульф, до этого тихо лежавший на диване, словно он настоящий пёс, подал голос. — Ты человек, Райден. Особи мужского пола твоего биологического вида наделены специальным органом, выполняющим... — Это был риторический вопрос.— мужчина незамедлительно перебил робота, бросив на него уставший взгляд через плечо. — Тебе не обязательно было отвечать. Просто... — тяжело вздохнув, он вновь стал себя осматривать. — Я, конечно, согласился побыть подопытным, но... Доку следовало выбрать другого испытуемого. Вот как я должен его использовать со своим образом жизни? — Джек, я не предполагал, что твои умственные способности настолько... — Вульф, довольно. — Это снова был риторический вопрос? — Ага.- с пола были подняты и натянуты на тело боксеры, а за ними всё те же дневные белые штаны. — Хорошо, я возьму на заметку. Именно по этой причине Джек не любит, когда его, уставшего и выжатого, словно лимон, спрашивают о серьезных вещах, наподобие "не приделать ли твоему гражданскому телу член?". Да, конечно, док, зачем ограничиваться, давай сразу второй пришивай и разрез под половые губы сделать не забудь! Теперь оставшиеся пару месяцев он будет вынужден ходить в таком виде, пока его боевое тело не будет полностью востановленно. Безусловно, можно попросить Вильгельма отрезать не нужную по мнению Райдена часть тела, но она тоже синхронизированна с его мозгом, что проблематично. Райден небрежно оттягивает резинку штанов вместе с трусами и в последний раз обреченно смотрит на свое новое "приобретение". — Да и черт с ним. Он отпускает натянутую ткань и в следующую секунду жалеет об этом. Киборг с шипением трет кожу на животе, пытаясь унять жжение, и мысленно проклинает Фойгта с его желанием создать кибернетическое тело, максимально приближенное к живому — человеческому. *** — Bonito, какая встреча! Сердце Райдена уходит в пятки, когда он слышит знакомый голос. Голос человека, которого он едва ли не убил. Голос, от которого учащается пульс и кожа мурашками покрывается. Голос того, чья смерть принесла бы только ноющую пустоту в груди. Джек точно не хотел убивать его. Он целился куда угодно, но только не в сердце. Трудно объяснить свой выбор оставить Минуано в живых: в конце-концов, они не были ни друзьями, ни товарищами. Но что-то в этом бразильце притягивало киборга, словно магнитом. Может, харизма, идеалы, взгляды на жизнь? Медленно, на пятках, под скрипящий звук резиновых тапочек, Райден соизволил обернуться к собеседнику лицом. Мужчина стоит перед ним со своей фирменной однобокой улыбкой и хитро сщуренными глазами. На нем больше нет того боевого экзоскелета, вместо него — свободная серая футболка, черные треники и такие же ботинки. Но даже без брони он выглядит достаточно крупным и крепким. — Сэм. — Я, конечно, слышал от сотрудников компании, что "Мистер Молния" скоро нагрянет, — он задумчиво провел протезированной ладонью по щетинистому подбородку и с прищуром глянул прямо в стальной глаз Райдена, — но не думал, что увижу тебя сегодня. Рад встрече, Джек. Райден не знал, что сказать. Пребывание Сэма на базе отнюдь не новость: он как раз и был тем, кто попросил дать Реактивному шанс. Однако, продумать речь у него времени не было. Джек разорвал зрительный контакт с Родригезом, бросив беглый взягляд на его грудную клетку, облаченную в футболку, где явно скрывался шрам, и вновь посмотрел тому в глаза, нарушая звенящую тишину. — Заживает? Тупой вопрос от не менее ощущающего себя таковым Райдена. Сэм, на подобное проявление интереса к своему здоровью, лишь хмыкнул и подошёл ближе. — Заживает. Хочешь посмотреть? — не дождавшись ответа, Сэм задрал перед застывшим блондином ткань, открывая вид на крепкую поджарую грудь, на которой виднелись коричневые волоски и лучистый шрам. — Ты едва не пробил моё сердце, doce. — Я целился ниже...— Джек смущенно отвел взгляд. Он отметил, что щеки и уши начало жечь. Да что происходит вообще? Почему чувства и ощущения обострились? Это всё из-за нового тела? — По правде говоря, ты меня очень напугал, Джекки. Я думал, ты меня реально нашинкуешь, как арбуз в жаркий летний день. А нет! Дело обошлось лишь одним тычком. — Оптимизму бразильца не было предела — он с юмором относился к любой ране на своем теле, будто это не что-то серьёзное, а так — очередной пранк с отрыванием руки сына, подумаешь. — Не перенапрягайся. Рана может открыться. — А ты что же, блонди, волнуешься? — Сэм нахально улыбнулся и скрестил руки на груди. — Не хочу потом тащить твою тяжелую тушку до медпункта. — в своей манере ответил Джэк. Чтож, их разговор со стороны вполне мог звучать как дружеский — прогресс. Райден, со всем присущим ему пафосом, развернулся спиной к Реактивному и, сделав пару шагов вперед, остановился. Забыл кое-что. — Спасибо. Мурасама была ключевым элементом победы в тот день. Если бы не ты... — Знаю, querido. Вульфи рассказал мне. — мужчина усмехнулся и Райден по звуку понял, что тот оперся о стену своим металличечким плечом.— У меня были свои счеты с этим подонком. Я рад, что у тебя всё получилось. Я верил, что ты сможешь. Джек в последний раз посмотрел на Сэма через плечо, отметив про себя, что тому ужасно идут эти распущенные волосы. — До встречи? — Сэм непринужденно улыбнулся и помахал блондину здоровой ладонью. И был очень рад, когда получил ответную улыбку, хоть и едва замутную. — Да... Ещё увидимся, Сэм. *** Следующие встречи Сэма и Джека происходили уже не только в коридорах, но и в отдельных помещениях: пару раз в столовой, в кабинете у дока, и даже на учебной площадке, где упражнялись солдаты. К слову, Фойгт посоветовал Родригезу начинать по-немногу проявлять его обычную физическую активность, то есть — возвращаться в привычный для него строй. Киборг был ничуть не удивлен новостью о том, что бразилец теперь будет работать на "Маверик" какое-то время. Оно и не мудрено — Сэм при любом раскладе не стал бы возвращаться в "Десперадо", да и тот, по слухам, после смерти сенатора уже был расформирован. — Так что теперь я буду выполнять заказы прямо как ты, блонди. — самодовольно ухмыльнувшись, Сэм провоцирует Джека. Тот ведется на провокацию и резко запрокидывает ногу в вертикальный шпагат, за которым следует удар ногой сверху. Родригез успешно блокирует атаку и удерживает ногу над собой за щиколотку. — Того гляди и вместе отправимся на какое-нибудь задание. Болтовня Минуано никак не отвлекала от боя. Однако, гражданское тело Райдена за последние три недели вело себя весьма странно, что сказывалось на его концентрации, ловкости и технике ведения меча. Неудачный выпад влево, тренировочный меч Сэма ударяет Райдена прямо под колено и тот падает пластом вниз, роняя оружие и не успевая даже сгруппироваться. Ошарашенный Сэм издает звук, напомнающий "ой", и незамедлительно кидается к своему напарнику по спаррингу. Джек не понимает, где и когда ошибся, а самое главное — почему место, куда Сэм положил свою руку, пылает. — Pequenito, всё в порядке? Ты, случаем, не заболел? — Я киборг, идиот. Как, по-твоему, я могу заболеть? — сдавленно донеслось откуда-то снизу. От привычной веселости и беззаботности Сэма не осталось и следа, всем своим видом он выражал беспокойство. Его металлическая рука перевернула Райдена, а нормальная — нащупывала лицо, затылок и шею на наличие повреждения. — Затылок чистый. — тёплая ладонь скользнула с задней части головы к лицу и легла на подбородок, большой палец слегка надавил на нижнюю губу и Джек, прикрыв глаза от остаточного головокружения, поддался напору Сэма и приоткрыл рот. — Зубки тоже на месте. Райден не знает, что именно происходит, но ему жарко. Чертовски жарко в этом теле. Чертовски жарко от руки Родригеза, которая лежит на его лице. Каждой клеточкой своего нового тела он ощущает невыносимый жар, а рядом с Сэмом это чувство обостряется сильнее, и никак иначе, чем адским котлом он это назвать не может. — Мне кажется, я таю... Поплывший мозг Райдена уже не фильтрует его речь. В глазу темнеет, окружение куда-то бежит. Его мутит. — Это такой новый способ подката? Нет, погоди...Док! — Сэм экстренно вызвал по кодеку Вильгельма. — Господин Родригез? В чём дело? Фойгт, судя по раздавшемуся эхо на заднем плане, был в лаборатории. — Джек горячий. — Вы мне уже говорили об этом. Какое дело... — Джек горячий! Мне кажется, ещё немного, и он расплавится прямо у меня на руках! — Райден затуманенным взглядом смотрел, как эмоции меняются одна за другой на лице Сэма. Как хмурятся его брови, сжимаются и без того тонкие губы в полоску. Наблюдение за новым товарищем совсем немного отвлекало от боли. — Ох, это плохо, очень плохо... Живо неси его ко мне в кабинет! Райден, одним ловким движением подхваченный на руки, в последний раз посмотрел в глаза обеспокоенному Сэму и отключился, повиснув безвольной куклой в его хватке. *** — На стол! Застегни ремни на его руках, а я сейчас запущу программу. Нет, не отходи далеко. Будешь помогать. Сквозь стоячий в ушах звон Джек смог узнать голос доктора. Тот явно нервничал и очень торопился. — Что происходит? — когда на кистях туго затянулись ремни, киборг с трудом разлепил глаз. Прямо над ним возвышался тёмный силуэт. И присмотревшись к нему ещё немного, Райден понял, что это Сэм. — Мы тренировались, а потом тебе стало жарко и ты потерял сознание. Помнишь? — Сэм закрепил последний ремень и отошёл на шаг назад, поглядывая то на огромный монитор, то на Джека. — Да, я помню... Зачем вы меня закрепляете? — Не бойтесь, Мистер Молния. Это всего лишь вынужденная мера. Во время синхронизации, видимо, произошел какой-то внутренний сбой, и показатели чувствительности и терморегуляции поменялись местами. Процедуру придется провести повторно. И я не знаю, как на это отреагирует тело, так что лучше будет перестраховаться... — Понял. — слова тяжело давались: сухие губы слиплись, горло пересохло, безумно хотелось пить. — Я начинаю. Сэмюэль, будьте наготове. — Есть, док. Большой монитор во всю стену загорелся, как и в прошлый раз показывая бегущие строки и статистику состояния тела Райдена. Процесс был запущен и спустя пару минут он почувствовал, как тело опять начинает нагреваться. — Душно... И жарко... Док, под кожей... Горит... Воздух горячий... Речь звучала как в бреду, но оно и не далеко от истины — киборг был на грани потери сознания, и не засыпал только благодаря импульсам тока, которые передавались через провода, подключенные к его позвоночнику на шее. Джек ощущал себя трупом в крематории, которого вот-вот засунут в печь на железном столе. Только вот трупу уже всё равно, а он всё ещё может чувствовать боль. От неприятных ощущений хочется содрать с себя кожу, и если бы не ремни — он бы обязательно это сделал. — Я не могу... Я словно сгораю заживо... — Я нашёл причину сбоя! Осталось подкрутить терморегуляцию... Нет! Сэм, держи его! Райден и сам не заметил, в какой момент стал вырываться из пут. Фиксирующий ремень на правой руке натянулся, швы трещали. Когда кисть была почти освобождена, её крепко прижали к кушетке. Издав грозный рык, Джек попытался высвободиться из хватки, но Сэм точеным движением зафиксировал его крепче и почти навалился сверху. — Ну же, querido, потерпи ещё немного... — от ласкового тона стало спокойней, но лишь на секунду. — Пожалуйста, я же сейчас сгорю...— рыча не то от злости, не то от боли, произнес блондин, еле разлепляя губы. Ну всё, паника накрыла его мозг серой тучей. Его тело обездвижено и по ощущениям опущенно в чан с кипящим маслом, из которого он никак не может выбраться. Плюс новая фобия. — Скоро всё пройдёт, правда. Осталось совсем немного, bonito . Осознание времени совсем притупилось: Райдену казалось, что на этой кушетке он лежит уже целую вечность. Боль была сильной на столько, что в уголках глаз собрались слезы. С каждым разом дышать становилось всё сложнее и сложнее. Лёгкие ощущались так, будто их облили бензином и сверху кинули спичку. А ведь это даже не его тело, откуда такая гиперчувствительность? — Док, ну скоро там?! — Минуано, не ожидавший, что Джек начнёт плакать, совсем растерялся. — Я почти закончил. Ещё пара минут. — Слышал? Ещё немного. Ты справишься, ты сильный... — Футболку...порви её... Жжется... Секунда — и разорванная влажная ткань летит на пол. Она действительно была горячей, и кто знает, до какой температуры могла бы нагреться. Бледная грудная клетка тяжело вздымалась и была орашена мелкими капельками искусственного пота. Взгляд бразильца скользнул сначала по едва видимым кубикам пресса, очертил крепкие грудные мышцы с розоватыми припухлыми сосками, дошёл до шеи и остановился на лице. Если бы не вся эта ситуация, у Сэма бы, однозначно, встал. — Легче, gatinho? — он провел своей кибернетической рукой по влажным волосам, убирая их с глаз, и оставил ладонь на лбу. Райден с облегчением выдохнул горячий воздух, почувствовав приятную прохладу металла, и двинул головой, чтобы переместить ту на щеку. — Ластишься, как котенок...— тихо и не без усмешки подметил мужчина. — Готово. — подал голос врач. — Терморегуляция настроена, показатель чувствительности в норме. Я разогнал охлаждающую жидкость по твоим каналам, Райден. Сейчас станет легче. — Да... — Джек облегченно выдохнул, но отнимать щеку от чужой руки не стал. — Я чувствую, как тело остывает. — Тогда, — Фойгт подошел к кушетке, отсоединил Райдена от проводов и пошел в сторону выхода, — полежи тут еще пятнадцать минут, а потом можешь идти. Сэм, поможешь Райдену. — А вы куда? — В серверную. Надо бы разобраться кое с чем. Дверь с тихим скрипом закрылась, скрывая за собой силуэт в белом халате. — Вот и остались мы с тобой вдвоем, bonito. — Сэм отнял ладонь от чужого лица, чем Джек был очень недоволен, и принялся отстегивать ремешки. — Напугал же ты меня. Думал, коньки прям там отбросишь. — Тебе ли не всё равно? — киборг сел, свесив ноги, и с прищуром посмотрел на мужчину, ухмылка с лица которого, казалось, никогда не сходит. Тот присел рядом, кушетка под его весом издала жалобный скрип. — Мне? С чего бы? — Мы даже не друзья. — Пф-ф. Обижаешь, блонди. Я вот, между прочим, пытаюсь с тобой сблизиться. А ты, — чужой палец тычет в бледную щеку. — всеми способами пытаешься этого сближения избежать. И снова это выражение. Расслабь мордочку, gatinho, лицо потом болеть будет. "Мордочку? Да кем этот бразилец себя возомнил?" — Райден недовольно нахмурился, но тем не менее лицо расслабил. Щеки предательски покраснели от смущения, но парень скидывает всё это на остаточный эффект от процедуры. — Ничего я не пытаюсь избежать...— пробубнил он, отворачиваясь. — Да ладно тебе. — протезированная рука легла на плечо, а ладонь уместилась на светлой макушке, перебирая мягкие пряди. — Я же не собираюсь обижать тебя. — Ох, правда? — Джек раздраженно скинул с себя чужую руку и встал на ноги, всем корпусом разворачиваясь к Родригезу. — А мне кажется, что ты только и делаешь, что пытаешься задеть меня и вывести на эмоции! — несмотря на сухость во рту, он сумел отчеканить каждое слово, не забыв напитать их обидой и злобой. — Может и пытаюсь вывести на эмоции, — удивленный подобной притензией бразилец малость разозлился, — но задевать точно не собирался. — Тогда перестань называть меня своими словечками! Ощущаю себя придурком, которого прямо в глаза называют "простофилей" и "идиотом", sukin ti sin! И с громким хлопком удалился из комнаты, оставив ошарашенного Реактивного Сэма наедине с пищащими приборами. — Действительно — придурок... *** После ссоры с Сэмюэлем, Джек на протяжении нескольких дней практически не покидал комнату. Во-первых, он всё ещё приходил в себя, после перегрева. Во-вторых, ему было очень стыдно за свое поведение. Очевидно, что Сэм бы не стал говорить о нём что-то плохое. Как минимум потому, что у Реактивного в словарном запасе ласковых словечек будет по-больше, чем ругательств. — Проанализировав ряд ситуаций, я могу сделать вывод, что человеческий род зря был наделен речевым аппаратом. Райден вопросительно приподнял бровь и заинтересованно глянул на Вульфа, который сидел на зарядочной станции, пока мужчина пил едва остывший крепкий кофе из большой серой кружки. "У него была такая футболка. И волосы под цвет кофе" — с тоской думал он. Может, его повышенная эмоциональность связана с пересадкой в новое тело, может, дело в одиночестве, но... Что бы ни говорил киборг, а с Сэмом они всё равно сблизились за тот короткий промежуток времени, который вместе находились на базе. После того случая Райден только и делал, что вспоминал его прохладные ладони, похабные шуточки и однобокие ухмылки. Можно ли так сильно соскучиться за человеком всего за каких-то пару дней? Конечно. — Вы не умеете им пользоваться, несмотря на то, что вами было придумано так много слов, которыми можно описать любое чувство и любую эмоцию. Я крайне поражен и обеспокоен вашей глупостью. — И не поспоришь, Вульфи. — тяжелый вздох, за ним глоток и горячая жидкость приятной горечью обвалакивает глотку. Робо-пёс слез с зарядной станции, когда последнее деление было заполнено, и вприпрыжку добрался до дивана, на котором сидел его хозяин. Железный зверь протоптал обивку, лег рядом с правой ногой и умостил морду на ляжке. — Поговори с ним. Он тоже страдает. — Почему тогда не приходит первым? — А ты ждешь? Действительно, а ждет ли он? А если ждет, то почему? Сам же сказал, что ему не нравится общество Сэма из-за его фразочек. Так может не так уж ему это и не нравится? — Не знаю. Да, наверное... Руки крепче сжали кружку, и та лишь благодаря чуду только не лопнула, а потом поднесли сосуд к губам. Погруженный в свои мысли, грустный Джек не сразу услышал тихий стук в дверь, и просто продолжал отхлебывать свой напиток. Когда его оставалось не так много, он залпом набрал кофе за щеки, чтобы одним разом проглотить всё, но громкий стук застал его врасплох и вся жидкость тугой струей отправилась обратно в стакан. — Да что там?! Вульф слез с ноги хозяина, спрыгнул на пол и поплелся за ним до двери. Джек по пути вытер испачканные губы преплечьем и провернул щеколду. С громким щелчком дверь открылась. — Что ты тут делаешь? Безусловно, Райден рад видеть Сэма. На столько, что его голос чуть не дрогнул предательски, а где-то у сердца разлилось приятное тепло. — Возьми. — Сэм протянул удивленному Джеку, который не мог долго держать на лице маску безразличия, альбомный лист. — Я записал все слова, все фразы на португальском, которые только использовал в общении с тобой. Ознакомься с ними. И не говори мне больше таких обидных вещей, пожалуйста. Это ранит. Обычно позитивный и весёлый Сэм сейчас стоял без какой-либо тени радости на смуглом лице. По взгляду, поджатым губам и опущенным бровям читается явная нескрываемая обида. Райден снова почувствовал, как от стыда аллеют щеки. Он не хотел обижать этого жизнерадостного шутника. Точно не его. — Хорошо, я... Прочту. Они бы ещё долго могли играть в гляделки в коридоре, но Вульф ретировался из комнаты Райдена и своим длинным хвостом подтолкнул мужчин внутрь. — Вам нужно поговорить. — и тактично закрыл за собой дверь. Хороший пёсик, молодец. *** — Проходи. Чай не предлагаю, у меня есть только кофе... Ты же не против? — Райден дошел до кухни и усадил гостя за стол, пока сам хозяйничал у кофеварки. — Ни в коем случае. Люблю крепкий кофе. — Сэм со скрипом отодвинул стул и уселся в него, сложив руки на стол и подперев ими подбородок. — Я тоже люблю. — машина зажужжала, горячий напиток полился прямой струей из краника. Но едва кружка наполнилась наполовину, как аппарат остановил процесс. Замигала красная лампочка. — Вот черт. Больше всего Джек не любил, когда ломается техника, потому что никаких навыков и представлений в области починки бытовых предметов у него не было. — Что там? — подозрительно молчаливый Родригез поднялся с нагретого места и заинтересованно подошел со спины, разглядывая оборудование. — Кофе... Не льётся... — горячее дыхание у самого уха вызвало мурашки по всей шее. Райден шумно вдохнул. Запах кофе, сигарет, и шампуня Сэма. — Придётся нести в мастерскую в соседний корпус. Минуано удивленно рассмеялся. Джек озадаченно глянул на него через плечо. — Ты когда в последний раз наполнял контейнер с водой? — Трубка напрямую проведена к крану... — Значит, шланг отошёл. Минутку. — бразилец со знанием дела наклонился ниже, прижимая Райдена к столешнице, и выудил из-за неё шланг с отошедшей трубкой. Поправил его, сильнее надавил и красная лампочка сменилась зеленой. Напиток снова полился в кружку. — Готово. И никаких мастерских, м-м? Джек понял, в каком положении находился всё это время, только когда кофемашина пропищала об успешно выполненной задаче. К его спине всё ещё прижимается крепкая теплая грудь Сэма, а руки, некогда чинившие технику, по-собственнически забрались под подол черной футболки (белая в прошлый раз потерпела крах) и лежат на талии. — Чего завис, bonito? — ласковый шепот обволакивает сознание и щекочет чувствительные уши. Джек успел прочитать значение этого слова, оно было одним из первых. Он чувствует, как щеки начинают предательски краснеть и опускает голову ниже, лишь бы не выдать своего смущения. — Может, уже отойдешь? — А может и нет. Мне нравится тебя дразнить, помнишь? Ты сам это сказал. — Райден готов поклясться, что в этот момент на его лице заиграла фирменная улыбка. Но все мысли тут же вылетели из головы, когда на шею, прямо в том месте, где заканчивалась линия роста волос, легли горячие влажные губы. — Но больше всего, — следующий поцелуй бабочкой приземлился на мочку уха, вызывая в теле дрожь и чересчур громкий выдох. — мне нравится наблюдать за твоей реакцией, блонди. Ладони под футболкой нежно очертили проступающие мышцы пресса и механическая рука поднялась немного выше, холодным металлом задевая розовую бусину соска. Райден шумно втянул воздух через зубы, изо всех сил стараясь не выпустить из своего рта постыдные звуки, и откинул голову назад, на любезно предоставленное крепкое плечо. — Я сказал "задеть и вывести на эмоции"... — Да? Тогда, будь добр, дополни список ещё одним пунктиком. — губы продолжили исследовать открытые участки тела, вместе с тем разум Джека, хладнокровного потрошителя, по-тихоньку куда-то уплывал. Кто бы знал, что обычная ласка превратит его в растаявшее мороженое? — Воу, малыш, не падать... Уморенный нежными прикосновениями киборг не заметил, как ноги подкосились и ослабли. Но не упал он благодаря реакции Сэма и столешнице, к которой всё ещё был прижат пахом. Минуано одним легким движением повернул Джека корпусом к себе и усадил на её край. У блондина в голове мигало яркой розовой лампочкой лишь одно желание: прижаться ближе к мужчине и поцеловать его извернутые в красивой усмешке тонкие губы. — Теперь ты выше меня! — со смешком подметил бразилец, придерживая парня за талию. А перевозбужденный Райден, со сдавливающими стояк боксерами, не понимал, почему Родригез перестал действовать? — Ты в порядке? Голова не кружится? — получив медленные отрицательные кивки на оба вопроса, Сэм непонимающе взглянул на парня перед собой. — У тебя запоздалая реакция, точно всё в норме? Это у него-то реакция запоздалая? Так, Джек, вдох, выдох — как учила Кортни. Успокойся. Не, не получилось. — Какой же ты тормоз, Сэм. — глаз блеснул алым свечением и Джек, отдавший контроль над своими действиями сердцу, одним резким движением обвил вокруг тела удивленного Минуано ноги, прижимая того плотнее к себе и мертвой хваткой за распущенные волосы утягивая в поцелуй. Бледные губы Райдена столкнулись с горячими и влажными Сэма, сминая сначала верхнюю, затем нижнюю и плавно, мелкими поцелуями, спустились вниз к основанию подбородка. Рука потянула каштановые пряди вниз, открывая больший доступ к шее, и Джек без промедлений вгрызся в открытую область, зубами оставляя следы от крови и выбивая из чужого горла протяжный стон. Этого действия хватило удивленному Родригезу наконец-то прийти в себя, схватить обнаглевшего киборга за затылок и остервенело поцеловать. Губы мужчин терзали друг друга, царапались о зубы, боролись за право взять первенство в этой битве. И Минуано со своей техникой явно побеждал. Он умело владел языком: проводил им по чужим губам, проникал меж них и играл с другим, не менее горячим и с привкусом недавно выпитого кофе, сплетаясь в жарком танце. Пошлые звуки, тяжелое дыхание и сплетающиеся в единую мелодию стоны возбуждали Райдена сильнее с каждой секундой, и он нетерпеливо терся пахом о чужой, выгибая спину так, что поясница больно упиралась в кофеварку. — Потрогай меня, Сэм... — Райден с трудом разорвал поцелуй. — Конкретнее, Джекки. — язык бразильца лизнул приоткрытые губы снизу вверх, поддевая последнюю, и скользнул внутрь, проходясь по ее внутренней части. — Руками, — он обхватил губами кончик чужого языка, пару секунд посасывая его, схватил его ладонь, лежащую на талии, своей, и медленно опустил ниже. Заинтересованный Сэм молча смотрел, как её завели прямо под резинку штанов и накрыли возбужденный член, скрытый тканью трусов. — Вот тут. Сожми. — прошептал Джек в губы, не в силах ждать, и бразилец сам был готов кончить, лишь наблюдая за действиями любовника. — М-м-х, да, вот так... Ноги сильнее сжали тело Родригеза, когда железный протез проник под каемку трусов и металлические пальцы кончиками коснулись полового органа, дразня головку и опускаясь к яичкам. — А-ах... мм-мн... Сэм, Сэм...— с каждым движением руки глаз Райдена закатывался всё сильнее и сильнее. Он припал губами к загорелой шее, выпустил каштановые волосы из пальцев и опустил свою горячую ладонь на поджарую грудь любовника. Медленно массировал крепкие мышцы, иногда проходясь по ним ногтями сквозь ткань, а когда удовольствие стало накатывать с удвоенной силой — запустил руку прямо под одежду и сжал тёмный сосок, вызывая полурык-полустон. Джек — не дурак, он прекрасно знает, что секс хорош тогда, когда обоим партнерам хорошо. Когда блондин был на пике, и рука Родригеза сжалась на его яичках, Райден оторвался от шеи, на которой не оставил ни одного живого места, вытащил своей рукой руку Сэма из трусов и стопой слегка оттолкнул возбужденного и ничего не понимающего мужчину назад. — gatinho, что та... — Чш-ш-ш. — Райден приложил палец к губам, и в следующую секунду подхватил края футболки, чтобы снять не нужный предмет гардероба и откинуть его куда-то в сторону обеденного стола. Он всё еще сидел на краю столешницы и съезжал с нее. Парень попытался сесть по-выше, но спиной окончательно уперся в кофеварку. Точно. — Любишь кофе? М-м, Минуано? — бедра соблазнительно разъехались в стороны, и стакан с напитком, подхваченный из-за спины, опрокинулся и тонкой струей потек по длинной шее вниз, устремляясь прямо к бледной груди и ниже, задерживаясь небольшими капельками на сосках. Если бы не железная выдержка и желание насладиться моментом по-дольше — у Сэма бы сорвало крышу. Стояк болезненно трется о ткань треников, через них четко видно очертание члена. — Что же ты делаешь со мной, чертёнок... — сжать половой орган сквозь штаны оказалось не лучшей идеей — желание возросло лишь в большем объеме. — Ничего такого. Просто док подумал, что хорошей идеей будет наделить мое гражданское тело членом. Поначалу, эта деталь бесила меня: я находил ее бесполезной, — ладонь медленно ведет вниз дорожку от шеи к паху, пачкаясь в кофе, от чего Сэм громко сглатывает, и пальцы опускают резинку штанов вместе с трусами. Яркая розовая головка выглядывает из-за ткани, а следом — и весь член. Под внимательный взгляд бразильца, Джек неторопливо надрачивает себе. Его повязка небрежно сползла с головы, почти падая на здоровый глаз. — но теперь...мм-н... Я... Ах... не так уверен в этом. К тому же... Мннх... это всё твоя вина... Заведенный Родригез со свистом выдохнул и буквально разодрал свою футболку. Он прижался вплотную к разгоряченному телу, потираясь пахом об открытый чувствительный член. Райден придвинулся ближе, сухими губами ловя каждый горячий выдох. Весьма горячая картина от не менее горячего блондина. — И что я должен сделать с этим, блонди? — У тебя есть варианты, кроме как трахнуть меня? Сэму несколько раз повторять не надо. Бледное тело под ним задохнулось собственным стоном, когда горячий язык широким мазком прошёлся по твёрдой бусине соска и ниже, собирая кофейные дорожки. Мазолистая ладонь легла поверх чужой на члене и в такт надрачивала, сильнее сжимая чувствительную плоть. У Джека заложило уши и вспышки перед глазами стояли такие, каких не было ни от одной шумосветовой гранаты, когда сосок погрузился в горячий рот Сэма и был обласкан языком. Казалось, он близок к концу, но дойти до пика хотелось вместе с партнером. — Погоди, давай на диван... — Хватайся крепче, Джекки. — и только Сэм поднял Джека под зад, как по его болезненному стояку проехался чужой. — Блять, bonito, я бы и на весу тебя... — и сделал пару поступательных движений вверх, надавливая на член любовника. У Райдена от таких действий дыхание сперло и голова пошла кругом. Но трахаться на кухне, тем более перед кофеваркой — нет, спасибо. — Своей медлительностью ты оттягиваешь этот момент! Соберись, Сэм! Рычащий тон не терпел отказа. За десять коротких шагов Сэм сумел преодолеть расстояние от кухни до дивана в зале, по пути не забывая пару раз украсть с губ напротив влажный поцелуй. Вместе с тем, как Райден летел на мягкую поверхность, с него были наспех стянуты штаны с трусами, едва не пошедшие по швам, и кинутые куда-то вдаль. А потом Сэм раздел и себя, являя миру большой горячий член с алой головкой, испачканной предэякулятом. — Теперь займёмся твоей дырочкой, querido. Оближи-ка. Джек без проблем подхватил губами горячие пальцы и стал их вылизывать, словно это какая-то конфета. Язык проходился вдоль них, толкал пальцы за щеку, проникал между ними — и в такие моменты Сэм сжимал язык Райдена и немного тянул его, чтобы потом снова прйтись подушечками по самому кончику. Пока пальцы Сэма исследовали рот киборга, мужчина спустился ниже. Закинул себе на плечо правую ногу, приподнял чужой таз и прижался губами к стоящему члену, одновременно с этим надрачивая себе. Легкими поцелуями он перешел с члена на внутреннюю часть бедра, с него — к чувствительным яичкам, а потом и вовсе ниже. Лизнув на пробу, Родригез немного удивился — кожа в этом месте была необычно сладкой. — Мн-н... Мм-нх?.. — Понравилось? Я сделаю так ещё раз. — протянув последние слова, Сэм снова облизнул сфинктер, на этот раз более шире и размашистее. Потом ещё, и снова, вытягивая пальцами приглушенные стоны из занятого рта. Джек извивался и скулил, пытаясь насадиться сильнее, получить больше ласки. Мужчина то входил в податливый анус самым кончиком языка, то прикусывал чувствительную кожу рядом. Пока кое-что не заставило его остановиться. — Ого. Интересно. — Разочарованный Джек еще пару раз поддался вперед, пытаясь вернуть источник удовольствия, пока удивленный Сэм заинтересованно наблюдал, как из покрасневшего ануса медленными толчками вытекала наружу прозрачная субстанция, ароматом напоминающая сахарный тростник. Зачерпнув немного смуглыми пальцами и растерев её, Родригез понял — это реальная смазка. — Не знаю, как ваш док до такого додумался, но это явно то, что нужно. Смазанные пальцы тут же коснулись входа, без проблем проникая внутрь. Поддатливые стенки приглашающе раздвинулись и вытолкнули новую порцию жидкости. Крепкие бедра Джека вильнули назад, насаживаясь до предела. — Да-а, блять, Сэм... Ммх... — к двум добавился третий, темп рос с каждой секундой, и теперь любой толчок выбивал из Джека воздух и громкий стон. Коленки разъезжались в стороны и держать таз на весу было просто невыносимо, тогда Сэм понял, что с него хватит. Влажные пальцы покинули покрасневшее нутро и Минуано с восхищением стал рассматривать плоды своих трудов: с уголков раскрасневших губ Райдена текли тоненькие дорожки слюны, а анус призывно сокращался, вновь выталкивая прозрачную субстанцию, стекающую по ногам прямо на застеленый пледом диван. — И в какой позе ты хочешь? — Сэм приподнял ногу на своем плече, оставил поцелуй под коленкой, на икре и остановился губами у самой щиколотки. — Раз уж спросил... Запыханный Райден одним точным приемом заваливает бразильца на спину и садится верхом на его груди, растягивая губы в победной улыбке. Сэм ухмыляется и укладывает ладони на крепких ягодицах, имитируя толчки и пару раз подкидывая бледные бедра вверх. — Помочь? — С чем? Засунуть член в задницу? — Джек хмыкнул, и только приставил ко входу головку, как Родригез сравнялся с ним, усадив того на свои колени, и под шумный выдох развел ягодицы парня шире. — Я бы назвал это по-другому. — горячий шепот послал волну мурашек по всему телу. Язык обжигающе провел по ушной раковине, спустился к щеке. — Например, — он дерзко посмотрел в лицо Джека и взял свой член за середину, — Проникнуть моим толстым стволом... — губы прошлись по подбородку и куснули его, когда головка совсем немного ткнулась в анус. —... В твою влажную дырочку. — Блять, да! Член полностью исчез внутри, заполняя собой переполненного чувствами и ощущениями Райдена. От перевозбуждения его потряхивало, взгляд плыл, тело и вовсе держалось в вертикальном состоянии лишь благодаря хватке Минуано. Пара пробных толчков и Сэм сорвался на бешенный ритм: его губы срывали с чужих не только глубокие влажные поцелуи, но и громкие стоны, которые в какой-то момент больше походили на скулеж. Сам он рычал, словно дикий зверь в период гона. Его член в быстром темпе двигался внутри влажного, скользкого Райдена, мышцы жестким кольцом сжимались вокруг полового органа, смазка с каждым движением сильнее стекала по ногам, при каждом прикосновении кожи об кожу создавая до неприличия пошлые звуки, услышав которые уже хотелось кончить. Внутри было до безобразия туго и жарко, лишь благодаря обильному выделению смазки ничего не порвалось. Сэм завалился на спину и схватил Джека здоровой рукой за волосы, оттягивая те назад, а металлической придерживая за талию и не позволяя упасть. В такой позе открывался самый лучший вид, ведь, как считает Сэм — нет ничего эротичнее, чем нависающий над тобой силуэт распаленного страстью Джека, с прикушенной губой и затуманенным взглядом. Они оба были на пределе: Райден уже устал подмахивать дрожащими бёдрами и завалился на грудь Минуано, всецело доверяя ему свой оргазм. — Сэм... Я скоро... Кончу... — Я тоже, bonito, ещё немного... Estou no limite... Бразилец сжал ягодицы в ладонях, вбиваясь сильнее с каждым разом, и когда почувствовал, что Джека начало потряхивать в предверии оргазма, вошёл глубже и прижался плотнее. Финальный толчок и он, следом за излившимся на живот парнем, протяжно застонав кончает внутрь, наслаждаясь узостью и теплом. Райден, весь затраханный, приподнимается на локтях, всё ещё пребывая в послеоргазменной неге, и расфокусированно смотрит в глаза такого же не менее заёбанного Минуано. Они лениво целуются, со всей нежностью сминая губы друг друга. Сэм запускает руку в светлые пряди и играет с ними, чем вызывает смущенную улыбку на устах Райдена. Джек устало перекатывается на свободную часть дивана и заваливается на теплую руку Сэма, утыкаясь носом куда-то между шеей и плечом. Он чувствует, как вслед за выскользнувшим из ануса членом вытекает более плотная, густая жидкость, и тихо посмеивается. — Думаю, док будет недоволен тем, как использовали его тело... — А мне кажется, что именно для этих целей он его и создавал. — железная ладонь ложится на мерно вздымающуюся грудь и выводит одному только Сэму известные узоры. Райден про себя отмечает, что рука ощущается немного прохладней обычной, человеческой, но всё так же приятно. — Иначе зачем в гражданское тело встраивать задницу с функцией подачи смазки? — Пф-ф! Чего?! Последняя фраза Минуано вызвала безудержный смех сразу у двоих мужчин. — Ладно, возможно, ты прав...— Джек невзначай прижался плотнее к любовнику и этот жест не остался незамеченным: Сэм лег на бок лицом к нему и крепко обнял поперек талии, всё еще предоставляя свою левую руку в качестве подушки. Они так лежали ещё пол часа, потом устроили недолгий заход в душе, и разморенные чувственым сексом, улеглись в комнате Райдена. Его кровать была достаточно большой и прочной, чтобы уместить на себе двух здоровых мужиков, а ещё очень удобной и мягкой. Полусонный Джек вспомнил, что забыл кое-что сделать. И пока чужая рука наглаживала его влажные после душа локоны, киборг, завернутый в кокон из одеяла, подал голос, стараясь не сбиться с нити мысли. — Прости, Сэм. Я не хотел тебя обидеть. И мне нравится, когда ты называешь меня своими словечками... — Не переживай, bonito. Я обязательно придумаю тебе наказание. А пока спи. Сэм обязательно придумает. И обязательно поблагодарит доктора и Вульфи.