Устранение помех

      Исписанная нечёткими буквами и испорченная напечатанными символами бумага с характерным шелестом отправилась в ксерокс. Микото перестал разбирать красующийся на ней текст ещё часов восемь тому назад. Вероятно, с начала рабочего дня.       По дороге в офис он из выдуманного себе же от скуки обязательства читал названия магазинов с отчего-то слишком уж ярких на тот момент вывесок. День сам по себе казался ярким. Слишком.       Впервые Каяно пугал не предстоящий разговор с начальством о том, куда он пропал. Не предполагаемое троекратное увеличение объёма работы.       Ему же это не приснилось?       Его пугали плывущие, словно в беспокойном море, надписи. Микото проспал чёртовых два дня. Так почему ему так сложно сконцентрироваться на чём-то? На чём угодно.       На облаках. На деревьях. На асфальте. На распластавшемся на проезжей части голубе. На крови. На раздробленных чёрным мерседесом костях.       А зачем он остановился, собственно?

. . .

—Я сейчас же приступлю к работе, к концу дня всё будет готово. —Очень хотелось бы в это верить, Каяно. В случае уклонения от своих обязанностей Вы будете уволены.       Грудная клетка предательски ёкнула. Микото улыбнулся. —Я сделаю всё возможное, чтобы впредь не допускать подобных оплошностей.       И он действительно делал. Вчитывался в нечитаемые текста, из страха совершить ошибку перепроверял документы минимум пятнадцать раз, каждый раз сбиваясь на строчке, путая одну с другой, забывая о том, что прочитанное надо осмысливать.       Ночь выдалась насыщенной, но не сказать, что весёлой. Каяно потерял счёт выпитых им кружек кофе примерно на одиннадцатой. На время смотреть даже не хотелось. Нежелание разочаровываться стояло выше необходимости знать.       И почему это происходило только с ним?

. . .

      Тяжёлый грохот вырвал Микото из глубин сумбурных, не собирающихся никакими усилиями во что-то единое мыслей, и он с трудом поднял внезапно опустевшую голову со своих рук. Каяно прилёг всего на пару минут.       Откуда здесь.. —Начальство одобрило мне отпуск в случае, если кто-то сделает мою работу за пропущенную неделю.       Микото догадывался, к чему это шло. Настолько прямой намёк не понять было сложно. На мгновение юноше почудилось, что он внезапно очнулся. Вышел из комы.       К собственному сожалению. —Почему.. —Ты видишь здесь кого-то ещё?       Движимый не собой, а чем-то потусторонним, Каяно, точно послушная марионетка, осмотрел помещение.       Пусто.       Время...       6:20       Разумеется, ещё рано. Разумеется, никого, кроме него, ещё нет на месте.       Разумеется, блять.       Он судорожно, рвано вдохнул.

. . .

Кровь с плеском фонтана разливалась по полу, весёлыми брызгами отпечатывалась на одежде. Юноша поднялся и провёл кулаком по щеке, размазывая внутренности наконец получившего по заслугам ублюдка по своей

мертвенно-бледной коже.

«Больше он тебя не потревожит.»