Столь эгоистичные молитвы (а мне мало)

~~*1*~~

Агата прижимает Рио к дереву, одной рукой крепко сжимая за талию, а другой обхватывая ее щеку с несвойственной для себя нежностью. Рио подставляется под прикосновения и с готовностью отвечает на поцелуи. Агата разворачивает ее спиной и пылко целует шею, оставляя на коже синяки и засосы. Ее ладони забираются под юбки Рио, нетерпеливо стягивая нижнее белье. Агата проводит пальцами по щелочке, обнаруживая, что Рио возбудилась от одних поцелуев. (Или, может быть, от того, что Агата на ее глазах убила парочку охотников на ведьм). Она не берет ее; пальцы Агаты кружат, дразня, вокруг входа, но так и не дают Рио желанной разрядки. Вместо этого Агата уверенно касается ее клитора, ласкает настойчиво, так, что Рио вжимается в нее бедрами, а затем вдруг почти замирает, осознавая, что та на грани оргазма. — Агата, — рычит Рио. — Что? — невинно спрашивает Агата и сжимает двумя пальцами клитор Рио, заставляя ее застонать. Рио царапает ногтями кору дерева, прижимаясь к ладони Агаты. Агата рассматривает выражение лица Рио, ее изящный нос, то, как тени от листьев деревьев ложатся на ее скулы. Очевидно, терпение Рио почти на исходе. Честно сказать, Агата разделяет это чувство. И потому она вновь обводит пальцами клитор Рио, больше не думая останавливаться. Она обнимает дрожащую под ее прикосновениями Рио, слушая, как та изо всех сил старается заглушить отчаянный стон. Рио разрывает объятия первой, поворачиваясь, чтобы поцеловать Агату еще раз. Поцелуй нежный, даже чересчур нежный для того, что только что произошло между ними, для того, кем они с Агатой являются и что делают. Поцелуй такой ласковый, что сердце Агаты колотится где-то под ребрами, так оглушительно и неистово, что она уверена — Рио слышит. Рио жадно тянется к юбке Агаты, но та неожиданно отстраняется от нее. Рио словно окатывают холодной водой. Она бросает смущенный взгляд на Агату. Агата натянуто улыбается скромной — по крайней мере, она на это надеется, — улыбкой. — У меня месячные, — на ходу придумывает она. Рио, вне всяких сомнений, ей нисколько не верит, однако оставляет это без комментариев. Слегка раскрасневшаяся от оргазма, она улыбается, приводя в порядок одежду. — Всегда рада вас видеть, миледи, — с поклоном говорит Рио. Агата едва сдерживает улыбку, — Рио умеет ее рассмешить — но все же пытается выглядеть совершенно невозмутимой. — На этом и распрощаемся, — язвительно фыркает Агата, старательно игнорируя полный неприкрытого обожания взгляд Рио. Его она сейчас точно не вынесет.

~~*2*~~

Сумерки — любимое время суток Агаты. Ей нравится наблюдать, как небо окрашивается в оттенки сиреневого, а медленно заходящее за горизонт солнце предвещает кромешную темноту. Рио же любит рассвет. Агате кажется, она понимает, в чем красота восходящего солнца. Особенно когда она сверху на Рио, над горизонтом брезжит рассветное зарево, и, зафиксировав руки Рио над головой, Агата целует ее до потери сознания. — М-м, — стонет Рио. — Агата… Легкость, с которой Агата привыкает к тому, что Рио произносит так ее имя — опасна. А гораздо страшнее то, что, судя по всему, Рио все видит и знает, и однажды сможет использовать это против нее. Чтобы хоть как-то взять под контроль ситуацию, Агата задирает подол юбки Рио и устраивается на ее бедре. Взмах рукой — и нижнее белье Рио исчезает, а кончики пальцев исследуют ее щелочку. (Какая же она влажная. Просто чертовски. Рио всякий раз возбуждают поцелуи Агаты). Агата легко вводит в нее средний палец. Рио явно этого недостаточно, Рио хочется большего: пальцев, поцелуев и близости. Даже того, чего Агата не может ей дать. Она отбрасывает эту мысль и добавляет еще один палец, наслаждаясь стонами всем телом выгибающейся навстречу ей Рио. Она всегда, всегда прекрасна в своей отзывчивости. — Сильнее, — шепчет Рио. Агата улыбается, вновь наклоняясь за поцелуем. Она грубо и жестко трахает Рио — резкий контраст с нежными трепетными поцелуями. Рио издает звуки, каких Агата еще ни разу не слышала. Громкие, несдержанные и распутные до такой степени, что Агате кажется, будто между ними что-то изменилось. Вряд ли здесь замешана магия, но голова у нее начинает кружиться, а сердце бешено бьется в груди. Рио неотрывно держит руки на ее талии, красиво прогибаясь в спине. Оргазм Рио подобен удару молнии. Дрожа всем телом, она вскрикивает так громко, что умудряется испугать ничего не подозревающих птиц на ближайших деревьях. Это Агата, одна лишь Агата способна заставить Рио — саму Смерть — совершенно позабыть о реальности. Но и Агата теряет счет времени. Она неосознанно потирается о крепкое бедро Рио, лениво обмениваясь с ней поцелуями, и понимает, что происходит, только тогда, когда Рио сгибает ногу, сильнее прижимаясь к ее промежности. Это приятно — так приятно, что Агата почти готова отбросить всякую осторожность, закрыть глаза и раствориться в собственном удовольствии. Почти. Она скатывается с Рио, плечом к плечу ложась рядом с ней на траву. Повернув голову, она перехватывает нечитаемый взгляд. Это уже чересчур. Агате приходится отвести глаза в сторону.

~~*3*~~

— Я когда-нибудь говорила тебе, какая ты красивая в свете луны? — спрашивает Рио, когда они шагают по кладбищу. Агате хочется улыбнуться, прижаться к Рио и взять ее за руку. Хочется позволить этому чувству захлестнуть себя с головой — чувству, которое вполне может оказаться любовью. Но вместо этого она одаривает Рио хищной ухмылкой. — Кто бы мог подумать, что Смерть такая романтичная, — неудачно шутит Агата. Она старается увильнуть, но Рио вовсе не дура. Рио все понимает. Хотя Агате всегда удавалось умело скрываться, у Рио настоящий талант находить. Она читает мысли так, что Агате подчас становится страшно, а Агата Харкнесс ничего не боится. Когда они доходят до склепа, она прижимает Рио спиной к холодному кирпичу. Она не может ее не хотеть. Окруженная смертью, пожинающая души умерших, Рио великолепна. Она целует ее, грубо и жестко, и Рио ей разрешает. Рио никогда не противится. А еще — всегда пытается доставить ей удовольствие, пытается дотронуться до нее. И Агата, по своему обыкновению, уклоняется. — Я хочу сосредоточиться на тебе, — шепчет она и опускается на колени. Ей нужно слегка дистанцироваться, потому что она вот-вот сдастся и пойдет у Рио на поводу, а ей нельзя этого делать. Горящими глазами Рио следит за каждым ее движением. Агата приподнимает юбку и забрасывает одну ногу Рио себе на плечо. Она целует внутреннюю сторону бедра, прикусывает нежную кожу острым клыком и прокладывает вверх дорожку из бордовых засосов, пока не доходит до обнаженной щелочки Рио. Изогнув бровь, Агата поднимает голову и встречается с Рио взглядом. Рио беззастенчиво распутна; ее щеки порозовели, однако вовсе не оттого, что она смущается собственной смелости. Агата делает глубокий вдох. Запах Рио пьянит, и она непременно на него бы подсела, как на наркотик, будь ее воля немного слабее. — Ты так и будешь стоять или… — закончить фразу Рио не удается, потому что умелый язык Агаты скользит от ее входа до клитора. — Прости, ты что-то говорила? — спрашивает Агата, вылизывая Рио, словно котенок. Рио не удостаивает ее ответом. Она цепляется за нее, отдаваясь так, что Агата едва не начинает завидовать. Но она не может заняться самокопанием в момент, когда самое прекрасное существо на Земле дрожит под ласками ее языка. Рио с силой тянет ее за волосы, и боль кажется Агате приятной. Боль опускает с небес, не давая забыть, что стоять вот так на коленях перед Рио — большая честь. Агата, разумеется, ни разу не произнесет этого вслух. И никогда не покажет. Но если она и может что-то дать Рио, то это.

~~*+1*~~

Не каждый день Агата и Рио делят постель. Агате кажется это интимным, но она все равно заворачивается в мягкие чистые простыни. — Агата, — с благоговением шепчет Рио. Пряди ее темных волос контрастно выделяются на белоснежной подушке. — Пожалуйста, позволь мне к тебе прикоснуться. Рио не умоляет. Никогда. Даже тогда, когда оказывается на грани оргазма. Это заставляет Агату задуматься. — Пожалуйста. Агата закусывает губу и тянется к Рио за поцелуем. Она разрешает Рио перевернуть их так, чтобы та оказалась сверху. Они целуются, целуются и целуются до тех пор, пока губы не припухают и начинают неметь. — Рио, — отстраняясь, тихо произносит Агата. — Хм? — Рио жадно целует ее подбородок, шею и грудь. Агата понимает: Рио ждет. Она хочет, чтобы ее попросили, хочет знать, что Агата и вправду согласна. И да, Агата согласна. Черт, она жаждет близости Рио. Они одни в этой комнате, наедине друг с другом, отгороженные от всего мира. И никто не видит ее сейчас. Никто, кроме Рио. (Как же Агате хочется быть увиденной. Кем-нибудь. Кем угодно. Особенно Рио). — Рио. Рио смотрит на нее томным взглядом, терпеливо дожидаясь ответа. — Прикоснись ко мне, — едва различимо шепчет Агата. Но Рио все равно слышит, потому что снова утягивает ее в поцелуй. Руки и губы Рио повсюду. Без ее внимания не остается ни сантиметр кожи Агаты. Вскоре Агата оказывается без одежды, и Рио обхватывает губами ее сосок, изучающе оглаживая тело. Ловкие пальцы находят старые шрамы, дотрагиваются до них без всякого осуждения. — Ты такая красивая, — с восхищением шепчет Рио. Агата к нежности непривычна; это поражает ее, переполняет чувствами. Она не осознает, что плачет, пока Рио не слизывает с щек ее слезы и не целует влажные веки. Агата крепко зажмуривается, и, к ее удивлению, Рио не упрекает и не отчитывает ее, как сделала бы она сама, если бы они поменялись ролями. Вместо этого Рио просовывает руку между ее бедер и дразняще, неторопливо скользит по влажной щелочке пальцами до тех пор, пока Агата не начинает тяжело дышать и извиваться под ней. — Войди в меня, — всхлипывает Агата. Рио подчиняется и аккуратно вводит два пальца по вторую фалангу. Это настолько приятно, что Агату вновь захлестывают эмоции; она подавляет их, пытаясь сосредоточиться на наслаждении, что дарит ей Рио. Рио сгибает пальцы, заставляя Агату непроизвольно податься вперед бедрами. Она тихо смеется, и Агата с раздражением понимает, что и на ее губах возникает улыбка. Рио, конечно же, замечает, потому что целует сперва один, а затем другой уголок ее рта, увеличивая скорость движений. — Ну же, расслабься, милая, — негромко проговаривает Рио. — Ты такая замечательная, такая красивая… Этого достаточно. Агата дрожит, всем телом дрожит под прикосновениями Рио. Похоже, она на короткий миг теряет сознание, потому что, когда зажмуривает глаза, за закрытыми веками сверкают белые звездочки. Рио не выходит из нее даже тогда, когда оргазм начинает спадать. Агата чувствует себя так, будто ее пожирают языки пламени. — Хватит, — удается простонать ей. Поначалу ей кажется, что Рио не подчинится и продолжит доводить ее до сверхчувствительности, но секунду спустя та останавливается и вытаскивает пальцы. Агата облизывает сухие-сухие губы и, набравшись смелости, открывает глаза. Она видит, что Рио старательно вылизывает свои пальцы, и стонет, закрывая руками лицо. — Только не говори, что ты смущаешься, — произносит Рио. — Я не смущаюсь, — бормочет Агата. Рио отвечает не сразу. Повисшая в комнате тишина заставляет Агату выглянуть из-за ладоней. Рио смотрит на нее слишком выразительно, так открыто, что у Агаты перехватывает дыхание. — Тебе нечего смущаться. Агата не знает, как на это отреагировать, и вряд ли Рио ожидает ответа. (Агате столько всего хочется сказать. Хочется спросить. Хочется обсудить. Однако она не решается). Но когда Рио скатывается с нее, укладывается позади и обнимает, прижимаясь всем телом, Агата не возражает.