Глава 3. Отряд Дамблдора.
30 июля 2025 г., 22:15
Неделя прошла в суете: Драко готовил материалы вместе с Гарри, у них получался действительно стоящий проект, но помимо этого были профессора с домашней работой, куча лекций, наседающая Амбридж. Драко сделал уже намёков десять на то, что хотел бы послать Амбридж и научиться нормальным защитным заклинанием, и каждый раз он натыкался на вдумчивый взгляд грифа, который профессионально менял тему. Каждый. Блять. Раз.
Терпение подводило, нервы выплёвывались огромным комком на каждого встречного, кроме Поттера, само собой. Его нельзя было спугнуть каким-то всплеском эмоций, иначе всё укатилось бы коту под хвост. Однако Малфой мгновенно просветлел, когда с сияющими глазами на него смотрел Гарри и предлагал встретиться во время ужина в том самом коридоре, где последнюю неделю Драко по ночам попадал в Выручай-комнату и каждый раз бежал обратно. Иногда он разворачивался через несколько минут, а последний раз задержался на добрые полчаса, чуть не оставшись там дольше Поттера. И каждый раз тот был там один. Может, он и не учит никакую группу студентов? А Грейнджер и Уизли просто жмутся в Астрономической башне, пока Поттер готовится к ЗОТИ? Тогда и заговора никакого нет, просто практикуется парень, он же мракоборцем стать хочет, готовится.
А потом Драко вспомнил о возвращении Волан-де-Морта и решил, что Гарри готовится к битве с ним. Но неужели в этом году? Так скоро? Хочет побороть его, пока тот не восстановил силы окончательно? Значит, Поттер не так глуп.
Драко провел время в мыслях, пока не дошел до места встречи. В коридоре было слишком тихо, но лишняя осторожность натолкнула Малфоя на осмотр закоулков вокруг. Стоило ему сделать пару шагов в обратном направлении, как он ощутил покалывание на плече.
— Поттер, блять! — шикнул тот, разворачиваясь на сто восемьдесят градусов. — Ты бы меня еще за задницу ущипнул, просто окликнуть нельзя было?
— Прости, прости, — Гарри состряпал невинное лицо, а потом принялся за старое и потащил Малфоя в небольшую дверь в стене.
Они оказались почти в кромешной темноте, Драко едва ли мог разглядеть чужие руки у себя на предплечье. Он не знал, что скрывается сзади или сбоку, поэтому приходилось стоять в нескольких сантиметрах от Поттера, пока тот выведет его на свет.
— Ты был один?
— А ты мне тут западню готовил? И почему мы шепчем? — наклонив голову к собеседнику, также шёпотом спросил слизеринец.
— Ой, прости, — нормальным тоном ответил Гарри. — Пообещай, что всё, что я тебе сейчас покажу и расскажу, останется в тайне.
— Поттер, ты меня за идиота держишь?
— Драко Люциус Малфой! — от сказанного имени кровь застыла в жилах. — Либо ты даёшь мне слово, либо я накладываю на тебя обливиэйт, отвожу на ужин, мы доделываем доклад и продолжаем воевать до конца учебных дней.
— Я тебя ненавижу, Поттер, — Малфой втянул воздух сквозь зубы и пообещал.
Гарри взял слизеринца за руку, проигнорировав очередное сопротивление. Ладонь Поттера была тёплой и немного шершавой — видимо, сказались и тренировки, и долгие практики с палочкой в руке. Несмотря на это, держать его за руку оказалось куда приятнее, чем думалось ранее. Перед серыми глазами развернулся зал с высокими потолками, зеркалами, камином и разливающимся спокойным голубым светом. Если здесь действительно днями практиковались в заклинаниях студенты, то обстановка была приятна глазу.
Драко помещение не узнал — всю неделю оно выглядело меньше и темнее, видимо, менялось в зависимости от пожеланий или нужд волшебника. Заставить Малфоя думать, что ночные приключения ему не приснились, смогли лишь стоящие в углах манекены, на которых Поттер отрабатывал оглашающее во время первого визита любопытного гостя.
— Ну как тебе? Удивлен?
— Шокирован, — и он даже не солгал. Когда такие масштабные события происходят в стенах школы, а никто не знает о них, то остается только впадать в шок.
— Только, Малфой, когда будем уходить, нужно быть осторожнее, — в глазах читался очевидный вопрос. — Дело в том, что последнюю неделю или чуть меньше мне кажется, что за мной кто-то следит.
Леденящий ужас застыл комом в горле, не впуская и не выпуская воздух. Поттер догадался? Это всё-таки ловушка? Драко сделал пару шагов назад, играя удивление.
— Поэтому я и был так осторожен, когда приглашал тебя, — более спокойным тоном объяснил Гарри. — Идем, у нас не так много времени.
***
— Ты что шутишь?! Гарри, это же Малфой, как можно было ему всё рассказать и показать?! — после ужина парни пересеклись в комнате. — Рон, успокойся, я знаю, что делаю, — пытался оправдаться Гарри, но получалось из ряда вон плохо, — он тоже верит в возвращение сам-знаешь-кого, не понаслышке знает. — Не знаю, Гарри, чем кончится твоя феерическая затея, но ладно. От меня лично или от нас с Гермионой что-то нужно? Ну, кроме того, чтоб не переставать быть твоими друзьями из-за таких новых, — с укором, но уже смеясь сказа Рон. — Да, будьте начеку. За нами явно ведется слежка, нужно всем приходить в разное время и как-то подумать над разными входами, мы не можем рисковать всеми. Гарри загруженно посмотрел размытым взглядом куда-то в стену, ловя такой же от Рона. Брюнет прекрасно осознавал все риски, но от чего-то хитрый самовлюбленней парень, портящий его жизнь четыре года, уже не вызывал столько недоверия. К тому же кроме Малфоя он никого не звал (пока что), Выручай-комната открывается только в присутствии кого-то из членов Отряда, а вынести какие-то доказательства невозможно. — А как ты сообщишь всем остальным? Я ещё могу понять, Гермиона тем более, а вот остальные ребята… — на озадаченным ещё сильнее Поттере не осталось намёка на силы. — Мы постараемся помочь их убедить в том, что он не опасен, однако ты должен осознавать риски, Гарри. Поттер покачал головой и пожелал другу спокойной ночи. Разговор с Роном прибавил ему немного уверенности — раз уже один человек готов ему поверить, то и другие смогут. Может, не сразу. Может, ему придется держать Малфоя за руку, лишь бы он не удрал и не сдал их, но в лице Малфоя они все тоже могли найти пользу. В делах Тёмного Лорда был замешан отец Драко, а это значило, что тем же объёмом информации мог владеть и он сам — услышал, подслушал или рассказали — не важно. Главное, что Драко мог им помочь. На следующий день Гарри разделил тренировки Отряда на две группы, в первой были студенты, которым тяжелее всего мог даться факт присоединения Малфоя, а во второй его близкие друзья и Малфой. Он решил ввести всех в курс дела постепенно — в перерывах между занятиями рассказал Гермионе и Полумне. Грейнджер сказала ему быть осторожнее, а Лавгуд загадочно улыбнулась и сказала, что всё это неспроста. Гарри решил сильно не вникать в её слова, ведь это же Полумна, живущая в мире мозгошмыгов и нарглов. Ожидать от неё таких же плоских выводов, как от всех остальных, было бы глупо, ведь девушка явно обладала тонким умом, просто смотрела на всё через призму собственного мировоззрения. Джинни, Фред и Джордж узнали о Драко от Рона и Гарри. Восторга было мало, ведь Малфой принес их семье немало страданий. Больше оскорблений получил только Поттер, но раз уж он сделал такой вывод, то Уизли тоже придётся. После них узнала Чжоу, тоже попросив Гарри об осторожности, а вот напоследок оставили Невилла. У того были личные причины никогда не подпускать в своё окружение Малфоя и всю его семью. Гриффиндорец не был полностью уверен в своём решении, но, тем не менее, попросил Драко присутствовать. — Поттер, скажи мне, ты идиот? Нет, не так. Ты идиот! — более утвердительно сказал Малфой, когда услышал просьбу грифа. — Что опять не так? — Гарри, казалось, совершено не видел проблемы в предложенном. Драко тихо вздохнул, вмещая в этот жест всё своё недовольство. — Я ещё не сказал, что вступлю в твой супер-геройский отряд, если ты не заметил за почти четыре с половиной года, мы немного на разных сторонах баррикад. Как ты себе это представляешь? — Драко состроил милое лицо. — Привет, моя тётя довела твоих родителей до психушки, готов вместе со мной учить заклинания под руководством твоего друга, с которым мы ненавидим друг друга триста шестьдесят пять дней в году? — Ну-у-у типа того, — признался Гарри. Драко отвесил ему подзатыльник, получая в ответ порцию зрительной обиды, но не более. — Ладно, прости, тебе стоит сбавить обороты. Невилл, он… очень искренний, знаешь? Он не держит долгих обид, но старается быть справедливым. Думаю, что он найдет в себе силы не воевать с тобой, по крайней мере, в пределах комнаты. — Представляешь, Поттер, если бы я знал, чем обернется наш проект, я бы лучше отчислился. — Ты преувеличиваешь. Разговор с Невиллом прошел куда успешнее, чем представлял себе Гарри, и куда плавнее, чем визуализировал Драко. Гриффиндорец почти всё время молчал, позволив Малфою объясниться и за Беллатрису, и за себя, и за своё нынешнее решение. Он упомянул, что представительница рода Блэк применяла жестокость даже к «своим». Это заставило Гарри ощутить лёгкое покалывание на кончике языка, побуждавшее желание спросить, коснулось ли это Малфоя напрямую. Пусть и отведя глаза, но Невилл был рад, что Драко пытается как-то бороться, и был удивлен, что страх ему не чужд. Драко продолжал держаться отстранённо, даже немного наиграно, но Лонгботтому этого хватило, чтобы на расстоянии не думать, что Малфой учит заклинания для нападения на своих же однокурсников. Хотя, признаться честно, такие мысли посетили некоторых из тех, кому Гарри уже успел рассказать. Вторая группа собралась после ужина. Гарри и Драко прибыли последними, поэтому Малфой входил под осуждающие взгляды. Да, ребята пытались их скрыть, но за несколько часов невозможно поменять полностью мнение о человеке; даже у Поттера шла уже какая неделя, а тот всё осторожничал. Но, видимо, не слишком сильно, раз уже за ручку водил Малфоя в эпицентр событий. Первые пятнадцать минут Драко занимал позу наблюдателя, слушая то, как точно Поттер объясняет принципы экспелиармуса. Как произносить, о чём думать, как держать палочку, как ею двигать — брюнету явно следовало пересмотреть приоритеты и идти преподавать. Хотя в будущем он бы мог тренировать новобранцев, это Драко вполне мог визуализировать. Из облака картинок Поттера в униформе его вырвал настойчивый крик, больше напоминающий приказ. «Малфой, хватит сидеть, покажи, что можешь», — произнёс Рональд, явно нарываясь показать Малфою все прелести бытия членов Отряда. Драко хоть и гордый, но не тупой. Он пораскинул мозгами, посмотрел, нет ли иной угрозы, кроме трепещущего рыжего. — Как пожелаешь, — спустя секунду Драко взмахнул палочкой абсолютно молча, направляя поток магии на палочку в руках Рона. Та в мгновение ока отлетела в сторону, едва не выбив кому-то глаз. Извинения не последовали. — Ты что творишь, Малфой? Крутой? — А если крутой, то что? Выгонишь меня? Уже поздно, Поттер мне такого наобещал, что теперь за уши не оттащишь, — Драко покрутил палочку в руках и размял плечи. Палочка вернулась к владельцу, а тренировка продолжилась. Гарри коротко попросил Рона не раздувать конфликт, ведь чисто фактически Драко просто применил заклинание, которое они изучали, всё в рамках дозволенного. Сдержанная похвала последовала в адрес слизеринца, поморщив его нос и расширив улыбку. Драко мог бы собой гордиться, но ему сейчас не нужна была гордость, ему нужно было, чтоб они с Гарри остались наедине и поговорили. Так, конечно, случилось, но Поттер, видимо, тоже этого ждал. Распустил свою банду, задержал Малфоя и начал со своими расспросами. И не мог Драко отказать, ведь всё понимал, но и согласиться по той же причине было невозможно. И Гарри не был бы самим собой, если бы снова не посмотрел так на Малфоя и не произнес эту странную просьбу с отсылкой на магглов. — Назови цвет, Малфой. — Поттер, ты опять? Дурачество твоё тебя не спасёт, ты же знаешь. — Знаю, цвет, — подытожил Гарри. Ответ его не удивил. — Вытянешь зелёную — уйдёшь, а если красную, то добро пожаловать. — Ты ведь знаешь где и какая, не так ли? — Гарри демонстративно отвернулся, чтоб его глаза не выдали мировую тайну. — Если там будет красная, будешь неделю носить мой галстук и говорить, что мой факультет — лучший. Гарри не успел согласиться или отказаться, Драко уже вытянул бумажку. Конечно, Гарри снова воспользовался хитростью, чтоб у Драко не осталось и шанса на отказ. Блондин сначала укоризненно шикнул, а потом развязал свой галстук, вешая петлю на руку. Молча запустив пальцы за шею Поттера, он ослабил красную петлю и стянул через кучерявую голову ошалевшего от чужой наглости гриффиндорца. Без единого звука Малфой поменял галстуки, припрятав уменьшенную версию красного в карман брюк. — А тебе зелёный к лицу, подчёркивает глаза, — прыснул Драко. — Угораздило же меня тебя позвать. — Жалобы не помогут, Потти, — бесшумно развернулся блондин и пошел к выходу, — завтра занимаемся по проекту, скоро сдавать. Последнюю неделю Драко пережил настолько плохо и настолько хорошо, что хотелось выть и лезть на стену. Проводить время с Поттером, оказывается, так неплохо, что потом чувствуешь себя ужасно. А колдовать, глядя ему в глаза, и представлять, как он потом будет отчитываться перед Амбридж, это просто крышесносно. Малфой всё больше подвисал, когда они общались, всё меньше хотел встретиться с Амбридж и вылить на неё ушат той самой «желанной правды». Перед сном его посещали странные мысли о поиске маховика времени и отказе от предложения преподавателя ЗОТИ. В глазах всё было зелено от вечно ищущих его силуэт зеленых глаз, зеленого галстука, за который Снейп уже трижды снял баллы с факультета, но Поттер продолжал его носить, от зелёной обложке книги, по которой они вдвоем занимались в библиотеке, от постельного белья, в которое Драко падал ночью и прятал в нём свою безысходность. За день до сдачи после обеда его выдернул Поттер, бормоча о встрече в Выручай-комнате после отбоя. Тот сначала отмахнулся, но, наткнувшись на странно-убедительный взгляд Поттера, пообещал прийти. Гарри посмотрел так, будто это было что-то личное, и это выворачивало Малфоя наизнанку ещё сильнее. Надо так надо. Поспорить, конечно, хотелось, но сил на это совсем не было. Оставшееся время Драко провел в спальне, чтоб его никто не беспокоил. Хотя беспокоить было и некому — друзьям он не рассказал про Выручай-комнату, а когда начал таинственно исчезать, то просто психанул на всех, упрекнув в непонимании. Замок этой ночью выглядел мрачнее прежнего, давил своими масштабами и будто шептал нечто угрожающее. Малфой старался не загонять себя, но даже внутри его сосудов давление было на пределе, когда он вошел в привычную деревянную дверь, появившуюся из ниоткуда. Всё внутри выглядело как обычно, пока Драко не начал вглядываться в полумрак. На глазах стены менялись — зеркала исчезали, а на их месте появлялись шоколадного тона стены, на месте манекенов появилась глубокого зеленого цвета софа, на которую Малфой мгновенно положил глаз. Однако его застала врасплох легкая паника, ведь Поттер явно сюда его позвал не на диване сидеть, а комната за несколько минут изменилась до неузнаваемости. — Ого, какой подход, — Драко обернулся резко, хотя лицо его было расслабленно. — Не знаю, почему всё поменялось, но это случилось минуту назад. Думаю, если постараться, я смогу воссоздать предыдущую картину. — Не стоит, мы здесь не ради тренировок, — Гарри потянул Драко на диван, почти плюхаясь в подушки. Кровь в жилах начинала бурлить с каждым прерывисто-глубоким вдохом. — Стоит ли мне волноваться? — честно спросил слизеринец, немного отодвигаясь от Поттера. — Ни в коем случае! Только если тебя не заставляет волноваться благодарность. — За что, Поттер? — «за обман?» — так и не вырвалось у Малфоя из поджатых губ. Комнату до верха наполнила тяжёлая тишина, облачившись вакуумом вокруг обоих. Камин хотелось потушить от окутавшего жара, но пальцам было невиданно холодно. — За честность. Драко выдавил из себя улыбку. Кривую, дрожащую, некрасивую. Ужасно лживую. И получил в ответ спокойную и добрую улыбку. Гарри улыбался, поджав губы так, что были видны его зубы. И всё это выглядело так недосягаемо хорошо и приятно, что в глазах всё меркло. И Поттер продолжал говорить: про конец их вражды, про начало чего-то большего, чем пререкания по углам, про сближение с друзьями и про мир во всём мире. Конечно, это же Поттер. Нет, это уже Гарри. Гарри… Даже имя звучало как-то тепло и нереально сейчас. Драко задержал дыхание, когда почувствовал влагу в уголках глаз. Он прикусил язык и запрокинул голову. — Если бы я не знал тебя, Драко, я бы подумал, что ты смутился, — лучше бы смутился. — Я знаю, что тебе непросто это далось, ну, сказать, что ты мне веришь, что не хочешь следовать за Тёмным Лордом, а, напротив, надеешься на светлое будущее. — А ты веришь? — Драко хотел добавить «мне», но вырвалось только «в это». — Я борюсь ради этого. Озадаченность упала на тонкие плечи, сгибая Малфоя пополам. Оба были в замешательстве: один от сложности выбора, а второй от чужой реакции. Желание прийти завтра к Амбридж и разорвать договор овладело разумом блондина, но лёгкие искры здравого смысла осторожно стукались о стенки сознания, как бы напоминая о последствиях. Ладонь опустилась на голову, портя ночную укладку. — Не надо, Поттер. — Выглядишь так, будто очень даже, — Гарри казалось, что он словно гладит кота против шерсти — именно так реагировал Драко. Но даже у самых диких и вредных котов были любимые места. И Поттеру очень захотелось найти такое на теле Малфоя. Впрочем, Малфой ограничился лишь словами. Он не встал, не ушел, не отодвинулся, даже головой не тряхнул. Просто сделал замечание и выдохнул. Гарри послушно убрал руку и услышал ещё один вздох, как ни странно, не облегчения, а разочарования? Гарри не уверен, но, кажется, да, оно. — Хочешь мне что-то рассказать? — Я пока не знаю, — честно ответил Драко. — За пару недель моя жизнь сделала сальто, потом апперкот, затем куда-то сиганула и вернулась уже совсем другая. Примерно так я себя ощущаю. — Звучит хреново, — раздосадовано ответил гриффиндорец. Драко уже начал думать, что любая сказанная им фраза была хреновой. Именно поэтому он решил замкнуть круг и сказать что-то настолько хреновое — а потом ещё и сделать! — чтоб можно было выслушать от Поттера этаж оскорблений и завтра утром с чистой совестью такой же ушат — только про Поттера — вывалить на стол Амбридж. Но всё оказалось хуже. Намного. — Поттер, можно я кое-что сделаю? — спрашивать разрешения Драко не привык, но от чего-то сейчас так захотелось. — М-можно, — почти вопросительно ответил Гарри. Он с детским интересом смотрел, как Драко отклеивается от рук и выпрямляет спину, словно готовится к подвигу, не меньше. Серые глаза измучено посмотрели в самую душу, ища ответы на неозвученные вопросы, и, видимо, не найдя, постускнели ещё сильнее. Драко перевёл взгляд на плечо, с которого свисал чёрный плед (и когда только Поттер в него облачился?), а затем уронил на него тяжелую голову. — Мне стоит что-то сказать или сделать? — Сделать, — выбрал Драко. — Что? — Замолкни, — Гарри воспринял это по-своему и, прокрутив недавний опыт, прильнул к парню, осторожно теребя пряди на затылке. — Я бы в тебя оглушающее кинул. — Я знаю, Драко. — Или бомбарду. — Угу. Угрозы Малфоя звучали всё тише, а ответы Поттера всё мягче. Драко не помнит, сколько минут они так просидели, может, даже часов, но точно помнит, что глаза он закрыл с диким желанием дать Поттеру в морду за то, что он так спокоен. Может, действительно пора успокоиться и довериться этому герою?
