Божественная семейка. Книга 2

Инриль в этот самый момент с ностальгией оглядывала лес подле Академии магии, куда они с братом переместились, чтобы погулять. В конце концов, имела она право немного развеяться? Где-то между сопровождением Тейрона с Шейроном и темных богов к гнезду очередных монстров, еще оставшихся в мире, ответом на просьбы своих жрецов и прочими божественными обязанностями. Да и сбор успокаивающий сам себя не купит, пусть острой необходимости в нем сейчас и нет. Почти… — М-м… — с кислой миной протянул Тейрон, тоже разглядывая шелестящий зеленый массив. — Навевает воспоминания. Начало года, мы с тобой и компания полоумных студентов… Как твои детишки, кстати? Ты вроде до сих пор приглядываешь за ними. — Один сдает сейчас экзамены и готовится защищать диплом, — пожала плечами Инриль. — Второй взял перерыв в учебе, поселился у своего друга-приятеля, учит старшую сестренку общаться с людьми без клыков и кинжалов. — Неужели буйная такая? — брат даже замер на середине движения. — Да нет, спокойная, — отмахнулась Инриль. — Просто недоверчивая больно. Не скажу, что причин совсем нет — Кристофер парой слов о прошлом этой девушки обмолвился. Просил указать ей верный путь по жизни. — И ты, разумеется, не смогла отказать кошачьим глазкам? — раздражающе понимающе закивал Тейрон. Инриль дернула плечом. — Мне это ничего не стоило практически, — буркнула она, примериваясь, как бы перешагнуть валежник с минимальными потерями для обуви и платья. Божественный облик по-прежнему оставался открытым, летящим… и непрактичным до ужаса. Надо будет обговорить с Александром смену имиджа, а то выбилась из моды на тысячу лет… — Смотри, не повтори ошибок прошлого, — фыркнул Тейрон. — Продолжишь так каждому встречному-поперечному помогать — сядут на шею, а там и до исполнения необоснованных амбиций недалеко, да очередного покорения мира. — Не напоминай об этом, — скривилась Инриль. Предательство архижреца до сих пор отдавалось болью где-то внутри и серым налетом разочарования. Сейчас все будет по-другому. Она проследит. Лично жрецов набирать будет, раз уж храм ей все равно уже построили. И от обязанностей сбегать не станет, как тогда. Пора уже за ум браться, а то даже бабушка тыкает, что дочь помудрее Инриль выросла. Примерно на этой мысли богиня с визгом, не подобающим ни статусу, ни возрасту, навернулась, споткнувшись обо что-то колючее… и живое?! «Что-то» недовольно заворчало, раззевая слепую пасть. Инриль взвизгнула громче: — Тейрон, мать твою! — Она и твоя мать, между прочим! — справедливо возмутился брат, но все же в несколько шагов преодолел разделяющее их расстояние и загородил Инриль от кактуса. Маленького такого кактуса, каким когда-то был и Пуффи. Зелененького. С иголочками. В хвойном лесу! — Как ты это объяснишь?! — поднялась на подрагивающие ноги Инриль и для верности еще руки в бока уперла. Чтобы повнушительнее казаться, значица. — Пути природы неисповедимы, — с философским видом пожал плечами Тейрон, оглядываясь. — Смотри-ка, там еще пять. Растут как грибочки. — И жрут наверняка, что ни попадя, — нервно бросила Инриль. — Зато смотри, какой лес тихий, спокойный… Ни химер недоделанных, ни студентов с шилом в одном месте. Тишь, гладь, божья благодать… — Ты мне зубы не заговаривай! — дернулось нижнее веко у богини. — А что будет, если они весь лес захватят? А потом, если рядом с городом прорастут? Кто людей успокоит? Нет, кто их вообще спасет от съедения? Один Пуффи требовал трехразового питания с добавкой, а здесь их целая свора! — Академия магии буквально в двух шагах, не паникуй, — закатил глаза Тейрон. — Уж найдут маги, чем противостоять этой напасти, не сомневайся. Пойдем лучше Пуффи навестим, он где-то здесь расти должен, если Литориэль о знаках правильно сообщил, а не схитрил из вредности… — О каких еще знаках?! — Да вон, — мотнул головой куда-то вверх брат. Инриль присмотрелась. На ближайшем к ним стволе дерева сияло что-то вроде магической таблички. При более внимательном взгляде на округу стали заметны и другие таблички с похожим содержанием — до ненасытного чудовища расстояние такое-то. Причем, «ненасытное чудовище» — прямая цитата. На секунду стало совестно. Не было бы в лесу Пуффи, не поставили бы таблички, не проросла бы тут целая орда полуразумных кактусов… С другой стороны, ну накосячили и накосячили! Впервые, что ли? И потом, ее религию старательно возрождают в том же Лорреле, Инриль сильно сомневалась, что люди вроде ректора Файворкса или де Вира еще не узнали об этом… Как и о том, кто именно несколько месяцев бытовую магию в их альма-матер преподавал — не с такой библиотекой и секретным архивом. Неужели не связались бы, если б совсем приперло? — Ну пойдем, что ли, — потянул Инриль за руку брат, осторожно перешагивая через оживившиеся кактусы. Плестись по лесу со скоростью улиток не хотелось, да только альтернативы не было. Использовать сейчас дар — не самое лучшее решение. Место, где обитал Пуффи, Инриль — допустим — помнила, но там ведь наверняка все поменяться успело раз сто. Не раздавить бы кого случайно… Наконец, путь их завершился. — Ик! — выдала Инриль, увидев гигантский кактус, поднявшийся уже к верхушкам ближайших сосен. Кактус заворчал, потревоженный. Замер. И распахнул такую же гигантскую, как и он сам, пасть: — Маманя-я! Инриль схватилась за сердце, пошатнувшись. — Он научился говорить, — просипела она в панике. — Растет ребенок, — умилился Тейрон. Богиня взвыла. — Вы двое что тут делаете? — сердито прошипели за спиной знакомым голосом. Инриль с Тейроном развернулись. Ну так и есть, Литориэль собственной персоной. Весь обвешанный корзинками с иголками кактусов, какой-то зеленоватой жижей и прочими прелестями. Стоит, глаза с бесцветными радужками щурит и ушами нервно подергивает. — Ностальгируем по местам магической доблести, ушастый, — усмехнулся Тейрон. Литориэль дернулся, явно желая чем-то в самодовольного бога запулить, но выпускать корзины из рук ему, похоже, не хотелось. А кидаться редкими ингредиентами не позволяла жадность. — Лучше бы делами занялись, а не шатались здесь, честных магов нервируя, — пробурчал эльф. — Ты еще о тонкой душевной организации заикнись, — закатил глаза Тейрон. Кажется, Инриль даже различила тонкий звук, с которым лопнуло терпение Литориэля. Корзинки плюхнулись на землю, а сам эльф принялся в не самых ласковых выражениях объяснять богам, в чем и как сильно они неправы. Начиная от неожиданного возвращения его, Литориэля, в Академию магии, когда эльфу даже не показали обещанную коллекцию химер Тейрона, и заканчивая совершенно идиотской идеей оставить свой разумный кактус возле Академии. В этом лесу у Пуффи просто не было естественных врагов, его даже дурные студенты заклинаниями не смогли покоцать. Вот и расплодился мутантный кактус, наплевав на неподходящие условия обитания. Кто только живучесть такую в прожорливом создании заложил! На этом месте Тейрон с улыбкой поднял руки, сдаваясь. — Но ты же получил источник ингредиентов в прямой доступности, еще и практически неограниченный в количестве, — подколол братец доведенного до ручки целителя. — Это к делу не относится! — дернул ухом Литориэль. — Конечно-конечно, — совершенно неубедительно согласился Тейрон. Инриль вздохнула, предчувствуя новый виток возмущений. Нет, с Пуффи они действительно напортачили — не стоило высаживать его здесь. Но когда кактус внезапно вырос, думать решении проблемы времени почти не было. Вот и сделали, что первое в голову пришло. А потом, честно говоря, боги о Пуффи попросту забыли. — Ну не фырчи, ты прав. Какстусу действительно не место тут, — оборвал сердитое пыхтение Тейрон. — Заберу еще через пару дней, как только почву для посадки подготовлю. — Как это «заберу»?! — взвился по-новой Литориэль. — Да я только-только поставки наладил, а руководство с этим чудовищем взаимовыгодное соглашение заключило! Какое еще «заберу»? — Что же вы тогда хотите? — скрестила руки на груди Инриль. Противоречивыми придирками эльф ее уже начал нервировать. — Повредничать, — хмыкнул Тейрон. И вдруг задумался о чем-то, не обратив внимание на следующие ругательства Литориэля…

***

Спустя время,

На краю мира

В увядших садах царил мир и покой. А еще абсолютная тишина, даже птиц и мелкого зверья не было слышно. Шорох шагов по дороге, что издавали боги — единственный звук в месте, замершем в вечности. Инриль нервно передернула плечами. Тропу к обиталищу Амары она нашла не с первой попытки и то лишь благодаря рассказам бабушки. Та лучше всех знала, как добраться до этого… да, богами забытого уголка. Инриль бы бросила занятие — в конце концов, не так уж она и горела желанием встретить снова психически нестабильную темную богиню. Но Лиру попросила. Дочери почему-то было важно передать Амаре небольшой подарок. А та не слишком привечала гостей. Даже не вышла встретить, хотя наверняка почувствовала приближение. Амара в принципе не любила с посторонними общаться, как Инриль успела понять. Амара вернулась в сады, где провела последнюю тысячу лет, сразу после смерти Астарота и разборок со светлыми — тем, особенно богам войны, уж очень не понравился сам факт, что судьбу мира решила темная богиня. Инриль же наоборот больше обрадовалась, чем огорчилась. Астарот был силен. Фрейль и другие светлые боги уступали ему и значительно. Неизвестно, выжили бы дети Инриль, брат или даже она сама, если б Амара не вонзила кинжал в этого бога. Но ведь остальным не объяснишь, скольких проблем они избежали одним вмешательством Амары и Мальфиуса с Ариусом. Как не объяснить, почему вместо того, чтобы направить на троицу темных оружие, Фрейль загородили ту собой. Грянул очередной скандал, конечно же. И конечно же, Фрейль снова объявили нежелательными персонами в дружном светлом кругу — после первого раза Инриль даже не было обидно. Невелика потеря. Зато конфликт удалось подавить в зародыше, а там и темные освоились с обновленными силами — и смогли уже сами за себя постоять. Лезть к наследникам Астарота не решились даже демоны — к счастью для себя. А после Инриль честно ждала новой подставы от темных — умыкнули же они ценнейший кинжал прямо из дома Фрейль! — но те разбрелись по миру и затихли. Амара ушла в свои сады. Мальфиус с Ариусом осели в крепости, где прятались от охоты и до этого. Покидали ту лишь для уничтожения тварей Хаоса или поединка с Шейроном или Дэнталионом. Почему темным потребовались именно они, Инриль не знала, но дети против и слова не сказали, так что ладно. Кинжал, кстати, повесили дома — в зале, на видном месте. Как сказала бабушка: пусть будет напоминанием о дедушке. Он оставил кинжал бабушке, умирая, чтобы та могла себя защитить. С чего вдруг дедушка решил, что бабушке не поможет в этом коса — загадка. Но у него и так было особенное восприятие мира — бог войны, к тому же со стажем, еще и в воплощение Смерти влюбиться умудрился. Такое не каждому дано. …В общем, все шло хорошо. Поводы для беспокойства либо исчезали из мира радикально, либо становились неактуальными. А затем к Инриль подошла Лиру и, взглянув самыми умилительным взглядом из возможных, попросила отвести ее к Амаре. Мол, они с богиней увядания неплохо поладили, пока восстанавливали сад. И Амара посетовала, что в ее собственном саду красивые цветы не приживаются. Умирают и обращаются прахом — все, кроме роз. Те хотя бы замирают вне времени, засохнув. И Лиру долго переживала, как же бедная темная богиня справляется с трудностями, пока в голову девочки не пришла прекрасная идея — подарить Амаре сухоцветы. И пусть Инриль чувствовала себя последней идиоткой, отправляясь вместе с дочерью и братом, который вызвался их сопровождать, на почти самоубийственную вылазку на край света… радостная улыбка дочери стоила того. Амара появилась перед богами внезапно, тут же окинув неприязненным взглядом: — С чем пожаловали? — скрестила руки на груди богиня. Инриль покосилась на дочь. Лиру резкие слова и явное нежелание видеть на подвластной территории посторонних ни капельки не тронули. Девочка сделала осторожный шаг в сторону Амары и замерла, когда она сосредоточила на ней внимание. Медленно протянула корзинку, что до этого скрывала за спиной. Плетеная, с бантиками на ручке и наполненная сухоцветами необычных цветов — изумрудной зелени и глубокого синего — та вызывала нервный смех Инриль. Ну не вязалась Амара с образом человека, способного принять столь невинный… и наивный в каком-то смысле подарок! Однако Амара удивила. Приняла корзинку, пусть и с запозданием. — Магией раскрасила? — вскинула брови темная, осматривая сухоцветы и чуть ли не обнюхивая их. — Не-а, — помотала головой Лиру, волосы рыжим всполохом взметнулись в воздух. Так танцует огонек свечи в кромешной темноте, указывая путь и — самую капельку — согревая. — Но без магии действительно не обошлось, — девочка перекатилась с носков на пятки и обратно. — Я использовала ее при выращивании цветов, а потом просто засушила. Амара хмыкнула. Кажется, даже одобрительно. — Вам нравится? — с надеждой вгляделась Лиру. Инриль этот взгляд знала. Он стоял вторым номером в рейтинге умилительных глазок. — Неплохо будут смотреться в вазах, — с царственным видом кивнула Амара. Лиру подпрыгнула, натурально засветившись. Даже серая дымка, что исподволь подкрадывалась к богам, отпрянула в испуге. Черты лица Амары… разгладились. — И что хочешь взамен? — проворчала она, но будто по привычке. — Ничего, — еще ярче улыбнулась Лиру, засияв еще ярче. И, развернувшись, вприпрыжку направилась прочь из лабиринта розовых кустов. — Кхм, — опомнилась Инриль. — И я тоже пойду, пожалуй… Задерживаться в увядших садах больше необходимого у нее желания не было. А вот Тейрон зачем-то задержался на лишних пять минут, присоединившись к богиням лишь после оклика Инриль. Амара провожала их задумчивым взглядом — Инриль ощущала тот лопатками. Подозрительно задумчивым…

***

Несколько дней спустя

— Ну и кто из вас до этого додумался?! — Смерть рвала и метала, от избытка эмоций взмахивая косой. Тейрон пригибался, то и дело отходил в сторону от разъяренной бабули, но попыток сбежать от справедливого возмездия не предпринимал — бесполезно. Амара же с невозмутимым видом рассматривала ноготки на левой руке. — Бабушка, ну я хотел, как лучше… — заикнулся было Тейрон, опасливо покосившись на блеснувшее в свете солнечных лучей лезвие. — А получилось как всегда, когда эта безумная женщина во что-то вмешивается! — громыхнула Смерть. Амара на ее претензии лишь презрительно хмыкнула. Стоящая рядом Инриль вцепилась в волосы, не понимая, что теперь делать. Только-только наладилось все, исчезла необходимость куда-то бежать, сражаться с великим злом и его прихлебателями, как братец нашел проблемы на голову. И ладно бы на свою, эти проблемы распространились на остальных Фрейль и одного эльфа! Литориэль, кстати, стоял в стороне и уже полчаса вдохновенно вещал что-то на непереводимом эльфийском, ни разу не сбившись, и разглядывал… кхм… обновленное Священное Древо. Начиналось все вполне цивильно. Тейрон — засранец такой, знал, когда к ней подойти! — вытащил Инриль из постели после ночного загула по тавернам Лорреля в честь воцарения Летты и Александра на троне Ленры. Вместе с самими Леттой, Александром и Тиль с Фаэном, разумеется. Так вот, Тейрон вытащил и сходу оглушил не до конца проснувшуюся азартным: «Я придумал, как решить проблему Литориэля. Проведи нас с Амарой к Священному Древу. Срочно!» Вина Инриль — не уточнила, что конкретно Тейрон придумал. Просто сделала, что попросили, и присела на шуршащей листьями полянке, надеясь недостающие часы доспать. Боги, конечно, не нуждались в регулярном сне так, как люди, но даже они не могли бодрствовать неделями. Что происходило дальше, Инриль не видела. Проснулась уже от сильного возмущения магического фона. Священное Древо менялось, подвластное воле богини увядания… На этом моменте мозг Инриль наконец-то заработал. Как и аварийный телепорт у Литориэля, который выдернул эльфа прямиком с лекции в Академии магии. Взвыли оба. А там и Смерть на огонек забежала… Вмешаться не вышло, да и опасно это было — результат и так обещал стать непредсказуемым. А после только и оставалось, что ругаться (Литориэль), бегать за виновниками с косой (бабушка) и паниковать (Инриль). Древо словно бы умерло, но не совсем, оставшись при этом… парадоксально живым? Вечно увядшим? — Вы хоть понимаете, что сотворили?! — взмахнула косой Смерть. — Да! — агрессивно кивнул Литориэль, отвлекшись от очередной затейливой конструкции. — Поспособствовали освобождению Литориэля от многовекового долга? — на пробу произнес Тейрон. Инриль смачно хлопнула по лбу. Себе — брат, к сожалению, увернулся. — Это каким же образом? — у бабушки аж капюшон на затылке приподнялся. — Ты сама говорила, что на Древе должны появиться новые листья! Но Литориэль — лич, он не может иметь детей, а просто ввести в род кого-то не получится, потому что нужно родство по крови. Я узнавал, — путано принялся излагать Тейрон. — Но если живых потомков Литориэлю не дождаться, надо сделать так, чтобы Древо засчитало немертвых… других. А для этого всего-то и нужно поменять вектор силы. Литориэль схватился за сердце. Потом вспомнил, что смерть от приступа ему уж точно не грозит, и бросил драматические жесты. — Суть заключалась в том, чтобы сохранить Священное Древо на случай новых напастей, а не возродить его в другом качестве! — возвела очи к небу Смерть. Наверное. Движение головой, по крайней мере, было очень похоже. — И где я по-твоему столько личей возьму?! — возмутился тем временем Литориэль. — Ушастый, я, между прочим, в человеческом облике химерологом подрабатывал, — усмехнулся Тейрон. — К тому же, у тебя знакомый некромант есть. Найдем! — Лично мне все нравится, — вставила свои пять серебряников Амара. — Готичненько так, приятно. Воздух, опять же, затхлый, с запахом прелых листьев и надвигающейся смерти… Буквально домом повеяло! — Амара… — не своим, ледяным голосом, от которого мурашки пробежали по позвоночнику, уронила бабушка. — Ну все, сейчас начнется, — тоскливо вздохнула Инриль, наблюдая, как Смерть вскидывает косу, а темная богиня пускается наутек. — Древо! — заполошно воскликнул Литориэль. — Не зацепите Древо! Боги и демоны, да какая сущность вообще привела вас в мою жизнь?! Я и с Сехелисом одним неплохо уживался!..

***

— …Когда Великое Зло было повержено, а сила его распределилась между сыновьями и вестницей вечного покоя, боги разбрелись по миру, уничтожая оставшихся монстров и помогая магам и верным жрецам восстановить разрушения. Вера в божеств окрепла, но особенно ярко засияла вера в Инриль, богиню путей… и всю ее семью, пусть кое-кто из них и виновен в расширении королевского зверинца в клыкастую сторону… — Кхм-кхм, — прервал маленькую шпильку распорядитель. — А теперь, воздадим хвалу нашим замечательным артистам! Королева Летиция в роли королевы Летиции… Светловолосая девушка в расшитом золотыми нитями голубом платье поклонилась. — …Король Александр в роли короля Александра… Усмехающееся Его Величество присоединилось к супруге. — Орхидеус Валь в роли мэтра Льюиса… …Сидящая в первых рядах в человеческом облике Инриль, в честь дня рождения которой друзья и поставили этот спектакль, усмехнулась, встречая поклоны артистов громкими аплодисментами. Одно из самых захватывающих и опасных приключений в ее жизни завершалось так же, как и когда-то началось — с уличного представления. — И все-таки, актера на роль Литориэля они подобрали какого-то… недостаточно хитрожопого, — высказал экспертное мнение Тейрон. — Хитринки ему не хватало во взгляде, что ли… и этого его любимого выражения «вы все мне должны просто за то, что рядом дышу» на лице. …Но в этот раз Инриль сидела не одна. — Ой, да ладно тебе, — хмыкнул с другой стороны Шейрон. — Этот Литориэль твой один единственный на весь свет. Уникальный. Разве такого скопируешь? — Почему мою косу показали не в полную величину? — пробурчала за спиной бабушка. — Где историческая достоверность?! — Да плевать на твою косилку, — прошипели оттуда же, но чуть левее. — Почему моя актриса вечно выходила растрепанной, словно ее волосами вытирали пол? Я, между прочим, всегда выглядела опрятно и сыновей к порядку приучила! — А как же тот раз, Мара? — Тот единственный раз, когда в твоем гробу не оказалсь зеркала?! Даже не знаю, — издевательски протянула та. — Мам, бабушка, не ссорьтесь… — Ты чего это меня бабушкой назвал? — Ты чего это ее бабушкой обозвал?! Раздалось на два голоса. — Мальфиус! — Да ладно вам, мы же почти семья! — вмешался Ариус, пока брат еще чего-нибудь не ляпнул. — А мне понравилось! — веселым колокольчиком прозвенел смех Лиру. — И мне, — мягко улыбнулась Ниривиль. …Теперь Инриль была с семьей. Вместе.