Как стать геем. Руководство к действию.

      Утро погодой не баловало. Непроглядный ливень стоял стеной, пронизывающий ветер за окном насвистывал печальные мелодии, ветка многолетнего дуба раздражающе монотонно долбила в стекло.       Но ещё мрачнее и промозглее было настроение у Чонгука. Он недавно проснулся и сидел на кровати, завёрнутый до глаз в тёплое одеяло. Зависнув в раздумьях, он постепенно погружался в пучину депрессии. Он чувствовал себя использованным, отвергнутым и покинутым. Ему было отвратительно кринжово и хотелось быстрее собрать свои вещи и навсегда покинуть эту развратную общагу, этот сраный универ, этот раздражающий Сеул. Чтобы никогда, никогда больше в жизни не встречаться с этим сука, блядским, тварь, Тэхёном! А кстати, вот где он, такой весь правильный и заебательский доктор? Тоже схватил кринж и сбежал, как последняя мразь?! Воспользовался ситуацией, наделал делов и сбежал, боясь взять на себя ответственность?! А здесь, сиди и замирай от каждого шага в коридоре, думая, что он сейчас вот вот войдёт. И как теперь им смотреть в глаза друг другу, скажите пожалуйста? Как сейчас с ним по-дружески общаться?       Чонгук скривился от воспоминаний и покраснел. Ну стыдоба! Хоть сквозь землю провались, всё равно никуда не денешься от этого кринжа. Да, надо найти в себе силы сейчас же встать, собраться и уйти. Уйти навсегда, уехать в какое-нибудь захолустье и никогда, никогда не высовывать оттуда носа. Прощайте надежды на будущее, прощай навсегда Хёна! Вся жизнь бардак, все люди бляди! Он опять вспомнил сегодняшнюю ночь, и в который раз, перед глазами промелькнула эта непотребная картина. Он полностью залез под одеяло и заскулил. Захотелось умереть.       Чонгук вспомнил, как вчера, голодные и уставшие от событий дня, они с Тэхёном, наконец-то ввалились домой. Время было позднее и очень хотелось спать. Но не тут-то было. На пороге комнаты их встретила Хёна. Она, оказывается, ждала их уже довольно долго. Хёна привезла с собой много разных вкусняшек и успела накрыть стол. Голодные парни с жадностью набросились на еду. Пока они ее поглощали, она стала рассказывать новости. Во-первых, арми добились увольнения продавщиц-гомофобок. Во-вторых, их фанклуб засветил, где только можно, новые фотки их пары. В-третьих, она и другие фикрайтеры (авторы фиков), начали строчить про них фанфики! И поэтому, количество подписчиков на их пейринг резко возросло. В-четвёртых, арми заказали в типографии мэрч на тему пары ТэГу. Рассказав самые значимые новости, Хёна победоносно улыбнулась и добавила: — Ой, мальчики, я так счастлива, так счастлива! Ведь число фанатов всё увеличивается и увеличивается! И, если так пойдёт дальше, то наш фандом хорошо заработает и выйдет на мировой уровень! Ведь в арми уже начали добавляться фанаты из других стран! Но и не мудрено, ведь вы у нас из существующих пар — самые красивые! Мечта, а не парочка! — Ну, кто у нас молодец? — спросила она у них, ожидая похвалы. — Ну, конечно — я молодец! — сама же ответила на свой вопрос, не дожидаясь его от жующих парней. — Ведь так быстро провернуть столько работы, могу только я! — Но всё же, есть некоторые моменты, на которые сасены всё же сомневаются в ваших чувствах, — изменив голос, продолжила она. — Говорят, что Чонгук не особо и любит-то Тэхёна… Она строго посмотрела на Чонгука. Тот от неожиданности поперхнулся и закашлялся. Тэхён метнул на сестру угрожающий взгляд и тут же похлопал его по спине. Хёна ухмыльнулась: — Говорят, замечено, что ты иногда смотришь на него букой, или выдёргиваешь свою руку из его, как будто тебе неприятно… И, поэтому, сейчас армия сасенок начала ещё пристальнее за вами следить… И ни дай, Вселенная, ежели они что-то заподозрят не то. Тогда вся моя работа пойдёт насмарку… А пара ТэГу не будет иметь никакого значения, и её признают фиктивной… Она кинула подозрительный взгляд на них и, сквозь зубы, нехотя процедила: — Хотя и я сама иногда замечаю: что-то не то происходит в вашей паре. Может быть вы дурите нас всех? Только вопрос, для чего? Почему натуралы вдруг решили стать геями? Неужели у вас возникла такая сильная любовь? Непонятно! Тэхён выразительно посмотрел на Гука. Тот виновато опустил глаза.       Хёна говорила очень долго… Но Чонгук уже не особо вслушивался в её слова. Он просто залип на неё, и почему-то начал сравнивать с Тэхёном. Он думал, что хоть они и не близнецы, но очень похожи! Просто одно лицо! Красивые очень. Только вот характерами разные. Тэхен более сдержаннее, что ли… И не особо многословный. И серьезный такой! Да и вообще, он заботливый, душевный и с ним разговаривать интересно — он очень умный! А так как из того, что Хена сейчас рассказывала, Гук многое не понимал, его начало клонить ко сну. Он вдруг почувствовал вселенскую усталость. Ведь он очень нанервничался за этот день и совсем вымотался с этим дурацким гейством. Ему вдруг сильно захотелось покоя и тишины. В какой-то момент он подумал, когда же она уйдёт? Чонгука начал раздражать её громкий голос и многословие. Но не тут-то было! Она всё продолжала и продолжала свой монолог, и никак не хотела замечать, что парни устали от её болтовни. Под её монотонный голос, Гук, незаметно для себя, уронил голову на стол и вырубился. Хёна удивлённо посмотрела на Тэхёна и спросила: — Что это с ним? Ему не интересно, что ли? А я ещё не рассказала, что на универском форуме творится! Это же полный аншлаг внимания к вашей… — Закругляйся! — строго перебил её Тэхён. — Ты что не видишь, что уморила малыша! А ведь он твой будущий родственник и надо его беречь! Он и так сегодня многое перенёс! Давай вали домой, и постарайся не особо развивать своей бурной деятельности в нашу сторону. Мы тебе не подопытные кролики, как ты это себе вообразила! Ты же знаешь, для чего мне нужна твоя помощь? Старайся не увлекаться, ему и так это всё в новинку. Он переживает очень. Видишь — человеку неуютно от твоих излияний?! Она что-то попыталась ещё сказать, но Тэхён, мягко взяв её за плечи и уверенно вывел её в коридор. Он заботливо накинул на неё куртку и подтолкнул к выходу. Хёна поджала губки, но противиться не осмелилась. Глубоко выдохнув, она шагнула за порог. В последний момент она обернулась и снова попыталась было что-то произнести. Но дверь быстро захлопнулась перед её носом.       Тэхён подошёл к спящему за столом Чонгуку и, обняв его за талию, повёл к кровати. Гук в полусне почувствовал, как с него аккуратно стащили спортивные брюки, положили его на кровать и накрыли одеялом. Но сопротивляться такой заботе было лень. И он снова провалился в глубокий сон.       Тэхён, с нежностью посмотрел на спящего. Ну, какой он всё-таки милаш, этот Чонгук. И ещё, практически, совсем ребёнок. Вон как надул свои губки и начал безмятежно пускать пузыри. Видимо, знатно сегодня укатался! Всё же, почти весь день на нервах!       А как было просто его сегодня развести на поцелуй! Надо же, такой наивный! Как он быстро поверил обману, что за ними опять следят эти чокнутые и послушно подставил губы. Зато каким сладким показался Тэхёну этот ворованный поцелуй! А может быть Гуку он тоже понравился? Тэхён вздохнул: «Да нет, вряд ли! Каким возмущённым взглядом тогда он прожёг меня! Мама моя в кедах!» Тэхён почувствовал, как его сердце опять пропустило удар. «А как невинно покраснел он после этого!» — вспомнил Тэхён и улыбнулся.       Он легонько погладил Гука по щеке. Тот не просыпаясь, машинально словил его руку. Он приложил её к своим губам и тут же прижался к ней щекой. Тэхён обмер. Он недоверчиво посмотрел на лицо спящего: он что, гонит? Но глаза Гука были плотно закрыты, а губы неразборчиво шепнули то ли «Хёна», то ли «Тэхён-а». Впереди слога «хён» или «хён-а», всё же, еле слышно, с придыханием проскользнула буква «т». Потом его губы членораздельно приказали: «Обними меня».       Тэхён, с готовностью прилёг рядом, наклонился над спящим и нежно его обнял. А кто же откажется, если приказывают такое? Тот немного поворочался и сладко причмокнул губами. Не отпуская чужую руку, он сразу успокоился. А Тэхён, впервые за свою жизнь, вдруг почувствовал те самые пресловутые бабочки. Они сладостно завъюжились где-то внизу живота и своими невесомыми крылышками мягко послали в душу ощущение вселенского счастья Ему вдруг стало очень тепло и спокойно. Но младший братик, как всегда, не дремал. Тэхён, с досадой почувствовал, как он быстро отозвался бабочкам и встал дубовым колом, создавая дискомфорт. Ну зачем же так сразу?! Ведь ещё совсем не ясно, кого во сне представил себе Чонгук. Да пофиг! Оторваться от желанного тела у Тэхёна не хватило сил. Пусть Гуку и дальше снится, что его обнимает Хёна. Пусть малыш во сне немного порадуется! Он сегодня заслужил!       Вдруг одеяло в районе паха Чона, заметно затопорщилось. Тэхён увидев это, ахнул: «У него встал на мои объятия!» Его рука машинально подлезла под одеяло и накрыла маленького Гуки. Чонгук рывком отбросил одеяло и остался лежать в одних только боксерах. Тэхён громко сглотнул. «Помоги мне!» — услышал он из губ напротив.       Тэхён замер. Он почувствовал, как от этой просьбы у него всё перевернулось внутри. Бабочки сразу же разродились мурашками, а те толпой разбежались по коже. Дыхание стало частым, а сердце пропустило очередной удар. «Он, что это, во сне? Или… Да он бредит?!» — не поверил своим ушам Тэхён. Он внимательно посмотрел на Гука. Тот лежал с закрытыми глазами. Губы страдальчески изогнулись. «Ему плохо! — подумал Тэхён. — Если и даже во сне, но он попросил! А кто я такой, чтобы ему отказать? Правда, когда он придёт в себя, то мне прилетит, наверное. Но это будет потом! А сейчас…»       Он осторожно освободил нуждающийся член из боксеров. Тот не шевельнулся. Ещё не веря, что его допустили в «святое святых», Тэхён изучающе провёл пальцами от основания до головки. Синие вены сразу набухли и красиво переплелись. Они стали похожи на голубые реки, спускающиеся с гор. Головка уютно разместилась в кулаке Тэхёна и налилась лиловым цветом. Большим пальцем Тэхён нежно покружил по ней, и заметив бриллиантик вытекшей смазки, размазал его по кругу. Из губ Чонгука раздался стон. Зачарованно ухмыльнувшись, Тэхён захватил ладонью нежную плоть и аккуратно опустил её до основания. Чонгук откинул назад голову и тело его подалось вперёд, подгоняя ласкавшую его руку к действию. «Какой он отзывчивый», — подумал Тэхён и ускорил поступательные движения. От приятных ощущений, Чон начал тихонько подскуливать. Тэхён продолжил завороженно следить за его эмоциями. Видимо, малышу нравилось то, что с ним происходит. Он часто задышал и сам начал вбиваться в его кулак. Но, вдруг он очнулся и широко открыл глаза. Он сразу затих и немигающим взглядом уставился на Тэхёна, как бы не веря в происходящее. — Т-ты что делаешь, вражина? — с придыханием спросил Гук. Он окончательно проснулся и понял, что это не сон. Лицо его покраснело от негодования, но сопротивляться чужой руке, видимо, не было сил. Сладкий стон предательски вновь прорвался сквозь его учащённое дыхание. Он густо покраснел. — Извини, ты сам просил помочь тебе, — мягко ответил Тэхён, не прекращая сладкую экзекуцию. — Да расслабься! Я тебе помогу! Я ведь доктор. Воспринимай это, как медицинскую помощь. И не думай ни о чём. Мы с тобой никому об этом не скажем. Здесь только я и ты. Только моя рука и твой член. Больше никого. Давно дрочил? Вредно в себе долго держать. Скажи же, с помощью намного приятнее?! Сейчас тебе будет легко и свободно! Расслабься!       Чонгук обречённо вздохнул. Что сделано, то сделано. «Ну да, он же доктор! — подумал он, как бы оправдываясь перед собой. «Но, всё же, как стыдно! Но, как хорошо!» — решил всё же он и безвольно откинулся на подушку, отдавая бразды правления старшему.       А старший еле сдерживался, чтобы не сорваться и не засунуть этот прекрасный член в свою глотку. Вязкая слюна переполняла его рот. Он то и дело сглатывал её, но она появлялась вновь. Его, колом стоявший младший братишка, тоже потребовал ласки. Он разрывался на части, и казалось, вот вот лопнет. Яйца разбухли и напряглись. В узких джинсах стало очень горячо, мокро и болезненно. «Надо держаться! — стараясь отвлечься, приказал себе Тэхён. — У нас впереди большая цель — приручить этого натурала! И мы это сделаем! Самое главное сейчас, что нас допустили!» Маленький Гуки вновь начал вбиваться в его кулак. Голова Чона была бессильно опрокинута назад. Глаза крепко сожмурены, брови надломленно изогнуты. Из губ раздавались нечленораздельные звуки. С одной стороны, на подбородок протянулась ниточка слюны. Тэхён почувствовал, как его сердце замерло от этого зрелища и он словил кинк. Ему нечем стало дышать. Неожиданно для себя, он зарычал от возбуждения и быстро вылизал его подбородок. Слюна на вкус показалась сладкой. Чужие встревоженные глаза полыхнули огнём. Губы тихо что-то проскулили. Тело быстрее забилось в экстазе, требуя большего контакта с рукой Тэхёна, и замерло на подъёме. Чонгук громко застонал и струя вязкой спермы выплеснулась на его живот. Тэхён сделал ещё несколько поступательных движений кулаком и нехотя его разжал. Он обнял Гука и почувствовал, как тот громко засопел и доверчиво прижался к нему. Младший братишка Тэхёна болезненно напомнил о себе. Но оставлять Чонгука в этот момент, Тэхёну не хотелось. Его душу обволокла вселенская нежность. Он больно закусил губу и замер. — Подожди Гуки, я сейчас принесу полотенце, не двигайся! — легко чмокнув его в висок, прошептал Тэхён немного погодя. Он аккуратно освободился от объятий. Он поднял с пола отброшенное одеяло и, положив его рядом с Гуком, неловко заковылял в ванную. Чонгук проводил его тоскливым взглядом. Он невольно выдохнул, а его щёки опять заполыхали огнём.       В ванной всё произошло очень быстро. Расстегнув джинсы, Тэхён только дотронулся до своего многострадальца и сразу же замер от наслаждения. От долгожданной свободы и небольшого внимания маленький братик быстро расслабился и бурно выплеснул свою радость наружу. Тэхён облегчённо вздохнул. Он тщательно вытер следы преступления и намочил полотенце для Гука.       Тот всё лежал с закрытыми глазами и, наверное, очень переживал. Желваки бурно перекатывались по его скулам, из глаза протянулась еле видимая дорожка от слезы. Чонгук явно уже начал себе что-то надумывать. Тэхён покаянно покачал головой, и нежно протёр его живот мокрым полотенцем. Аккуратно накрыв его одеялом, он тихо выдохнул и сказал: — Ну вот! Всё закончилось, малыш! Переживать не надо! Ну было и было… Спокойной ночи, засыпай! А доктор сделал своё дело — доктор может уходить!       Чонгук, не глядя на него, отвернулся и засопел. Тэхёну, до боли, захотелось успокоить его и приласкать. Но он решил оставить его в покое. Малышу ведь надо дать время успокоиться и осознать, что ничего особенного сейчас не произошло. Что такое иногда случается между друзьями, и не надо стыдиться этого. Возможно… Да даже так и есть, это его первый опыт контакта с чужой рукой. И, конечно, ему неловко. Тэхён тяжело вздохнул и заботливо подоткнул одеяло ему со всех сторон. Тот задержал дыхание и угукнул в ответ. Потом перевернулся на живот и уткнулся лицом в подушку. Он сделал вид, что засыпает.       На самом деле Чонгук умирал со стыда. Он вдруг осознал, как он сам схватил руку Тэхёна и положил себе её под щёку. Почему-то в тот момент ему было очень неспокойно и хотелось, чтобы его утешили. А потом… Потом эмоции зашкалили и понеслось… Вот, спрашивается, а нафига Тэхён пошёл на его поводу? Мог бы просто отойти, так нет… Вот ведь, пёс смердячий! Как он сказал — медицинская помощь? Ну и козлина! Такую жесть сотворил! Теперь что, после случившегося, они стали геями?! Скорее всего, да. А вот почему Тэхён не побоялся этого? Ну он врач, много что, наверное, повидал… Хотя… Тэхёну было жалко Чонгука. Так и хотелось его прижать к себе и сказать: «Не плачь, дурашка! Всё проходит, пройдёт и это!» Да ведь и ничего такого особоизруквонвыходящего не произошло! Ну, подумаешь, расчувствовался немного. Ну подумаешь, чужая рука помогла. Это всё же лучше, чем своей рукоблудить — совсем другой коленкор! И, что из-за этого так расстраиваться?! Хотя, конечно, всё же не надо было поддаваться этой минутной слабости. Всё таки рановато это случилось.        Так в страданиях, метаниях и раскаянии прошла это ночь. Ближе к утру парней всё-таки сморило, и они забылись в тревожных снах.        Несмотря на бессонную ночь, привычка рано вставать не заставила долго валяться в постели. Открыв глаза, Тэхён сразу же посмотрел на соседнюю кровать. Чонгук лежал на животе, разметавшись по кровати звездой. По-видимому, ему было жарко. Он подмял под себя одеяло, которое сбилось под ним комом, и тихо посапывал.       Тэхён, полюбовавшись в очередной раз упругой попкой соседа, быстро вскочил. Посмотрел на часы — было раннее утро. Но спать уже не хотелось. Видимо, давал о себе знать тот нервяк, который его преследовал всю ночь. Тэхён решил спуститься вниз и купить что-нибудь на завтрак. Стараясь не разбудить Чонгука, он тихомышью проскользнул в ванную. Потом быстренько оделся и уходя, чтобы не разбудить Гука, неслышно прикрыл за собой дверь.       Каждое утро к общаге, как правило, торговцы привозили завтраки по сходной цене. Голодные, полусонные студенты в это время, старались затариться недорогой едой. Они, как стайка нахохлившихся воробьёв, быстро сбивались около выездного ларька, лениво переругивались и выстраивались в очередь. Тэхён встал в самый конец и приготовился ждать. — Тэхён! — вдруг окликнул его знакомый голос из толпы. — Иди сюда. Ты чё там встал, как не родной? Тэхён увидел Юнги, который махал ему ладонью. — О, привет! — обрадовался он и быстро протиснуться к Юнги. — Привет! Да занимал я ему очередь, занимал! — отмахнулся от недовольных возгласов Мин и втолкнул Тэхёна перед собой. — Как там наш Гуки? — вежливо поинтересовался Юнги. — Форум гудит, что вы вместе! — Да. Как-то так… — ответил уклончиво Тэхён и сразу же перевел тему. — Вчера в спортзал ходили, сейчас спит как убитый. А вы чего не пришли? Вроде бы он говорил, что вы в одной группе занимаетесь. — Да, понимаешь, мой парень… Ой, сосед, — быстро поправился Юнги, поняв, что проговорился, — немного приболел. Вот и пришлось о нём позаботиться. Тэхён посмотрел на него долгим взглядом и улыбнулся краешком губ. «Вон оно как, однако, Чимин — его парень… Значит они вместе? Вот это новость! Почему же Гук скрывает это от меня?» Юнги, как бы читая его мысли, немного смутился и сказал: — Ну ты понял сейчас, наверно? Скрывать от тебя, думаю, нет больше смысла, что мы с Чимином пара. Об этом знает только Чонгук. И теперь вот ты тоже. По-видимому, мы с тобой по одну сторону радуги. — Все нормально, чувак! Только Чонгук думает, что я натурал. Не говори пока ему ничего. Он мне очень нравится! Не хочу спугнуть его раньше времени. Ну, ты должен понять! — соткровенничал Тэхён. — Не ссы! Да я давно уже понял это! — улыбнулся Юнги. — Правда? Где же я так прокололся? — пошутил Тэхён и сразу же спросил серьёзным тоном: — Какой номер вашей комнаты? Я зайду, посмотрю Чимина чуть позже. У него температура? Чем смогу — помогу! Они понимающе улыбнулись друг другу. Их очередь как раз подошла, и они купили еду. Тихим шагом, они вместе двинулись к общаге. — А вообще, мы с Чимином очень болеем за вашу пару! — продолжил Юнги. — Просто дай побольше времени Гуку. Я же вижу, какими глазами он на тебя смотрит. Но он — интроверт. Всегда тормозит. Его надо чуть-чуть подтолкнуть. А то он любит себя накручивать по любому поводу. Но я всё же думаю, в своей сущности, он всё-таки гей. Просто пока не понял этого. Ведь его никогда не прельщали особы женского пола. Ну…кроме Хёны, конечно. Но и эта любовь, какая-то, скорее платоническая. Как красивая картина, как-то, на что можно любоваться вечно, и о чём можно только мечтать. Но, я чувствую, что подспудно, он начинает понимать, что есть что-то другое, более осязаемое. Тэхён тихо усмехнулся и ответил: — Я рад, что мы с тобой в одной команде. А Гук ничего до сих пор про вас не рассказал. Так сказать, берег нервы натурала и сохранял тайну друзей. — Тэхён улыбнулся. — Да и это всё понятно! Ладно, давай, я пошёл. На связи! Надо покормить нашего Гука. А то он всю ночь практически не спал, проголодался, наверное. А к Чимину я обязательно зайду чуть позже. Они пожали друг другу руки и разбежались в разные стороны.       Открыв дверь в свою комнату, Тэхён замер. Прямо перед ним стоял Чонгук. Он был одет, как будто бы собрался не в универ, а в длительное путешествие. Рука его крепко сжимала ручку чемодана, на плече висел рюкзак. Вскинув на Тэхёна испуганный взгляд, он сразу же опустил глаза. — Дай пройти! — глухо произнес он, стараясь продвинуться на выход. Но Тэхён с его пути уходить не собирался. Он закрыл своим телом весь проход и встал, как каменная стена. Наступило неловкое молчание. Тэхён, вдруг резко отодвинул Гука от себя и толкнул его подальше, вглубь комнаты. Он поднял руку с завтраком и сунул ему под нос. — Вот! Я нам еду купил… Т-ты куда-то собрался? — спросил он с растерянным видом. — Не уходи! Давай позавтракаем вместе! Чонгук с досадой вздохнул и вновь сделал попытку пройти мимо Тэхёна. Тот снова загородил ему путь. Гук обиженно вскинул на него свои чернющие глаза и тихо сказал: — Пусти! Мне надо идти! Я уезжаю! Не поминай меня лихом! Оставаться здесь я больше не могу! И геем я больше быть не хочу! Тэхён скривил свои губы и больно пихнул его в плечо. Не сдержав своих эмоций, он возмущённо закричал: — Ты… Ты что надумал? Ты… Ты что творишь?! Ты… Зачем это? Ты… Почему это?! Это как понимать? Это же тебе не шутки: сегодня он хочет быть геем, завтра не хочет… Это тебе не в магазин за солью сходить. Так ведь дела не делаются! Да, кому не скажи… Ой, о чём это я вообще …       От возмущения и страха, что Чонгук его сейчас так просто покинет, он почувствовал, как душа его перевернулась и сердце повисло на рёбра. Он стал невпопад что-то бормотать, и из его рта понеслась какая-то ересь. Он так растерялся, что никак не мог собраться с мыслями, что ещё ему надо сказать, чтобы тот не уезжал. Но одно он знал точно — надо во что бы то ни стало убедить Гука не покидать его.       Чонгук не перебивал. Он стоял с опущенной головой и молча слушал. И, только его рука, крепко сжатая в кулак, выдавала его волнение. Когда Тэхён закончил свой нескладный монолог, Гук поднял свои глаза и тихо проговорил: — Прости меня за вчерашний вечер! Я не хотел ввязывать тебя во всё это! Прости, что заставил тебя это сделать! Мне очень стыдно! Наверное, тебе, как натуралу, это всё было противно! Ты очень добр ко мне, Тэхён! Как мне после всего этого здесь оставаться? Понимаю, что и Хёну я предаю сейчас… Но пойми меня правильно. Лучше я уеду, и всё забудется.       Тэхён, в сердцах, кинул еду на стол, отшвырнул от Гука чемодан и крепко его обнял. «Никуда, никуда я тебя не отпущу, чтобы мне этого не стоило!» — подумал он. И, вдруг он почувствовал, как тот доверчиво прильнул к нему и задрожал всем телом. Тэхён нежно погладил его по спине и тихо прошептал ему на ухо: — Так… Так ты из-за этого?! Ну, что ты там себе навыдумывал, маленький! Всё ведь у нас нормально! Ну было и было! — Тэхён положил его голову на своё плечо и пригладил непослушные вихры младшего. — Да понимаю я всё! — всхлипнул Чонгук в его плечо. — Один раз — не пидорас! Но получается, что я стал настоящим геем, если позволил себе это! Да и ты из-за меня им стал… Я втянул тебя, я так виноват, так виноват! Прости, если сможешь… Не выдержав такой трагедии, он вырвался из объятий Тэхёна и кинулся на кровать лицом вниз. Там он уже разрыдался во весь голос. Тэхён так растерялся и чуть не поперхнулся от такой фигни: «Вон оно что! Он считает, что из-за контакта с моей рукой, он стал геем?» К горлу подкатил приступ хохота, и сразу же захотелось заплакать: «Ох, дурачок, ты мой! Какой же ты ещё глупенький!» Но, немного прокашлявшись, он повысил голос и важно возвестил: — Гуки, ну что ты у нас, как маленький?! Послушай меня сейчас очень внимательно! Во-первых, никакой ты не пидорас! Тебе до него, как до Луны, вообще-то! Во-вторых, никакого одного раза не было! Не мечтай! Что было вечером между нами — никаким таким разом не считается! В-третьих, никуда ты меня не втянул — я просто помог тебе снять напряжение, я всё-таки доктор! И, в-четвертых: давай-ка раздевайся, разбери этот чёртов чемодан, и пойдём завтракать! Нас сегодня опять ждут великие дела! Продолжаем гей-спектакль с натуралами в главных ролях!       Чонгук затих. Вероятно, он обдумывал эти слова. Потом неохотно отнял голову от подушки и, с сомнением, посмотрел на Тэхёна. Тот ему подмигнул и кивком головы позвал к столу, где он уже разложил еду. Чонгук перевёл на неё свой взгляд и почувствовал приступ голода. В животе его забурлило. Он вздохнул, вытер наскоро глаза и недоверчиво спросил: — А ты меня, случаем, не дуришь сейчас? Мы что, действительно с тобой не стали после такого, геями?       Тэхён почувствовал, как сейчас разрыдается от умиления. Ему захотелось упасть перед Гуком на колени и целовать его ноги! Внутри него всё разрывалось от нежности. В глазах засверкали бенгальские салюты. От сердца вниз стремительно пронеслась кисельно-зефирная лава, застряла в паху, и начала кипеть стоградусным огнем. В штанах стало узко. «Держите меня семеро, такого захочешь, да не сыщешь больше нигде! — пронеслось в его голове. — И он, только мой!» Подумав об этом, Тэхен счастливо разулыбался глупой улыбкой и приласкал Гука нежным взглядом. Тот вопросительно посмотрел в ответ. Тэхён быстро собрал свою волю в кулак. Главное сейчас не дать слабинку, чтобы малыш не заподозрил его в какой-нибудь лжи. Громко подчёркивая каждое слово, он быстро отчеканил: — Не будь таким лохом, Гуки! Конечно, мы не геи! С какой стати? Это любому козлу ясно, кого не спроси! В душе его опять всё задрожало от смеха. «Да уж, с ним не соскучишься!» Чтобы не спалиться, он отвернулся к окну, и добавил: — Но так как мы всё же с тобой пока фиктивные геи, мы ни у кого спрашивать этого не будем! Тэхён спиной почувствовал, как Чонгук громко выдохнул. Малыш ему поверил! Крупным шагом Ким подошёл к столу и взял со стола лист форматом А4. Он потряс им в воздухе и деловым тоном продолжил: — А сегодня, как нам предписано, мы будем исполнять дальнейшие пункты нашего руководства. Сегодня нам предстоит осуществить следующие два пункта, которые мы будем выполнять в стенах универа. Пункт 7. Ходить вместе в столовку, кормить друг друга у всех на виду. Пункт 8. Ходить вместе в библиотеку, заниматься и помогать друг другу в учёбе. Но! - Тэхён значимо поднял указательный палец вверх, - необходимо не забывать то, чему мы уже научились вчера! Это, как ты помнишь, говорить при всех друг другу разные нежности, ходить держась за руки, носить парную одежду, хвалить друг друга при людях, и всякое такое... Это никто не отменял. Понятно? Чонгук кивнул и произнёс: — Ну библиотека-то, легкотня! А вот в столовке… Как это кормить друг друга? Стрёмно как-то, даже для гейства! Что, мне надо будет всовывать жрачку тебе в рот, что ли? Как маленькому ребёнку? Это они что-то переборщили! Это кто-то очень офигевший, наверное, написал. — Ну ты, ладно, потише тут! — строго осадил его Тэхён. — Мы с тобой в гействе ещё не до конца разобрались, поэтому должны следовать этому руководству беспрекословно! Умные люди, наверное, его составляли. А ну-ка, садись за стол! Открывай рот! Сейчас и потренируемся заодно! Чтобы потом было не стыдно. Ложкой он зачерпнул из контейнера кашу и Чонгук послушно открыл рот. Еда проследовала туда, наверное, слишком быстро. Гук поперхнулся. Он обиженно посмотрел на Тэхёна заслезившимися глазами и закашлялся. Тэхён похлопал его по спине и сказал: — Ну, что ж! Первый блин, так сказать, комом. Но останавливаться мы не имеем права! Садись, сейчас тебя кормить буду! Надо больше тренироваться… — А я в тебя тоже ведь должен совать жратву? Не всё же коту Масленница тебе только надо мной издеваться так? — спросил Чонгук. Когда Тэхён кивнул, он мстительно улыбнулся: Вот ты у меня попляшешь тогда...