Тайный донатер: Любовь за экраном

В идиллии, наконец, спокойствия оставалось одно недоговорённое — ситуация между Лололошкой и Диланом. Потребность в разговоре становилась настоятельной. Ло знал, что нужно собрать смелость и обратиться к брюнету, чтобы разобраться в ситуации игнора. Собравшись с мыслями, Лололошка решил, что именно сейчас — время действовать. Как Шэрон ему говорила, нельзя упускать своего шанса, а потому сразу, как только он повернул голову в сторону стримера, то сразу же произнес. — Дэв… — Да, я знаю. Нам тоже надо поговорить.— Прерывая мысли шатена своим холодным тоном, Дилан поднял взгляд, но не посмотрел на Ло. Как раз этим так же решили и воспользоваться Ричард с Шэрон. Показывая девушке взглядом, что нужно бы уходить, те постепенно начали замедлять шаг, а как только были в расстоянии трех шагов, поспешили тихо и вовсе уйти, оставляя тех двоих наедине. Сквозь замерший пейзаж, где холодный воздух обнимал их, Дилан и Лололошка оставались в неловкой тишине. Зимний вечер окутал город серебристым покрывалом, а единственным звуком, пробуждающим тишину, был хруст снега под их ногами. Каждый шаг казался отголоском их нерешительности, а окружающая их пустота подчеркивала непростую атмосферу. Мимо проносились машины, их фары разрывали полумрак, но даже этот шум не мог разорвать загадочный барьер, окружавший двоих. Лололошка вперил взгляд под ноги, стараясь найти слова, которые, казалось, зависли в холодном воздухе. Он чувствовал, как между ними растет дистанция, неуловимая, но ощутимая, словно снежная пыль, что взмывала в воздух, когда они поднимали ноги. С каждой минутой затишье становилось всё более невыносимым. Взгляды пересекались на долю секунды, а потом опять ускользали, словно искры в морозном воздухе. Они оба знали, что стоит лишь произнести первое слово, чтобы развеять это неловкое молчание. — Прости.. — Всё таки прервал нависшую паузу извинением шатен, заставляя Дэва поднять на того не очень то понимающий происходящее взгляд. — Ты о чем? — Ну как о чем? Видимо я позволил сказать что-то лишнее на стриме или утром… Прости, что хозяйничал на твоей кухне без разрешения — Ло перевел неловкий взгляд на стримера, встречаясь с его взглядом. — Забей на это. — Дилан выдохнул и, выдержав лёгкую паузу, продолжил — Я уезжал по делам и там почти не было интернета, потому не мог нормально отвечать. — Ложь, но для чего? Наверное на этот вопрос брюнет мог ответить лишь тем, что скорее всего эти голубые глаза, что чертовски завораживали каждого, смотрели бы вновь с печалью и тоской, если бы Дэв озвучил, что просто не хотел отвечать. Почему то хотелось чтобы этой неуклюжий донатер смотрел на него без негативных эмоций, без печали в глазах. — Да? Это так чудесно! — Шатен моментально преобразился в лице, радостно улыбаясь, а после понимания, что сказал, сразу же начал оправдываться, вызывая лёгкую улыбку брюнета — Тоесть… Я рад, что ты не обиделся на меня! Но очень сожалею, что тебе пришлось так долго быть без интернета. — Спасибо? — Послышалось от брюнета благодарность вопросом, что заставило шатена замереть, а после тихо рассмеяться. Смех был чистым, резонирующим, словно колокольчики, которые на мгновение разбегались по душе и звуковым волнам. В этом неповторимом звуке было что-то такое, что заставило сердце Дэва замереть, а время вокруг растянуться, как старая тянущаяся тень. Дилан не сразу осознал, что улыбается. Его губы медленно приподнялись, и в глазах зажглось тепло, будто снег, падающий с неба, укрывал землю уютом. Озорной смех Лололошки, словно волны радости, кружил в воздухе, когда Дилан, отвлекаясь от общего веселья, вдруг окликнул его. — Ло блять — с предупреждающим тоном произнес он, чуть сильнее сжимая его руку и притягивая к себе. Мимо проносился велосипедист курьер, и в напряженный момент они обменялись напряженными взглядами, осознавая всю ситуацию — Ты опять невнимателен. — строго произнес Дилан, но смех шатена вновь раздался в воздухе. — Спасибо — Лололошка нежно улыбнулся, а после отвлекся, обращаясь к друзьям, с которыми они гуляли. Оглянувшись вокруг, они заметили, что Шэрон и Ричард, с которыми они были ранее, исчезли из виду. Странное одиночество ощутимо накрыло их, но быстро уступило место решению. — Ну что поделать, пойдем дальше — предложил Дилан, и, не дождавшись ответа, они продолжили прогулку, оставаясь погруженными в собственные мысли и шутки. Шагая рядом, они не заметили, как их руки остались крепко переплетёнными, словно невидимая нить связывала их, создавая уникальную атмосферу близости и доверия среди суеты вокруг.

***

Снежные хлопья, словно пушистые перья, тихо опускаются на землю, окутывая мир в белоснежное облако. Дилан и Лололошка, держась за руки, шагают по городским улицам, где всё сверкает от свежевыпавшего снега. Их смех разносится по морозному воздуху, наполняя пространство радостью, словно мелодия, которая согревает сердца даже в самые холодные дни. Они обмениваются взглядами, обсуждают любые темы — от забавных случайностей из жизни до мечт о будущем, где зимы будут всегда такими же волшебными. Каждое слово, произнесённое Лололошкой, отзывается в Дилане зимним эхом, а шутки брюнета вызывают у шатена сияющую улыбку. Снег продолжает тихо падать, вокруг царит умиротворяющая атмосфера, словно мир замер, позволяя им остаться одним на мгновение. Их руки скованы в крепком захвате, и это единственное тепло согревает их, подобно огню в печи. Они идут вперёд, оставляя за собой следы в свежем снегу, рядышком, как два пламени, которые никогда не должны угаснуть. — Ха-а — Выдыхая и выпуская пар из рта, шатен остановился — Как же всё-таки холодно… Может, сходим за чем-нибудь горячим? — М-м, думаю можно, а после и по домам расходится надо. Не хочу заболеть. — Соглашаясь с предложением донатера, они отправились к ближайшей кофейне. Они шагали по заснеженным улицам, мимо сугробов и уже редко падающих снежинок. Холод пронизывал до костей, и оба мечтали о куске тепла из стаканчиков с горячими напитками. Наконец, перед ними замерцала яркая вывеска кофейни, и Лололошка, с порывом радости, потянулся к двери. Однако он вдруг почувствовал, как его руку нежно, но крепко удерживает Дилан. — А… Дилан, а можешь отпустить? — Смущение на мгновение окутало парней, и Лололошка, чуть улыбнувшись, обратился к другу с просьбой отпустить его руку. Дилан тут же отпустил ладонь, и они вместе вошли внутрь. Теплый воздух потряс их, заставляя хотя бы немного расслабиться. Дилан, все еще краснея, уткнулся в свой шарф, пока Лололошка, словно ничего не произошло, с энтузиазмом перебирал меню, его внимание привлекло любимое какао. Он представлял, как можно повеселится потом с другом за чашкой горячего напитка дома, пока за окном будет идти снег, и лишь глубокий вздох Дилана говорил о его внутреннем смущении, привлекая к себе внимание шатена. — Что будешь брать? — Обратился к стримеру Ло, отходя немного в сторону и давая тому посмотреть на меню. — Капучино. — Быстро пробежавшись глазами по меню, геймер кратко ответил и отступил от шатена. Дилан стоял, не в силах совладать с бурей эмоций, захватившей его сердце. Каждый удар, казалось, отражал тот яркий момент, когда их руки сплелись в неразрывный узел. Эта простая деталь, с которой началась их прогулка, неожиданно оказалась поводом для хаоса в его душе. Он чувствовал, как по телу разливается тепло, смешанное со смущением, но все же старался не выдать себя. Его глаза неуверенно блуждали по лицу спутника, ловя мельчайшие изменения в выражении. Как голубые глаза в изумление расширялись, когда бариста предлагала какие-нибудь сиропы к напиткам или взять выпечку. Как его брови слегка опустились, когда всё-таки девушка уговорила его на какой-нибудь сироп и пришлось выбирать какой. Как он довольный потом, словно гордился собой, что выбрал сироп, стоял и улыбался. Все эти мелкие детали вроде бы были незначительными, но заставляли брюнета не удержаться от улыбки. Когда же их напитки были готовы и они вышли из кофейни, то путь их лежал уже в сторону дома. Ближайшим был дом Лололошки, потому то путь и был выбран до него. Они шагали по заснеженным тротуарам, завернувшись в теплые шарфы и смеясь, как будто не замечали холодного ветра, который пронизывал их одежду. В руках у них были горячие напитки, каждый глоток согревал их, и разговор, который понемногу развивался вокруг грядущего Нового Года, наполнял зимний вечер уютом. — А ты будешь проводить какой-нибудь новогодний стрим? — Спросил Лололошка, его дыхание образовывало небольшие облачка пара, которые стремительно растворялись в морозном воздухе. — Возможно да — Задумчиво произнес Дилан, слегка пожимая плечами. Но вскоре их разговор стал тихим шёпотом, когда они осознали, что дошли до дома Лололошки. Они стояли у подъезда, не замечая, как около него уже собирался снег. Шатен продолжал любоваться паром, который вырывался из его рта, чувствуя, как каждая минута приближает их к концу прогулки. Дилан же в свою очередь любовался Лололошкой, из его уст вырывался пар, размывая очертания снежного дня. В этом мгновении, когда мир вокруг словно замер, он потянулся к щеке шатена, стремясь погладить её и выразить большее, чем могли бы сказать слова. Однако, встретившись с тёплым взглядом, он вдруг ощутил, как сердце ёкнуло, и просто аккуратно потрепал его по волосам, словно прощаясь с чем-то сокровенным. Атмосфера вокруг них была наполнена радостью и уютом; сквозь заснеженный день не пробивался ни один звук, и они, казалось, летели в своём мгновении, не замечая ни прошедшего времени, ни мира за пределами этого маленького счастья. Однако из окна на них смотрел Джон. Его взгляд был холоден, как зимний ветер, и он наблюдал за ними, словно жажда понимания требовала ответа. Дилан, не замечая его, направился домой, оставляя за собой Лололошку, который, наконец, исчез в подъезде, наполняя воздух лёгким оттенком печали. Джон остался у окна, сердце его сжималось от чувства одиночества. Он видел, как Дилан и Лололошка делили момент тепла, а внутри него разгоралось чувство недоверия, что его младший брат проводил время с каким-то парнем. «Как я могу защитить его от этого Дилана? Та так, чтобы Ло не узнал об этом, как в прошлый раз…» — думал Джон, ощутив волны недоверия к новому другу брата. Лололошка всегда доверял ему, делясь своими радостями и печалями, а теперь, казалось, был завлечён в мир, где его чувства не ценились. Лололошка, который всегда сиял радостью, теперь возвращался домой с мрачным лицом, тайными переживаниями и слезами на краю глаз. Все эти почти две недели он наблюдал, как грусть медленно поглощала младшего делая его тень унылого создания, под которым скрывалась прежняя искренность. Это состояние голубоглазого не оставалось в стороне, только в этот раз руки Джона связаны. Так же, как в прошлый раз, действовать он не может — это привело к уходу Лололошки из дома почти на четыре месяца. Беспокоило старшего то, что младший уж слишком привязался к этому маленькому стримеру, что усложняло ситуацию. Скрип двери пробудил Джона от раздумий. Он быстро вышел на встречу брату, встречаясь с радостными глазками младшего и розовыми щеками, то ли от холода, то ли от того, что он услышал у подъезда от брюнета.

Продолжение следует…