Серебряной пулей

Даже такая привычная утренняя рутина, как сборы на работу, теперь казалась какой-то неправильной. Неполноценной, тяжёлой, непонятной. Накахара не был в этой квартире чуть меньше недели, но даже так пытался скинуть все тревоги на этот факт, а не на то, что теперь за его стеной жил вампир с невообразимо острым слухом, о тонкостях которого Накахаре ещё предстояло узнать. Кое-как впихнув в себя завтрак и одевшись, он ещё несколько секунд копошился в прихожей, собирая нужные документы и готовясь к операции. Сегодняшней его целью было только зачистить квартиру, в которой по подозрениям скрывалась нечисть. Не такой редкий случай – жить по закону, будучи не человеком у них редко получалось, а потому собственного жилья, а зачастую даже документов у них не водилось. Поэтому последние несколько лет участились случаи, когда нечисть, путем угроз или вовсе убийств, осваивалась в чужой квартире, что со временем приводило к тому, что в таких "убежищах" получатся целый притон из нечисти, питающейся за чужой счёт. И конечно, когда это достигало определённой точки, соседи начинали подозревать неладное и тогда за них брались уже охотники. Накахара не обменялся с Дазаем и словом о предстоящей миссии, так что оставалось только гадать, что и где он планирует делать, хотя он больше надеялся, что сегодня его оставят в покое. Мечты об этом разрушились, стоило дверному замку тихо щёлкнуть. Накахара вышел из квартиры, боковым зрением замечая, что соседняя дверь распахнулась одновременно с его собственной и из-за неё выглянул Осаму. – Доброе утро! – Ты что, меня караулил? – Без особого энтузиазма пробубнил Накахара, запирая квартиру и направляясь по коридору к лестнице. – Нет, просто подумал, что раз я ничего не знаю, буду просто делать то же, что и ты, – пожал плечами Дазай, отставая ровно на два шага от Чуи, чьё настроение тут же упало. – Ну уж нет. Сегодня твоя задача – не мешать мне и только попробуй что-нибудь выкинуть! – Бросил Накахара, уже садясь на мотоцикл и даже не удосуживая Дазая взглядом. – Ох, даже не предложишь прокатиться вместе с тобой? А что мне делать, если тебе будет угрожать опасность? – Проворковал Дазай, пытаясь заглянуть в чужие глаза, но Чуя уже завёл мотор и сорвался с места, игнорируя чужие слова. Он планировал хорошенько обдумать, как лучше себя вести на задании рядом с этим чудовищем, как было бы проще общаться, чтобы избегать хотя бы каких-то колкостей, но в итоге все пошло на самотёк и Накахара просто надеялся, что чужое присутствие не сильно повлияет на работу, планируя взвалить всю миссию на себя и на отряд рядовых солдат. Рёв мотора и рваный ветер, бьющий в лицо, пока мотоцикл несся по полупустым дорогам города хоть и немного, но смог отрезвить, ровно до тех пор, пока боковым зрением, Накахара не уловил непривычное движение. Здания и люди, машины и деревья сменяли друг друга, смешиваясь в сплошную массу, но не различить Дазая, который нёсся наравне с мотоциклом по другую сторону улицы было сложно. Он огибал все препятствия, при этом даже не отводя взгляда от Накахары и казалось, даже не особо торопясь, пока Чуя нессяя уже со скоростью под двести километров в час, что даже для полупустой городской улицы было перебором. Дрожь ярости на кончиках пальцев сливалась с вибрациями мотоцикла, разгоняя адреналин по венам. До ужаса глупая игра, ведь Чуя не мог знать максимальной скорости Дазая, но она заставляла сильнее выкрутить газ, вылетая на трассу и теперь устремляя взгляд только перед собой и маниврируя между одинокими машинами. Но даже не поднимая взгляда на Осаму, Чуя будто физически ощущал его присутствие где-то за спиной. Игнорирование казалось наиболее правильным решением, но далеко не самым простым, потому как, стоило Чуе заглушить мотор и начать снимать шлем, его спутник уже оказался в паре метров от него, нарочито потягиваясь. – Мне конечно не жалко, но тебе не кажется что довольно жестоко оставлять своих подчинённых в таком положении... – Пробормотал Дазай, показательно поджимая губы и выгибая бровь. – Отправь запрос мафии, может тебе выделят транспорт, – сухо бросил Накахара, оставляя мотоцикл и направляясь к грузовым машинам, из которых уже вышли солдаты и при виде него, выпрямились, отдавая честь. Чуя сдержанно поднял руку, направляясь к командирам отрядов. – Человек пять пойдут сразу со мной, убедитесь, что они хорошо ориентируются в планировке квартиры. Четверых оставьте у входа в квартиру, пусть будут готовы присоединиться, и ещё столько же у входа в подъезд, только пусть поснимают пушки, не хватало лишнего внимания... Для Накахары такая обстановка была почти родной – пара чертежей со схемой квартиры и дома, фотографии подозреваемых и несколько пар внимательных глаз, впитывающих каждое его слово. Никаких эмоций и вспышек необдуманных действий, только расчёт и полный контроль над ситуацией, утяжелённые грузом ответственности, даже приятно давящей на беснующиеся мысли. – Остальные пусть держат улицу, но опять же без пушек... – Чуя-я-я... – Назойливо протянул Дазай. – По три у внутренних входов во двор и еще пятерых снаружи, но там нужно ещё больше осторожности, – Продолжал свой монолог Накахара, ососредоточенно водя пальцем по документам. – Я как же я? – Информация была о демонах и вероятнее всего сильно сытых, но если они там давно, то стоит ждать и неприятных сюрпризов, так что будьте на чеку, – Чуя даже не поднимая взгляда почувствовал, как его коллеги начинали нервничать, не зная как себя вести, пока Дазай продолжал вертеться и выглядывать из-за его спины. – Эй, это вообще-то моя первая операция, мне нужны подробные инструкции, – тараторил Осаму, в очередной раз заглядывая через плечо и теперь опуская на нее свою ладонь, надеясь рассмотреть получше. В этот момент рефлексы Чуи сработали как надо и резко развернувшись он перехватил чужое запястье, отстраняя его от себя. Дазай, казалось, был ни чуть не удивлён, напротив даже был рад подобному проявлению внимания. – Не прикасайся ко мне, – процедил Накахара, сильнее сжимая костлявую ледяную руку под тонким слоем бинтов, которая на первый взгляд казалась ужасно хрупкой. Даже понимая, что это не принесёт Дазаю никаких неудобств, но отчаянно пытаясь вместить свою злобу, он впился пальцами в тонкую ткань, наклоняясь к самому его лицу и еле слышно бормоча. – У тебя особая миссия, ты не приближаешься ко мне ближе чем на два метра, не делаешь ничего безобиднее сдувания пылинок и желательно не появляешься в поле моего зрения до конца зачистки, – Накахара цедил так, что остальные члены команды вряд ли услышали что-то кроме злобного шипения и наклонился ближе к чужому лицу, тут же проваливаясь в черноту взгляда Осаму, который как завораженный даже не предпринимал попыток сдвинуться с места или отвернуться. – И, на тот случай если ты даже не открывал кодекс, напоминаю, что перебивать меня в присутствии подчинённых тоже неприемлемо. А теперь будь так добр, не мешать мне выполнять свою работу, – Чуя наконец отпустил руку, рывком откидывая ее в сторону, в одно движение развернулся и направился в сторону дома. – Но ведь меня одного тебе могло бы хватить вместо всего этого отряда, – пожал плечами Дазай. Его лицо и интонация теперь, казалось, не выражают никаких эмоций, но это не внушало никакого доверия. – К чему так сопротивляться, если проблему можно решить куда быстрее... – Эти слова прозвучали уже в спину Накахаре, скрывающемуся за подъездной дверью и только теперь уголок губ Дазая слегка дрогнули.

***

К удивлению Чуи, Дазай действительно не проследовал за ним, а остался снаружи и можно было только надеяться на то, что он будет в достаточном настроении, чтобы не сорвать всю операцию. Уже через несколько минут Накахара стоял в полной боевой готовности перед нужной дверью. Грохот дерева, пыльные щепки, и его отряд врывается в квартиру под оглушающий крик нечисти. Их встречает гостиная, где прямо на диване бесчувственно лежит девушка – предполагаемая хозяйка квартиры по документам, а прямо над ней нависает вампир, стирающий с губ свежую кровь. Неожиданное зрелище, учитывая что Чуя рассчитывал только на демонов, но это не заставило и мускула на его лице дрогнуть. Именно в него прилетает первая серебряная пуля Накахары, наполненная всей его ненавистью и отвращением к их роду и с этим выстрелом, чеку срывает и у самого Чуи. Дальше он рвёт и мечет, почти на одних только инстинктах. Квартира оказалась больше чем рассчитывали изначально и оказалось что стена между ней и соседней снесена, а потому и нечисти, кишащей в этом притоне было на порядок больше, чем прикидывали изначально. Чуя напрягся, отдавая приказ приготовиться солдатам на первых этажах, уворачиваясь от очередного демона и выпуская в него пару пуль. Адреналин нёсся по его венам, подогревая ненависть и рвение, смешанные со слепым стремлением закончить миссию. Дыхание сбилось, впуская в лёгкие все больше пыли и запахов крови и грязи, творившейся в этом месте, но даже так мысли Накахары наконец обретали желанное спокойствие и упорядоченность. Именно здесь, в хаосе и главном кошмаре любого гражданского, когда горло першит от вони нечисти, а перед глазами месиво из трупов, его разум становится чист. Имея конкретную цель и зная конкретные средства, он даже не задумывался о своих действиях, истребляя нечисть одну за другой, только краем сознания контролируя остальных солдат. Однако уже скоро ему пришлось напрячься, потому что масштаб операции и правда принял новые обороты. До Чуи доносился хруст рвущейся плоти и крик одного из солдат, в то время как прямо перед ним, несколько тварей сбегали через окно и Накахара сильнее сжал челюсти, выпуская новую партию патронов, настигающих свои цели. Только когда все стихло, Накахара смог выдохнуть. Это было подобно смене личности, все в нем, от взгляда до повадок, от мыслей до реакций постепенно превращалось из бесноватой массы инстинктов, расцветающей в пылу истребления, к человеческим очертаниям. Реальность все ещё продолжала восстанавливаться, когда Накахара уже вышел из дома и направился к машинам. Дазай, казалось, стоял почти там же, где его и оставил Чуя и только поднял голову, расплываясь в улыбке и отталкиваясь от машины, на которую опирался все это время. Накахара планировал ещё раз обойти окрестности и проверить, все ли осталось спокойно, но окидывая взглядом своих расслабившихся солдат, слишком утомившихся и выбившихся из сил после неожиданно тяжёлой миссии, он решился провести обход в одиночку. И только немного поразмыслив, кивнул Дазаю в сторону улицы. Его спокойствие и послушность не давали покоя и оставлять его и дальше в компании разоруженных и валящихся с ног коллег, ещё и учитывая подвешенный язык Осаму, Накахара теперь хотел меньше всего. – Мне не показалось? – Негромко поинтересовался Дазай, уже следуя за Чуей, сложив руки в карманы и только оборачиваясь на отдаляющиеся машины. – Нет, со мной пойдёшь, – без особого энтузиазма буркнул Накахара, неторопливо идя по улице и окидывая внимательным взглядом каждый переулок. Ещё несколько минут они провели в тишине, которая непривычно давила на Накахару, который без вечного словесного потока Дазая, почти не мог определить его местонахождение у себя за спиной, настроения, а значит и предугадать действий, что заставляло держаться в напряжении все то время, пока они шли, потому что в отличие от своих шагов, то, как ступал Осаму было не слышно вовсе. – Дазай? – Окликнул Чуя, не поворачивая головы и вздрагивая, когда чужой голос прозвучал всего в полуметре от его уха. – Да? – Ты правда простоял всю миссию на одном месте? – Сейчас, когда напарник казался особенно спокойным, получить правдивые ответы казалось наиболее реальным. – Нет конечно, – Как само собой разумеющееся пожал плечами Дазай, – я, как вы это называете, "патрулировал" окрестности, потому что вы своим шумом распугали так много нечисти, что если бы не я, вы бы потеряли половину из тех, что сбежали через окна. Чуя слышал, как самодовольная улыбка расплывается на лице названого напарника, в то время как его лицо медленно бледнело. – Что ты, блять, делал? – Воскликнул Накахара, рывком разворачиваясь к Дазаю и почти сталкиваясь с ним лицом к лицу. – Тебе было запрещено предпринимать какие-либо действия, тем более уничтожать нечисть! Какого черта я узнаю только сейчас, что ты вмешался в ход операции? – Взорвался Чуя окончательно, сжимая пальцы в кулаки и чувствуя как от злости его начинает потряхивать, а с губ продолжали сыпаться ругательства. Конечно Накахара не рассчитывал, что отдав приказ, избавит себя от всех проблем и покидать точку Дазаю не было запрещено, но стоило только представить, что он без надзора Чуи, так вмешался, и кровь закипала от раздражения. Осаму же продолжал оставаться безмятежным, и лишь слегка приподняв брови, он дождался передышки в монологе Чуи, только теперь начиная говорить. – Откуда в тебе столько подозрений в мой адрес? Я могу начать и обижаться... – Начал Дазай, отчего Накахара еле сдерживал себя от порыва, впечатать его лицо в стенку. Сейчас самым опрометчивым казался тот факт, что он действительно позволил себе расслабиться и действительно подумал, что Дазай мог бы не приносить проблем хотя бы какое то время и это чувство безнадежности почти разрывало его изнутри, что по-видимому стало слишком очевидно. Осаму выдохнул, расслабляя лицо и будто правда не планируя больше раздражать напарника, уже спокойнее продолжил. – Я никого не трогал, я буквально патрулировал и того, что я рядом достаточно, чтобы нечисть даже не думала о побеге... – Пожал плечами Дазай, делая небольшой шаг в сторону и собираясь продолжить путь по полупустым улицам под непонимающим и растерянным взглядом Чуи. – Неужели ты забыл что я сильнейший из вампиров, занимающийся истреблением себе подобных? Думаешь хоть кто-то из нечисти добровольно приблизится ко мне? – Дазая, казалось это действительно веселило и он обернулся на Накахару к которому медленно начинало приходить осознание. Он рывком поднял голову, окидывая взглядом улицы. Последние несколько минут ему было удивительно, что он не встретил ни одной полуживой нечисти, чтобы подчистить за собой следы, но теперь казалось очевидным, что из-за Дазая, даже если тут кто и был, то точно сбежали ещё дальше и теперь их будет не найти. Для слабых тварей, вроде тех, что кишели по забытым богом местах, Осаму был чем то вроде однополярного магнита, отталкивающего своим присутствием любого, в то время как целью Чуи изначально было именно встретиться и добить беглецов. Он тяжело вздохнул, запуская пальцы в волосы и поправив шляпу двинулся обратно. На его плечи будто снова опустили недельную усталость и теперь ему все больше хотелось вернуться домой или прописать Дазаю где-нибудь между глаз. Осаму было предпринял попытку продолжить расспросы, опуская ладонь на плечо Накахары, но был быстро прерван резким ударом по ладони и напоминанием о запрете на прикосновения. – Да ладно, миссия окончена, а значит запреты которые ты в ней накладывал тоже, – попытался оправдать себя Дазай, пожимая плечами и продолжая улыбаться, но Чуя не разделял его энтузиазма. – Да плевать, просто не прикасайся ко мне, идиот, – пробубнил Накахара. Его напрягал тот факт, что это задание действительно было сложнее обычного и что если бы не Дазай, они бы потерпели хоть и частичную, но неудачу. Но мафия, ставившая теперь на кон силу сильнейшего исполнителя в паре с вампиром не планировала ослаблять накал. Напротив, вместо одного-двух поручений, теперь за неделю на голову Накахары могло свалиться до четырёх миссий и после каждой силы оставались только на то, чтобы дойти до дома и свалиться в постель. Но Осаму все ещё было запрещено как либо участвовать в операциях. Накахара, привыкший работать в одиночку или с небольшим отрядом рядовых, оставался принципиальным. Он следил за каждым шагом Дазая, не позволяя даже немного самодеятельности. Это заставляло его быть в напряжении каждую секунду своей жизни. Чуя все время держал вампира в зоне видимости, начиная нервничать даже когда тот ненадолго пропадал, и даже несмотря на то, что Накахара отдавал себе отчёт в том, что это лишь мнимый контроль, его сердце делало лишний удар, когда кто-то из его солдат оказывался ранен или заводил разговор с его кровожадным напарником. Дазай был его грузом на сердце. Тяжёлой ношей в каждой из миссий, следующей за ним по пятам, но никогда не совершая собственных действий и даже не оспаривая приказов, но от этого было не легче. К концу второй недели такой жизни все нутро Накахары уже бесновалось от необходимости разрядки. Его колотило изнутри от желания сбросить с себя груз ответственности за чужие жизни, перестать оглядываться от каждого шороха и хотя бы ненадолго почувствовать себя снова собой, а не надзирателем миловидного монстра. Накахара приблизился к окну, распахивая его и впуская свежий ночной воздух, надеясь хотя бы немного развеять духоту мыслей. На балкон он теперь выходил редко и даже курил в основном во время миссий или высыпая пепел прямо через окно, потому что балкон Дазая находился всего в каком-то полуметре от его собственного. И стоило ему об этом узнать, как каждая попытка проветриться стала сопровождаться надоедливым лицом вампира, который по несчастной случайности, тоже появлялся за пределами квартиры. Но даже открытое окно сейчас не давало желанного покоя. Открыв папку с начатыми и заброшенными делами, Накахара быстро пролистал несколько страниц, хотя уже знал что выберет. Это должно было стать его отдушиной. Его опасной игрой, которая поможет вылезти из круговорота аморфных дел. Даже если сил сейчас было не так много, развеяться и утолить свое реальное желание истребления казалось идеальным вариантом. Пульс привычно подскочил от предвкушения, когда на глаза попалось дело о целом логове нечисти в трущобах Йокогамы. На лице расплылась бесноватая улыбка когда Накахара заправлял магазин пистолета и поднял взгляд на полную луну, просвечивающую сквозь шторы и в этот момент ему стало окончательно плевать на приказы и распоряжения.