Что снится моему милому?

Скарамучча который раз видел это зеркало. Он понимал, что находится не в реальности, но тело не слушалось, словно он был парализован. Сейчас он смотрел на себя в нём. Всё идентично и эта ситуация происходила не раз. Его отражение начинает улыбаться. Уголки губ так и тянулись к ушам, что казалось его рот порвётся. Мурашки по спине не унимались. Сейчас он не улыбался, но смотрел на эту жуткую гримасу напротив. Он бы хотел уйти, разбить это зеркало, но руки не поднимались, как и взгляд не мог оторваться, словно его что-то приковало туда. Поначалу кажется, что отражение неподвижно и это обнадёживает. Скарамучча каждый раз на это ведётся, пока не замечает тянущиеся руки к нему, что проходят сквозь зеркальную гладь. Дыхание замирает, а сердце ухает в пятки, когда эти бледные руки дотрагиваются до твоих щёк. Ласково, совсем невесомо, чтобы потом сомкнуться кольцом на твоей шее. Его клон рычит и начинает душить его с тем же оскалом. А Скар всё так же парализован, пытаясь вдохнуть ещё немного воздуха. А глаза напротив совсем стали чужими. Такие же, но столько тьмы Скарамучча до этого момента не видел. Просыпается он в холодном поту, задыхаясь. Его партнер сбоку тоже просыпается, помогая прийти в себя. – Скара…. Ты как? Можешь дышать? Воды? Может скорую? – усталые и обеспокоенные глаза первое, что встречает Скарамучча после пробуждения. Смотря на них, он понимает, что проснулся и может перестать бороться за жизнь, ведь он дома. Кадзуха держит его за плечи, поглаживая, пока Скарамучча пытается отдышаться. Это уже не первый раз. И с каждой ночью сон повторяется. Иногда Скарамучча видит влажный сон с его же участием, словно спал бы со своим близнецом. А потом его начинают душить с улыбкой, которая с каждым сном становилась всё шире, а хватка на глотке всё крепче. Он уже не знал куда обращаться, ведь психотерапевты не помогали, терапии, релаксации, медитации. Ему казалось, что он всё перепробовал, даже в церковь ходил, хоть и не верующий. А может поэтому ему и снится это, ведь он не верит в бога? Но зачем верить в бога, если он не может помочь такому обречённому парню, как он? Кадзуха уже поглядывал на медиумов, хоть и утверждал, что это чепуха и соваться в это не надо. Но сколько они врачей не прошли, все говорили, что Скар в порядке. Но он не был. Нормальный человек задыхается по утрам? У него бывают после сна признаки душения? Каэдехара готов был поклясться, что на секунду в пробуждении несколько раз видел следы пальцев на шее его любимого. Скарамучче не хотел говорить, заверяя, что всё это сон. Только вот было чувство, словно он сам себя успокаивает такими словами. Решив всё же попробовать узнать что это было, Кадзуха пришёл к месту работы медиума. Тот называл себя “Тарталья”. Его анкета выглядела менее шарлатанской на взгляд альбиноса, но верить и доверять было ещё рано. Открыл двери ему высокий парень с рыжими волосами. Одет тот был довольно просто и был весь заспанным. Поначалу светловолосый хотел даже уйти как можно скорее и больше не соваться на такие сомнительные объявления. Только вот незнакомец словно знал о чём тот думает. – Слушай, у твоего парня мало времени. – Что?... – Ты долго собирался, время почти истекло. Меня Чайльд зовут, если вообще интересно. Каэдехара отступил назад, хмурясь. Да что с этим ненормальным не так? Он следил за ними? – Слушай, я тебя здесь не держу, так что… – Чайльд зевнул, прерываясь. Тем временем парень успевает осмотреть что находится за спиной называемого медиума. То, что у него окна до сих пор зашторены смущало. Он точно медиум, а не шарлатан, который разводит бабок на бабки? – Можешь уходить когда захочешь. Плата небольшая, но после того, как мы проведем полноценный сеанс. Условие то, что ты мне поверишь, окей? – сонно сказал тот, переходя сразу к делу. Видимо, за пройденное время медиум успел устать от всех формальностей. Ему даже всё равно было стоит ли он сейчас перед клиентом в пижаме или нет. Потрясающая наглость. Как бы Кадзухе это не нравилось, он хотел бы просто отогнать от Скарамуччи прилипчивый плохой сон. Кивнув, парень последовал за рыжим в квартиру. Порядок с внешним видом владельца никак не сочетался. Но шторы открывать Чайльд так и не планировал. Они сели при слабом освещении свечки за маленький стол. Тарталья сразу же взял руки Каэдехары в свои, сжимая и прикрывая глаза. Тот сосредоточенно замер, словно пытался что-то найти в своей голове. Кадзуха перестал дышать на какое-то время. Может его и правда просто-напросто надувают? – Я не… – Тшшш, – шикнул на него медиум. Этого было достаточно, чтобы наступила тишина. Светловолосый сжал губы от того, насколько же он чувствовал себя некомфортно. – Твой любимый в опасности. Кто-то преследует его. Как две капли воды. У него были братья? – Нет, он в семье один рос…. – Значит, возможно, какая-то потусторонняя сущность, что хочет отомстить. Но я ощущаю родственную связь. И нечто потихоньку высасывает жизненные силы из настоящего. Ещё несколько ночей и уже нечего будет высасывать. Каэдехара отстранился от рыжего обманщика, убрав свои руки от него. То, что он говорил про брата у Скарамуччи вводило в ступор и заставляло поверить, что тот сумасшедший, которого волнуют только деньги за “псевдосеанс”. Быстро забрав свои вещи и обувшись, Кадзуха покинул квартиру под ленный взгляд Тартальи. Рыжик лишь вздохнул, всё же с убеждением у него были проблемы. Только вот мало кто думал, что вернётся к нему через некоторое время.

***

Каэдехара был свидетелем, как Скарамучча становилось всё хуже и хуже. Тот даже взял больничный, чтобы прийти в себя. Его постоянно мутило и лихорадило, помимо тех странных кошмаров. Кадзухе даже казалось, что его милый становится с каждым днём худее. Милые щечки стали впалыми, синяки под глазами становились всё больше, а в глазах потухал когда-то бывший там огонёк. – Муша…у тебя был брат? Скарамучча посмотрел на него, как на сумасшедшего. Ведь он ясно ему рассказывал, что рос один в детстве. Да и сам Каэдехара стал в последнее время каким-то странным. Ссориться сил не было, поэтому тот просто отвернулся к стене и через несколько минут уже опять спал. Кадзуха хотел разбудить его, хоть уже и понял ответ. Сердце разрывалось при таком виде любимого человека. Было невыносимо смотреть, как он мучается. Всё же мысль с братом Скары не оставляла его в покое. И то, что это нечто изводит его семью. Втихую забрав телефон темноволосого, тот нашёл контакт его матери. Уединившись, тот и совершил звонок.

***

– Прости…ты был прав. У него раньше был брат-близнец. Но из-за какого-то инцидента тот не выжил и, кажется, в этом замешан настоящий Скара. Мне подробностей не рассказывали, но Скарамучча забыл об этом. Он даже не знал, что у него был брат, всё это от него тщательно скрывалось. Чайльд внимательно слушал, обдумывая каждую фразу. И то, как мрачнело его лицо только добавляло беспокойства. – Из-за близкой связи с близнецом нам будет очень трудно отогнать нечисть, что пользуется внешностью твоего парня. Сделал тот заключение, покрутив серёжку в руке. – Но это ведь не невозможно? – резко вклинился Кадзуха, подобрав правильные слова. – А кто-то говорил, что не верит мне. – Я не говорил. – Зато подумал, – парировал Чайльд, задумавшись. – Есть один способ. Взгляд Кадзухи тут же уставился на человека напротив. Тут и понимать ничего не надо, он просто хотел избавиться от паразита в теле Скарамуччи. Тарталья вздохнул, почесав затылок, ему словно не нравилась эта идея. – Нужен человек, который ближе всего к Скарамучче. Кого он знает как свои пять пальцев. Если такой есть, то он должен войти в его сон и прогнать этого демона. Каэдехара воспрял духом. Звучало всё не так сложно. – Есть одно “но”. Я не знаю ранг этого демона, поэтому и не знаю насколько это опасно. Ты принёс его вещь? Светловолосый кивнул, положив на стол украшение-колокольчик. Рука медиума тут же накрыла его, огладив. Застоялась тишина, пока он копался в памяти этой вещицы, а затем какая-то странная тень проскользнула в глазах Чайльда. – Сегодня и завтра последние дни, когда ты можешь изгнать его. Я не вижу демона, хоть и чувствую. Часы медленно шагали, пока рыжеволосый говорил это, но для Кадзухи казалось, что каждая минута сейчас на счету, ведь тикающие звуки отдавали болью в голове. Взяв старые ржавые ножницы, Тарталья всучил их клиенту. – Положи ножницы под подушку перед сном. Когда найдёшь близнеца Скарамуччи во сне, не дай ему дотронуться до тебя и вонзи эти ножницы ему прямо в сердце. Каэдехара словно был в прострации, он даже не представлял как это будет и как вообще можно вонзить кому-то в сердце ножницы. Тем более, если этот кто-то похож на твоего любимого. – Никаких исключений. Не допусти, чтобы эти ножницы попали в руки демона, понял? Постаравшись расслабиться, Кадзу нервно кивнул. – Может вы видите исход этой миссии? – осторожно спросил юноша, ерзая в кресле. – Хм-м, дай подумать, – Чайльд принял сосредоточенный вид. Напряжение повисло между ними, словно выражение лица Чайльда не предсказывало ничего хорошего. Но в последнюю секунду он не смог сдержать смешок. – Ты сдохнешь послезавтра, – голосом из мема сказанул Тарталья и от разочарованного лица Каждехары только громче стал смеяться. – Ладно-ладно, ахах, прости. Надо же как-то обстановку разрядить. На это Кадзуха ничего не сказал, взяв ножницы, поблагодарив и направившись к выходу. Вслед ему Тарталья напоминал все правила, при которых нужно осуществить “изгнание”. Но как только клиент скрылся из виду в подъезде, Чайльд обеспокоенно сжал ручку двери, закрываясь.

***

Каэдехара старался не показывать своего волнения. Только вот Скарамуччу было не обмануть даже когда тот сам валялся в кровати без сил. Бледная кожа была похожа на фарфор и лишь темные круги под глазами давали сильный контраст. Скар бы и вовсе не спал, чтобы больше не видеть кошмаров, но организм уже кричал, что ему нужно отоспаться недельки две так точно. Расспрашивать Кадзуху тоже сил не было, он выпытает у него всё завтра. Глаза предательски закрывались под теплый свет ночника, когда Каэдехара тоже готовился ко сну. Тем временем светловолосый убедился, что его милый точно спит и положил ножницы себе под подушку. Заснуть сразу не получилось из-за постоянных мыслей о завтрашнем дне, о миссии и о Скарамучче. Сможет ли он спасти его? Пока мысли пожирали его, веки медленно опускались, заклиная его заснуть. Поначалу была пустота, словно ритуал не сработал, но Кадзуха будто ощутил толчок. Приземлился он на что-то мягкое. Кровать? Кто-то оседлал его, целуя так, что звёзды появлялись перед глазами. Знакомые, но ледяные руки бродили по его телу, снимая ночную рубашку. Открыв глаза, Каэдехара замер. То был Скарамучча. Но какой-то другой. Ещё более бледный и синюшный, словно утопленник. Неестественная улыбка была похожа на гримасу, что заставляла замереть в ужасе. Оскал искривлял с каждой секундой всё лицо, когда демон понял, что посторонний ворвался в сон его жертвы. Тут Кадзуха вспомнил про ножницы. Точно, ножницы. Черт, где они?! При нём их не было, когда когтистые пальцы начали душить его. Руки светловолосого не слушались, пытаясь найти ножницы и одновременно ослабить хоть как-то хватку этой жути. Кадзу не понимал то ли у него перед глазами всё плывёт, то ли лицо этого монстра стало перемешиваться. Послышались первые хрипы. Каэдехара задыхался, бледнея с каждой секундой. Рука нещадно бродила по кровати в поисках ножниц. На остатках сознания Каэдехара залез той рукой под подушку, наконец уколовшись об острие. Взяв их, Кадзу взмахнул ими в воздухе. Нечто зашипело, когда ножницы полоснули по рукам. В глазах потемнело, а сознание начало улетучиваться. Ещё немного…

***

Скарамучча проснулся весьма бодрый, чем за все последние дни. Наконец кошмары ему не снились. Сев и сонно моргнув, тот так и сидел, наслаждаясь своим состоянием удовлетворённости. Таким отдохнувшим он себя ещё давно не чувствовал. Идея пришла внезапно. Нужно сказать Кадзу. Но, повернувшись, глаза Муччи так и застыли на нём в ужасе. Такой же прекрасный, но одна деталь не могла уложиться у юноши в голове. Каким образом и кто вонзил старые ножницы в его шею. Внезапный шорох сзади заставил замереть. Холод прошёлся по спине, когда чужие руки дотронулись до его лица. Кто-то стоял сзади. – Что вам нужно… Но было слышно лишь тихое рычание. Глаза мельком видели, как какая-то чёрная дымка исходила из этих чёрных пальц на его лице. Рывок и послышался хруст.

***

Тарталья сидел на диване, скучая смотрел новости. Но одна фраза и всё его внимание тут же полегло на коробку. “...при странных обстоятельствах были обнаружены два тела. У первого погибшего в шее были обнаружены ножницы . Следов насилия и сопротивления не обнаружено. Второму свернули шею, но следов насилия опять же не было обнаружено. Сейчас следствием занимается…” Чайльд не дослушал, резко выключив телек. Мурашки пробежали по коже, а интуиция кричала, что пора бежать. Внезапное тихое рычание сзади и руки, что огладили его щёки разогнали все мысли. Тарталья перестал дышать. Он медленно запрокинул голову, захотев глянуть хоть одним глазком. То, что было за ним теперь на свободе и оно было разгневано. В тишине квартиры раздался хруст.