Заставь меня плакать.

***

Прошло довольно много времени с тех пор как Леви присоединился к Развед корпусу. Однако он все ещё не мог забыть то мгновение, когда увидел  Изабель мёртвой и застал смерть Фарлана.. Как же сильно он корил себя за то, что сделал неправильный выбор, за то, что оставил их,  дабы выполнить порученную миссию. Та ужасная картина часто снилась ему, стоило лишь закрыть глаза. В груди до сих пор все сжималось от боли, но слёз нет. Уже давно нет.. Казалось, словно в тот миг рухнул весь мир, исчезли все краски и эмоции. Не осталось ничего, кроме боли, скорби и сожалений. Но все же, сквозь ту бурю грозовых туч, пробился небольшой лучик света - Эрвин Смит. Единственный проблеск в этой сгущающей тьме, за который Аккерман ухватился, но до последнего думая: правильный ли это выбор? Однако, он решил следовать за ним,  решил довериться ему. Эрвин Смит - Главнокомандующий взвода охотников. Высокий, статный, серьёзный, сообразительный и довольно проницательный мужчина. Конечно, нельзя не упомянуть о том, что главнокомандующим он стал спустя год после той экспедиции, в которой и случилась  трагедия для омеги.

***

Жизнь в разведке сильно отличалась от той, что была у него в Подземном городе, но некоторые вещи все же оставались неизменными и могли меняется лишь с течением времени. По началу, ещё с того самого момента, когда с ним были Фарлан и Изабель, никто их не взлюбил и не жаловал, все смотрели с высока, но вместе с тем многие знали, какими физическими способностями обладает Леви, и что лучше с ним в драку не лезть, если жизнь дорога. По этой же причине никто и не мог ничего сказать этой тройке, да и ему самому что-либо прямо в лицо. Лишь осуждали за  спиной. Можно солгать, если сказать, что омега ничего не слышал. Нет, он слышал, абсолютно все, что говорили и про него, и про его друзей. Даже после их смерти разговоры не прекратились. Наоборот, об этом стали обсуждать ещё чаще, и самый главный вопрос, который встревал в данном разговоре - вопрос о доверии. Можно ли доверять бывшему бандиту из Подземного города? Стоило ли вообще брать его в разведку или давать возможность выбраться из тех трущоб? Леви игнорировал их, не обращал внимания. Да и ему в принципе было не до этих разговоров.  Все эти сплетни и слухи продолжались до тех пор, пока Эрвин не предпринял меры. Лишь после этого всё стихло, хоть и не надолго.

***

Так и проходил день за днём. Тренировки, экспедиции, отчёты. Время пролетало очень незаметно. Дни сменялись неделями, недели месяцами, а месяцы годами. Год, затем два, три..  Обсуждения со стороны солдат не прекратились, но сменились. Если раньше их волновал вопрос о доверии, который отпал мгновенно, как только омега получил звание капитана и отряд в свое подчинение, то сейчас же каждый удивлялся тому, какой невероятно физической силой обладал Аккерман. О том, как он быстро мог убить сразу нескольких титанов. Недовольство наконец сменилось восхищением, и его даже стали называть самым сильным воином человечества. Заслуженно. Ведь он побывал почти во всех экспедициях..

***

Не сказать, что с каждым новым днём Леви становилось легче. Нет, совсем нет. Да, боль притупилась, но это лишь малая часть той бури, что бушует в душе. Каждый вечер после, будь то тренировки или экспедиция, омега проводил время на крыше здания, откуда открывался красивый вид на небо и  звёзды. Это было одним из любимых мест Изабель и Фарлана.. И последнюю ночь, перед тем роковым днем они сидели тут, беззаботно разговаривая, думая о лучшем будущем.. Не вышло..

***

Постепенно начали наступать холода. Экспедиций стало меньше, зато тренировок и бумажной волокиты в разы больше. После очередной тренировки с солдатами, капитан направился в сторону своей комнаты. В голове ни единой мысли, лишь пустота. По пути к себе омега видит впереди командира, идущего на встречу, и одновременно с Майком обсуждая что-то. Остановившись на пол пути, Аккерман резко разворачивается и идёт в сторону выхода на крышу. В любое другое время для него не составит труда пройти мимо и поздороваться с командиром, но не сегодня. Ведь сегодня тот самый день... Каждый год, в этот печальный для него день на Леви накатывает сильная тоска, в груди становится невыносимо больно. Он не хочет никого видеть и слышать. Даже во время тренировки, омега толком не обращал ни на кого внимания, не отвечал на вопросы. Ни для кого уже не было секретом, почему капитан ведёт себя подобным образом. Наоборот, были те, кто даже сочувствовал ему. Единственное, чего хотелось - это уединиться и побыть в тишине. Вдали от всего. Садясь на холодный каменный пол, он устремил свой взгляд вверх. Чистое ночное небо, на котором много звёзд. Рефлекторно осмотревшись по сторонам, словно рядом с ним кто-то находится, Леви устало вздыхает. Никого. Он совершенно один..  И никто не смел его беспокоить, однако.. Однако, впервые за все три года, один человек все же позволил себе нарушить эту тишину. - И долго ты собрался стоять там и прожигать меня взглядом? И этим "кто-то" был никто иной, как Эрвин. — Думал, не заметишь. Я уже собирался уходить, но ты всегда начеку. Смит смело зашагал вперёд и остановился подле капитана, устремив взгляд на небо. — Здесь и вправду очень красиво, но атмосфера словно душит тебя. - Это не та боль, что может пройти  по щелчку пальца. И воспоминания так просто не исчезнут из моей памяти.. В общем, не важно, я хочу побыть один. — Давай поговорим. Нам обоим это надо. Ты каждый год проводишь этот день в одиночестве. Разве разделить эту боль с кем-то не лучше, чем терпеть все одному? Аккерман на мгновение посмотрел ему прямо в глаза, но тут же отвел свой взгляд. Хоть и не охотно, но он понимал, что тот прав.. Возможно, именно этого ему и не хватало. Отдельное, на что стоило бы обратить внимание после того дня - отношения между командиром и капитаном. Никто не понимал, что творится между ними. Даже они сами. - Чего ты хочешь от меня?  — Хватить нести это бремя скорби. Ты ведь до сих пор винишь себя в произошедшем? - ... — Отпусти всё наконец. Не думаю, что им понравилось бы наблюдать за тем, как ты каждый день истязаешь себя этой болью. В том, что случилось нет твоей вины. Альфа сел рядом с ним, но прилично держась на дистанции. - С самого раннего детства смерть словно ходит за мной по пятам. Забирает всех, кто рядом со мной и дорог мне..  Я всегда в конечном счёте остаюсь один. "По этой причине ты не подпускаешь меня к себе? Боишься, что и меня рядом не станет в один миг?.." - мысли Смита, которые чуть не вырвались из его уст вслух, он еле сдержал. Ближе придвинувшись к омеге, тыльной стороной ладони он провел по щеке вверх и заправил небольшую прядь волос за ушко. Аккерман на мгновение прикрыл глаза, наслаждаясь его прикосновением. На душе стало спокойно, а сердце чуть быстрее забилось. Моменты, подобно этому были редки, но столь сладки. Запах феромонов, окутывающих их, очень расслаблял, успокаивал, и будто вновь приводил в жизнь. Эрвин не мог просить большего, ведь боялся отпугнуть омегу. - Ты ведь хотел не только об этом поговорить, верно? — Да.. Леви, я.. - Эрвин, нет. Не нужно. Смит опешил и немного растерялся, но тут же взял себя в руки. Аккерман даже не дал ему договорить, а уже выдал отрицательный ответ. — Это уже не первый раз, когда я пытаюсь рассказать тебе о том, что чувствую. Почему? - Ты - альфа, я - омега. Это не более, чем инстинкты. Потребность в партнёре. О каких чувствах может идти ре.. В отместку не дав капитану договорить, он притянул его к себе вплотную и поцеловал в губы. Он не планировал подобное, не хотел забегать вперёд, но решился. Как бы сильно не хотелось затянуть поцелуй, все же пришлось отстраниться. Оба молча смотрели друг в другу глаза. — Разве ты не чувствуешь? Как сильно бьётся твоё сердце? Тот самый трепет? Это не инстинкты, не из-за нашего вторичного пола. Это наши чувства, эмоции. Ты просто боишься подпускать меня ближе, - наконец высказал альфа. Леви хотел было вновь сказать нет, начать все отрицать, но сердце так предательски быстро бьётся в груди. Волнение и трепет накрыли его. Глаза стали мокрыми, но он сдерживался. - Оставь меня одного, - капитан не знал, что ещё сказать. Он отвернулся, ибо сдерживаться становилось все труднее. Конечно, ему хотелось поддержки и любви, но всё-таки его командир был прав, он просто боялся. - Я не уйду, - Эрвин аккуратно схватил Леви за подбородок и развернул к себе. Омега не сопротивлялся, наоборот, это были те действия, которых он желал, которых ждал. - Хватит себя сдерживать. Хватит держать все внутри. Плачь, кричи, расскажи всё, что у тебя на душе, а я буду рядом. Буду слушать и принимать. Одиночество убивает тебя изнутри, разве ты не видишь? Аккерман молчал, а Эрвин ждал ответа. Альфа настроен очень серьёзно, сегодня он точно не отступит, и капитан это понимал. Сейчас решится всё: либо он раз и навсегда отвергнет своего командира, либо впустит его в свою жизнь, ответив взаимностью на чувства. - Заставь меня плакать, - шёпотом ответил Аккерман. Повторять дважды нет необходимости. Смит спокойно выдохнул и потянулся к его губам, нежно целуя. Во время поцелуя вниз по щекам омеги скатились слёзы. Альфа отстранился и вытер их, а после крепко прижал к себе Леви.

***

Капитан не заметил, как быстро они оказались в командорской спальне. Смит закрыл дверь на ключ, чтобы их никто не побеспокоил. Стоило им переступить порог комнаты и услышать звук замка, как они накинулись друг на друга, страстно целуясь и попутно раздеваясь. Ремни со стуком упали на пол, вслед за ними куртки и рубашки. Эрвин чуть ли не рвал на нем одежду, не в силах терпеть. Когда на Леви остались только боксёры, не прерываясь, альфа поднял его на руки и понёс к кровати, аккуратно уложив на спину, а сам навис сверху. Дыхание сильно сбилось, щёки пылали, как и всё тело. Во время поцелуев омега томно вздыхал и постанывал, когда горячие ладони его командора исследовали тело. Успешно избавившись от последнего элемента одежды на капитане, Эрвин отстранился и широко развёл ему ноги. Теперь ему открылся вид на все прелести. Аккерман испытывал сильное волнение и предвкушение дальнейших действий. Прильнув губами к его шее, альфа оставил на белоснежной коже несколько алых засосов. Омега хотел было сомкнуть колени, но Смит не позволил, прижавшись всем телом к его так, что через ткань брюк Леви чувствовал, насколько возбужден его командор. Он одаривал каждую часть его тела мелкими и нежными поцелуями: шею, грудь, живот, пока не спустился к главному. - А-ах! Мм.. - громко простонал капитан, как только Эрвин полностью вобрал в рот его возбужденный член и ловко ласкал языком. Пальцы тем временем игрались в его нижним проходом. Омега был уже мокрый, но даже так альфа все равно решил его подготовить, чтобы не причинять дискомфорта. - А! Не надо!.. Мм.. Эрвин! - Аккерман зарылся пальцами в волосах Смита, испытывая наслаждение. Он то и дело ворочался по сторонам, не зная, куда себя деть. - Хватит, прошу.. Ах! Мнх.. Я уже.. Он резко остановился и отстранился от Леви. Наконец до гола раздевшись сам, кинул всю оставшуюся одежду за борт кровати. Взгляд омеги упал на его огромный и толстый агрегат. "Он вообще поместится в меня?!.." - нервно сглотнув, подумал Аккерман. - Леви, ты готов? - на ушко шепнул командир, кусая мочку уха. - М? - Ты и так знаешь мой ответ. - Если будет больно, говори, - Эрвин провел рукой по своей возбужденности и пристроился меж ног Леви. Смит вошёл медленно, но глубоко. Низ живота пронзила боль, от чего на уголках глаз появились слезы. Дыхание стало тяжёлым. Альфа не двигался, давая привыкнуть омеге новым ощущениям. - Как ты? - поинтересовался он, целуя в лоб, макушку и ключицы. - Мх.. Продолжай. Сначала пошли небольшие толчки. Аккерман постанывал от боли, но после Эрвин заметил, как его капитан начинает наслаждаться процессом, и сам начал набирать темп. В комнате было невыносимо жарко и душно. Каждый уголок был окутан их феромонами, который сводил с ума. Повсюду эхом отдавались все эти неприличные звуки: шлепки тел, хлюпанье, скрип кровати, прерывистое дыхание, томные и сладкие стоны и звуки поцелуев. Аккерман быстро привык и наслаждался, выгибаясь дугой, сминая под собой простыни, двигался бёдрами навстречу альфе. Смит же наращивал темп, ласкал его соски, член, целовал в губы. Первая разрядка не заставила себя долго ждать. Эрвин хотел было остановиться, хоть и возбуждение било через край, но Леви не позволил: - Ещё.. Не останавливайся. Долго просить его не пришлось, и они пошли на второй заход, потом третий... И так до самого утра, пока его капитан не уснул. Всю ночь напролёт они занимались любовью. И все это время, по щекам Аккермана стекали слёзы, а Смит аккуратно вытирал их с лица. Впервые за столь долгое время он позволил всем своим чувствам выйти наружу, через слёзы, через стоны. Альфа принимал, разделял с ним его чувства, боль, скорбь.

***

За окном уже светало. Первые лучи солнца бесцеремонно ворвались в комнату, освещая все вокруг. Леви, уткнувшись носом в грудь альфы, крепко спал. Глаза его были опухшие и красные от слёз. Эрвин осторожно, почти невесомо тронулся губами его лба и улыбнулся. - Больше я не оставлю тебя одного...