Well This Is New

Нил отпер дверь в общежитие, толкнул ее и чуть не упал в комнату. Он слабо толкнул дверь, не беспокоясь о том, чтобы проверить, закрылась ли она за ним. Он пошатнулся вперед и едва добрался до дивана, прежде чем рухнуть лицом на подушку. В какой-то момент не очень тихого входа Нила Эндрю встал и открыл дверь. Теперь он прислонился к дверному косяку, скрестив руки, с почти самодовольным, почти восхищенным выражением на лице. Конечно, Нил этого не видел. — Тренировка была такой веселой? Боже, жаль, что я ее пропустил, — сказал Эндрю, не выглядя ни расстроенным, ни восторженным. Если бы он был в состоянии составить связное предложение, Нил бы спросил, как прошел сеанс Эндрю с Би. Вместо этого Нил проворчал что-то в ответ, и Эндрю переместился к концу дивана, где приземлились ноги Нила. Он поднял ноги Нила, сел и потянул икры другого парня обратно к себе на колени. — Би пыталась убедить меня привести тебя на сеанс, — сказал он, стаскивая с Нила ботинки, шнурки на которых все еще были завязаны. Ответом Нила снова было хрюканье, хотя на этот раз оно прозвучало как вопрос. — На одном из сеансов, три недели назад, я кое-что сказал о тебе, и теперь она не хочет этого так отпускать. Он произнес это так небрежно, что Нил, находясь в полусонном состоянии, едва уловил его слова. Но потом он это сделал. —Подожди, ты что-то обо мне говорил? — С усилием Нил приподнялся достаточно, чтобы перевернуться на спину. На его лице была ухмылка, за что он получил неодобрительный взгляд от Эндрю. Ухмылка Нила стала шире. — Что ты сказал? Эндрю посмотрел на ноги Нила и ничего не сказал. Нил изменил позу и глубже зарылся в диван. Руки Эндрю покоились на икрах Нила, а его большой палец почти рассеянно потирал маленькие круги по материалу его спортивных штанов. Нил, конечно, заметил, и это заставило его живот сделать небольшое сальто. Хотя Эндрю было комфортно прикасаться к Нилу, нечасто физический контакт был мягким или ласковым. И хотя Нил не ожидал и не надеялся на это, он все равно наслаждался такими моментами. Наконец, Эндрю ответил. — Я сказал ей, как сильно я тебя ненавижу. Кстати, ты уже достиг ста восемнадцати процентов, — Нил ухмыльнулся и слегка пнул Эндрю. — О, я уверен, ей понравилось это слышать. Что еще ты сказал? — Нил задавался вопросом, говорил ли Эндрю о нем когда-нибудь во время своих еженедельных сеансов, и теперь его любопытство было задето. — У тебя ужасно пахнут ноги, у тебя грибок стопы или что-то в этом роде? — ответил Эндрю. Несмотря на свои слова, он не пошевелил ногами Нила, не пошевелил руками и продолжил круговые движения большими пальцами. Нил знал Эндрю достаточно хорошо, чтобы знать, когда следует подглядывать, а когда двигаться дальше, и он знал, что это был случай последнего. Эндрю уже разгласил больше, чем ожидал Нил, и его усталость перевесила любопытство. — Честно говоря, я бы не удивился, — вздохнул Нил, закрыв глаза и еще больше расслабившись на диване. Его мышцы болели, как будто он только что пробежал два марафона подряд. Что, вероятно, и было на самом деле. Нил глубоко вдохнул и почувствовал слабый запах сигаретного дыма; Эндрю, должно быть, курил как раз перед тем, как вошёл Нил. Этот запах когда-то напомнил Нилу о его матери и обо всем, что он потерял, но теперь едкий запах заставил его подумать о новом доме и новой семье. Он открыл глаза, чтобы посмотреть на Эндрю, только чтобы обнаружить, что Эндрю уже смотрит на него. Его взгляд был менее резким, чем обычно, и в его глазах было что-то другое. — Эй, — тихо сказал Нил, хотя Эндрю уже смотрел на него. — Не смотри на меня так, — ответил Эндрю, но никто из них не отвел взгляд. Они продолжали смотреть друг на друга несколько минут, или, может быть, несколько часов, прежде чем глаза Нила закрылись. Он был чертовски уставшим. — Я так чертовски устал, — пожаловался он, — мои ноги, наверное, отвалятся. Они вообще еще прикреплены? Я не чувствую своих ступней. — Нил вытянулся так далеко, как только мог, упираясь в подлокотники дивана своими, по общему признанию, грубыми ногами. Он издал звук, который определенно можно было бы отнести к категории стонов. Когда он снова поудобней устроился, Эндрю начал исследовать икроножные мышцы Нила большим пальцем. Он нашел узел и начал его растирать. Живот Нила снова перевернулся; это было что-то новое. — Ты когда-нибудь растягиваешься? Господи Иисусе, Нил, твои мышцы — это по сути один гигантский узел. Может, поэтому ты такой маленький. Нил не ответил, в основном потому, что не мог. Если бы он мог, он бы сказал что-нибудь о том, что он все еще выше Эндрю, или, может быть, что они были идеальной высоты для поцелуя, но Эндрю начал использовать обе руки и теперь массировал всю нижнюю часть ног Нила. Нил снова застонал, когда Эндрю задел особенно чувствительное место. Если бы глаза Нила были открыты, он бы увидел легкую ухмылку Эндрю. Эндрю был рад, что этого не произошло. Он продолжал разрабатывать изгибы, а Нил продолжал страдать от медленной и эйфорической смерти. Когда Эндрю был так осторожен с чем-либо? Все их поцелуи, хотя и были захватывающе зрелищными, никогда не были такими нежными. Нил привык к напряженным взглядам, синякам на губах и тяжелым рукам: это было нечто совершенно иное. Пока Нил пытался понять, что делать с этим новым развитием событий, Эндрю поднял руки выше, выше, выше к бедрам Нила. Нил полустонал полумычал в знак одобрения, и Эндрю замер. Нил открыл глаза. — Эй, — сказал он с возмущением.— А может и ты мне такое сделаешь? — Руки Эндрю оставались на ногах Нила, но они оставались мучительно неподвижными. Нил все еще был слишком ошеломлен массажем, чтобы следить за ходом мыслей Эндрю, но он все же приподнялся на локтях, чтобы посмотреть ему в лицо. — Что бы я сделал? — Он задумался, а затем добавил — Да. С тобой всегда будет «да». Руки снова задвигались, и Нил откинулся назад и вздохнул. Эндрю не стал уточнять, но Нил был слишком занят тем, чтобы не растечься лужей прямо там, на диване, чтобы тратить энергию на размышления об этом. Он уже знал, что его ответом будет «да», это не было ложью: с Эндрю всегда было «да», и так будет всегда. Особенно сейчас, когда его сильные руки в данный момент уничтожают Нила. В этот самый момент он, вероятно, убил бы, если бы Эндрю этого хотел. И тут он остановился. Снова. Нил поднял глаза, готовый пожаловаться, но прежде чем он успел что-либо сказать, Эндрю выскользнул из-под его ног. Он встал и махнул рукой на пол. Нил бросил на него взгляд. Эндрю просто ждал. Нил драматично скатился с дивана и упал на живот на пол, не желая тратить лишнюю энергию на то, чтобы встать и снова лечь. Как запоздалую мысль он схватил одну из подушек и засунул ее себе под голову. Он услышал щелчок, и, не поднимая глаз, Нил понял, что Эндрю запер дверь. Через несколько секунд Эндрю расположил колени по обе стороны от туловища Нила, а затем его руки оказались на шее Нила. Не двигаясь, просто отдыхая. — Да или нет? — Ммммммм, — пробормотал кто-то в подушку, а затем Нил растворился. Нил не мог вспомнить, когда в последний раз кто-то прикасался к нему так приятно. С намерением успокоить и расслабить, а не причинить боль или наказать. Он сомневался, что что-либо в его жизни заставило его почувствовать себя так тепло, безопасно и как дома. Руки Эндрю не были нежными, но и не грубыми; они были комбинацией, которая встречалась где-то посередине. Они тщательно и уверенно разминали всю его жизнь напряжения, беспокойства и страха, вызванных жизнью в бегах. Нил забыл о тренировках, о лисах, о беге. Он забыл обо всем. Единственные детали, за которые он мог держаться в своем блаженном состоянии ума, были те, что он был Нилом Джостеном, и руки Эндрю были на его шее, и это было прекрасно. Он был прекрасен. Впервые в жизни Нил действительно был прекрасен. Он, должно быть, задремал, потому что Эндрю слишком скоро поднял свой вес с Нила, встал и пошел слишком далеко, в свою комнату. Нил сел и почувствовал себя примерно на сто фунтов легче. Он потянулся и издал звук, который был чертовски близок к святотатству. — Если ты продолжишь издавать такие звуки, остальная часть команды неправильно поймет, — сказал Эндрю из своей комнаты. Нил рассмеялся и поднялся с пола. Он сделал глубокий вдох и почувствовал еще больше дыма; Эндрю сидел на своем столе у окна без сетки, держа в руке две зажженные сигареты. Нил ничего не сказал, но вошел и поднялся на стол, взяв сигарету. Все слова были выбиты из них обоих, по-видимому, но каждый из них был доволен тем, что сидел и ничего не делал, а только вдыхал дым и думал. Эндрю посмотрел в окно; Нил посмотрел на Эндрю. Через некоторое время: «Спасибо». — Не говори бессмысленных вещей. — Я серьезно. Эндрю. Пауза, затем Эндрю скользнул взглядом к своему парню. — Просто послушай. Спасибо. За это, но и за все. — Эндрю ждал. — Если хочешь, я пойду с тобой к Би. — Еще одна пауза. — В любом случае, я умираю от желания узнать, что ты ей обо мне говоришь. — Эндрю кивнул и снова посмотрел в окно, странный взгляд, который был в его глазах ранее, вернулся. Желудок Нила заурчал, что было обычным делом. Однако необычным было то, что он сделал дальше. Оглядываясь назад, Нил понятия не имел, почему он сделал то, что сделал, но он определенно не жалел об этом. Прямо перед тем, как Нил спрыгнул со стола, он наклонился и поцеловал Эндрю в лоб. Эндрю резко откинул голову назад, чтобы посмотреть на Нила, на лице которого была широкая улыбка. — Я иду на кухню, ты пойдёшь? — Иди на хер, — сказал Эндрю, спрыгивая со стола и надевая ботинки. — Сто восемьдесят пять процентов. Нил ничего не сказал, но, когда они вышли на улицу, ласково толкнул Эндрю плечом.