Midnight on Halloween

Акк оборачивался по сторонам, потому что в последнее время ему мерещится, что за ним кто-то следит. Паранойя? Возможно. Акк чувствует подобное уже целую неделю, на его плечи свалилась эта тяжесть просто с ничего. Хотя как с ничего... Это он так полагал, тогда как на самом деле всё было ожидаемо: моральное состояние Акка ухудшилось с началом нового учебного семестра. Обязанности старосты окутали его ещё плотнее, теперь он выпускной класс и должен всем показывать пример. Дорога со школы сегодня кажется длинней, чем обычно. Ноги наступают на землю узкой тропинки, ведущей в частный сектор. В Таиланде не бывает осени, однако Акку всё виделось, что деревья вокруг шелестят рыжими и багровыми листьями, а под ногами шуршат сухие ветки. И что колени его откутываются беловатой дымкой, прохладным туманом, который вызывает холодок по спине. Такие жуткие ощущения преследовали парня шаг за шагом, но стоило только насторожиться, как никого рядом и в помине не стояло. Ах, как же хочется хмурую осень! Чтобы вокруг всё гнило и выцветало, прямо как в его всё больше с каждым днём затухающей душе. Частный сектор этого района состоял из домиков, что могли бы стать локацией в мультипликационных работах Тима Бёртона (это тот самый жуткий дядька, который снял «Сонную лощину» и «Труп невесты»). Они не были богатыми, просто отличались друг от друга индивидуальной обаятельностью осенней жути. Низкорослые и компактные, они стояли друг за другом, и только один дом выделялся среди них, но не по стилю. Это была относительно небольшая постройка кирпичного цвета с башней. Половина верхних стёкол на ней выбиты, и крепкое здание, хоть и обветшалое на вид, похоже на замок для приведений. Тёмное, заброшенное, покойное. В этой башне никто уже давно не жил, так что домику Акка рядом она никак не мешала. Он часто любил высовываться из своего окна и высматривать кого-то внутри таинственного дома. Но до сих пор он оставался для парня загадкой. В осеннюю пору многие украшают дома чем-то жутким, готовясь к Хэллоуину. Паутина на крышах и подвесные приведения добавляли и без того карикатурным фигурам домов сказочной атмосферы. С приходом темноты окна, тыквы, призраки и скетелы зажигались оранженым свечением, так что на улицах воцарялась тёплая тишина осени. Акк живёт в двухэтажном частном доме с тёмной черепичной крышей, по которой с каждым годом всё больше и больше разрастается зелёный плющ. Он покрывает часть окон и сползает вниз, укрепляясь корнями в земле. Это растение создаёт зелёный ковёр на крыше, так что даже современный дом покажется более запущенным. Веранды не было, однако имелись ступеньки, что вели прямиком к двери. Акк не мог объяснить, почему ему так скоро хотелось домой. Он вышел из леса, и увидеть свой дом ему хотелось больше всего. Однако сегодня, найдя его в кошмарном состоянии, Акк кинулся ко двору, чуть ли не крича от возмущения. Его самодельные «тыквы», украшавшие ступеньки и дорожку в дом, были разбиты, словно бы кто-то сильно пинал и кидал их. Акк использовал папайю для злых рожиц, с любовью вырезал им глаза и рот, ведь на вид эти плоды были больше всего похожи на тыковки. Но что теперь? Они безжалостно размазаны по асфальту, а вокруг валяются чёрные семечки, повылетевшие в разные стороны от ударов. Акк поднял брови, хватаясь за голову. Ему потребовалось пару секунд, чтобы вообще хоть что-то осознать. Что за безжалостная казнь произошла у него во дворе? — Где этот хулиган?! Кто!.. — он тяжело простонал с досады. И в голове не укладывается, кому понадобилось рушить украшения к празднику. Всех в районе Акк знал, так что у него не было предположений, кто отличился подобным умом. До Хэллоуина две недели, костюм на школьную вечеринку не готов, а теперь ещё и убирать всё это. Акк так старался всё успеть, и вот только ему стоило сделать часть работы и подумать о вечеринке, как на голову свалилось вот это. Слава богу, хоть весь остальной дом был цел. Парень, топая по лестнице, взобрался на крыльцо и рванул на себя дверь. — Мам! — в его голосе была дикая досада. — Кто-то испортил мои тыквы! Я так зол, боже мой! — Сынок! Я ждала тебя, чтобы рассказать невероятные новости. Кажется, мама не предала переживаниям Акка сильного значения. Или, может, она уже была в курсе и переболела такой же досадой?.. Она казалась встревоженной и возбуждённой. — Что может быть ещё более?.. — Акк надул губы, думая о своей потере. Он вошёл на кухню, где мама готовила что-то. — В башне появился жилец. Как молния средь бела дня прозвучала эта фраза у Акка в голове. Она отдавалась эхом, отскакивая от каждой извилинки его ума. Парень застыл на месте, как приросший к земле. Шестерёнки у него в голове закрутились, и в мыслях очень ясно обрисовалась вся ситуация. Нет, теперь сомнений точно не оставалось. — Так вот кто мне нагадил! — он кинул рюкзак, уверенно зашагав обратно на улицу. — Эй Акк! Акк! — Мама попыталась докричаться до него, но это было бесполезно. Ноги всё скорее несли Акка к неизвестности, и внутри будто горел огонь. Ну кто же это? Кто? Разум его до этого так затмился, что парень и подумать не успел о башне. Вдруг внутри как-то странно зашевелилось, будто в сердце закололо от внезапного страха. Акк замедлился, почти полностью остановившись на месте. С самого детства в округе ходила страшилка, что старая башня — не обычное место. Акк никогда не смел сунуться туда во двор, и не только в детстве, но и по сию пору. Когда ему было шесть, они с друзьями часто пугали друг друга сказками про этот большой дом, придумывали теории его построения, призраков и много чего ещё. Детство прошло, и Акк уже после двенадцати лет перестал верить во всё это. Однако ещё никогда он не заходил на территорию башни, никогда больше не задумывался над её историей и значимостью. Сказки из детства начали пробуждать в нём какие-то глупые страхи и сомнения, доводы, размышления: «Этот дом не сдавался в аренду. Мы никогда не видели его хозяев. Откуда теперь в нём появился жилец? С чего бы вдруг?» Акк поймал себя к тому же на мысли, что стоит столбом, таращась на высокое кирпичное здание. «Кто бы там ни был, он схулиганил и должен за это ответить!» Ноги Акка снова уверенно зашагали по тропинке. Он отворил незакрыте ветхие белые двери забора, проходя на зелёный газон; газоном, правда, его было тяжело назвать, потому что трава тут размером с кусты. По коже пробежался холодок, и дверь впереди уже показалась больше в два раза... Акк зашагал к ней; он был уже ни в чём не уверен, и его колени затряслись от глупого страха. «Господи! Да что со мной!» Акк постучал в жёсткое дерево кулаком, и на лице его играло злое настроение. Ему долго не отвечали, будто никого внутри и не было. Это только разжигало любопытство и нетерпение, так что Акк стучал всё сильнее. Он будет долбить, невзирая на боль в костяшках, пока ему не откроют. Наконец дверь начала двигаться на него, как большой монстр, что готов сожрать всё на своём пути. Акк шарахнулся назад, вдруг увидев перед собой невысокого парня с волосами чёрными, как смоль или дёготь. Его уставший туманный взгляд врезался в глаза, как два клыка в шею, а его кожа, белая, словно фарфор, отдавала холодными оттенками. Этот юноша был выразительно красив, но болезненно устал и хлипок на вид. Под тёмным дырявым свитером, кажется, у него ничего не было надето, а чёрные штанины клёш волоклись по полу. И что за чёрт с ним происходит! Не человек, а ходячий мертвец. Однако таких жгучих красавцев, как он, надо было ещё поискать. — Ты мне дверь выбить пришёл? — его приятный недовольный сонный голос влился Акку в уши. — А это ты мне все тыквы во дворе потоптал, а? Между ними двумя прослеживался невероятный контраст образов. Ну вот представьте себе: Акк, весь такой правильнвй вершитель закона, высокий, строго одетый в школьную форму «Суппало», и этот... низковатый, бледный, бардачный хулиган. И по одному только облику было видно, что они из разных миров. — Они пугают меня. Он отвёл виноватый взгляд, в его глазах померк огонёк, что прежде слабо тлел в тёмных зрачках. Кажется, юноша очень расстроился. Он выглядел как маленький пристыженный ребёнок, и у Акка тут же пропало желание орать на него. Кажется, такая эмоциональность не в духе главы старост, но Акк всегда отличался мягким сердцем, милосердием и умение гуманно разруливать ситуацию. — Айян. «Какое красивое имя» — подумал Акк, меняясь в лице. Его тыквы сразу ушли на второй план, показались несущественной обидой по сравнению с такой грандиозной новостью, как появление нового соседушки. И всё Акку было интересно: он внимательно изучал его лицо, заглядывал ему за спину и так и наровил пораспрашивать обо всём. — И откуда ты приехал? — Акк сунулся носом в проход, наблюдая уставленную разными вещами комнату. — Ты не знаешь этот город, — Ай коротко ответил. В его голосе вовсе не было неприязни, какой-то гордыни или надменности. Он просто был спокоен и будто вообще не заинтересован в разговоре. «Какой он чудной» — Акк отпрянул назад. — И ты тут один жить будешь? Сколько тебе лет? — Достаточно, чтобы жить одному. Акк поднял брови. Никогда в жизни он не видел такого человека. Настолько неразговорчивого и странного. То, что он неместный, по нему можно было сказать слёту. Тем не менее, всё это заставляло Акка ещё больше интересоваться и сувать нос. — Ты теперь мой сосед. — он ненадолго замолчал, смотря Айяну в глаза. — Давай уговор. Я забуду про то, что ты сделал, а ты взамен подружишься со мной. Из каждой ситуации надо извлекать выгоду, и Акк прекрасно умеет пользоваться таким. Подобная идея дала ему повод остаться в неприступном замке, о котором парень строил догадки всю свою жизнь. Внутри Акка всё горело, и ему скорее хотелось увидеть, ну что же кроется в этих жутких стенах. В чужих глазах на одну секунду вспыхнул огонёк. Айян опустил голову, рассматривая носки своих лакированных туфель; право, кто ходит в подобном по дому? он дико странный. Дверь приоткрылась ещё сильнее, впуская Акка внутрь башни. Видимо, как бы сильно Ай ни хотел прогнать его, всё таки за проступок надо ответить. И если это можно сделать гораздо легче, чем слушать крики и порицания, Айян готов «подружиться». Акк не влетел в его дом со всей настырностью или что-то подобное. Он был очень хорошо воспитан и тактичен. Его ноги потихоньку переступили порог и остановились. И всё таки каким бы скромным ни был этот парень, по его глазам было понятно, что ему безумно любопытно и небезразлично всё вокруг. Они пожирали каждый предмет, каждый уголок, каждую пылинку тут, даже не обращая особого внимания на жильца. Хотя и его личность была Акку очень интересна. В широком зале всё было уставленно вещами, ещё, видимо, неразобранными после переезда. Посреди стоял какой-то старый коричневый широкий диван, рядом с ним лампа на длинной ножке. Таких допотопным ламп Акк не видел уже сто лет, но это не удивило его, потому что примерно то он и ожидал от старой башни. Тут же в смежном крыле располагалась кухня; такая же хмурая и неблещущая контрастом. Акк первым делом заметил в ней стол из светлого дерева и чайный сервиз, что был поставлен на него в какой-то коробке. Минимализм, однако причудливость набора вещей поражали Акка. Обои телесного цвета повсюду были слегка разорваны, а шторы и подавно отсутствовали; с дрогой стороны, окно в зале было только одно, небольшое, и в кухне такое же, чего ж их прикрывать? Акк выглядел со стороны необычно; это потому, что Айян слишком давно не был в свете? Он высок и строен, всё в нём бушует и кипит, он чем-то озабочен, ярок и горяч, как огонь в камине. Его руки казались в несколько раз больше собственных рук Айя, его походка ничего не скрывала, она была уверенной. Этот образ ученика вызывал догадки, какие теперь дети учатся в школах. И всё в Акке было гармонично. Но больше всего Айяну нравились чужие глаза. Они, такие большие, казалось, вот-вот поглотят всё вокруг. В них сияли звёзды, а Айян безумно любит звёзды... Вдруг Акк посмотрел на него, нежно улыбнувшись. Всё тело странно сжало, как если бы начала закипать кровь. Ай тут же увёл взгляд от страха и смущения. — Можно подняться на башню? — А это обязательно? «Грубиян» — думает Акк, надув губы. На его лице показывается небольшая обида и досада: — Уже забыл, что должен мне... — Мм, ладно. Только с условием, — Айян подшёл к Акку ближе, тыкая ему своим бледным пальцем в лицо, — ни-че-го не трогать! Акк поднял две руки в знак, что он сдаётся. Наверное, хоть этот жест чудик с башни сможет понять. Лестница наверх была в форме классической спирали; её деревянные обветшалые ступеньки не внушали уверенности, однако Айян очень стремительно поднимался по ним, и Акк последовал следом. Надо же, они ещё и скрипят... Круглую комнату освещал яркий свет — потому что именно здесь были широкие окна почти по всему периметру — однако не солнечный, погода с самого утра пасмурная, и не сменилась к обеду. Над головой сужающаяся к верху крыша. «Так вот какого жить в башне!» — думает Акк, подняв голову наверх и вертясь всем телом, чтобы рассмотреть новые ракурсы. Айян сразу же садится за стол, что был приставлен ближе к стороне лестницы, и нагибается над какими-то бумажками. Акк опустил голову, наконец рассматривая спальню нового друга. В стороне против стола стоит кровать, совсем непримечательная и не помятая; по ней видно, что она только разложена, и Айян ни ночи не спал тут. В глаза сразу бросается большой телескоп, высовыващий свой глаз в разбитое окно. Два других телескопа поменьше устремлены в другую сторону. Кроме этого в комнате больше ничего не было. Акк хмурится, смотря на бумаги Айяна на столе. Сколько много чертежей и схем ночного неба! И всё так красиво и детально, словно Айян чем-то одарён. — Астрономией увлекаешься? — с восхищением спросил Акк, наблюдая, как сосед пишет что-то в блокноте. — Уже посмотрел, что хотел? — Айян не отрывался от рукописи. «Да что с ним!» — Акк обиженно проходит к телескопу, нагибаясь, чтобы посмотреть в него. Но не тут-то было. Чужая рука схватила его за запястье и резким движением оттянула от прибора. Акк от удивления и неожиданности повалился назад, задев ножку маленького длинного телескопа. Тот упал на пол, слава богу, оставшись целым. Акк вписался в Айяна, чуть не сбив и того с ног. Они каким-то образом удержали друг друга в объятиях, и у обоих были такие ошарашенные взгляды друг на друга, что даже на бледном лице Айя выступил румянец. Он тут же отскочил от Акка и опустил взгляд в пол. — Я же сказал ничего не трогать! — Ох, прости, я просто... — Вон из моего дома! — Айян ткнул пальцем в сторону лестницы, кипя от злости. — Я чувствовал себя так же, когда нашёл свои тыквы с размозжёнными головами, — грубо ответил Акк, направляясь к лестнице, — и не отговаривался чем-то глупым вроде: «Какой ужас! Они меня испугали!» Он пулей слетел по лестнице и вышел на улицу. Вот это знакомство!.. Ноги уверенно шагали к себе домой, а глава старост попутно думал о том, кто же такой этот Айян. Его тело безумно холодное и бледное, выглядит он уставшим и замкнутым, однако ухоженный и привлекательный до жути. Примерно его же возраста, но будто считает Акка совсем ребёнком; увлекается астрономией, и, кажется, у него к этому дар. Абсолютно никак не хочет идти на контакт, при этом каким-то образом оказался в старой башне, у которой-то и владельцы были чёрти кто и чёрти где. Вспомнил Акк ещё и странную дверь в спальне Айяна. Сначала могло показаться, что её там и вовсе нет... И так и было, до того как только Ай не развернул его на все четыре стороны. Вроде, Акк заметил её в последние секунды. Всё это навевало на мысли, что теперь в жизни точно что-то изменится.