Без меня меня женили

Ну упс. Зато дом обзавелся кучей ярких вещей и безделушек, каких-то интересных кухонных прибамбасов, на которые Стив смотрел, как на детали от инопланетного космического корабля, в мансарде чуть ли не сами собой завелись несколько мольбертов и других художественных принадлежностей. А в гараже прочно встали два приземистых внедорожника, способных без проблем вместить обоих суперсолдат и одного ребенка. И один мотоцикл. Оформили они и Брока на домашнее обучение. Причем, раз такого формата, то они не были привязаны к ближайшей, а могли выбрать лучшую школу. После некоторых раздумий мелкий Командир пожал плечами, и решил пойти по однажды пройденной дорожке - на фармацевта. Прошлая память должна была помочь, а профессия вообще-то уважаемая. Тем более, если дополнить ее теми же навыками. И в этот раз совсем необязательно идти в армию, чтобы расплатиться с долгами… Выбранная школа порадовала сильной программой, и заставила стиснуть зубы даже суперсолдат - по ее каменным коридорам чинно шествовали в школьной форме такие мальчики и девочки, что из-за них волосы на загривке сами собой дыбом вставали. Отправить Брока к этим пираньям?! Они бы с радостью отдали его документы в обычную школу, но было две проблемы: программа и дистанционное обучение. И чтобы эти два фактора совпадали. А с этим как раз были проблемы: там, где соглашались на дистонционку, была недостаточная программа, там, где было сильное обучение, требовалось очень серьезное обоснование для домашнего обучения. И только эта школа подходила по обоим пунктам. Впрочем, Броку тут появляться всего несколько раз в год, да экзамены сдавать. А за такое короткое время с ним ничего не сделают. Но при этом Барнс тихо проговаривал себе под нос странное слово *Авось*. Впрочем, была надежда, что их Брок сам сожрёт тех, кто решит откусить от него кусочек. Одновременно они занимались и своими интересами. Стив нашел себе онлайн курсы для начинающих художников, Баки пришлось поискать, но и он нашел на свалке убитое в хлам непознаваемое нечто, при виде которого у него даже руки затряслись. Купить удалось за просто смехотворные деньги, из-за чего Барнс расфыркался рассерженным ежом, что “ничего эти лаймы не понимают в настоящих автомобилях!” и рассыпался в датах и цифрах, от которых и у Стива, и у Брока уши чуть в трубочку не свернулись. Территория была большая, в деньгах они были неограниченны, поэтому достаточно быстро рядом с гаражом появилась ещё одна большая пристройка, в которой обосновалась покупка Баки. А именно: ГАЗ-М415 Пикап, выпускавшийся в Советах с 1939 по 1941 год в количестве 5382 экземпляра. Брок ради интереса походил вокруг, но так ничего особенного в груде ржавого хлама разглядеть не смог. Уже после всех покупок выяснилось, что Брок единственный, кто остался без транспорта, поэтому рядом с двумя автомобилями и мотоциклом встал крутой навороченный велосипед, а на полке рядом обосновались шлем и защита. Это было начало странной жизни. Пусть воспоминания *взрослого* Рамлоу были затерты, очень многое так и осталось при нем. Самоуверенность, привычка командовать, вспыльчивость, хитрость… и память о войне. Все трое частенько встречались на кухне среди ночи, когда кошмары одного, страх второго и невнятное нечто третьего поднимали их с постели с колотящимся сердцем и задавленным криком. Тогда Баки заваривал какао и они сидели за столом, рассказывая друг другу разное. Что помнил Брок; что ещё вспомнил Барнс; истории из довоенного прошлого Стива… В какой-то момент объявился Роллинз с Лаки на прицепе. Никто не рискнул оставить это ходячее бедствие без присмотра. Особенно в бегах. Следом подтянулся остальной Страйк, который осел недалеко от командира. Было непривычно видеть всех этих взрослых мужчин и одну женщину, которые относились к Броку, как к взрослому, подчиняясь его приказам и терялись, когда осознавали его возраст. При этом сам Рамлоу ничего странного в этом не находил. На свежем воздухе, обильной еде и без забот, Брок принялся расти, как бамбук. Даже возник закономерный вопрос, а не возврат ли это к взрослому состоянию? Но визит Старка разрушил надежды и мечты: нет. Обычное состояние детского организма, у которого вдосталь места для траты энергии и есть все необходимое для восполнения потраченного, и при этом нет стрессов. Как у самого Тони. За то время, что они не виделись, а только переписывались, виски и щегольскую бородку щедро присыпала седина. Непросто приходилось Старку, как бы он ни надувал грудь и щеки. Поздним вечером, отправив Брока спать, Стив и Баки дожали того на откровенность. Правительство решило, что раз Старк без напряжения спонсировал Щит, то в качестве искупления может продолжать это делать и для Меча, в котором кроме названия не изменилось ничего. Как был Щидрой, так и остался. А когда Тони развел руками и отказался, на него попытались давить, но закономерно получили по зубам и обиделись. Работай его компания все ещё с оружием - и пришлось бы непросто. Но учитывая разнопрофильность нынешнего курса, для него ничего не изменилось. Кроме того, что штат адвокатов увеличился вдвое. Попытались его привлечь и к исчезновению Рамлоу с уничтожением лаборатории, но тут получили крепчайший отлуп и угрозу слить все оставшиеся записи и угрозы в сеть - вот как благодарит армия и правительство верных людей. Пытками и опытами, Слава Гидре! Сам президент задал Тони вопрос, куда делись оба суперсолдата, но тут Старк развел руками: не знает и узнавать не станет. Парни заслужили покоя и мира. Как-то справлялись же без них? Ну вот и дальше пожалуйста. Как-нибудь. Прилетал Тор, увидел, что ему не рады, встречать некому, биться плечом к плечу не с кем, и улетел назад куда-то там. Романова как исчезла тогда, так и не появилась. Сэм Уилсон попытался примерить на себя костюм Капитана, но его закидали помидорами и яйцами, и не фигурально, а буквально. Что в сети помоями облили, что в жизни засмеяли и гнилыми овощами закидали… Насколько Тони знает, правительство попыталось сделать ставку на Фантастическую Четверку и Людей Икс, однако и тут возникли проблемы - Мстителей держал своим авторитетом Капитан, а эти - каждый сам по себе. Так что… статус “все сложно”. После всех этих новостей Тони получил бессрочное приглашение для себя и Пеппер в гости в любой момент и на любой срок. Места много, и если что… Если Тони и Пеппер получили постоянное приглашение, то Страйк обошёлся без него. Как-то совершенно неожиданно кто-то из отряда постоянно тёрся в доме, приглядывая за своим Командиром и донося последние слухи, сплетни и просто новости окружающего мира. Чаще всего это были Джек, Лаки и Мэй, реализовывавшая на Броке свой внезапно проснувшийся материнский инстинкт. За полгода такого растительного существования все забыли о причинах, из-за которых они теперь носят другие имена, живут в другой стране и стали другими людьми. За каждодневными заботами не заметили, как наладили свой ритм жизни, обросли несвойственными ранее привычками и расслабились. Когда они покинули Америку, было начало лета. Сейчас уже лежал снег, отовсюду слышалась рождественская музыка, уже стояла огромная пушистая красавица-елка, под нижними ветвями которой можно было спрятать сани Санта-Клауса, а не просто несколько подарков. В гости на Рождество ждали Старка с его Пеппер, весь Страйк и больше никого. Все продукты были закуплены, подарки добыты в тяжких боях с другими добытчиками, красиво завернуты и хитро спрятаны от чересчур длинного и любопытного носа. До праздника оставалось всего пять дней, когда прошлое напомнило о себе. Мэй, Лаки и Джек со Стивом возились на кухне, делая пробные партии тех печенек, что предполагалось печь потом промышленной партией. Ехали заранее из Лондона, чтобы миновать праздничные пробки Таузиг, Брайс и Джонсон. Баки и Брок возились в мастерской с развалюхой, которая начала приобретать вполне себе приличные очертания, когда оттуда раздался грохот, взрыв, услышанный даже в доме, повалил дым и наступила тишина. Первым спустя всего три секунды в мастерскую ворвался Стив и замер. Не успев затормозить, в его широкую спину впечатались Лаки и Мэй. Джек при его габаритах оказался маневреннее, и ухитрился избежать столкновения. Барнс лежал под тем, что осталось от машины, а всего в паре сантиметров от его носа в гигантском мыльном пузыре, размером с половину помещения, клубилось чуть ли не адское пламя вперемешку с металлическими осколками. А в стороне стоял Брок, и, вытянув руки, “держал” этот мыльный пузырь. - Джек, Мэй, открыть ворота на максимум, но так, чтобы ничего не звякнуло. Лаки, замри. Баки, сам выберешься? Вроде Стив говорил скорее шепотом, чем в голос, но этих звуков хватило, чтобы “пузырь” дрогнул и почти коснулся своим радужным боком кончика носа Баки. Мэй и Джек медленно и плавно отступили назад и покинули мастерскую через распахнутую дверь. Слава богу, что бы ни случилось до этого, механизм ворот не пострадал и работал без звука и скрипа. Когда через открывшихся проем хлынул ледяной воздух зимних английских сумерек, Брок дернулся, вместе с ним дернулся и пузырь. Однако суперсолдат оказался быстрее и Стив успел буквально всего одним шагом оказаться рядом и как куклу развернуть Брока и его руки в сторону распахнутого проема. Повинуясь движению, огненный шар вырвался на улицу и там смог лопнуть удерживающие его стенки. Мэй и Джек успели скользнуть за края открытых ворот, Лаки рухнул на живот, где стоял, Стив упал на Брока, закрывая того всем собой, а придавленный за нижнюю половину тела остатками своей теперь уже окончательно раздолбанной покупки Барнс только и смог, что немного развернуться и прикрыть шею и голову металлической рукой. Долбануло так, будто взорвался мини-арсенал Зимнего, щедро осыпав пространство осколками и огнем. Через пять минут все были на кухне и отходили от пережитого. Стив и Баки были в своей ванной, вытаскивали из Барнса те осколки, что все же попали в него. Лаки, Мэй и Джек были на кухне и суетились вокруг ошеломленного, молчаливого и вялого Брока, предлагая ему воду, сок, молоко, какао, алкоголь, шоколад… За алкоголь Лаки получил подзатыльник от Мэй, но эта сценка заставила вернуться мысль в пустые глаза Брока. Но прежде, чем Брок успел открыть рот и что-то сказать, на кухне раздались хлопки, и трое взрослых замерли статуями. Трое странных личностей, появившихся на его, ЕГО(!) кухне и оглядывавшихся с таким видом, будто это они тут хозяева, не обратили внимания на злобный расчётливый прищур глаз мелкого мальчишки. Почти незаметное движение пальцев рук и активное - пальцев ног показало, что двигаться не могут только взрослые. При этом внимания на него почти не обратили, водя какими-то небольшими палками возле Мэй, Лаки и Джека. Пользуясь моментом и подвижностью, Брок схватил со стола перечницу, и изо всех сил швырнул ее в того, кто был самым мелким - он показался Броку самым подвижным и опасным. Пока эта опасная троица отвлеклась на летящий в них предмет, Рамлоу змеиным движением скользнул под стол и схватил возле перекладины вдоль всего стола с изнанки столешницы закреплённый там пистолет. Несмотря на мирную жизнь, некоторые привычки Актив забрасывать категорически не собирался. И сейчас они могли спасти жизнь им всем. Массивный стол взмыл в воздух как пушинка, но Брока там уже не было, зато самый крупный из троицы удобно встал к нему боком, загораживая Джека, чем Брок и воспользовался, открыв огонь по корпусу. Пистолет большой, руки маленькие и слабые, отдача сильная, так что целиться в голову смысла не было. Первая пуля попала в бедро, вторая - в бок, третья - бессильно зазвенела по полу, столкнувшись с сияющим щитом. Прежде, чем пришельцы смогли ударить по Броку, в спину самого мелкого вонзился нож из кухонного набора, которым весьма умело воспользовался отмерший Лаки, а следом за этим на пол упала кисть с палкой третьего, срезанная, как бритвой, кромкой капитанского щита. Злой блестящий рой метательных ножей столкнулся с загудевшей защитой, но отвлекшиеся на подкрепление, троица забыла про Брока, который расчётливо открыл стрельбу по корпусу самого большого. Минута скоротечного боя, три хлопка, и на кухне остались лужи крови, стреляные гильзы, отрубленная кисть с палкой и дергающиеся, как эпилептики, Джек и Мэй, отходящие от паралича неизвестного свойства. Брок неохотно отдал пистолет Активу, получив взамен куда более компактный и лёгкий. Лаки стремительно выскользнул из кухни на пробежку вокруг дома: пускай супры слышат всё, но удостовериться визуально не помешает. Стив аккуратно, не прикасаясь голыми руками, упаковал в отдельные пакеты отрезанную кисть и странную палочку. Джек и Мэй дергались все активнее, смахивая на заводных кукол из низкосортных ужастиков, у которых только то ли закончился завод, то ли они только оживают… Видя, что сами они никак не отойдут, Баки нажал у каждого несколько точек, после чего они задвигались нормально. Именно этот момент выбрал Лаки, чтобы вернутся, но не одному - следом за ним на кухню крадучись, вооруженные ножами скользнули Таузиг, Брайс и Джонсон, мгновенно расходясь в стороны и беря под контроль каждый свой сектор. - Это что было? - откашлялся Лаки. - Брайс, растяжки, чтобы оставить без выступающих частей тела, но не обрушить дом. Джек, собрать вещи на несколько дней. Джон, Фрэнк, на вас контроль территории. Стив, форма. Брок, вниз, в бункер. Джарвис, сообщи Тони, что у нас для него подарок. Джарвис? - Сэр, обнаружены электромагнитные помехи неизвестного свойства. Несколько минут я находился в неактивном состоянии. Прошу прощения. - Сообщи Тони, он должен знать о таком слабом месте. Брок, ты ещё тут? Вниз, живо. Лаки, с ним. Пусть они жили на гражданке, но растерять навыков и скорости за полгода никто не успел. Продукты в бункере были, долгосрочного хранения и такие, что Президенту предложить не стыдно. Одежда на Брока тоже была, как и все умывальное, поэтому Джек собрал то, что могло занять Рамлоу на достаточно долгое время - планшет, учебники, учебные материалы, небольшой плеер, наушники и игровую консоль. Брайс деловито копался в запасах Барнса в открытой для него оружейке и быстро устанавливал взрывчатку. Стив уже спускался по лестнице, на ходу застегивая последние липучки и крючки капитанской формы, кивком головы отправляя переодеваться Баки. - Свет, - коротко скомандовал Брайс, и дом погрузился во тьму, в которой ещё несколько минут чувствовалось движение. Но вот утихло и оно, погружая ранее теплое и гостеприимное жилище в темноту и холод одиночества. Только еле слышно звякало со стороны мастерской, когда ветер вольно гулял по так и распахнутому помещению, произвольно трогая брошенные инструменты и мелочи.