Дазай не любит Хэллоуин

      Дазай абсолютно не любит праздники, и особенно ему не нравится Хэллоуин. Эти тыквы, под цвет его волос, на которых вырезаны страшные рожицы, странная атмосфера, напоминающая Осаму о его характере и глупое поведение детей. Так ли весело наряжаться кем-то жутким и ходить просить конфеты у чужих людей? Почему взрослые подыгрывают им? Дазай никогда этого не понимал, но однажды был очень близок к осознанию самой сути этого дня. Правда, сейчас он понял, что ошибался... Всё совсем не так.       Он стоит в тени деревьев, издалека наблюдая на весёлыми детишками. Те резво бегают и во всю наслаждаются праздником. А Осаму смотрит и тихо прожигает взглядом каждого.       «Почему у меня никогда такого не было? Почему я никогда не чувствовал такого счастья в праздники? Что со мной не так? Почему они могут беззаботно веселиться, а я не имею на это права!?» — в голове мысли роились огромным отвратительным комком. Его пожирали грусть и непонимание, даже в какой-то мере зависть.

***

      — Осаму! Хватит смотреть, как эти дети бездельничают! Пошли, у тебя сегодня запланированы занятия в тренировочном зале. Ты наконец-то сможешь стать машиной для убийств, как и все здесь, — Мори холодно улыбался и настойчиво тянул его за воротник. Он не мог пока сильно давить на мальчика, но за любым непослушанием следует наказание. Это Дазай должен понимать, поэтому Огай решил резко уронить ребёнка на пол и смерить того презрительным взглядом. — Я сказал, что ты сейчас же должен пойти за мной, что непонятного?       — Да, Мори-сан, — Осаму в последний раз посмотрел в окно и быстро направился за наставником. Он не должен хотеть того же, что и дети за окном. Он — не ребёнок, а машина для убийств.       Спустившись вслед за взрослым, шатен увидел перед собой ужасающую картину. Какой-то человек в маске и чёрном костюме держал его котёнка за горло, намереваясь убить его. Глянув на Мори, мальчик понял, что это и есть испытание. Либо котёнок, либо убийство.       — Осаму, я не злюсь на тебя за то, что ты без разрешения спас это существо. Просто выполни испытание и всё, — сказал приторно-сладким голосом Босс Мафии. Он что, наслаждался этой сценой? Однако Осаму не боялся убить, он боялся сделать лишний шаг. Шея котёнка была тонкой и слабой, одно неосторожное движение и сердце малыша остановится.       Дазай стоял в оцепенении около минуты, после чего, наконец, пошёл прямо к противнику. Бесполезно было бежать, барахтаться или пытаться серьёзно нападать. Мори хотел лишить Осаму последнего счастья, и это было заранее обговорено. Такой ребёнок для взрослого мафиози совершенно не соперник, однако...       Послышался тихий писк животного и хруст шейного позвонка. Котёнок умер быстро и резко, никакого предупреждения не было.       В руке шатена появился скальпель, который он не так давно своровал у Мори. На лице мальчика отобразились безумие и жажда убийства. Перед глазами встала дымка, и Осаму не мог понять, что он делает, где находится и что с ним. Только предсмертный крик соперника привёл его в чувства. Холодящая кровь улыбка застыла на его губах. Наслаждение окатило новоиспечённого мафиози с ног до головы, и он больше не чувствовал страха или жалости. Он хотел убить всех.       Сзади послышались три прерывистых хлопка в ладоши и одобрительный смешок. Обернувшись назад, Осаму ещё больше возненавидел этот мир. Этого человека и всё это гнилое место.       — Потрясающе, — вылетело изо рта Босса. Только что перед его глазами десятилетний мальчик одним лишь скальпелем убил опытного мафиози. Он наносил одну рану за другой, совсем не боясь по-настоящему навредить. В итоге красиво вскрыл ещё живое тело и достал бьющееся сердце. Весь в крови соперника, ребёнок улыбнулся и посмотрел на него так, будто хотел бы увидеть на месте нынешнего трупа тело самого Огая. — Настоящий монстр.       Мори ушёл, оставив Осаму наедине с двумя трупами. Котёнок лежал где-то в углу, брошенный в ходе недавнего сражения. Кровь была уже холодной, однако Дазай всё равно попытался нащупать биение маленького сердца.

Тишина.

      — Ненавижу! — отчаянный крик шатена разнёсся по всему залу, но, казалось, Огай его даже не услышал. Это конец, больше такого мягкого обращения к нему не будет. А виной всему те дети... Да! Те весёлые дети, которые счастливо гуляют и радуются жизни, пока он сидит здесь, в клетке и иногда рвёт на кусочки подброшенных к нему жертв.       Урок был усвоен. Тому, кто ничем и никем не дорожит — терять нечего. Так он будет непобедим. Именно так он сможет убить его.

***

      Сейчас Дазай прекрасно понимал, что убийство Мори повлечёт за собой огромные последствия. А ещё то, что дети были вовсе не виноваты. Сейчас в его жизни есть Одасаку и Чуя. Всё идёт довольно неплохо. Только с недавнего времени шатен стал замечать, что Огай будто бы остерегается его, боится. Чем этот страх обернётся в будущем для самого Осаму? Точно ничем хорошим.       Он опять дорожит кем-то, опять подвергает опасности кого-то. Одасаку... Чуя... Бесполезно. Если покажет Боссу, что понял его планы, то лишь подвергнет дорогих людей бóльшей опасности. Остаётся лишь...

***

      Одасаку мёртв. Если шатен не поспешит, то Чуя окажется в точь-в-точь такой же ситуации. Нет, он не может... В ту же ночь Дазай сбежал, подорвав новую машину Накахары к чертям собачьим и заметая все следы за собой. Его прошлое теперь далеко позади.       Осаму уже пару лет с презрением смотрит на лезвие, но всё также бережно носит его с собой. Оно помогло ему выживать на улице до попадания в Мафию и во время обучения. Опыт сражения лезвием помог быстрее привыкнуть к скальпелю. Настало время выбросить и его.       Его натура безумца переросла в дикую страсть к самоубийству. Эмоции, страх за собственную жизнь и ощущение, что ты ещё здесь, на земле. Что ты живой. Со временем это занятие превратилось в рутину, просто хобби для развлечения.

«— Лучше это ты скажи, для чего мне жить?»

      Он никогда не сможет полюбить. Его чувства и эмоции опасны для окружающих. Только лишь один рыжий коротышка может жертвовать собой, будучи уверенным, что чувства Осаму не подведут. Единственный, кто оставался жив, но всё ещё находится под постоянным наблюдением.

«— Эй, тупая Скумбрия, не смей умирать! Я тебя из-под земли достану, сука!»

      Единственный, кто не хочет его смерти и кто заботится о нём, не запрещая быть человеком. Не видя в нём шута, машину для убийств или просто глупца. Рядом с ним Дазаю позволено чувствовать себя живым, приближённым к людям настолько, насколько это вообще возможно для такого, как он.       Неужели Осаму влюб... Нет! Быть не может, это опасно! Ложь! Он не может.

Осаму не любит Хэллоуин, потому что всё в этот праздник напоминает ему о том, что запрещено. О том, что ему до сих пор ни в коем случае не позволено.