🎃 👻 🎉
30 октября 2024 г., 21:37
— Я это не надену! — отрезала Сьюзан и для верности притопнула ногой. Ну, мало ли: вдруг надутых губ, покрасневших щёк и визгливого голоса недостаточно, чтобы весь округ узнал о её несогласии.
Миссис Дэвис устало покачала головой. Дочери пару месяцев назад исполнилось десять, но ощущение такое, что у Сьюзи год идёт за пять. Потому что обычно дети аргументируют отказы банальным «мне не нравится», «такое уже было у Мелани в прошлом году» или «я хочу костюм из Марвел, а не это старьё!»
— У Золушки явно выраженное зависимое расстройство личности, — отклонилась от шаблонов Сьюзан, — она просто «терпила», ставящая желания других выше своих собственных.
— А есть такое моего размера? — обратился к продавцу Роберт, внезапно заинтересовавшийся разговором.
Сьюзи повернула голову к брату, яростно сверкнув глазами.
— Думаешь, можно всего лишь протанцевать с человеком пару часов на вечеринке, и он станет любовью всей твоей жизни? Расскажешь потом подробнее?
— Да не собирался я ни на какую вечеринку, — протянул Робб, которому уже доставали платье подходящего размера.
— Если выйдёшь в этом на улицу, я буду делать вид, что тебя не знаю, — предупредила Сьюзи.
Её брат равнодушно пожал плечами, схватил вешалку с костюмом и скрылся в примерочной.
Миссис Дэвис поймала сочувствующий взгляд другой покупательницы и выдавила в ответ улыбку.
Когда шторка уехала в сторону, явив зрителям переодетого в костюм Золушки Роберта, в торговом зале воцарилась странная тишина. Один мужчина зачем-то закрыл глаза сыну. Вероятно, это было связано с тем, что короткая пышная юбка едва доставала до середины мускулистых бёдер.
— Золушкой прикидывается он, — покачала головой Сьюзи, — а к психологам потом ходить мне.
— Тебе нравится? — осторожно спросила Эстер. — Не жмёт?
Ещё как ему жмёт! Платье не застегнулось на спине, а плечи сдавило так, что ему кажется, будто слышно жалобный хруст костей. Однако покончить со всем и пойти подождать в машине хотелось сильнее, чем свободно дышать.
— Беру, — лучезарно улыбнулся Робб, снова скрывшись в примерочной.
— Ну а ты? — миссис Дэвис обратилась к дочери, которая весьма выразительно хлопнула себя по лбу. — Решила, кем хочешь быть?
— Хочу быть человеком со здоровыми зубами на всю жизнь, стабильной зарплатой, ежегодно индексируемой согласно инфляции, и собственным жильём, купленным не в ипотеку, — на одном дыхании выпалила Сьюзи. — Но это слишком сказочно. Пошли поищем костюм Вещи.
Костюм живущей в шкатулке руки, общающейся с другими при помощи жестов? Миссис Дэвис сверилась с часами — в торговом центре придётся задержаться.
***
— Привет! —жизнерадостно крикнул Чарли. Некоторые люди любят говорить по телефону так, словно стоят в центре взлётной полосы и пытаются конкурировать с самолётными двигателями. — Хочешь пойти сегодня в клуб? Роберт честно прислушался к внутренним ощущениям. Он поужинал тыквенным супом, выпил чашку горячего шоколада, закрыл дверь в свою комнату, чтобы скрыться от сестры, которая никак не могла простить ему Золушку и со вчерашнего дня закидывала аргументами, почему эта принцесса совсем ему не подходит, принёс ноутбук на кровать и готов был погрузиться в мир подростковых сериалов. Всё это проговаривать было лень, поэтому Робб просто ответил: — Нет. Видимо, чего-то такого от него ожидали, потому что Чарли начал с невероятной скоростью объяснять, почему двадцатидвухлетнему парню категорически запрещено сидеть дома в вечер пятницы. Робб даже не попытался возразить, что сегодня среда, потому что вставить слово в речь Чарльза — всё равно что пытаться пропихнуть слона в лисью нору. — Там будут все! — восторженно вопил Чарли. — Платим только за вход! Закуски и выпивка — всё бесплатно! «Ну не бесплатно же, — снова не смог возразить Робб. — Ни одно заведение не будет работать себе в убыток, и наверняка грамотно включает расходы на еду и напитки в стоимость билетов». — Ты смотрел фотки, которые я тебе скинул? Вопрос прозвучал так внезапно, что Роберт вздрогнул, на секунду забыв, о чём вообще шла речь. — Фотки? — Чувак, — простонал Чарли, — ты меня вообще слушал? — Честно? — Мы были в Абракадабре с ребятами, пока ты покупал костюм вместе с мамой. — Это там, где поясные повязки стоят по пятьдесят долларов? Немного дорого для наряда, который легко можно принять за салфетку для ужина. — Просто посмотри, в чём будет Гордон, пожалей, что не пошёл с нами за покупками, и скажи, сколько времени тебе нужно, чтобы собраться. Робб подумал, что завтра Хэллоуин, а это значит, что ему придётся в первой половине дня ходить с сестрой по музеям, замкам с привидениями и лабиринтам страха, потом поужинать в кругу семьи и в сумерках выбраться на охоту за сладостями. Эти мероприятия и так не казались чем-то привлекательным, а делать это после ночи в обнимку с кровавой Мэри — настоящее самоубийство. Судя по тяжёлому дыханию на том конце провода, от него всё же ждали какого-то ответа. Роберт открыл входящие сообщения, где на самом деле обнаружил несколько фото. Несколько — это десятка два. В основном это были крайне довольные лица его друзей. Иногда лиц не было, зато были тела, облачённые в нечто, больше подходящее для бдсм-вечеринки, а не похода в клуб. Гордон Мендоза был. Его Чарли не поленился сфотографировать отдельно и с разных ракурсов. Что ж, узкие кожаные штаны с подтяжками на голое тело стали решающим аргументом. — Минут сорок, — внезапно охрипшим голосом сказал Робб. — У тебя же есть костюм? — уточнил Чарльз. Дьявол! Роберт поспешно распрощался с другом и бросился к шкафу, вытаскивать купленный в первом же павильоне костюм Золушки. — Мам! — практически слетая вниз по лестнице, кричал Робб. — Сможешь расшить это? Мне нужно, чтобы молния застегнулась. — А говорил, что не жмёт, — ехидно заметила Сьюзи, сидевшая в гостиной на диване вместе с Эстер. — Ты куда-то уходишь? — мистер Дэвис, читавший книгу в глубоком кресле, удивлённо приподнял брови. — В клуб, — честно признался Роберт, отдавая платье матери. — Чарли меня заберёт и привезёт обратно. Наверное. Костюмированная вечеринка в честь Хэллоуина. — Твои друзья начали отмечать Хэллоуин ещё в августе, — покачал головой Джо. — Неужели это не приедается? — Робб обычно с ними не ходит, — заступилась за брата Сьюзан. — Так уж вышло, что все его друзья — экстраверты. Ума не приложу, почему они продолжают его звать. — Потому что я чертовски обаятелен, — заявил Робб. — Кого ты пытаешься обмануть? — Мне пора, — Роберт засеменил обратно к лестнице. — Буду поздно. — После полуночи? — уточнила Сьюзан. Вопрос стукнул между лопаток. Робб застыл на первой ступеньке, после чего рванул вверх искать что-то, чем можно прикрыть ноги, которые точно не сможет прикрыть платье Золушки.***
— Ого, — присвистнула Марша, глядя на выбегающего из дома Роберта. — У меня просто нет слов, — она хлопнула по бедру сидевшего за рулём Чарльза, будто слова должны были появиться у него. Дом семейства Дэвис каждый год поражал обилием светящихся тыкв, выложенных вдоль тропинки, искусственной паутиной на окнах, венками и пугалами, но сегодня главной достопримечательностью был явно не он. Робб успел нанести макияж, расчесать парик и превратить себя не просто в принцессу, а в принцессу-зомби с синеватыми разводами вокруг глаз и сделанными при помощи клея и салфеток кровоточащими ранами. На ноги он нацепил колготки с дизайнерскими дырами и аутентичные кеды, которые выглядели так, словно он с боем отнимал их у стаи разъярённых собак. — А после двенадцати он превратится обратно в тыкву? — с заднего сиденья спросила Гвен. Никто ей не ответил, потому что пассажирская дверь распахнулась, пустив в салон прохладный осенний воздух и запыхавшегося Роберта. Музыка ревела из динамиков, но оглушительные ударные и пронзительный визг вокалиста терялись за какофонией четырех голосов, пытающихся перекричать друг друга. Робб, даже если бы и знал слова, пел бы очень вряд ли. И дело тут вовсе не в стеснительности, а в руке сидевшего посередине Гордона, не перестающей скользить вверх-вниз по его колготкам от колена до подола юбки. Чарльз, наблюдающий за всем этим в зеркало заднего вида, взглядом говорил: «А ты ехать не хотел, болван, теперь расслабься и получай удовольствие». На входе в клуб Роберт снова вспомнил, почему не хотел ехать. — Я домой, — шепнул он на ухо Чарли и действительно полез в сумку за телефоном. — Ты чего? — Гордон подхватил его под локоть. Робб стрельнул глазами в разноцветную толпу, пробиться сквозь которую не представлялось возможным, если не иметь навязчивого желания состариться среди зомби, фей, ведьм и человеков-пауков, у которых из человеко-паучьего были лишь маски, а обнажённые торсы явно не являлись частью чего-то супергеройского. — Я тут подумал, что сто долларов это слишком, — борясь с силой сопротивления чужой руки, пробормотал Роберт, пятясь назад к дороге. Гвен стрельнула в него предупреждающим взглядом, быстро поняв, что не в деньгах дело. Робб не проникся и скорчил ей в ответ мучительную гримасу. — Я могу заплатить за тебя, — не разобрался Гордон, который в компании был совсем недавно и не догадывался обо всех тонкостях. — Сотка за ночь — вполне нормально. Марша, одетая в костюм женщины-кошки, только выдавила кислую улыбку и покачала головой, направившись к концу очереди. — Можно тебя на минутку? — сверкнул глазами Чарли, пытаясь увести Робба в сторону. — Нет, — помотал головой Робб, боязливо прижимаясь к Гордону. — Тогда справляйся быстрее с панической атакой и пошли уже внутрь. Мне немного холодно стоять тут без верха. — Так надень рубашку. К слову, это было преувеличение, потому что верх на Чарльзе всё же был. Такой короткий, недостающий до пупка верх. — Ты помнишь, в какой момент меня нужно остановить? — поинтересовалась Гвен, когда заминка кончилась и компания двинулась к уже практически добравшейся до входа Марше. — Конечно, — кивнул потерявший всякую надежду сбежать Роберт. — Если ты танцуешь на барной стойке без штанов — ещё три коктейля. А если блюешь в туалете — тогда два. Гвен стукнула его по плечу. Сейчас она и в самом деле походила на ведьму. И не на секси-ведьму с глубоким вырезом, в костюме которой пришла, а на настоящую ведьму, способную испепелить взглядом. Роберт мстительно улыбнулся. Передвигаться по клубу приходилось с большой осторожностью, потому что можно было наесться декораций, свисающих с потолка, или уколоться частью чьего-нибудь костюма. Некоторые из присутствующих всё же отдали дань традициям и выглядели по-настоящему жутко. В поисках укрытия Робб столкнулся с чуваком без головы, сильно повзрослевшими близняшками из Сияния, Майклом Майерсом и другой неидентифицируемой нечистью. Музыка, как ни странно, была соответствующей, готической и призванной вызвать тревожность у слушателей. Каким-то чудом они добрались до бара почти в полном составе. Не хватало только шляпки Гвен, которая таинственным образом исчезла, и никто не сумел её отыскать. Попытки также исчезнуть со стороны Дэвиса были прочитаны и пресечены в зародыше. — Тут только пиво и кровавая Мэри, — заметил Чарльз, разглядывая предложенный ассортимент. — А нет, есть просто водка. — А ещё соки, вода, газировка… — начал было перечислять Роберт, но его быстро перебили, сунув в руки коктейль. Схватив стакан, Робб отправился в длинное, полное опасностей, паутины и взрывной музыки путешествие до столика в стороне от танцпола. Оставшиеся выпили прямо на баре и с радостными улыбками присоединились к танцующим. Гордон косился на него, словно проверяя, смотрит ли он. Конечно, смотрит. И даже не пытается скрыть. Иногда только свет подводит, и облик Мендозы пропадает из виду, но это издержки клубной жизни. Живот сжался от волнения. Во-первых, из-за взглядов Гордона. Во-вторых, из-за его движений, перекатов мышц под загорелой кожей, прикусываний губ. Роберт залпом допил остатки своего коктейля, когда заметил идущего к нему пританцовывающего Чарли. — Знаешь, ты слишком красив, чтобы сидеть тут в одиночестве и грустить, — подмигнул он, протягивая наполненный до краёв стакан. — Тебе так идут длинные волосы. Не придумав, как на это реагировать, Робб залпом выпил коктейль, вкус которого на второй раз стал казаться несколько лучше. — Сколько времени? — не унимался Чарльз. — Полночь, — выкрикнул в ответ Роберт. — Значит, уже тридцать первое, — пьяно улыбнулся Чарли. — Самое время для жертвоприношений! Что делать с этой информацией, Роберт так и не понял, позволяя танцу разноцветных софитов увести себя в транс. Друг, видимо, решил принести в жертву Маршу, потому что по возвращении на танцпол уткнулся носом между её плечом и шеей, плавно покачивая бёдрами. После третьего коктейля Робб всё же присоединился к шабашу. Всё закрутилось в хаотичный водоворот цветов, взлетающих вверх рук, дыма и музыки. Марша с Гвен обменивались многозначительными взглядами, глядя на то, как Гордон прижимал его к себе, гладил по спине и почти целомудренно целовал в шею. Шее было щекотно, но Роберт готов был терпеть это неудобство, поддаваясь жару, разлетевшемуся по всему телу. — Это Хэллоуин! — орал окончательно захмелевший Чарли, поднимая банку пива. Ему вторили голоса других отдыхающих. Такие же радостные, раскрепощённые и пьяные. Робб смотрел на друга поплывшим взглядом и медленно проникался атмосферой. Всё же он любил Хэллоуин. Гордон отлучился в уборную. — Тебе не пора домой? — на ухо Дэвиса шепнула Марша. — У этих костюмов есть одно неочевидное положительное качество — химию между людьми сложно не заметить. Гордон точно навеселился. — Думаешь? — вздрогнул моментально протрезвевший Роберт. — Не слишком рано? — Технически уже тридцать первое, — ободряюще хлопнул его по спине Чарли. — А вы?.. — А мы хотим ещё выпить! — радостно прокричала Гвен. Когда Гордон вернулся, Робб решительно притянул его к себе и, пытаясь скрыть волнение, спросил, не хочет ли он поехать туда, где потише. Готовность Мендоза выразил через глубокий поцелуй, который даже на мероприятии с рейтингом 21+ мог показаться слишком развязным.***
Сьюзи проснулась от криков детей, играющих на улице. От их радостных визгов. От топота их крошечных ног. Девочка выскользнула из постели и спустилась вниз. Мама уже готовила праздничные закуски, отец завершал декор в гостиной, а брат… — А где Роберт? — зевая, поинтересовалась Сьюзан. — Спит, — старательно придавая тесту форму человеческих пальцев, ответила Эстер. Сьюзан не слышала, как Робб вернулся с вечеринки. Наверное, было уже поздно. Или, наоборот, рано. Догадка яркой вспышкой пронеслась перед глазами. Захотелось посмотреть. Девочка проигнорировала предложение позавтракать и спустилась в подвал. Там она, практически не глядя, достала со стены ключ от морозильной камеры. Вставила его в замок, повернула — и вуаля! Крышка поднялась. Сьюзи наклонилась, почувствовав как лицо, шею и грудь обдало холодом. Молодой мужчина смотрел на неё, открыв белый рот. На его ресницах застыли кристаллики льда. Пульс участился. Сердце Сьюзан забилось так сильно, что ей стало почти дурно. — Ты чего тут забыла? — проворчал за спиной голос Робба. — Красивый, — одобрительно выговорила Сьюзи, скользнув по застывшей щеке незнакомца. — Маме с папой уже показывал? Он останется? Роберт несколькими большими шагами пересёк комнату и захлопнул крышку морозильника, едва не стукнув по пальцам сестры. Девочка сощурилась, обнажив острые треугольные зубы. Робб оскалился в ответ, явив свои, такие же. — Нам пора в лабиринт страха, — заметил Роберт, возвращая ключ на место. Ему нелегко давалось нахождение среди людей. Особенно, когда близился Хэллоуин, но для Сьюзан этот аргумент был так себе. Или сестре просто нравилось смотреть, как он мучается из-за пробуждающейся жажды.***
— Я чувствую себя странно, — признался Гордон, скользнув кончиками пальцев по бедру Роберта. Робб, выводящий узоры на его животе, вопросительно приподнял брови. Мендоза вытянул шею. — Видишь? На что похоже? — На укус какого-то насекомого, — не раздумывая, ответил Роберт. Ничего подобного. Две идеально ровные круглые раны были похожи на след от клыков, но говорить об этом вслух он не собирался. — Появилось после той вечеринки, — продолжал размышлять Гордон. — Хоть убей, не помню, чем она закончилась. — Алкоголь плохо действует на мозг, — Робб потянулся к его губам. Не столько за поцелуем, сколько за тем, чтобы прекратить неприятный разговор. Все они такие поначалу. Растерянные, напуганные, неспособные вспомнить, что произошло. Он разорвал поцелуй и скользнул языком по шее Гордона. Аккуратно обвёл следы, которые сам же и оставил в ночь, когда стёрлась грань между миром живых и миром мёртвых, а демоны получили возможность полакомиться человеческими душами. Гордон умер на той вечеринке, но пока ещё не знает об этом. Поймёт только через год, когда начнёт задыхаться от жажды. Мендоза мгновенно забыл обо всём, поддаваясь ласкам. Роберт готов был целовать его сколько угодно, лишь бы вытолкнуть из головы все ненужные мысли.Веселого Хэллоуина!
