Я помогу тебе

      Парни очень быстро добрались до кровати. Но прежде чем продолжить, Авантюрин усадил Келуса первым, отстраняясь. Он собирался куда-то идти. — Подожди, — в недоумении сказал тот, — куда ты? Какаваша усмехнулся и без колебаний ответил: — Боюсь, что мне нужен бокальчик вина, будешь? Келус задумался. Если вспомнить, пил ли он когда-то алкоголь? Кажется нет. Пора исправлять. — Да. Налей и мне. Авантюрин хитро улыбнулся. — Хороший выбор. Ощущения будут ярче, — сказал он, подмигивая, и скрылся за стеной. Парень засмущался и показательно фыркнул на шутку.       Прошло менее чем пять минут, прежде чем он вернулся. В руках было два бокала, в которых плавно плескалось ярко-красное вино. Какаваша один отдал Келусу. Он сделал глубокий вздох и залпом выпил напиток. Это было не лучшей идеей. Оно сразу же ударило в голову. Авантюрин, который присел рядом, находился в полнейшем шоке. Его рука застыла в воздухе, чтобы остановить парня, но не успел. Но теперь комната залилась смехом. Келус хмуро посмотрел на картёжника, не понимая, в чём дело: — Эй, чего смеёшься? — Не знал, что ты будешь пить вино именно так. Меня это очень забавит, — он не переставал смеяться. Келуса такая реакция не радовала. Он приблизился к нему вплотную, забрал бокал, пока тот отвлечён. Не глядя, парень хотел поставить его на ближайшую тумбочку, но промахнулся, и вино разлилось по полу. Но акцентировать внимание на этом он не стал. Авантюрин замолчал и наблюдал за действиями того, кому так легко ударило в голову вино.       Келус прижал его к кровати, отрезая пути отступления. Но, кажется, их обоих всё устраивало. — А ведь сам переживал, что я трачу много денег на тебя. Ах, а ты так легко вылил моё вино... Оно очень дорогое, — Какаваша наигранно погрустнел и попытался разглядеть в практически кромешной тьме разлитый напиток. Комната была плохо освещена для создания романтической атмосферы. Он и впрямь как типичный богатей из фильма, который пытается впечатлить девушку. — Молчи, — Келус мягко взял пальцами чужой подбородок, приблизившись к лицу. С каждой секундой Авантюрин дивился всё больше.       Казалось бы, забитый, сломанный, всё ещё ребёнок, ведёт себя так раскрепощёно, вульгарно, возбуждающе. Каждый хотел доминировать над другим. Какаваша сегодня немного в выигрыше, ему легче удаётся перехватить инициативу. Теперь на нежном одеяле находился Келус. Алкоголь сильно затуманил ему разум. Понимал ли он свои действия? — Келус, на тебя сильно повлияло вино. Может, нам стоит... — Нет! — тут же прервал парень, — ты что, садист? Сколько мне ещё ждать... Он говорил это с обидой (ненастоящей). — Послушай... Парень не стерпел и схватил лицо Авантюрина двумя руками, тем самым, делая смешную рожицу. — А теперь ты слушай. Это моё желание. Понимаешь? Да. У него и правда было желание, полученное совсем недавно. Что ж, умно. — Хорошо, но не жалуйся после. И Какаваша сразу приступил к делу. Он оставлял лёгкие поцелуи на его шеи, но она краснела. Пальцы в спешке расстёгивали жилет, а затем рубашку. Он поедал Келуса глазами. Тело было у него не отлично, но сложенно. Наверное, до похищения он упорно посещал занятия, и это лишь малая доля того, что было. Авантюрину он казался хрупким, беззащитным беглецом. Ему просто хочется, чтобы он был всегда рядом, под его присмотром. Возможно, это одержимость, но Келусу некуда идти. Ему будет лучше здесь.       Блондин целовал кожу около ключицы, а также груди. Он стянул его верхнюю одежду, оставляя голый торс. Очки и обувь давно покоились в прихожей, дожидаясь следующего путешествия... Келус томно дышал, не издавая лишних звуков, а Авантюрину было достаточно и реакции тела. Ему нравилось любое его поведение. Капризы — исполнит, тревоги — утешит, радость — поддержит. Он готов помогать со всеми травмами. Какаваша неутолимо, ненасытно обнимал его одной рукой, другой расстёгивал ремень.       Келус приостановил его: — Подожди, кое-что хочу попробовать сам, — не дожидаясь ответа, и Авантюрин снова лежал, ожидая того, что выдумал негодник. Парень быстро снял чужой верх, а после также скоро ремень. Он наклонился ближе к штанам, расстёгивая. Какаваша молчал, но в душе был в полном восторге, что Келус не боится делать что-то чего ему хочется, но больше всего работает алкоголь. В целом не так критично. Парень стянул не до конца нижнее белье вместе с верхним, тем самым освободив горящий орган. Келус приблизился ртом, начиная работать языком.       Какаваша испускал пот. И скорее не от физического удовольствия, а от уверенности парня. — Ох... Когда начнёшь делать это, не используй зубы. Будет... Не очень приятно. Этот совет помог, ведь опыта не было. Келус с особой осторожностью взял себе в рот. Он с беспокойством посматривал на партнёра, но тот, кажется, прибывал в эйфории, наслаждаясь неопытными и неуверенными действиями. Парень успокоился, продолжая начатое.       Авантюрин тяжело дышал, иногда издавая что-то на подобии тихих стонов. Он не терял времени. Ему всё-таки удалось стянуть штаны и трусы. В одну руку взял тюбик смазки и выплеснул побольше, чтобы не ощущалась острая боль от сухости. Какаваша приставил пальцы к возбуждённому колечку мышц, проводя по кругу. Келус постанывал прямо в орган, а продолжать держать во рту ему не удалось, когда один палец вошёл внутрь. Авантюрин намеренно давил на точку, которая доставляла удовольствие.       Келус неполноценно стонал. Ощущения стали острее после второго пальца. Они активно двигались внутри, задевая особое место. Какаваша не постыдился растягивать в стороны методом ножницы. Очень... странные чувства. Парень неконтролируемо излился на чужие штаны, испачкав ткань. — Ты так быстро кончил от одних лишь пальцев? Тебе достаточно или продолжим? Хриплый голос возбудил Келуса вновь, но он всё равно планировал не останавливаться. Авантюрин посмеялся. — Ты можешь контролировать свои движения сам, а я лишь буду направлять тебя. Чтобы делать это правильно. Какаваша лёг и как бы пригласил "присесть". Тот решил довериться, ведь сам он почти не смыслит в том, как правильно это делать.       Он самую малость касался головки своей дырочкой и по какой-то причине остановился, отводя смущённое лицо в сторону. — Не бойся продолжать. Я хорошо тебя растянул. Будет не так, как с этими мерзкими... — «ушлёпками» хотел сказать Авантюрин, но не стал, чтобы не портить всю атмосферу, — всё в порядке. Если будет больно, поверь, я не стану держать насильно. Келусу не нужны излишние переживания. Он только пытался собраться с силами и преодолеть все ужасные мысли, лезшие в голову. Он решился и без помощи партнёра смог впустить в себя половину. Он жалобно простонал от накатившей боли. Какаваша поддерживал, сжимая одну из его ладоней. Он, к слову, тоже немного скорчился от узкости внутри. Казалось, что половина отваливается.       Не давая себе долгой передышки, Келус погрузился глубже. Сейчас не было и капельки наслаждения, только жгучая боль. Но он верил, что позже станет приятно. Не мог же Авантюрин наврать. — Ты молодец. Пробуй медленно двигаться. Так он и поступил, пересилив себя. С каждым трением темп ускорялся. Какаваша поддавался навстречу аккуратно. Стоны были больше похожи на хрипы и жалобные возгласы, и не ясно от чего. Либо приятно, либо... Наоборот.       Теперь он понял. Понял, почему сверстники тогда и сейчас отзываются о сексе, как о чём-то волшебном. Когда над ним измывались старики, он всей душой ненавидел это и просто не мог понять, почему многим это нравится. Это так мерзко и отвратительно. Но, кажется, дело было в человеке. Вместо боли чувствуешь удовлетворение. Почему так?       С каждой секундой они ускорялись. Звуки, всхлипы и шлепки становились громче. И, о, как же это возбуждало до безумия. Незабываемые эмоции, которые не хочется терять.Чем ближе был пик, тем быстрее нарастал темп. И тем больше Келус думал об Авантюрине, о том, почему полюбил, почему захотел, почему доверился. Если бы не тот ужасный день, полный отвратительных воспоминаний до того момента, пока они не встретились, он бы гнил так ещё пару лет или до "непригодности". И почему он вспоминает этот кошмар именно сейчас?       Наконец они кончили. Одновременно. Один презерватив спас от попадания внутрь, а вот на второго не нашлось. Он запачкал всю постель и партнёра. Впечатления не забудутся никогда о первом приятном опыте. Келус был до сумасшествия счастлив, что рядом с ним оказался именно Авантюрин. Парень издал последний тяжкий вздох и прилёг на лежащего. Пропустив руки за его спиной, он крепко сцепил их, не желая отпускать. — Тебе понравилось? — спросил Какаваша. Келус не хотел говорить что-то конкретное. Это смущало, потому ответил: — Может быть, — он упрямо утыкался в обжигающую своим видом грудь. — И что это значит? — непонимающе спросил парень. — То и значит. Молчи. — Куда делся тот скромный парнишка? Зачем грубишь так — грустно проговорил Авантюрин. Ему не ответили.       В душе же Келус танцевал и пел, что их отношения становятся только крепче и станут ещё крепшее. Иногда он задавался вопросами: не сон ли это? Не слишком ли всё хорошо? Меня обводят вокруг пальца? Некоторые вопросы он задаёт до сих пор. Парень не может поверить, но наслаждается этим. Как бы не хотелось в смятении проснуться в прежней комнате, с цепями на руках и ногах, с надоедливой рожей Гранса Фютчера. Но что-то подсказывает, что он не встретит его уже никогда. «Надеюсь это животное сдохло» — всё, что он мог подумать о нём. Сейчас важнее то, чтобы эта нереальная жизнь продолжалась всегда, до самой старости, до самих поздних лет.       После встречи с Авантюрином всё перевернулось с ног на голову. Стало легче жить. Умер гнилой отец (оказавшийся таковым), появилась свобода и любимый человек.       Наверное, Какаваша тоже удивлён изменениям в его жизни. Теперь он может не проводить дни в одиночестве в куче бумаг. У него есть возможность тратить своё время на того, кого любит. Пускай Так Будет Всегда. ________________••••••••••_________________ Мы любим тех, кого должны любить, Ненавидим тех, кого должны убить. Переживаем за тех, кто так важен, Хвалим тех, кто так прекрасен. Это Жизнь, наша мать, Судьба тех, кто должен засверкать.

Конец