Все началось с аромата саподиллы

Всё началось с аромата саподиллы, привкуса вишневых сигарет и чая. Дон абсолютно точно не планировала ничего в тот летний вечер, и, когда Эндерс предложил расслабиться и поболтать узким кругом, не смогла отказаться. Они долго травили студенческие истории со стажером-копирайтером Тарой и ивент-маркетологом Хельгой, потягивали коктейли и отлично проводили время. Когда около полуночи все решили разойтись, то Дон, не желая ехать домой, предложила взять чай на вынос и немного погулять. Её поддержал лишь Эндерс. Легкий пшик любимых духов на кардиган. Пятнадцать шагов в ночь. Душа компании и самый болтливый человек на свете, он внезапно молчал всю дорогу. Пусть и с легким туманом в голове, но Дон начала беспокоиться. Что-то было не так. Он словно о чем-то тяжело размышлял, Дон видела, что в его голове бьется какая-то мысль. Буквально утянув мужчину в сторону с главной дороги, девушка заметила небольшой уютный сквер, где их словно ждали пустые качели. – Пойдем? – только кивок в ответ. Эндерс, тяжело ступая, первым опустился на чуть звякнувшие качели. Дон, стянув растрепавшиеся волосы в хвостик, села рядом. – Что с тобой? Он промолчал, достав сигареты. Девушка нахмурилась – ее начальник курил редко, поддаваясь вредной привычке только в моменты тревоги. Дон знала, что если на Эндерса надавить – он никогда ничего не расскажет. Слишком привык держать все в себе. И сделала то, что делала всегда – решила просто быть рядом. Она придвинулась ближе и, поколебавшись мгновение, опустила голову ему на плечо, прижавшись щекой к черной ткани пиджака. Прикрыла глаза. Рваное дыхание. У обоих. Дон не знала, сколько они так просидели – пять минут или целую вечность. Но, когда приподняла голову, вместо синего с черными прожилками неба она увидела его внимательный взгляд. И, ощутив горячее дыхание, прикрыла веки. Это было так правильно. *** Солнце проникало сквозь легкие прозрачные занавески в спальне Эндерса, отбрасывая по комнате тёплые медовые лучи. Дон же лежала в приятной полудрёме, запутавшись в простынях и наслаждаясь моментом. Она слышала, как Эндерс ходит по кухне, как звучит приглушенная музыка. Теперь она точно знала, что эти странные, но любимые Джонсоном завывания, доносятся из синей переносной колонки. Это маленькое знание заставило её улыбнуться. Она периодически разбавляла его плейлист чем-то эдаким. Например, французским шансоном. Или хитами восьмидесятых. В спальню проник знакомый запах — кофе. Конечно. Что же еще Эндерс приготовит утром? Себе – обязательно черный, а ей разбавит молоком. И никакого сахара. Запомнил за столько лет знакомства. До сих пор она не осознавала, как много эта деталь будет значить для неё.«Не слишком ли я расслабляюсь?»— периодически приходили на ум болезненные мысли.«Не рано ли для этого?» Взъерошенный Эндерс в одних пижамных штанах появился в дверях с кружками в руках, на лице расцвела довольная ухмылка, когда он заметил, что девушка уже не спит. – Сюрприз как обычно не удался, – мужчина отпил из собственной кружки. – Хотя… Ты такая забавная, когда сонная. Я уже говорил это? Дон закатила глаза, но не смогла сдержать улыбку. Эндерс был совершенно непохож на человека, которого она когда-либо могла представить рядом с собой: сложный, импульсивный, злопамятный, любящий свободу и до абсолюта не готовый полностью посвятить свою жизнь другому человеку. А еще – немного младше. Дон вновь почувствовала лёгкое волнение и одновременно желание сделать что-нибудь откровенно дурацкое. — И тебе доброе утро, — сказала она, демонстративно закатывая глаза и протягивая руку за кружкой. Капучино. Это было слишком хорошо. *** Как только они вошли в лифт бизнес-центра, где располагался J:pr, утренняя непринужденность исчезла, и они снова стали теми, кем были всегда – партнерами по работе. Эндерс был в своей стихии – громкий, активный, деловой. Уболтать клиентов на продление сроков договора, отпустить дурацкую несмешную шутку, поругаться по телефону с Майком, начать спорить по статье для KiwiTech* с Тарой, слегка постукивать пальцами левой руки по губам, уставясь в свой календарь. Но она замечала, что Джонсон время от времени поглядывает в её сторону, а если отпускает шутки, они мягче, чем в адрес коллег. Дон ловила себя на мысли, что сдерживает улыбку и оглядывается, чтобы убедиться, что никто не заметил. – Дони, душа моя, не желаешь ли выйти и взять кофе? – намек понят. Цокот каблуков до лифта, короткое ожидание, нажатие на кнопку. Они остались вдвоем. Она мягко коснулась его затылка, сразу почувствовав руку на талии. – Что-то я устал. – Ты толком и не работал еще, – Дон прошептала это едва слышно, точно зная, что будет дальше. Эндерс улыбнулся и, крепче сжав ее талию, понизил голос. — Знаешь, в этой блузке ты выглядишь опасно хорошо. – Да, мне уже говорили это сегодня. – Доиграешься. Она бросила на него взгляд, в котором смешивались раздражение и веселье. – Эндерс, – пробормотала она предостерегающим тоном. – Я думала, мы договорились держать это… вне кадра. Он выдохнул с притворным вздохом поражения, громко хрустнул шеей и, заметив её испуг, подмигнул. Дон почувствовала, как знакомый румянец разливается по ее щекам. Это всё стоит того? Потому что, когда все развалится — а он младше, безумнее да и… Именно мне придется собирать себя из осколков. *** Она была полностью погружена в вычитку важного клиентского NDA** и не сразу услышала пришедшие смс. – Хочешь «встретиться с клиентом» вместе со мной? – В нескольких кварталах отсюда есть новое кафе. Я слышал, там неплохие коктейли. – Безалкогольные тоже. Дон даже не думала, быстро набирая ответ. Ей, несмотря на все тревоги, было так легко позволить себе попасть в его орбиту. – Мчу. Жди внизу, где один лифт. Кафе было маленьким и уютным, и в приглушённом свете она почти могла представить, что это их обычное место встреч. Но пока они ели суши, смеясь над локальными шутками и прикосновениями, которые казались слишком интимными, чтобы быть случайными, она не могла избавиться от закрадывающихся сомнений. Дон думала, что он будет для неё просто увлечением — безобидной интрижкой, что её отвлечёт и подарит несколько приятных воспоминаний, а потом они молча договорятся, что это все было никому ненужным. Но вместо этого она открывала в Эндерсе стороны, которую не ожидала увидеть – трогательность, честность, мягкость, нежность.То, что он не разрешал видеть в себе другим. Она привязывалась к нему. Ей нравилось быть с ним. Она хотела быть с ним. И… это пугало. Когда они возвращались в офис, стоя в лифте, она взяла его за руку. Слова вырвались прежде, чем Дон успела их остановить. – Знаешь, — сказала она, вглядываясь в удивленное лицо Джонсона, — я никогда не думала, что мы действительно… будем работать вместе. – Работать? – он нахмурился. – Всё указывало на то, что мы просто рано или поздно отравим друг друга, – Эндерс лишь хмыкнул. – Или сведём друг друга с ума. И, может быть, мы до сих пор это делаем… Ну, знаешь, учитывая все твои шуточки и подколы, – Дон отвела взгляд, уткнувшись Эндерсу в ключицу. – Ты… ну, ты младше. И иногда я думаю, не станет ли это проблемой… может быть, я для тебя просто увлечение. Что-то смягчилось в лице мужчины. Он приподнял её подбородок, чтобы она посмотрела на него, и на мгновение в его глазах вместо обычной дерзкой наглой искры появилось что-то неожиданно нежное. – Если бы ты была просто увлечением, я бы не был здесь. И не берег так тебя от чужих взглядов. Я не хочу делиться этим с другими, – он быстро, словно украдкой поцеловал её в губы. И прижался к ней лбом. А ей стало легче. *** Они долго бродили по ночному Окленду с бутылкой шампанского в руках. Тихие скверы, темные аллеи, уединенные места – они ощущали себя детьми, испытывающими первую любовь. Восторг, колкие шутки и только им понятные фразы. – Минтайная связь, – глубокомысленно изрек Эндерс, на что Дон, не выдержав, захохотала во все горло. Они поняли мысли друг друга по полувзгляду. В ту ночь они оказались в её квартире, растянувшись на диване и слушая виниловую пластинку, которую, как Дон прекрасно знала, он никогда раньше не слышал. Да и не слушал бы, если бы не она. Джонсон любил современную музыку, часто вслушивался в слова и, кажется, мог бесконечно цитировать любимого исполнителя. Дон и не догадывалась раньше об этом. Она положила голову ему на плечо, рассеянно обводя пальцами его подбородок и чуть поглаживая колкую щетину. В такие моменты Дон почти забывала о своих сомнениях, позволяя раствориться в его тепле. Но страх всегда был где-то рядом, притаившись, нашептывая, что Эндерс — из тех, кто сбежит, как только всё станет слишком реальным. Он далеко не идеален. И то, что они сейчас вместе – ничего не доказывает и ни о чем не говорит. Она всё прекрасно понимала. И всё же он был здесь, рядом с ней. И это казалось до безумия правильным. Тем, что должно быть именно сейчас. Тем, чего она хотела. – Может быть, однажды, — пробормотала Дон, пытаясь убедить скорее себя, чем его, – мы расскажем. – Майк умрет от этой новости, – тихо рассмеялся Эндерс, запуская ладонь в ее волосы. – А Тай захочет меня запихнуть в холодильник и закрыть там. Ай! – ощутимый тычок под ребра. — Да я шучу. В целом я не против. Просто пока что я не хочу делить тебя с кем-то. Она сжала его руку, решив, что на сегодня этого достаточно. Он рядом. Дон еще не знала, что это все надолго.