Создатель

      Ему относительно комфортно в своём нынешнем положении: советник короны и один из влиятельных людей государства. Многие мечтают оказаться на его месте. Только он сам жаждет вернуть свою истинную власть… власть Создателя, который и помог людям достичь тех высот, имеющихся сейчас.       Прошёл ещё один век,       Как я обычный человек.       Как я обманут судьбой,       И каждый день для меня бой.       Он лениво качает бокал с красной жидкостью в своей руке. Интересно выходит, как низко он пал веками ранее и как возвысился время спустя. Видели бы братья… хотя их мнение его мало волнует. Глупые и никчемные колдунишки. Они бы ничего и не смогли подобного сотворить. Только держали его взаперти те долгие годы.       Я был игрушкой в ларце       И гнил годами во дворце.       И терпеливо дожидался, что произойдет в конце.       Он морщится от неприятных воспоминаний. Его считали глупым в силу юного возраста и не позволяли даже предложить что-то создать. Конечно, старшие ведь лучше знают, что именно нужно создавать! Вздор!       Он кидает бокал в стену, заставляя прислугу вздрогнуть. Откидывается на спинку обитого бархатом кресла.       — Что сейчас происходит в городе?       — Так фестиваль, Господин Советник, — пищит девчонка-служанка, по виду пятнадцати лет от роду. — Сейчас празднуют день Бога морей и…       Он сжимает руку в кулак. Девчонка замолкает. День Бога морей… Забавно. А ведь братьям даже праздники сделали. Но совсем не помнят, кто их истребил. За столько лет своей службы ещё никто не говорил ему про праздник в честь Создателя рода человеческого. Люди забыли, кому обязаны своей жизнью. Но совсем скоро он им напомнит.       — Подготовьте мне пару крепких ребят. Хочу посмотреть, что люди приготовили для празднования •••       Люди боятся его. Так уж повелось, что он служит короне долгие десятилетия, и за всё это время сумел привнести множество правил в законодательство Фест-Виаля. И всё это время он сохраняет свою молодость — ни одна черта его лица не переменилась, в то время, как многие знающие его люди уже давно почили в земле.       Он поправляет изящный черный фрак с серебряной отделкой и алыми, словно кровь, элементами. Его явление на праздник точно напугает многих.       Советника боятся не только из-за отсутствия изменений с течением времени. Он обладает достаточно странным чувством юмора и способен отправить на эшафот любого, кто ему будет не мил. А за его спиной всегда крепкие ребята: один лысый и непроницаемый Слава, а другой — со светлым ежиком и оскалом Вадим.       Сам Советник тоже не был слабым: темноволосый, высокий, крепкосложенный, с хищной улыбкой на лице. Его знают, как Олега Волкова.       Когда-то все было так:       Моим был свет и даже мрак.       Моим был целый мир.       И я давал им ориентир.       Люди гудят на площади, толпятся у высокой сцены. Невысокий парнишка показывает нелепые фокусы с платками. Скучно.       Вадим расталкивает зевак впереди себя.       — Пропустите! Советник идёт! — рявкает блондин. — А не то отправитесь на эту сцену на эшафот!       Люди в испуге толкаются и роняют друг друга, словно его любимое домино. Выглядит красиво.       Олег проходит, гордо подняв свою голову, и поднимается на сцену. Он здесь сейчас главный. Это его сцена.       — Вижу, вы хорошо подготовились. Даже создали тотем       Советник смотрит на деревянный столб с выдолбленным образом давно почившего брата.       — Интересное дело, однако, — он сковывает руки за спиной. Его фигура словно возвышается над другими. — Вы чтите Богов, создавших столько бесполезных вещей. Но забываете о том, кто СОЗДАЛ ВАС!       Но люди жаждут могил:       Их голод разум погубил.       И я был предан тем, что создал, что когда-то полюбил.       — А вы взяли, и ПРЕДАЛИ ЕГО!       И я ждал,       Когда моё время придет.       — СТОЛЬКО ЛЕТ ГНАЛИ ЕГО!       И я ждал       Так долго, что потерял счет.       — И ТЕПЕРЬ НАДЕЕТЕСЬ НА БЛАГОСЛОВЕНИЕ ДРУГИХ?!       И я ждал,       Когда часы пробегут.       — КАК ЖЕ ВЫ ЛИЦЕМЕРНЫ! ОНИ УЖЕ ДАВНО ПОЧИЛИ И НЕ СМОГУТ ВАМ ПОМОЧЬ!       И в голове моей       Один и тот же стук...       Он чувствует, как сердца всех людей на площади бешено бьются в унисон.       Тик-так, тик-так.       Всех.       Тик-так, тик-так.       Или же нет?       Олег оглядывает толпу с горящими гневом глазами: все напуганы, отводят глаза, прячут своих детей. Но были две пары глаз, на кого его слова не подействовали.       Одни, алые, словно вино, принадлежат юноше с тонкими косами на маленькой низенькой колеснице. Он кажется отстраненным, будто его совсем не заботит происходящее.       Другой же, юноша с голубыми глазами, обладает шикарными рыжими волосами и живым заинтересованным взглядом. И его тонкие черты буквально манили Советника.       Вадим улавливает чужое настроение. Жестом подзывает стражников, слоняющихся без дела у стен.       — Разгоните толпу. Незачем им тут находиться, — наказывает он, а затем кивает на две фигуры в конце толпы. — Только их оставьте. У Советника есть к ним вопрос       — Так точно, Господин Дракон!       Стража быстро разгоняет зевак, и четверо из неё ведут привлекших внимание Олега людей. Рыжеволосый скалится, подобно дикому зверьку, крепко сжимая ручки колесницы. Его спутник старается осматриваться с холодным взглядом, но дрожь пальцев выдает его страх. Когда стражники уходят после жеста Вадима, на площади становится пусто. Кажется, даже птицы перестают резвиться в листве. Советник оглядывается на тотем. Глупо.       — Возвращаемся во дворец. Здесь больше нечего делать, — командует он. — А тотем сожгите. Не желаю его видеть на наших землях       Подоспевшие слуги обхватывают деревянного исполина и аккуратно спускают его вниз для дальнейшего сжигания. Слава и Вадим встают по обе стороны от юношей, чтобы не дать им сбежать, пока Олег с идеальной осанкой вышагивает впереди. •••       Скольких усилий ему стоило воплотить свой план в жизнь. Конечно, поначалу всё выглядело совсем иначе.       Я был среди колдунов,       Не сотворивших даже снов.       Они создали наш мир -       Нелепый и пустой эфир.       Пустынная земля вызывала сплошную скуку. И вот что на ней делать? Братья лыбились, гордые новой игрушкой. Всё говорили, что теперь — это их новый дом. Создатель раздраженно вздыхал, говоря, что ничего живое здесь просто не выживет в силу отсутствия еды, воды и даже простой возможности укрыться. А постоянная жара лишь усугубляет способности к выживанию.       Один - леса, другой - зверей,       А третий - берега морей.       Я не желал делиться миром и тогда создал людей.       И — о чудо! — его услышали! Братья додумались создать условия для жизни других относительно разумных существ! Это было хоть каким-то их достижением. Только Создателю казалось, что им здесь у власти долго не продержаться. Такие слабоумные не смогут управлять изменяющимся миром. Каждая новая ступень эволюции меняет мир, а к этим изменениям ещё нужно подготовиться. Он решил, что сам удержит мир в своих руках, и создает своё лучшее творение — людей.       Я сделал, что должен был:       Людьми народ свой истребил.       Бездарных братьев-колдунов,       Всех - от земли до облаков.       Люди добровольно пошли за своим Родителем. Для них он был всем. Ему поклонялись, как богу. Его воле следовали беспрекословно. И Создатель истребил свой народ руками собственного творения. Братья молили о пощаде, но ему было всё равно на чужие просьбы. Троны были свободны, и он объединил их в один. Только для одного правителя. Только для себя.       И вот я правил всем светом,       Но спустя десятки лет       Люди сказали, что не нужен я им больше и вовек.       Но как и любое существо с жаждой к власти, люди не хотели подчиняться чужой воле. Создатель перестал быть для них богом, перестал быть для них всем. Спустя десятки лет создания большого города, творение заявило, что не нуждается в контроле Создателя, что оно само будет строить свою жизнь. Его это очень расстроило. На долгие годы он выбрал скитаться по миру для принятия дальнейшего решения.       Было больно осознавать, что его дети предали его. Создатель сделал их красивыми, сделал их умными. Делился знаниями о мире и наставлял. И что он получил взамен?       И я ждал,       Когда моё время придет.       По возвращению он надеялся услышать, что дети нуждаются в нём, что они готовы следовать его наставлениям.       И я ждал       Так долго, что потерял счет.       Но каждый раз его изгоняли из города, не желая выслушать.       И я ждал,       Когда часы пробегут.       Кажется, прошла целая вечность. Люди продолжали своё развитие. Создатель наблюдал за каждым их новым шагом в качестве невзрачного путника. Сердце омрачалось с каждым днем, а гнев копился где-то в глубине разбитого сердца.       И в голове моей       Один и тот же стук...       Его манил животный страх внутри своих детей. Как стучали их сердца в минуты страха. Стук, похожий на часы.       Тик-так, тик-так.       Тик-так, тик-так. •••       Внутри горит восхищение. За столько лет своих скитаний, за столько лет своего наблюдения за людьми, он наконец нашел своё лучшее творение. Сердце заходится в бешеном ритме от одной мысли, что он наконец сможет любоваться неземной красотой.       Дойдя до коридора, ведущего к его покоям, Олег останавливается. Позади замирают шаги остальных.       — Артемон, Дракон, оставьте меня наедине с вспыльчивым юношей       — Что? — откликается тот, а после резко вскрикивает, когда его хватают со спины, а из рук буквально выдергивают колесницу. — Оставьте его! Таша!       Темноволосый напугано дергается туловищем, пытаясь ухватить руку своего спутника.       — Не беспокойся, Золотце, — улыбается во все зубы Вадим, аккуратно перетягиваясь через спинку колесницы. — Тебе нужно отдохнуть, перекусить. Твоему другу ничего не угрожает. Господин Советник его и пальцем не тронет       Сначала уходит Дракон с «Золотцем», а после, убедившись, что рыжеволосый никуда не убежит, Слава ставит его на ноги и спешно удаляется. Юноша, кажется, озадачен. Его сердце бьется, словно ускоренные в десятки раз часы. Красивый звук, но внутри он отдается переживанием.       — Идем, — понизив голос, говорит Олег.       — Куда? — в чужом голосе слышится злость. — Куда ты меня хочешь отвести? И куда вы забрали моего друга?! Ему нельзя нервничать!       — Дракон о нём позаботится. Будь в этом уверен       Советник чувствует, что добровольное желание идти за ним со стороны творения ждать не стоит, поэтому хватает его за руку и силой ведет за собой. И, как и ожидалось, он начал сопротивляться. Вредить ему не хочется, но он вынуждает. Остановившись, Олег подходит к нему почти вплотную, обхватывает пальцами подбородок и требует:       — Подчинись моей воле       Как Создатель, он имеет власть над людьми и способен подчинить их своей воле, когда того пожелает. Раньше в этом не было необходимости, а спустя время, когда всё стало выходить из-под контроля, было невозможным, потому что сил управлять большим количеством людей у него не было. Сейчас перед ним лишь один из его творений, оттого сделать это намного проще.       Тело обмякает, словно все внутренности обращаются пухом. Недавно вырывавший руку юноша теперь послушно идет рядом.       В покоях как и всегда идеальная чистота. Порой от скуки Олег переворачивает всё вверх дном, чтобы навести порядок и снова найти недавно убранные артефакты. Он садится на кровать и подзывает к себе юношу. Тот послушно встает перед ним.       — Как тебя зовут? — он мягко берет его руки в свои.       Только собеседник не спешит отвечать.       — Я верну тебе контроль над телом, если ты пообещаешь, что не убежишь от меня       — Обещаю, — тихо шелестит рыжеволосый.       Советник щелкает пальцами. Юноша вертит головой. Снова владеет собственным телом.       — Я не обижу тебя, — Олег перебирает его пальцы. Кожа нежная, словно бархат. — Ты очень красивый, тебе говорили об этом?       — Таким, как я, комплименты не говорят       — Таким, как ты?       — Меня считают ведьмой. Может знаете, лет двадцать назад рыжих жгли на кострах. Не так давно отменили это правило, но косо посматривают       Глупцы! Разве такая красота заслуживает осуждения? Вздор! Создатель встает вплотную к нему и аккуратно убирает волосы, такие мягкие, словно шелк, за плечо.       — Как тебя зовут? — с придыханием спрашивает Советник.       — Сережа, — с дрожью в голосе отвечает он.       — Сережа, — повторяет Олег, пробуя имя на языке. — Моё лучшее творение       Он наклоняется к чужой шее и проводит носом по коже. Сережа мелко вздрагивает.       — Лучшее… творение?..       — Я столько десятилетий наблюдал, как всех, кто сохранил данную мной красоту, истребляли и думал, что не встречу их больше. Ты меня приятно взбудоражил       Олег вдыхает солоноватый запах и не может отстраниться. Столько лет ждать своей мести и прямо перед её воплощением встретить сохранившего свою красоту юношу — это точно необходимый ему знак.       — Я не понимаю…       — Останься со мной. Я дам тебе всё, что пожелаешь. Поставлю на колени весь мир, накажу всех, кто посмел тебя обидеть       Советник забирается руками под чужую светлую рубашку, беспорядочно ощупывая спину. Он теперь принадлежит ему. Никто не посмеет даже пальцем притронуться к красоте его Сережи. Сережа… Какое у него интересное имя.       Олег резко отстраняется и впечатывается в чужие губы. Он сам словно стал диким зверем. Но сам понимает, что с ним это делает стоящее перед ним творение. Его лучшее творение. Сережа совсем не сопротивляется его напору. Кажется, даже сам отвечает. Советник снимает с него рубашку, меняется с ним местами и опрокидывает на кровать. •••       Утро встречает теплыми лучами восходящего солнца.       Сережа открывает глаза. Он лежит на красной шелковой постели абсолютно нагим. Тело приятно ноет. Кажется, вечер выдался… интересным. Юноша принимает положение сидя, укрываясь одеялом. На талию ложатся крепкие руки.       — Доброе утро, моя Лисичка       — Доброе, Волч       — Я уже Волч?       — А хочешь, чтобы я тебя Господином Советником называл? Или Волком?       — Не хочу       — Тогда будешь Волч       Олег касается его губ своими. Они знакомы очень мало, но оба чувствуют, что нужны друг другу. Будто бы их оплетает что-то единое. Советник отстраняется.       — Ты обещал мне рассказать, почему я — твоё лучшее творение       — Не сбежишь от меня?       — Если я остался с тобой после того, как ты лишил меня возможности управлять собственным телом, то и сейчас не убегу       — Хорошо, Лисичка, — он нежно прикусывает мочку его уха. — Мои братья когда-то создали этот мир. Он был пустым, жарким. Я ругался, убеждал их, и спустя время меня наконец услышали: появились леса, моря с берегами, звери… я знал, что им не удастся долго править, и поэтому создал людей. Истребил свой народ, братьев… — Олег вздыхает. Сережа нежно проводит рукой по щеке. — Я искренне верил, что люди под моей властью станут лучшими. Но они изгнали меня, и сколько бы я не пытался помочь им, ничего не менялось       Я ведь любил их всех,       Как собственных детей.       Я ведь заботился о них,       Как о себе.       — Я терпел унижение от собственного творения. Что может быть обиднее?       — И что ты хочешь? Что ты сделаешь им в ответ?       И что я получил взамен?       Изгнание от их вождей.       Которых я когда-то силой наделил и защитил.       — Столько лет прошло. Я хочу научить их тому, что не стоит отворачиваться от того, кто предлагает помощь       И я скитался сотни лет,       Пока не прибыл в Фест-Виаль.       Служил короне много лет       И ждал момента снять вуаль.       — Поможешь мне?       — Помочь?       — Я дам тебе силу, с которой ты поставишь на колени любого       Сережа замолкает. Конечно, предложение заманчивое. Но власть может затмить разум и тогда уже он сам может предать Олега.       — Если ты будешь со мной всю вечность, я подчиню каждого, кто посмеет тебя ослушаться       Создатель улыбается, целуя обнаженное плечо. Теперь он может всё. Рядом с ним есть тот, кто разделит власть и покажет миру всю их силу.       И вот настал этот день,       И я верну себе всё,       И отомщу им за предательство, ведь время их пришло.       Где-то внутри сердце заходится в беспорядочном ритме.       Слышишь стук?       Тик-так, тик-так.       Тик-так, тик-так.       Сережа чувствует, как внутри него словно течет энергия. Он ощущает, как внутри него появляется огромная сила. Сила, с помощью которой этот мир встанет перед ними на колени.       Тик-так, тик-так.       Тик-так, тик-так. •••       Алтан обеспокоено смотрит в окно. На небе сгущаются тучи.       — Что такое, Золотце? Боишься грозы? — улыбается Вадим, опуская большие руки на хрупкие плечи.       — Мне не нравится, что происходит. Есть ощущение, будто бы произойдет что-то плохое       — Ты просто волнуешься. Хочешь, принесу тебе чего-нибудь вкусного       — Вадим! — вспыхивает темноволосый. — Это совсем не шутки!       — Тише-тише. Не кипятись       Алтан тушуется, опускает плечи. Дракон аккуратно поправляет его волосы и заключает в объятия. Тот в ответ укладывает голову на крупное плечо.       Позади себя Вадим слышит шаги и быстро отстраняется. В дверях появляется странная фигура в одежде… Советника?       В комнате становится тихо.       Этот стук…       Тик-так, тик-так.       — Се-сережа?.. — с трудом произносит Алтан. — Ч-что с тобой?..       — Настало время вершить правосудие, — в улыбке скалится он. — Люди должны осознать свою ошибку. Ведь изгнание Создателя — большой грех. Да и к тому же… отомстим тем, кто сломали тебе ноги. Разве не этого ты хотел?       Нет, Алтан хотел совсем не этого. Он хотел мирной жизни за пределами этого проклятого города. А теперь они останутся здесь надолго.       — Не только отомстим, но и вернем возможность ходить       А вот сам Советник теперь как снег на голову. Получается, это он Создатель?       — Советник, мы теперь сможем реализовать ваш план?       Вадим ещё и в курсе всего?! Да куда Алтан вообще попал?!       — Конечно. Скоро все они предстанут перед нами на коленях       Дракон оборачивается к темноволосому.       — Я позабочусь, чтобы никто тебя не обидел, Золотко. Ты будешь под моей защитой       Видя, с какой улыбкой переглядываются Советник и Сережа, Алтан понимает, что пути назад уже нет.