Похороните нас за плинтусом

Сергею становилось хуже, Арсений проводил с ним почти все время, рассказывал истории из своей жизни, держа отца за руку. Как же он скучал по нему, он даже сам не знал, что настолько соскучился по папе. Он рассказал про Антона, про то, что он школьник, решил не уточнять. Конечно же отец спросил, почему Шастун не приехал с ним, на что Попов младший ответил, мол, загранпаспорта не было, а ехать нужно было срочно. В общем, пытался провести с ним последние дни максимально близко и со всей любовью. Сегодня его ученики должны были вернуться в Москву. Через два часа он обязательно напишет Тоше и спросит, как он добрался. Мужчина все это время в ускоренном темпе решал все вопросы с банком, так сказать, вживался в новую роль, поэтому довольно редко писал, но старался никогда не забыть про мелкого. Стас ввел его в курс дела, как оказалось, в отсутствие Арсения, банк обзавелся еще одним отделением в другом городе, так что теперь работы было непочатый край. Ну ничего, помощник у него был что надо, так что он планировал как можно быстрее разобраться со всеми формальностями и улететь к своему Шастуну. Арс уверен на все сто процентов, что справится со всем, ради отца, матери и зеленоглазого. Эти трое придавали ему уверенности в завтрашнем дне, так что настрой у него был очень даже боевой. Списаний с его карты так и не происходило, он знал, что так будет. Парень упертый, совсем как он. Взбредет что-то в голову: не переубедишь.         Сапсан с учениками уже подъезжал к Киевскому вокзалу. Антон сидел вместе с Оксаной на этот раз, так что ему было чем заняться всю дорогу. Они общались, слушали музыку, гуляли туда-сюда по составу, в общем, развлекались как могли. Сегодня он уже будет дома с родителями, будет рассказывать им всякие классные истории из поездки, но только те, которые можно. Про бар, алкогольный праздник жизни и ужин с Арсом на крыше он не будет упоминать, наверное. Кстати, раз уж пошла такая свистопляска, он планировал продолжать кутить и в Москве. А кто его теперь остановит? В том то и проблема – никто. Теперь у него была почти полная свобода действий, только родители дома могли контролировать его, но из-за плотного рабочего графика у них было время только поспать, да поесть. Сейчас стало попроще, они пережили переезд и стало легче в финансовом плане. Тоша уже подумывал над тем, чтобы потратить немного с карты Попова, купить родителям продукты или что-то еще, но в итоге не решился. Принципы есть принципы. А еще нужно было уже выбирать предметы, которые он будет сдавать на ЕГЭ, но это его беспокоило меньше всего. Через месяц у них должно проходить итоговое сочинение, так что сейчас он как приедет, как сядет читать и писать, как…ай ладно, покурит и спать. Напишет как-нибудь, не глупый, придумает как извернуться.         Автобус доставил всех к школе, откуда учеников разбирали родители или они сами добирались до дома с условием, что отпишутся преподавателям, как только окажутся за порогом своего жилья. На парковке стояла все та же черная машина, на которой всего неделю назад сюда приехал Арсений, рассчитывая, что вернется со всеми вместе. А ведь иронично получилось. Арс уезжал в Петербург с мыслями, что в случае отказа мальчика, он, не раздумывая, улетит в Швейцарию, но вот, как бывает. Шастун вздохнул, глядя на эту колесницу. «Надеюсь, Арс вернется и заберет ее отсюда». Он остался одним из последних, кого не забирали, да и сам он не особо спешил уходить. Воля сказал, что, если за ним не приедут родители – они с Ляйсан сами его довезут. Слово Попова – закон. Приглядывать, так по полной. -Водить умеешь? – внезапно спросил Павел Алексеевич, смотря в телефон и печатая что-то одной рукой. -Отец учил, но… - Шастун не успел договорить, ему в руки вложили телефон. -Читай. Арс16:32 Паша, как будешь в Москве, убери мою ласточку с парковки, будь добр. Поставь ее между старым жигулем и сараем ЖКХ у моего дома. Вторые ключи у меня в квартире, в шкафчике в спальне. От квартиры ключи возьми у соседа.

Воля16:36

Окей, шеф, будет сделано

Сейчас Шастуна твоего отвезу домой только

Арс16:37 Он с тобой? Отдай ему ключи от квартиры.

Воля16:37

Как прикажешь

Арс16:38 Он умеет водить? Если да – от машины тоже отдай.

Воля16:40

Он сказал, что не умеет

Я отвезу его на твоей машине до дома,

сами разбирайтесь потом

Арс16:41 Пускай отпишется как доедет.

Антон стоял в шоке. В смысле отдать ему ключи от квартиры и машины? Совсем что ли мужик головой уехал? Что он с ней делать-то будет, ни прав, ни навыков, еще наверняка и родители спросят, мол, «какого черта, сынок». -Я…я не могу ее забрать. – сказал подросток, глядя то на Павла, то на автомобиль. -Да я понимаю, но видишь. Чудит он. – пожал плечами преподаватель и посмотрел на жену. -Ключи от его квартиры я тебе отдам, раз он так того просит, но от машины не дам. Понял? И зеленоглазый кивнул. Конечно, он понял, он и не настаивал. Теперь семейство и Антон поехали к дому Попова, где они забрали ключи у его соседа – миловидный дедок, лет 70. Он с радостью отдал им ключи и пожелал хорошего вечера (какой наивный дедушка). Воля зашел в квартиру, быстро нашел вторые ключи от машины брюнета и вышел обратно. Ключи от квартиры он, как и обещал, отдал Тоше. Парень не особо понимал зачем они ему, но отказываться уже не стал. Какая разница? Положит на полочку и ладно, главное не потерять. Теперь они ехали обратно. Ну и покатушки им устроил голубоглазый. -Все, вылезай. – сказал мужчина, останавливаясь напротив нужного дома. -Арсу отпишись, что ты дома. Не забудь! Не хочу люлей получать. – буркнул Павел и попрощался с подростком. Как и обговаривалось ранее, ключи от Мерина ему никто не отдал.         Тоша постучал в дверь. Ему открыла его мама, обняла сына и помогла с вещами. Отец был еще на работе, так что чай пить сели вдвоем.         Арсений сидел в офисе банка на своем кресле, закинув ноги на стол. С документами на сегодня пока было тихо, так что он просто собирал перец чили на своей ферме. Кукуруза его в край доконала. Голубоглазый старался ни о чем не думать, потому что не хотел сейчас еще больше грузить себя лишними мыслями. На экране всплыло уведомление. Антон Шастун18:07 Я дома, все хорошо Павел Алексеевич отвез меня

Арсений Попов18:07

Ключи отдал?

Антон Шастун18:08 Ну от квартиры отдал «Вот же. Не доверил машину таки. А может, оно и к лучшему, зная импульсивность мелкого». Ну хорошо, Тоша дома, все с ним нормально, машина, наверняка уже покоится на своем законном месте. Все в порядке. Хоть там все хорошо. Скучно тут, в Швейцарии. Документы, дела, но души в этом во всем нет. Вот в школе другое дело: дети, каждый день что-то новенькое. А здесь из нового только машины и деньги. Ничего человеческого. И как его отец тут проработал столько времени?         С этого дня прошла неделя. Шастун ходил в школу, тусовался со своими друзьями, переписывался с Арсом, в общем, все было плюс-минус нормально. Сегодня Ляйсан должна была раздать своим ученикам бланки, в которых они должны были указать, какие экзамены хотят сдавать. Антон все это время совершенно об этом не думал, он только курил, ел и гулял. Черт, а что делать-то? Арсений отказывался решать за парня, поэтому он почти наугад отметил предметы. Вышло, что теперь он сдает обществознание, английский, математику и русский. Ну, а что? Конституцию он с собой на экзамен протащит, английский он из своего любимого шутера почти полностью выучил, по крайней мере «Гоу Би» уже осилил. На русском он и так говорит, грех не сдать, а математика… Арс поможет. Как-нибудь. Подтянет, натянет, в смысле, оценку, в общем, разберемся. (Далее я переписки Арсения и Антона я буду писать в виде диалога, чтобы вам было удобнее читать) -Ты выбрал, что будешь сдавать? – голубоглазый печатал одной рукой, потому что вторая была занята кружкой с кофе, который ему любезно принес Стас. -Да, я отметил общество и английский. Антон сейчас сидел на уроке геометрии. Пока Попова не было, ее вел их второй математик – Валерий Геннадиевич. -Валера про-о-осто жесть душный. Арсений хмыкнул, прочитав сообщение подростка. Обществознание и английский значит. Наверняка даже не задумываясь все выбрал, лишь бы отстали. -Учись давай, не отвлекайся. Я уже скоро буду… - написал он, глядя на фотографию, которая располагалась на его рабочем столе. На ней маленький Арс сидит на руках у своего отца, а рядом стоит его мама. Мужчина поджал губы, понимая, что дату похорон ему все-таки придется назвать совсем скоро. -Отец? – Шаст заметно приуныл. Он так надеялся, что болезнь внезапно отступит или хотя бы вселенная выделит ему больше времени. Но увы. -Да. -Тебе очень плохо? – спросил Тоша, сам не замечая, что обращается к учителю не на «вы». -Я уже давно смирился. У Арса не было никаких чувств кроме тяжести на душе. Банк уже отошел ему, так как нужно было заверять бумаги сразу на официальном уровне, без всяких доверенных лиц, так что ему пришлось вступить в наследство раньше, чем он планировал. Это сильно угнетало его, как будто он хоронит еще живого человека. Но по-другому поступить было нельзя. -Папа-папа… - покачал головой голубоглазый. Он ведь мог согласиться на лечение, хотя бы попробовать. И проблема-то была не в финансах, а в самом человеке. Ну вот на все уговоры врачей не соглашался, даже семья в этом вопросе не смогла повлиять на него. И что теперь? Упертость погубила, по-другому не сказать. Ужасно, тяжело, обидно. Арс старался держаться, но было заметно, что ему сложно справляться с этими мыслями. Он плохо спал, мало ел, изводил себя работой, чтобы снова не подсесть на алкоголь. Выглядел он все также хорошо, умение держать лицо не пропьешь, но мешки под глазами выдавали его настоящее состояние. «Интересно, как там моя девочка?». Тоша и машина, машина и Тоша. Вот две вещи, которые стояли на втором месте по волнению. Странно, вроде бы просто железяка, а столько эмоций с ней связано. И кажется, Арсений уже знает, как сделать так, чтобы эти эмоции превратились в чертову бурю.         Шастун прыгал вокруг отца, чтобы тот записал его в автошколу. Конечно же на эту мысль навел его Попов, который почему-то теперь настойчиво говорил ему, что водительские права в жизни обязательны, ведь мало ли что? Апокалипсис, например, а он уехать не сможет? Уговоры много времени не заняли, скорее всего, родитель сам понимал, что это действительно нужная вещь. Теперь Антон ходил на теоретические занятия каждую субботу, их учила женщина, которая работала в органах. У нее было столько классных историй с ее работы, что половину занятий они только слушали ее и смеялись. Однажды она рассказала, что один ее коллега забыл поставить пистолет на предохранитель и чуть не прострелил колено своего напарнику. Да, такого типа истории у нее были.         Дни текли будто сквозь пальцы, школа-друзья-семья-Арс-автошкола. И так по кругу, как будто не было ничего, кроме этих вещей. Тошу уже посадили за руль вместе с инструктором, у него даже неплохо получалось. Конечно, он еще нервничал, да и опыта у него не было никакого, но это все исправимо. В один из дней прогремел гром среди этого и без того серого неба. -Скоро приеду. – Арсений сидел в кабинете своего банка. Рядом стоял стакан с виски, а на фотографии его отца мрачно виднелась ленточка. К сожалению, жизнь бывает слишком жестока. -Арс… -Все в порядке. Я был готов. Мужчина сжал зубы так, что было ощущение, что его скулы залезли на виски. Он со всей злости кинул свой стакан с напитком в стену. Тот с громким звоном разбился, разлетаясь на множество мелких осколков, как и мужчина внутри. Черт, нихера он не в порядке. И ни к чему он готов не был, к этому невозможно быть готовым, разве это непонятно? Арс схватился за голову и тихо-тихо заплакал. Сука, ну почему? Впервые за несколько недель в Швейцарии он дал волю своим эмоциям. Его накрыла волна гнева, обиды, ненависти к врачам, к себе, даже к семье. Какого черта они не уговорили его начать лечение? Какого черта снова послушали его? Почему, блять? Как так вышло? Стас видел, что его шефу очень тяжело, поэтому старался лишний раз его не беспокоить. Всем было тяжело. Попов старший был прекрасным управленцем, строгим, но справедливым, его любила и уважала вся команда. Все скорбели, незаметно вытирая мокрые дорожки с щек. Это был тяжелейший день для всех, кто работал с ним, для его семьи, казалось, вся планета преклонила голову. Не дай Бог никому пережить такое. Не дай Бог. Арсений чуть ли не громил все вокруг себя, так долго он держал все в себе, что теперь его захлестнуло с головой. Бутылка с виски полетела на пол, бумаги со стола отправились вслед за ней, голубоглазый не мог себя контролировать, ему нужно было выплеснуть все эти эмоции. Он проклинал всех: себя, чертову Швейцарию, долбаную онкологию, врачей, поносил всю мировую медицину на чем свет стоит, истеричка-суицидник Шастун отправился туда же. Сейчас Арсений ненавидел этот мир. Он ненавидел всех. Его отец умер, его папа, человек, который дал ему эту жизнь, дал ему все, блять, да что ж это такое! Еще несколько папок ударились об пол, раскрываясь на случайных страницах. Силы резко покинули Попова, он упал обратно в кресло, закрыл лицо руками и рыдал уже громко и взахлеб. Он заслуживал возможности быть таким. Спустя минут 20, в дверь осторожно постучали. Арсений громко, со злобой крикнул «Входите». На пороге показалась его мама. Заплаканная, с опухшими красными глазами, она сразу же заметила беспорядок в кабинете, но говорить ничего не стала. Она очень хорошо понимала сына. Они не сказали друг другу ничего. Иногда слова бывают излишни, тишина и молчание могут передать гораздо больше.         Шастун после этих сообщений не пытался дописаться до учителя. Он не знал его отца, но знал математика. Сейчас нужно было просто ждать, когда он будет в состоянии сам выйти на связь, когда его внутренний ураган хотя бы немного успокоится. Антон кусал губы, не представляя, что сейчас чувствует Арсений. Ничего, кроме как смириться, парню не оставалось. Плюсов в этой ситуации не было, мерзко было даже думать о том, чтобы порадоваться, что Арс скоро вернется. Слишком высокая цена.         В таком настроении прошло несколько дней, Попов почти ничего не писал, видимо, был занят церемонией проводов. Антон старался не лезть, хотя очень скучал. Календарь беспощадно переворачивал страницы, сейчас на дворе был конец ноября. Уже холодный ветер пробирал до мурашек глупца, решившегося выйти в свет в легкой одежде. Это, кстати, был Тоша. Он с утра не нашел свою зимнюю куртку, а маму будить не хотел. Вот и пошел в школу в чем было. Ну хотя добираться до нее нужно было не пешком, божественный, теплый, комфортный автобус подъезжал к остановке и забирал балбеса каждый день. Арсений снова ничего ему не написал с утра, видимо, все еще отходил от всего случившегося. Оно и неудивительно. Тоша еще раз обновил социальную сеть, огорченно вздохнул и вышел на нужной остановке. Еще один день. Потом еще один, а за ним еще, точно такой же, как и предыдущие два. Мрак какой-то. Стрелки часов кружились в быстром танго, в хорошей компании время пролетает незаметно. Вот он сидит в притихшем классе на обществознании, кто-то спит, кто-то просто не в состоянии делать ничего, кроме как листать новости. А вот он внезапно оказывается на середине второго урока литературы, на котором им советуют произведения для изучения. Ах да, у него же сочинение на носу. Он и забыл. Третий, четвертый, пятый… занятия пролетали бодро, но мимо. И вот он, звонок с последнего урока. Сейчас Шастун сядет в свой любимейший уютненький автобус, проедет несколько остановок и… -Может тебя подвезти? Холодный пот пробил мальчика насквозь. До дрожи знакомый голос, низкий такой, с ноткой издевки. Хоть на улице и был ровно один градус по Цельсию, но по телу зеленоглазого раскатилась волна тепла. -Оделся, будто май на дворе. – буркнул Арсений, отлипая от стены школы, около которой поджидал своего ученика. -Поехали, ты за рулем.