Молнии и руны.

      Вечер в гильдии Хвост Феи был оживленным. Мира, как всегда, с улыбкой на наблюдала за тем, как половина гильдии праздновала успешное завершение очередного задания, а другая половина уже готовилась снова разойтись по городам и деревням на новые миссии. Крики, смех и звон бокалов сливались в единый гул.       Фрид сидел в углу зала, наблюдая за этим хаосом. Он, как и всегда, занял место чуть поодаль от шумной компании, предпочитая тишину и возможность контролировать свои эмоции. И тем не менее его взгляд снова и снова возвращался к одному человеку в зале — к Лексусу.       Лексус Дреяр стоял у стойки, облокотившись о деревянную поверхность, слегка рассеянно слушая рассказы товарищей. Он был спокоен, даже, возможно, немного отстранен, но от этого только ещё сильнее притягивал взгляды. Вся его фигура — высокий, мощный, уверенный — отражала силу и надежность. Молнии в его взгляде, даже когда он был в расслабленном настроении, словно говорили, что рядом с ним каждый чувствует себя защищённым.       Фрид поймал себя на том, что рассматривает его слишком долго. Сердце учащенно забилось. Он знал, что эти чувства слишком глубоки и уже не просто уважение. Лексус давно стал для него не просто лидером или другом. Это было что-то большее, что-то, о чем он не решался говорить ни с кем, даже с собой.       Неожиданно Лексус повернул голову, и их взгляды встретились. Фрид напрягся, готовясь отвернуться, но было уже поздно — он заметил его. На миг их глаза встретились, и Лексус чуть приподнял бровь, словно удивившись, что Фрид сидит здесь, вдали от остальных.       — Эй, Фрид! — внезапно окликнул его Лексус, голос которого перекрыл общий шум. — Что ты там уединяешься? Подходи сюда!       Джастин вздрогнул, но улыбнулся, стараясь выглядеть непринужденно. Он встал и направился к стойке, прокручивая в голове все возможные реплики, чтобы не выдать себя. Лексус положил руку ему на плечо, как всегда — уверенно и, возможно, даже немного слишком крепко.       — Присоединяйся, — сказал тот с лёгкой усмешкой. — Гильдия празднует, а ты как будто хочешь быть в тени.       Фрид кивнул, ощущая вес этой руки на своем плече. Это прикосновение было слишком близким, слишком личным и обжигающим для него, но он знал, что Лексус тактилен — он мог бы сделать то же самое с любым другим членом гильдии, не задумываясь. И всё же для Фрида этот жест значил больше, чем просто товарищеское касание.       — Я просто... наслаждаюсь видом, — ответил Фрид, стараясь говорить ровно. Он поднял бокал, сделав вид, что действительно готов поддержать компанию.       — Видом? — Лексус чуть усмехнулся, внимательно посмотрев на него. В глазах громового мага промелькнуло лёгкое любопытство, которого раньше не было, и Фрид ощутил, как у него пересохло в горле.       — Ну, знаешь, — слегка неловко начал Джастин, подыскивая подходящее объяснение. — Просто приятно видеть всех вместе... особенно тебя.       Лексус, кажется, не придал особого значения его словам, но усмешка на его лице исчезла, сменившись задумчивым выражением. Он чуть крепче сжал плечо Фрида, будто стараясь дать понять, что заметил его настроение.       — Понял, — ответил Лексус, чуть сбавив тон и отведя взгляд на других. — Ты, как всегда, сдержан, даже когда мы отдыхаем.       Фрид кивнул, на секунду радуясь тому, что этот момент остался только между ними. Но потом он поймал себя на мысли, что хочет чего-то большего. Не просто минутных разговоров и жестов. Он хотел, чтобы Лексус увидел его иначе. Почувствовал тоже самое... хотя бы немного.       Они стояли рядом, не обмениваясь словами. И хотя каждый был погружен в свои мысли, это молчание — на фоне громкого веселья гильдии — казалось Фриду удивительно тёплым и комфортным.       Фрид поднял взгляд, и вновь встретил взгляд Лексуса. Возможно, это был просто дружеский интерес. Возможно, он хотел увидеть в этих глазах больше, чем должно. Но что бы это ни было, Фрид был готов рискнуть.       Он все еще чувствовал тяжесть руки Лексуса на своем плече, хотя тот уже убрал её, вернувшись к своему бокалу. Сердце Фрида продолжало колотиться, и он знал, что не сможет так просто скрыть свои чувства — по крайней мере, от себя самого. Но он давно научился держать лицо, даже когда его мысли были совершенно не в его власти.       — Ты как будто витаешь в облаках, — вновь нарушил молчание Дреяр, пристально глядя на него, — что-то случилось?       Фрид поспешил ответить, стараясь убрать напряжение из голоса:       — Нет, все в порядке, Лексус. Просто… вечер какой-то странный.       Он отвернулся, сделав вид, что осматривает зал. На самом деле он просто не мог выдержать взгляд Лексуса, в котором было что-то настораживающее, но в то же время бесконечно притягательное. Быть рядом с ним было одновременно мучительно и сладко, словно находиться рядом с мощным источником магии, который заставлял забыть обо всем остальном.       Лексус, видимо, что-то почувствовал. Он неожиданно замолчал и, словно обдумав свои слова, тихо произнес:       — Ты же знаешь, что можешь мне сказать, если что-то не так. Мы с тобой уже столько прошли.       Фрид не ожидал этого. Обычно Дреяр был куда более сдержан, особенно в разговоре о личных вещах. Эти слова вызвали у Фрида мгновенное чувство тепла, которое, однако, тут же сменилось страхом — неужели он что-то заподозрил?       Фрид чуть улыбнулся, словно шутя:       — Конечно, знаю. Просто иногда ты кажешься настолько недосягаемым, что и сказать-то нечего.       Лексус чуть хмыкнул, отхлебнув из бокала, и повернулся к нему:       — Недосягаемым? Это, конечно, льстит, но не думаю, что я так уж отличаюсь от других.       Фрид взглянул на него пристально, чуть нахмурившись:       — Лексус… ты не понимаешь. Ты для всех нас — пример силы и стойкости. И для меня тоже.       Эти слова, возможно, прозвучали слишком искренне, и Лексус, видимо, это понял. В его взгляде проскользнуло что-то новое, словно он впервые услышал нечто важное, на что раньше не обращал внимания.       Наступила долгая пауза, в течение которой Фрид почувствовал, как атмосфера между ними изменилась. Казалось, что даже звуки вокруг приглушились, оставляя их одних в собственном маленьком мире. Но в этом молчании было больше слов, чем во всем их диалоге.       Лексус склонился к нему чуть ближе, чем обычно, и, взглянув прямо ему в глаза, медленно произнес:       — Если для тебя так важно то, что я делаю… Ты можешь просто сказать об этом. Я ведь не привык читать между строк.       Фрид хотел ответить, но все слова замерли на его губах. Он сделал шаг назад, чувствуя, как напряжение нарастает в каждом его движении. Лексус смотрел на него с легким удивлением, но Фриду казалось, что этот взгляд пронзает его насквозь. Слишком много эмоций бушевало внутри, и он понимал, что ещё немного — и он сорвётся, скажет то, что не должен говорить.       — Прости, — сказал он, стараясь улыбнуться, но это вышло натянуто. — Пожалуй, я пойду… проветрюсь.       Не дожидаясь ответа, он повернулся и быстрыми шагами направился к выходу из гильдии. Пройдя через шумную толпу и выйдя наружу, Фрид почувствовал, как прохладный ночной воздух коснулся его кожи. Он глубоко вдохнул, пытаясь унять сумбур в голове и вернуть себе привычное спокойствие.       Звезды ярко сияли над зданием гильдии, и Фрид поднял на них взгляд, надеясь, что ночное небо успокоит его. Он слишком долго подавлял свои чувства, и теперь эта сдержанность казалась ему огромным бременем. Он не мог признаться Лексусу, даже если бы хотел, — это бы разрушило все, что у них было. Но каждое его слово, каждый взгляд, каждая случайная улыбка пробуждали в нем мечту, слишком смелую и слишком опасную.       Он провел рукой по лицу, пытаясь взять себя в руки.       — Вот и снова, — прошептал он сам себе, горько усмехнувшись. — Снова эти бесполезные надежды…       Фрид постоял на улице еще несколько минут, приводя мысли в порядок и убеждая себя, что он просто вообразил, что Лексус мог что-то почувствовать. Нет, он не мог знать. И пусть так будет дальше. Для Фрида этого достаточно — видеть его рядом, быть частью его команды и защищать его. Если этого хватит, чтобы скрыть свою боль и оберегать то, что у него есть, — значит, он сможет продолжать так же, как и раньше.       Решив, что ему удалось успокоиться, Фрид глубоко вдохнул и снова вошел в гильдию, где его уже ждали шум и свет.

***

      На следующее утро в гильдии царила привычная суматоха. Казалось, народ обитает тут круглосуточно. Утреннее солнце пробивалось через витражные окна, окрашивая стены разноцветными лучами, а Макаров сидел в центре зала, свернув в руках свиток с очередным поручением.       Лексус и Фрид только что вошли, обсуждая предыдущую миссию, когда старый маг поднял голову и окликнул их:       — Лексус, Фрид, подойдите! У меня для вас двоих особое задание.       Они обменялись взглядами. Лексус шагнул вперед, а Фрид последовал за ним, прислушиваясь к словам Макарова. Старый мастер бросил свиток внуку, и тот развернул его, пробегая глазами строчки, написанные в спешке.       — Речь идет о поселении в северных горах, — начал объяснять Макаров. — Там появилась группа магов, которые устраивают нападения на местных жителей и создают хаос. Они сильны и хорошо организованы, поэтому нужно, чтобы кто-то из опытных волшебников взялся за это дело.       Лексус прочитал описание и кивнул.       — Мы с этим разберемся, — сказал он уверенно, сворачивая свиток и убирая его в карман и взглянул на Фрида. — Будет непросто, но вдвоем справимся.       Фрид сдержанно кивнул, хотя в его глазах загорелся интерес. Миссия выглядела опасной, и каждый вызов рядом с Лексусом был для него шансом доказать свою преданность. Он собрал все свои мысли, стараясь сосредоточиться исключительно на задании, хотя его сердце снова забилось сильнее.       Макаров наблюдал за ними с легкой улыбкой.       — Идите, но будьте осторожны. Эти маги уже обратили на себя внимание не только гильдии, но и Совета магов. Возможно, у них есть покровители среди темных гильдий.       — Тем лучше, — Лексу с ухмылкой отозвался. — Пора преподать им урок.       Они получили разрешение отправляться немедленно. Дреяр направился к выходу из гильдии, не оглядываясь, и Фрид последовал за ним, поправляя сумку на плече и мысленно готовясь к предстоящей миссии. Когда они оказались снаружи, Лексус, не сбавляя шаг, взглянул на него через плечо:       — Надеюсь, ты хорошо выспался? Путь не близкий, и, скорее всего, не дадут нам отдохнуть.       Фрид ухмыльнулся, стараясь скрыть своё волнение.       — Со мной все в порядке. Я готов.       — Хорошо, — кивнул громовой волшебник. Он посмотрел на дорогу перед собой и добавил, почти не задумываясь: — С тобой всегда надежно, Фрид.       Эти слова застали Фрида врасплох. Он знал, что Лексус ценит его как товарища, но редко слышал это вслух. Он почувствовал, как гордость и радость нахлынули на него, но быстро взял себя в руки, лишь кивнув в ответ.       Они продолжили идти в тишине, но для Фрида в этой тишине было что-то особенное — быть рядом с Лексусом, чувствуя его уверенность и силу, готовым поддерживать его в любой опасности. С каждым шагом он чувствовал, что эта миссия будет чем-то большим, чем просто очередное задание.

***

      Лексус и Фрид ехали верхом на лошадях, предоставленных им для миссии. Вокруг раскинулись густые леса, и мягкий шелест листьев под дуновением ветерка наполнял тишину леса. Сначала они ехали молча, каждый погруженный в свои мысли. Фрид украдкой взглянул на напарника, который вел свою лошадь чуть впереди, сосредоточенно глядя на дорогу. Ему всегда нравилось, как Лексус был собран и решителен в любой ситуации. Ничто не могло поколебать его уверенности.       Однако тишина между ними начала казаться Фриду неловкой, и он решил заговорить.       — Ты думаешь, там действительно так опасно, как сказал Макаров? — спросил он, разрывая молчание.       Лексус обернулся через плечо, оценивая его вопрос, и чуть усмехнулся:       — Когда старик называет миссию опасной, это значит, что нас ждет что-то серьёзное. Впрочем, мне даже интереснее, когда есть шанс встретить достойного противника.       Фрид кивнул, скрывая лёгкое волнение. Взглянув на дорогу перед собой, он заметил, что Лексус, похоже, расслаблен и спокоен, что всегда придавало ему сил.       — Ты всегда так уверен в себе? — тихо спросил он, стараясь не выдать свои настоящие мысли.       Лексус пожал плечами:       — Уверенность приходит с опытом. Если ты не уверен в себе, то враг этим обязательно воспользуется. — Он сделал паузу и, глядя прямо перед собой, добавил, как будто раздумывая над своими словами: — Но ты ведь сам это знаешь, Фрид. Ты один из самых надёжных людей, которых я знаю.       Фрид почувствовал, как его сердце забилось быстрее. Эти слова означали для него намного больше, чем просто похвала. Он был готов посвятить всю свою жизнь тому, чтобы оставаться рядом с ним, защищать его, поддерживать — и слышать, что ему доверяет, что Лексус ценит его поддержку, было почти сокровенным признанием.       Фрид слегка улыбнулся, надеясь, что в его голосе не будет заметно волнения:       — Рад это слышать. Для меня важно быть рядом с тобой.       Лексус бросил на него взгляд, чуть удивленный откровенностью этих слов, но промолчал, словно обдумывая услышанное. Они снова замолчали, и дорога тянулась перед ними, окружённая звуками леса. Но теперь молчание казалось Фриду каким-то особенным, почти интимным, словно они говорили гораздо больше, чем просто слова.       Когда солнце начало садиться, Дреяр остановил лошадь и посмотрел на Фрида:       — Пожалуй, нам нужно сделать привал, пока еще не совсем стемнело.       Фрид кивнул и начал развязывать свою сумку, чтобы достать все необходимое. Пока раскладывал свои вещи, он время от времени замечал, как Лексус наблюдает за ним, и это внимание заставляло его чувствовать себя немного неловко и одновременно приятно. Казалось, Лексус вдруг стал видеть его как-то иначе, более внимательно. От этих мыслей Фрид еле сдержал глупую улыбку.       Лексус развел костёр, и вскоре они сидели рядом, глядя на огонь. Долгое время никто не решался заговорить. Фрид чувствовал, что ему хотелось сказать что-то важное, но не мог подобрать нужные слова. Вместо этого он снова обратился к тому, что, как он думал, не выдаст его чувств:       — Лексус… как ты думаешь, что будет дальше? После всего этого, после всех наших миссий и гильдейских сражений?       Дреяр задумчиво уставился в огонь, словно ответ был где-то в его танцующих языках пламени.       — Думаю, у каждого из нас свои цели. Я просто хочу, чтобы Хвост Феи был сильным, чтобы каждый мог на меня положиться. Как бы сложно ни было, это единственное место, которое я хочу защищать.       Фрид почувствовал тепло от его слов, и внезапно понял, что больше всего хотел бы стать тем, на кого Лексус мог бы опереться и в личном плане. Он хотел бы быть рядом не только, как верный соратник, но и как кто-то ближе, хотя понимал, что такие мысли слишком смелые.       Они просидели у костра еще немного, каждый погружённый в свои мысли, прежде чем Лексус объявил, что пора отдыхать. Фрид улегся, подложив руки под голову, и посмотрел на звёздное небо, пытаясь уснуть. Но его мысли были заполнены мужчиной рядом с ним, его голосом, его уверенностью и его словами, сказанными сегодня — о том, что он доверяет ему.       Эти мысли уносили его всё дальше, и сон никак не хотел приходить.

***

      На следующий день, когда солнце было уже в зените, Лексус и Фрид добрались до горного перевала, с которого открывался вид на небольшую деревушку внизу. С дороги поселение выглядело тихим и мирным, но интуиция подсказывала им, что опасность близко. В воздухе ощущалось напряжение, и даже лес вокруг словно затих в предчувствии грядущих событий.       Лексус остановился, внимательно осматриваясь вокруг:       — Что-то тут не так. Похоже, они знают, что мы идем, — проговорил он, его голос звучал настороженно.       Фрид кивнул, чувствуя напряжение напарника и готовясь к любому исходу. Они успели сделать всего несколько шагов вперед, когда внезапно из тени деревьев, окружавших тропу, возникла группа магов. Их было пятеро, и все они казались опытными бойцами.       — Так это и есть знаменитые волшебники Хвоста Феи, — с усмешкой бросил один из врагов, сверкая глазами. — Думали, что сможете так просто остановить нас?       Лексус чуть прищурился, сразу же поднимая руку, и вокруг него вспыхнули яркие искры.       — Намного проще, чем вы думаете, — холодно ответил он.       Бой начался мгновенно. Лексус ринулся вперед, выпускающий потоки молний, которые вспыхивали вокруг него, создавая мощные заряды и заставляя врагов отступать. Фрид, как всегда, действовал слаженно с ним, создавая рунные барьеры и оберегая Лексуса от атак. Они двигались, как одно целое, привычно защищая друг друга и атакуя в унисон.       Но противники оказались сильнее, чем они ожидали. Один из них, видимо, лидер группы, использовал магию, которая отражала удары, и, когда Лексус нанёс очередной разряд молнии, враг лишь усмехнулся, направив энергию обратно.       Фрид мгновенно отреагировал, создавая перед ним защитную руну, чтобы отклонить отражённую атаку. Удар пришелся на него, и Фрид ощутил, как сильная волна магии сбивает его с ног, но он выстоял, стиснув зубы и не давая ни единого шанса врагам приблизиться к Лексусу.       — Фрид! — резко обернулся Дреяр, увидев, что тот был ранен.       Но Фрид только махнул ему рукой, показывая, что все в порядке, и вернулся к бою, снова создавая защитные заклинания. Несмотря на боль, он продолжал стоять рядом с Лексусом, защищая его от каждого удара.       Почувствовав, что противники теряют силы, Лексус увеличил мощь своих атак, его молнии становились все ярче, пока, наконец, последний из врагов не упал на землю, лишенный сил. Тишина наступила внезапно, и лес снова погрузился в покой.       Когда последний враг был повержен, Лексус повернулся к Фриду. В его взгляде была тревога, смешанная с гневом:       — Ты чуть не угробил себя! Почему ты прикрыл меня, зная, что сам пострадаешь? — он подошел ближе, сжимая кулаки.       Фрид не смог сдержать легкой улыбки, хотя всё его тело ныло от боли. Он вздохнул и попытался произнести что-то успокаивающее, но голос его прозвучал слабо.       — Я просто… сделал то, что должен был, — тихо ответил он. — Моя цель — защищать тебя.       Лексус замолчал, и в его взгляде появилось нечто новое, смешанное с благодарностью и… непониманием. Он не мог понять, почему Фрид всегда готов рисковать собой ради него. Каждый раз, как Джастин проявлял такую преданность, Лексусу становилось не по себе. Он хотел сказать что-то, что выразило бы его благодарность, но не нашел слов.       Он подошел ближе и осторожно положил руку на плечо Фрида, внимательно глядя ему в глаза:       — Я этого не требовал, Фрид. Я могу сам о себе позаботиться.       Фрид только кивнул, стараясь держать лицо спокойным и не выдать, что прикосновение Дреяра взволновало его.       — Я знаю. Но, Лексус… я всегда буду рядом, чтобы защитить тебя. Ты… ты для меня слишком важен, чтобы рисковать.       Тот медленно убрал руку, отступая на шаг. Его взгляд вновь стал отстранённо холодным, но он оставался задумчивым. Лексус молчаливо кивнул, давая Фриду понять, что услышал его.       — Тогда берегись сам, — коротко сказал он, делая вид, что переключил внимание на что-то другое. — Мы должны быть в форме, чтобы справиться с остальными.       Они направились дальше, но теперь между ними повисла напряжённая тишина, в которой оставалось много недосказанного. Фрид знал, что Лексус заметил его преданность, но пока ему оставалось лишь быть рядом и ждать момента, когда он сможет сказать больше.       Небо уже начинало темнеть, и, пройдя ещё немного по лесу после боя, они нашли место для лагеря у небольшого ручья. Фрид, несмотря на свои старания скрыть боль, двигался медленнее обычного, время от времени касаясь плеча, куда попал удар отраженной магии.       Лексус незаметно наблюдал за ним и, когда они остановились, коротко сказал:       — Хватит терпеть. Садись, — голос его был мягче, чем обычно, почти заботливым, хотя Фрид знал, что Лексус редко позволял себе такую откровенность.       Джастин хотел было возразить, но по взгляду понял, что спорить бесполезно. Он сел на поваленное дерево и, осторожно приподняв рукав, осмотрел своё плечо. Рана, оставленная магией врага, была болезненной, но он пытался не придавать этому значения.       Лексус подошел ближе, присев рядом, и быстро осмотрел рану. Фрид почувствовал лёгкое волнение от его близости, и, не удержавшись, мельком взглянул на Лексуса, который, казалось, был полностью сосредоточен на его ранении.       — Ты вечно кидаешься под удар, когда не нужно, — заметил он с легкой укоризной. — Я ведь могу защитить себя.       Фрид слегка улыбнулся:       — Это мой долг. — Он сделал паузу, подбирая слова. — Ты знаешь, для меня это важно. Я должен защищать тебя.       Лексус поднял взгляд, его глаза встретились с глазами Фрида. Взгляд Лексуса был напряжённым, и Фрид понял, что его слова, возможно, прозвучали более откровенно, чем он собирался. Но ему хотелось, чтобы Лексус понял, насколько он для него важен — и не только как лидер или товарищ.       Дреяр несколько мгновений молчал, потом достал из сумки бинты и, не говоря ни слова, начал аккуратно перевязывать рану. Его прикосновения были неожиданно мягкими и уверенными, и Фрид почувствовал, как у него учащается дыхание. Плечо, где пальцы Лексуса оставляли мимолетные касания, горели, словно тот обладал волшебством не громового убийца дракона, а огненного.       — Ты всегда такой… ответственный, — негромко сказал Лексус, сосредоточенно завязывая бинты. — Даже когда не обязан.       Фрид поймал себя на том, что смотрит на него с улыбкой, почти забыв про боль в плече.       — Мне кажется, это единственное, что имеет значение, — тихо произнес он. — Быть рядом, поддерживать и защищать тех, кто дорог.       Лексус поднял глаза, и в его взгляде мелькнула тень смущения. Фрид чувствовал, что в эту секунду между ними снова возникло то особое напряжение, которое он иногда улавливал, и с каждой новой встречей это ощущение становилось сильнее. Казалось, что Лексус тоже что-то ощущает, но еще не может или не хочет это осознать.       — Похоже, твоя преданность и правда безгранична, — произнес Лексус, вернувшись к обычному тону. Он отвел взгляд и положил бинты на место. — Но постарайся не калечить себя каждый раз, когда мы в бою. У нас еще много работы впереди.       Фрид кивнул, стараясь скрыть лёгкое разочарование. Он понимал, что Лексус ценит его преданность, но всё еще видел в нём только друга и боевого товарища. Возможно, это было и к лучшему — так было легче скрывать истинные чувства.       Когда Лексус закончил перевязывать рану, они расположились у костра, грея руки у огня. Молчание, которое повисло между ними, было спокойным и почти уютным, и Фрид решил нарушить его вопросом, который давно его волновал.       — Лексус… ты когда-нибудь думал о том, как бы сложилась твоя жизнь, если бы ты не был в Хвосте Феи? Если бы всё пошло иначе? — спросил он, глядя в огонь, словно опасаясь встретиться с ним взглядом.       Лексус задумчиво посмотрел на Фрида. Видимо, он был удивлен такому вопросу, но после недолгой паузы ответил:       — Сложно представить. Хвост Феи — это всё, что у меня есть. И все, кто там, — моя семья. Я готов на всё, чтобы их защитить. Чтобы защищать вас, — он чуть смягчил тон и добавил, — и тебя, Фрид.       Эти слова глубоко тронули Фрида. Он почувствовал, как сердце пропустило удар, и ему пришлось сдержаться, чтобы не выдать свои эмоции. Быть рядом с Лексусом, слышать, как он говорит это, было для него всем, чего он хотел. Фрид смотрел на него, не отрываясь, и почувствовал, что, возможно, однажды он сможет раскрыть ему всё, что у него на сердце. Но пока — пока ему было достаточно просто быть рядом, видеть его и слышать такие слова.       — Я всегда буду рядом с тобой, — тихо сказал Фрид, всё так же глядя на огонь, но с лёгкой улыбкой. — И защищать тебя, когда это потребуется.       Лексус ничего не ответил, но его взгляд, казалось, смягчился. На этот раз он не стал возражать, и Фрид почувствовал, что в эту минуту, у костра, что-то между ними изменилось, пусть и совсем чуть-чуть.       Они просидели так ещё немного, пока огонь медленно угасал, оставляя лишь тлеющие угли.

***

      Сумерки уже окутывали лес, когда Лексус и Фрид вышли к заброшенному зданию, стоящему у подножия гор. Уничтожив отряд приспешников, они наконец добрались до их предводителя. Лес вокруг казался зловещим и тихим, и Фрид чувствовал, как напряжение сгущается.       Дреяр остановился, его взгляд был устремлен на мрачное строение перед ними.       — Он где-то здесь, — тихо сказал Лексус. — Будь готов.       Фрид кивнул, внимательно оглядываясь, и уже собирался активировать свою магию рун, когда темная фигура появилась на фоне полуразрушенных стен. Это был их противник — маг, который был известен своими иллюзиями и искусством обмана.       — Какая честь, что такие сильные маги, как вы, пожаловали ко мне, — сказал он, и его голос, словно шепот, эхом разнесся по лесу. — Думаете, сможете справиться с тем, что не поддается пониманию?       Он поднял руку, и тьма вокруг, словно по команде, начала сгущаться. Внезапно воздух наполнился странным шумом, и Лексус почувствовал, как мир вокруг изменился.       В следующую секунду перед ними начали появляться иллюзии. Лексус и Фрид увидели, как образы друзей из гильдии возникают вокруг, крича и умоляя о помощи. Лексус сразу понял, что это обман, но его взгляд обратился к Фриду, который выглядел заметно потрясённым.       — Фрид, не верь им! Это всего лишь иллюзия! — крикнул Дреяр, но маг усилил заклинание, и мир вокруг начал размываться.       Фрид боролся с обманом, чувствуя, как перед ним появляются и исчезают сцены разрушения и поражений, картины, в которых он снова и снова теряет тех, кто ему дорог. Перед ним возникла иллюзия, в которой Лексус был тяжело ранен, и Фрид, не выдержав, крикнул, бросаясь к нему:       — Лексус! Нет… Я не могу потерять тебя! — В его голосе звучала настоящая боль, и он не успел осознать, что это была всего лишь иллюзия.       Лексус на миг замер, услышав его слова. В этом крике была не просто тревога товарища, а что-то более глубокое. Он хотел окликнуть Фрида, но в этот момент противник усилил своё заклинание, и тьма вокруг стала сгущаться.       — Так вот оно как, — произнес маг, его голос был полон издевки. — Твоя слабость — привязанность к этому волшебнику. Как трогательно…       Дреяр резко повернулся к магу, его глаза вспыхнули гневом.       — Это ты зря, — хрипло сказал он, и яркая молния вспыхнула в его руке. С новой яростью он бросился на противника, выпуская поток энергии.       Тем временем Фрид, который всё ещё приходил в себя после увиденного, медленно поднялся на ноги, чувствуя, как по телу разливается усталость, смешанная с тревогой за Лексуса. Он видел, как тот стоял напротив противника, сосредоточенный и собранный, и не мог не отметить, с какой уверенностью тот держался даже в самые напряжённые моменты. Его решительность и сила завораживали Фрида, и на какое-то мгновение он забыл обо всем вокруг, просто глядя на него.       Лексус не терял времени, его кулаки крепко сжимались, и мышцы, обрисованные чёткими линиями, были напряжены, готовые нанести решающий удар. Фрид заметил, как по его предплечьям пробегали вены, вздувшиеся от усилия, и поймал себя на том, что не может заставить себя сосредоточиться на противнике. Взгляд Лексуса был холоден, лицо — серьёзно и почти непроницаемо. Каждый его жест, каждое движение было полным силы, и Фрид ощущал, как в груди разгорается странное, но притягательное ощущение, в котором смешивались восхищение и нечто более глубокое.       Собравшись с силами, Фрид поднял руку, чтобы начертить руну, и вокруг него засиял слабый свет. Он знал, что должен помочь, ослабить воздействие иллюзий, чтобы Лексус смог ударить с полной силой. Джастин активировал руну, которая начала подавлять магию врага, и почувствовал, как туман иллюзий немного рассеялся.       Лексус заметил это и, не колеблясь, бросился вперёд, его мускулы напряглись, и в глазах сверкнула решимость. Фрид смотрел, затаив дыхание, ощущая, как сердце начинает биться чаще. Молнии, окружающие Лексуса, начали разгораться всё ярче, как будто питаясь его силой и волей. Каждый его удар был пропитан непоколебимой уверенностью, и в эту секунду Фрид понял, что это было одним из тех качеств, которые всегда привлекали его в Лексусе — несокрушимая сила и способность идти вперёд, не оглядываясь.       Когда громовой волшебник наконец выпустил свою магию, молнии ударили с такой силой, что воздух буквально задрожал, а их враг пошатнулся, не в силах выдержать этот натиск. Фрид не мог отвести взгляд от Лексуса — от его мощных рук, от того, как блеск молний отражался на его лице, делая его черты еще более выразительными. Он чувствовал не только гордость за своего товарища, но и что-то большее, что захлёстывало его с новой силой.       И вот, после финального удара, враг рухнул на землю, окончательно побеждённый. Иллюзии исчезли, и лес снова стал тихим. Лексус тяжело дышал, но лицо его оставалось спокойным, и Фрид почувствовал невероятное облегчение, смешанное с восхищением.       Фрид подошел ближе, всё ещё чувствуя последствия магии иллюзий, и бросил короткий взгляд на товарища, в его взгляде был след тревоги, который он пытался скрыть.       — Всё в порядке? — спросил Лексус, внимательно глядя на него.       Фрид кивнул, стараясь выровнять дыхание.       — Да… прости. Эти иллюзии, они были слишком реальны, — тихо ответил он, чувствуя лёгкий стыд за свою слабость.       Лексус молчал, но в его взгляде было что-то новое. Он вспомнил крик Фрида и ощутил странное чувство, будто услышал в нём что-то, чего раньше не замечал. Однако он не стал поднимать эту тему, только положил руку на плечо Фрида.       — Ты спас меня, Фрид. В очередной раз, — тихо сказал он. — Пойдём, у нас ещё много работы.

***

      Ночь уже опустилась, когда Лексус и Фрид вернулись к лагерю после победы над врагом. Огонь костра освещал их уставшие, но удовлетворенные лица. Они чувствовали, что миссия окончена, но тишина между ними не была расслабляющей. В воздухе всё ещё висела напряжённость.       Лексус сел у костра и жестом пригласил Фрида присесть рядом. Они молчали какое-то время, и Фрид почувствовал, что Дреяр собирается сказать что-то важное. Он насторожился, глядя в огонь и стараясь не выдавать своих чувств, но сердце начинало биться сильнее с каждой секундой.       Наконец, Лексус нарушил тишину:       — Фрид, о том, что произошло во время боя… — его голос звучал серьёзно, но без привычной отстраненности. — Я слышал, как ты… ну, как ты выкрикнул моё имя.       Джастин замер, не зная, как реагировать. Он понял, что момент, которого он так долго избегал, наступил. Ему показалось, что его мысли смешались, и он едва мог собрать слова, чтобы что-то ответить. Лексус, похоже, заметил его смущение и, выдержав паузу, продолжил:       — Ты сказал, что не можешь меня потерять. И это звучало… иначе. — Он пристально смотрел на Фрида, его взгляд был прямым и проницательным. — Что ты имел в виду?       Фрид ощутил, как все его тщательно скрываемые эмоции, все его годы молчания и самоотречения, внезапно поднялись на поверхность. Он больше не мог притворяться. Если Лексус задавал ему этот вопрос, значит, он готов услышать правду, какой бы она ни была.       Фрид поднял глаза, взглянув прямо на него, и тихо ответил дрожащим от волнения голосом:       — Лексу… дело в том, что я… я давно хотел тебе сказать, но боялся, что это разрушит всё. — Он сглотнул, но, наконец, решился: — Я люблю тебя. Не как друга и не как союзника. Я влюблён в тебя, Лексус.       Его слова повисли в тишине, которую нарушал лишь треск костра. Фрид едва дышал, стараясь не отвести взгляд, ожидая ответа. Он знал, что сейчас всё зависит от того, как Дреяр воспримет его признание.       Лексус, казалось, был ошеломлён. Он молча смотрел на Фрида, и его взгляд выражал не только удивление, но и что-то, что Фрид не мог точно расшифровать. Казалось, Лексус не сразу нашел слова, чтобы ответить, но в его глазах появилась мягкость, которой Фрид никогда раньше не видел.       — Фрид… — наконец тихо произнес Лексус, его голос стал теплее, чем когда-либо. — Я не думал, что… — Он замолчал, подбирая слова, и, наконец, слегка улыбнулся. — Возможно, я слишком долго не замечал, что чувствую нечто похожее.       Фрид почувствовал, как у него на душе стало легче, но он все ещё не был до конца уверен, что правильно понял его. Тот протянул руку, положив её на его плечо, и их взгляды встретились.       — Ты всегда был рядом, — сказал Лексус. — Я не знал, что ты чувствуешь ко мне нечто настолько глубокое, но… теперь мне кажется, что я бы не смог представить свою жизнь без тебя.       Медленно, не торопясь, Лексус протянул руку и мягко коснулся щеки Фрида, его прикосновение было тёплым и нежным. Фрид затаил дыхание, не веря, что всё это происходит на самом деле. Лексус приблизился к нему, и между ними осталось всего несколько сантиметров.       — Ты… важен для меня, Фрид, — прошептал он, его голос звучал неожиданно мягко и немного неуверенно. — Я не хочу это терять.       Фрид тихо кивнул, чувствуя, как его сердце готово выпрыгнуть из груди. Он протянул руку и взял ладонь Лексуса в свои, их пальцы переплелись. Они долго смотрели друг на друга, и этот момент казался им бесконечным.       — Ты действительно мне… нужен, — тихо сказал Лексус, его голос звучал почти шёпотом.       Фрид чуть улыбнулся, не веря своим ушам. В этот момент все его сомнения исчезли. Он поднял руку и осторожно коснулся лица Дреяра, проводя пальцами по его щеке. В ответ Лексус сократил оставшееся между ними расстояние, и их губы наконец встретились в мягком, тёплом поцелуе.       Этот поцелуй был тихим, но полным тех чувств, которые они оба скрывали так долго. Фрид ощущал, как все его переживания, страхи и надежды наконец нашли выход. Лексус обнял его крепче, и он почувствовал, что именно здесь, в этих объятиях, всегда хотел быть.       — Знаешь, — сказал он, снова глядя на Фрида, — я, наверное, слишком долго не понимал, что ты для меня значишь.       Фрид улыбнулся, чувствуя, как с его плеч словно упал тяжёлый груз. Внутри него царила тишина, которой он так долго искал — тишина, наполненная спокойной уверенностью в том, что теперь всё будет иначе.       — Главное, что сейчас мы оба это понимаем.       Лексус слегка сжал его руку и снова притянул к себе, заключая в крепкие объятия, словно боялся, что всё это — только сон, который может исчезнуть. Их мир в этот момент сузился до мерцающего света угасающего костра и мягкого шума ночного леса, оставив позади все страхи и сомнения.

***

      Дорога к городу оказалась долгой. Им пришлось двигаться почти сутки без остановки, и с каждым часом между ними росло неловкое молчание. Лексус ехал впереди, молча смотря на лесной путь, и Фрид следовал за ним, наблюдая за его спиной и чувствуя, как в груди нарастает тревога.       С тех пор, как прошлой ночью у костра они с Лексусом коснулись друг друга так нежно, Фрид не мог найти покоя. Этот поцелуй казался ему чем-то важным, чем-то настоящим, но сейчас он начинал сомневаться, не был ли это просто мимолётный импульс, вызванный усталостью и накалом боя. С каждым километром Фриду всё больше казалось, что Лексус, возможно, сожалеет о произошедшем.       Он искоса поглядывал на Лексуса, но тот казался полностью поглощённым дорогой, его лицо оставалось отстранённым и серьёзным, как всегда. Временами Фриду казалось, что он мог уловить что-то необычное в его взгляде, но это было слишком мимолётно, чтобы быть уверенным. Сомнения и страх медленно заползали в его сознание, заставляя думать, что, возможно, всё это было ошибкой, иллюзией, которую он сам себе создал, а может, они все еще сражаются с тем темным магом?       "Может, я что-то неправильно понял… Может, это было просто минутное увлечение," — думал Фрид, сжимая поводья и глядя на широкую спину перед собой. Он пытался найти объяснение, придумывал отговорки, которые могли бы заглушить эту боль в сердце. Но с каждой минутой ему становилось всё сложнее бороться с тревогой, которая не оставляла его с момента их поцелуя.       Когда солнце начало садиться, они наконец увидели впереди огни небольшого городка. Лексус, не оборачиваясь, кивнул в сторону города:       — Скоро прибудем. Найдём гостиницу и сможем отдохнуть.       Фрид молча кивнул в ответ, чувствуя, как надежда на то, что они снова заговорят о своих чувствах, медленно угасает.              Когда они зашли в гостиницу, Фрид чувствовал себя измученным, но перспектива наконец оказаться в тепле и отдохнуть на настоящей постели немного его приободрила. Он всё ещё был погружён в свои сомнения по поводу Лексуса и недавнего поцелуя, и его внимание было настолько сосредоточено на этих мыслях, что он едва заметил, как в дверях гостиницы их встретила молоденькая девушка, дочка хозяина. Её улыбка сразу обратилась к Дреяру, и она засияла с тем очарованием и легким смущением, которое свойственно юности.       Фрид напрягся, увидев, как девушка украдкой поглядывает на Лексус, всячески стараясь обратить на себя его внимание. Она выпрямилась, поправила передник и бросала на Лексуса заинтересованные взгляды, явно надеясь услышать от него хоть слово в ответ.       Джастин стиснул зубы, стараясь не выдать своих чувств. Мысль о том, что кто-то пытается понравиться Лексусу, пусть и всего лишь девушка из гостиницы, разожгла в нём нечто неожиданное — смесь ревности и негодования. Наблюдая за ней, он невольно чувствовал уколы раздражения. Ему казалось совершенно невыносимым видеть, как кто-то вот так открыто заигрывает с его Лексусом, пусть даже этот флирт казался невинным и безобидным.       Дреяр, однако, никак не отреагировал на попытки девушки. Он бросил на неё лишь быстрый взгляд, как будто это было не более чем формальность, а затем обернулся к Фриду. На мгновение их взгляды встретились, и он ощутил странное облегчение от того, что Лексус оставался равнодушным к чужому вниманию.       Девушка, видимо, смутилась, не получив ответа, и быстро отвела взгляд, пробормотав что-то под нос. Фрид почувствовал лёгкое удовлетворение от её растерянности и быстро взял ключ у хозяина гостиницы, стремясь поскорее пройти в свою комнату, чтобы отвлечься от этих неожиданных и беспокойных мыслей.       Они поднялись по лестнице, каждый в свой номер. Фрид, остановившись у двери своей комнаты, бросил последний взгляд на Лексуса, пытаясь понять, что тот чувствует. Но тот уже отвернулся, собираясь войти в свою комнату, и Фриду ничего не оставалось, кроме как с лёгким вздохом последовать его примеру.       Фрид закрыл за собой дверь и, прислонившись к ней, провёл рукой по лицу, чувствуя, как усталость и ревность всё ещё бушуют в его душе.       Тишина гостиничного номера сразу же окутала его. После долгого дня пути и беспокойных мыслей Фрид ощутил, как усталость навалилась с новой силой. Тело казалось тяжёлым, и ноги едва держали его, а раненое плечо продолжало нудно ныть, напоминая о недавнем бою. Он машинально коснулся повязки, которую наложил Лексус. Позже Фрид наложил на это же место несколько рун, которые залечат рану, но не избавят от боли.       Фрид с трудом дошёл до кровати и опустился на неё, на мгновение просто наслаждаясь ощущением мягкости под собой. Глаза уже начинали закрываться, и он понимал, что нужно хотя бы немного поспать, чтобы набраться сил. Бросив взгляд на ванную, он всё-таки заставил себя подняться, быстро принял душ и вернулся в комнату. Тёплая вода принесла некоторое облегчение, смыв усталость с его тела, но тянущая боль в плече и напряжение в мышцах никуда не исчезли.       Он погасил свет, уже готовясь опуститься на постель, как вдруг услышал тихий, но уверенный стук в дверь. Фрид вздрогнул, сразу насторожившись: стук был неожиданным и выбивал его из состояния почти дремоты.       На секунду он замер, вслушиваясь в тишину, и сердце его заколотилось быстрее. Кто бы мог быть здесь, в поздний час?       Фрид, с затаённым дыханием, медленно подошёл к двери, ещё раз надеясь, что стук ему лишь послышался. Но в комнате вновь раздался настойчивый звук, и Фрид понял, что посетитель не уйдёт, пока он не откроет. Наконец, преодолев сомнения, он потянулся к дверной ручке и открыл дверь, готовясь увидеть кого угодно, только не того, кто стоял на пороге.       Перед ним стоял Лексус — уверенный и спокойный, словно его совершенно не смущало появиться у него на пороге в столь поздний час. На нём были только лёгкие штаны. Фрид не сразу смог найти слова: его взгляд невольно скользнул по мощной фигуре Лексуса.       Его плечи были широкими и сильными, каждая мышца словно выточена с идеальной точностью. Слегка влажные после душа светлые волосы спадали на лоб, а грудь, покрытая мелкими каплями воды, поблёскивала в свете. Вены на его предплечьях были слегка вздувшимися после долгого дня и выглядели подчёркнуто рельефными, придавая его облику суровую привлекательность. Фрид не был хилым, напротив, его тело крепким и подтянутым, но на фоне Лексуса он чувствовал себя маленьким подростком. Джастин заметил, как свет в коридоре подчёркивает резкие линии его груди и живота, силуэт которых казался ещё более чётким и завораживающим.       Лексус стоял с лёгкой улыбкой, его взгляд был сосредоточен на Фриде, но в нём было что-то непривычное — почти мягкое, но всё ещё загадочное. Фрид чувствовал, как у него перехватывает дыхание. Он никогда не видел Лексуса так близко, так открыто и беззащитно, отчего сердце его забилось быстрее от этой близости.       Фриду казалось, что они стояли так вечность, всматриваясь в глаза друг друга, стараясь прочитать, кто о чем думает. Лексус делает первый шаг. Шаг в комнату, шаг навстречу к Фриду. Он закрывает дверь за собой, отчего тело Джастина все натянулось, словно струна. Ни один из них не сказал ни слова. Да и нужно ли?       Лексус взял его лицо в ладони, так нежно и трепетно, отчего у Фрида вышел оставшийся воздух из легких. Их губы вновь соприкоснулись и на этот раз поцелуй был несдержанным и страстным. Фрид пребывал в прострации, от того, с каким напором Лексус целовал его в этот раз. Как разительно этот поцелуй отличался от их первого. Дреяр провел языком по его нижней губе, следом засасывая ее. Джастин приоткрыл рот, стараясь вдохнуть хотя бы глоток воздуха, чем Лексус пользуется, проникая языком внутрь его рта. Фрид стонет, о таком он даже не мечтал в своих самых смелых фантазиях. Всего чего он желал - это быть рядом, иметь возможность помогать и оберегать человека, который ему так дорог, но сейчас, когда их языки раз за разом сплетаются вместе, Фрид понимает, что желал он малого. Чувствовать чужие руки на своем теле, цепляться руками за крепкие плечи, ощущать тепло и тела, в котором хочется раствориться. Все это то сводило с ума и не давало мыслить здраво.       Фрид отвечал на поцелуи с тем же рвение, но за напором Лексуса он все равно не успевал. Тот целует его так яростно и настойчиво грубо, что у Фрида голова идет кругом. Сильные руки медленно спускают по бокам вниз к ягодицам, сжимая и вырывая из уст Джастина первый несдержанный стон.       Лексус улыбается ему в губы:       — Настолько хорошо, Фрид?       Ему остается лишь молча кивнуть, смотря прямо в глаза. Лексус делает несколько шагов вперед, тесня Фрида к кровати. Джастин опускается на постель, увлекая его за собой, сразу чувствуя приятную тяжесть. Он старался не думать, как надуваются мышца на крепких руках по обе стороны от его лица. Лексус прижимается еще ближе, еще теснее, не оставляя даже миллиметра между телами, вдавливает в постель, спускается вниз по шее, губами собирая соленые капельки пота, чувствуя, как дрожит тело под ним, как чужие руки путаются в его волосах. Он переходит к груди, языком очерчивает ореол соска, отчего Фрид откидывает голову назад и стонет так сладко, что все внутри собирается в тугой узел. Фрид сводит с ума, своим желанием быть рядом, своей отзывчивостью и заботой. Лексус не понимал, чем именно заслужил такую преданность, но теперь точно знал, этот человек важен для него и это у них взаимно. Он проводит рукой вниз, очерчивая поджарый пресс, продолжая свой путь до кромки пижамных штанов.       Фрид внезапно вздрагивает, рука цепляется за чужое запястье, а глаза смотрят с некой неловкостью.       — Если не хочешь, мы можем остановиться, - Лексус старается говорить нежно, но выходит с хрипотцой, от чего у Фрида все органы, кажется, скручиваются в один большой напряженный узел. Зря он так.       — Нет, все в порядке, просто... я сейчас хочу кое что другое.       — Другое? - переспрашивает Лексус. Он легко поддается, когда Джастин меняет их местами и садится сверху.       Фрид замирает, рассматривая такие любимые черты лица. Сколько раз он наблюдал за ним со стороны, боясь быть замеченным и неправильно понятым, но сейчас Фрид смотрел не него не стесняясь и не отводя взгляда. Он проводит кончиками пальцев по контуру челюсти, изучая. Спускается невесомыми касаниями вниз по рельефной груди, словно рисуя заново его татуировку, ниже — очерчивая кубики пресса, идеально подчеркнутые лунным светом, который пробивается сквозь не до конца задернутую штору. Его рука накрывает уже твердый член, жар которого чувствуется даже сквозь ткань штанов. Фрид ногами чувствует, как тело под ним напрягается от этого движения.       — Ты позволишь мне? - спрашивает коротко, заглядывая в глаза.       — Все, что захочешь.       Он аккуратным движением стягивает штаны вниз, высвобождая уже налитый орган с сеткой вздувшихся вен. Фрид слышит шумный вдох где-то сверху, когда рукой на пробу проводит на всю длину. Он спускается коленями на пол, запрещая себе смущаться от мыслей о том, какой у Лексуса большой. Все, чего Фрид хотел в данный момент - это сделать приятно, услышать стоны вперемешку со сдерживаемым рычанием, от чего у самого уже внизу становилось невыносимо тесно. Проводит языком на пробу, от самого основания к головке, ощущая терпкий вкус во рту. Он никогда никого не ласкал так, но рваный выдох подсказывает Фриду, что пока он все делает правильно. Спрятав зубы и втянув щеки, Фрид заглатывает на половину, настолько его хватило, пока член не уперся в стенку глотки. Он медленно двигается вверх-вниз, лаская языком, помогая себе рукой там, куда не может дотянуться губами и стонет протяжно, когда Лексус начинает несдержанно толкаться бедрами.       В его рту жарко и тесно, и Лексус цепляется за чужие волосы слегка оттягивая назад. Он привстал на локтях и смотрит на покрасневшее лицо Фрида, когда тот пытается слегка отдышаться. Его губу распухли, а в уголках глаз собрались капли слез, но сделав последний глубокий вдох, Фрид вновь заглатывает как можно больше, лаская языком ствол. Лексус вдавливает его лицо в пах, заставляя слегка подавиться, чувствует, как Фрид пальцами впивается в его бедра, но не отстраняется, а наоборот, старается заглотнуть до конца.       Когда хватка в его волосах ослабла, Фрид сам насаживается на член, вылизывая каждую венку, нежно прокручивая рукой у основания, чувствует, что скоро уже не выдержит и сам. В паху томно тянуло и он накрыл свой член свободной рукой, сдавливая сквозь ткань пижамных штанов. Он довольно постанывает чувствуя горлом чужую пульсацию, когда его оттягивают за волосы назад.       - Ты ведь не собираешься сделать все сам? - ухмыляется Лексус, слегка изогнув бровь. Он тянет Фрида на верх, усаживая его себе на колени так, чтобы лицом к лицу, целуя сразу глубоко и развязно, словно оголодавший. Он проникает глубоко в рот, засасывая язык, оттягивая зубами нижнюю губу и сразу же зализывая.       Фрид не отставал, цепляясь за крепкие плечи, притягивая ближе. Он чувствует, как рука Лексуса приподнимает его ровно настолько, чтобы стянуть штаны вниз до колен, высвобождая давно требующий внимания член.       Дреяр тянет не сопротивляющегося Фрида за поясницу ближе к себе, обхватывая рукой оба ствола за раз. Он слышит податливый всхлип рядом со свои ухом, когда начинает движения рукой. Тяжёлое дыхание прерывается короткими поцелуями в плечо и шею, оставляя красноватые следы на белоснежной коже.       Фрид толкается в кольцо чужих пальцев, стараясь попасть в такт чужим движение, но сказывается усталость, и в ритм все никак не попадает, отчего ощущения становятся еще более яркими. Ему хорошо до невозможности, Лексус рядом, настолько, что одно дыхание на двоих, чувствует, как напрягаются мышцы спины под его руками, когда он самозабвенно ласкал ее, временами оставляя следы ногтей на лопатках, когда Лексу замедлял темп, дразня его.       — Лексус... - Фрид шепчет куда то в шею, когда тот ускоряет движения там, внизу, чувствуя, что оба уже на грани.       Лексус свободно рукой проводит от поясницы вверх, к длинным волосам, накручивая их на кулак, оттягивая лицо Фрида настолько, что бы вновь властно проникнуть в его рот. Джастин жмурится и вскрикивает, от того как нарастающая волна удовольствия вдруг внезапно пронизывает его тело приятной судорогой, отчего он изливается, пачкая свой живот и руку Лексуса, который не прекращает движений. Дреяр рычит ему в губы, чувствуя, как Фрид дрожит в его руках. Спустя несколько движений оргазм накрывает и его, отчего приятная слабость растекается по конечностям и они валятся на постель.       Лежа на чужой груди Фрид слышит, как быстро бьется сердце Лексуса. Он улыбается, как дурак, когда их пальцы сплетаются. Постепенно тишина наполнила комнату, но эта тишина была комфортной, такой, в которой не нужно было ничего объяснять или скрывать. Фрид повернулся к Лексусу, встретив его взгляд, полный спокойствия и умиротворённой нежности.       — Никогда бы не подумал, что окажусь здесь вот так… рядом с тобой, — тихо сказал Фрид, его голос звучал мягко.       Лексус посмотрел на него, слегка касаясь его плеча, и усмехнулся:       — Думаешь, я об этом знал? — Он слегка прищурился, с легкой, почти игривой улыбкой. — Но знаешь, теперь всё кажется правильным. Словно так и должно быть.       Фрид улыбнулся, чувствуя, как его сердце переполняется теплом.       — Надеюсь, ты не передумаешь, — прошептал он, с трудом скрывая волнение.       Лексус крепче обнял его, притягивая ближе.       — Ни за что, — ответил он тихо, его голос был полон уверенности. — Теперь я точно понимаю, как ты для меня важен.