Сводник. Возвращение

- Скучал по мне? Одиссей был готов к этому... но все равно вздрогнул. Голос сирены каким-то чудом проник через заткнутые воском уши, ввинтившись прямо в мозг. Наверное из-за этой преграды он стал более низким и хриплым, чем пристало женщине, но всё ещё чарующим. А может морская хищница попросту простудилась в прохладной воде. Он резко обернулся, быстро обнаружив сирену на большом камне прямо по курсу. Как и ожидалось, она выглядела в точности как его жена... если смотреть издали и прищурившись. - Ты не представляешь насколько! - Одиссей изобразил мечтательную улыбку, изучая свое "прекрасное видение". Сирена определенно хорошо поработала над образом - прическа, макияж, изящное свободное платье. Вот только... с каких пор у его жены были такие широкие плечи? И мускулистые руки, с маникюром почти похожим на ножи? Да и очертания груди под мягкими складками платья вызывали некоторые вопросы... - Ну тогда прыгай в воду и поцелуй меня! - почти торжествующе предложила хищница, и Одиссей понял, что слишком уж внимательно разглядывал ее. Словно и вправду зачарованный. Из темной пещеры, в направлении которой течение несло корабль, донеслось странное поскуливание. Одиссей мотнул головой, приходя в себя. Его жена не могла выглядеть... так. - Эээ... Пенелопа, я же говорил, что боюсь воды... - брякнул он первое, что пришло в голову. Сирена удивлённо посмотрела на него и, кажется, подавила смешок. У нее были красивые глаза, настолько голубые, что почти сияющие. И скульптурное лицо не портили даже жестковатые черты и слишком уж мужественная линия челюсти... - Со мной ты будешь в безопасности, - ласково пообещала она. - Иди сюда, поиграть со мной и с нашей дочерью. Сирена повела рукой и рядом с ней возник силуэт девочки. "Дочерью?!" От неожиданности Одиссея вновь вытряхнуло из транса, в который он сам не заметил как погрузился. Воск в ушах почему-то не помогал. Это не его жена, определенно, но каким-то образом сирена всё ещё была притягательна. Даже члены его команды застыли, вглядываясь вперёд, позабыв о зажатых в руках сетях. Поскуливание из пещеры стало громче и как-то истеричнее. Сирена недовольно нахмурилась: - Давай, прыгай в воду. Со мной тебе не придется страдать. - Да я бы с радостью, но... н-но... Что?! Корабль подплыл уже достаточно близко, чтобы разглядеть, что "Пенелопа" была как минимум два метра ростом и не уступала размахом плеч тяжелоатлету. И что в ее сияющих глазах не было зрачков. И эта линия скул... была подозрительно знакомой. Да быть не может! - П-посейдон?!! - Одиссей задохнулся от изумления, глаза полезли на лоб, а сердце упало. - Что ты здесь делаешь?! Как ты узнал, что мы здесь?! Одиссей ни разу не видел бога без бороды (да ещё и в ярком, чтоб издалека видно было, макияже!) но это определенно был он! "Сирена" выругалась сквозь зубы: - Да так, одна птичка начирикала... которой определенно стоит чуток ощипать пёрышки! Из пещеры послышался буквально вой, а затем оттуда вылетел зажимающий себе рот руками и красный от сдерживаемого смеха Гермес. Следом за ним щёлкнули чьи-то челюсти и вновь убрались подальше от яркого света. Вырвавшись из своего укрытия, божественный вестник расхохотался так, что на какое-то время все окружающие потеряли возможность здраво мыслить... если не мыслить вообще. - Ты проиграл, дядя! - завопил он, отсмеявшись. - Как ты там говорил - после такого долгого плавания он и к камню в платье своей жены прыгнет в воду? Значит ты проиграл камню! Посейдон недовольно сложил руки на груди: - Он почти попался. Если бы кое-кто мне не соврал... - Я сказал, что расскажу о его семье, - захихикал Гермес. - Но я же не говорил, что расскажу правду! Одиссей метнул в его сторону обиженный взгляд. Вот ведь... предатель летающий! - Он обещал, что не причинит тебе вреда, - улыбнулся ему Гермес, ни разу не смущённый. - И, кстати, что магию использовать тоже не будет. Правда, дядя? - Уговор был про магию превращения, - буркнул Посейдон, расправляя подол платья. - Про голос речи не шло. - Но даже так, ты проиграл, верно? Оди не прыгнул. - Гермес сделал сальто и повис в воздухе над Посейдоном вниз головой. - Теперь ты оставишь его в покое? Повелитель приливов задумчиво склонил голову. Поправил выбившийся из прически локон. Покрытые кроваво-алой помадой губы изогнулись в улыбке. Одиссей, равно как и вся остальная ошарашенная команда, наблюдали за этим, затаив дыхание. - Да, я обещал, что не сделаю ему ничего плохого, - наконец сказал Посейдон. - Но я не обещал, что не трону... их. Корабль резко замер на месте, словно споткнувшись. Тонкие щупальца воды вырвались из моря и схватили каждого оставшегося члена команды. Послышались придушенные возгласы удивления и ужаса. - Посмотрим, как ты сумеешь добраться до дома на корабле без команды, - усмехнулся Посейдон, поднимая всех кроме капитана с палубы в воздух. Гермес бросил на Одиссея извиняющийся взгляд - "Прости, не учел". - Дядя, ты правда думаешь, что таким образом улучшишь ваши отношения? - снизился он к Посейдону, повиснув над ухом словно назойливый комар. - А у нас они есть? Одни догонялки... - хмыкнул тот, тут же попытавшись схватить вестника. В лучших традициях комаров Гермес легко увернулся. Одиссей нервно оглядывался, натыкаясь на полные ужаса взгляды команды, его мысли метались, не находя приемлемого выхода. Кроме одного... Отношения, значит? И Посейдон обещал, что не причинит ему вреда? Ну тогда... чего он там хотел? - Я согласен, - мрачно сказал он, отвлекая владыку океанов от охоты на хохочущего Гермеса. И шагнул с борта в воду. Водяное щупальце поймало его на полпути. Одиссей затаил дыхание, готовый ко всему, в том числе и к немедленному утоплению. Но его аккуратно перенесли и посадили на тот же камень. - Вода холодная, - пробормотал Посейдон, не глядя на него, нервно разглаживая подол платья. - Простудишься. Остальные щупальца тем временем отпустили его команду. Парни столпились у борта, встревоженно глядя в их сторону. - Победа шантажом не считается, - промурлыкал всё ещё порхающий над ними Гермес. - Тебе нельзя забрать его, дядя. Посейдон тихо зарычал, и вестник счёл за лучшее резко увеличить высоту. А Одиссей в упор столкнулся с яростным взглядом сияющих глаз. - Знаешь, я хотел по хорошему. Даже пошел на жертвы, - Посейдон потёр бритый подбородок и усмехнулся, мелькнули заостренные акульи зубы. Без бороды он выглядел моложе и заметно менее зловеще. - Но давай попробуем моими методами. Итак, мне вырвать тебе сердце... или ты все-таки сходишь со мной на свидание? Одиссей нервно сглотнул. И понял, что ему не настолько страшно, как должно было бы быть. Не когда Посейдон в подобном виде. И уж тем более не когда... богу это совершенно невозможным образом идет. Подумал немного. И рискнул усмехнуться в ответ: - А ты наденешь это же платье? - Ну сердце так сердце... - Посейдон поднял руку, демонстрируя бритвенной остроты маникюр в бирюзовых тонах. Одиссей слегка побледнел: - Да пойду я, пойду! Пошутить уже нельзя? - Да я тоже... шучу. Наверное. Но... - Посейдон обвел тяжелым медленным взглядом толпу на палубе, вызвав череду вздохов ужаса и парочку обмороков, - ...любой из вас, кто хоть кому-то упомянет эту историю, недосчитается парочки жизненно важных органов. Гермес, тебя тоже касается. Поверь, я найду какие у тебя важные. Даже если придется покопаться. - Ну что ты, дядя! Я нем как рыба, как могила, как мертвая рыба в могиле! - абсолютно счастливо завопил вестник, заливаясь хохотом. Одиссей мог бы поклясться, что весь Олимп будет в курсе ещё до заката...