Краеведческий музей

      Вообще, идея пойти в музей не пришла в голову к Владу сама. Её туда подселила закадычная подружка Череватого — Марьяна. Романова – любительница культурно просвещаться. Тогда как парень, скорее жертва обстоятельств. Но, тем не менее, девушке удалось вытащить друга под предлогом: «Владик, ну будет интересно! Владик, ну что ты, как село не асфальтированное?!»       Владика эти нюни достали. Поэтому уже в три часа дня он стоял под подъездом Романовой в ожидании ''ведьмы''.       — Владюшааа! Привет! Ты по мне скучился?!       — Змеяндра, ты в курсах, шо я тут тебя уже полчаса жду?! У меня уже жопа к скамейке примёрзла!       — Ой, да ладно тебе, успеем же всё, — девушка эффектно взмахнула рыжими кудрями и пошла в сторону чужой машины.       — Да конечно… — мужчина бросает косой взгляд на знакомую и вытягивает из кармана пальто ключи от автомобиля. Молодой человек не спеша подходит к собственному средству передвижения, тянет руку и открывает перед дамой дверь:       — Да ты, Владюша, джентльмен, — женщина хихикает и садится в теплый салон.       — Как смешно, Змеяндра, — дверь хлопает, отделяя говорящих друг от друга.       

***

      Череватый петляет между людьми, параллельно разглядывая экспонаты: картины времён ренессанса, некоторый старинные шедевры, вычурные вазы. Марьяна была в восторге. Владу даже кажется, что женщина оббегала весь музей несколько раз. Молодой человек устал тягаться за энергичной подругой, поэтому уместился на мягком диванчике перед какой-то живописной картиной с побоищем. Как мужчина не пытался вникнуть в суть сие действа, его кругозор, как и говорила рыжеволосая, был слишком узок для понимания искусства.       — Покорение Сибири Ермаком Тимофеевичем. Василий Суриков. Одна тысяча восемьсот девяносто пятый год.       — Чего?       Мужчина перед Череватым склоняется к полотну, рассматривая мелкие детали.       — Вы мне? — молодой человек с татуировкой в замешательстве. Посетитель у холста оборачивается.       Влад внимательно всматривается в человека перед собой: волосы цветом в шоколад, медовые глаза, водолазка, эффектно обтягивающая торс. Достаточно высокий, но ниже самого Череватого. Привлекательный.       — Як зовут тебя? — мужчина поднимается с насиженного места, оглядывается, пытаясь найти глазами знакомую рыжую макушку, но тщетно.       — Илья. Илья Ларионов, — парень протягивает руку, которая тут же пожимается чужой.       — Я Влад. Будем знакомы. Откуда про картины столько знаешь?       — Дедушка в музее работал. И я с ним часто время проводил, пока был маленьким.       — Ясно, як тебе картина? — Владу абсолютно похую, на самом-то деле. Но собеседник ему приглянулся, а значит, есть шансы на более близкое знакомство.       — Великолепное полотно. Суриков начал его ещё писать в девяносто первом. Летом художник поехал в Сибирь «для списывания инородцев». На Дону, в станице Раздорской, написал многочисленные эскизы для картины...       Череватый внимательно не слушал. Его больше интересовала фигура, скрытая под черной водолазкой, нежели то, что пытался поведать ему новый знакомый.       —… в тысяча пятьсот пятьдесят восьмом году Иван Грозный пожаловал семье Строгановых огромные владения на Северо-Западном Урале. Строгановы с энтузиазмом принялись за работу, начали развивать в своих владениях сельское хозяйство, солеварение и многое другое, что приводило к столкновениям с местными…       В кармане череватовского пальто дребезжит телефон, мужчина просит прощение и отходит от Ларионова в сторону:       — «Да, Марьяш, слушаю».       — «Парень-то красавчик, хорошего тебе вечера, а я домой».       — «Кинула меня, змеюка?» — парень шутит. Шутит, но знает, что на него зла не держат.       — «Естественно. Завтра позвони и расскажи. Как прошло», — рыжеволосая хихикает. Ее настроение передается и мужчине:       — «Обязательно, до связи, гадость моя».       — «Пока-пока, бесюка».       Влад сбрасывает вызов и находит глазами уже известную фигуру: Илья стоит на том же месте, рассматривая полотно. Видимо это на долго. Мужчина с татуировкой тяжело вздыхает и возвращается к новому знакомому. До закрытия остаётся буквально с десяток минут.       — Илья, а не хочешь в кино сходить? — Череватый, поспевший поговорить с Романовой, подходит к названному и становится плечом к плечу, вновь взирая на холст.       — Я с подругами пришел просто. Не хотелось бы девушек одних оставлять, — мужчина застенчиво чешет затылок и оглядывается назад.       Влад отклоняется и лицезреет компанию из молоденьких девчонок. ''А я их и не заметил'', — пролетает мысль в череватовской голове, оставляя после себя небольшое замешательство. Придется Илюшку силой изымать.       — Минутку, — Череватый растягивает губы в самой обворожительной улыбке и подходит к группе девиц:       — Дамы, разрешите обратиться. Могу ли я у вас Илью забрать на неопределенный срок? — несколько пар глаз поднимаются на мужчину, осматривают. Затем взгляды опускаются ему за спину: Влад не знает, что им там такого показал Ларионов, но девушки синхронно кивнули и заулыбались в ответ:       — Берите, мы не против, — блондинка кивает и уводит других к выходу.       — «Пункт ''А'' выполнен».       Череватый сам перевод взгляд на человека позади себя: Илья уже стоит спиной и внимательно смотрит на другую картину. Взгляд темно-кофейных глаз прикипает к шее: несколько родинок, светлая, почти белая кожа выглядывает из-за ворота водолазки.       — Влад?       — Да? — Череватый хлопает ресницами и разглядывает медовые зеницы собеседника. Ларионов улыбается и указывает кивком головы на выход:       — Идем?       — Конечно, — мужчина усмехается, подходит к другому, аккуратно хватает под руку и выводит обоих к выходу. Молодые люди покидают выставочный зал.

***

      Когда мужчины заходят в кинотеатр, везде уже погашен свет. Влад конкретно так раскошелился на билеты, но они того стоили: всё как в лучших традициях ромкома: последний ряд, места для поцелуев. На ''Человека паука'' было решено пойти из-за последнего сеанса и не дешевых входных талонов. Хорошее впечатление – дело всё-таки такое, затратное.       Молодежь, переступая чужие конечности и извиняясь перед задетыми людьми, медленно проползли на свои места, удобнее усаживаясь в креслах.       На экране крутят рекламу предстоящих фильмов, а граждане, сидящее спереди, постоянно шуршат пакетами с чипсами.       — Бесят, утырки.       Илья смеётся. Влад хмыкает. На огромном белом холсте появляется изображение женщины, держащей факел. Satus.

***

      Мужчины выходят из здания, когда на улице уже совсем темно. Лишь снег, лежащий небольшими комьями, хотя бы как-то оживлял улицу. Морозный воздух обдает холодом лица и кусает не прикрытые участки тела. Снежный покров отражает свет от фонарей, освещая небольшие лужи на дороге.       Пара направляется к автомобилю, весело переговариваясь между собой. Даже мороз на улице не так сильно чувствуется. В салоне тепло и пахнет стандартной ёлочкой.       — Илья, в магазин заедем? — водитель перебивает поток информации от пассажира и поворачивает голову вправо, взирая на собеседника.       — Да-да, конечно, — парень улыбается и часто кивает.       Круглосуточный находится по пути, и добраться до него много времени не занимает. Машина плавно паркуется около тротуара, а две фигуры быстро хлопают дверями и заходят в теплое помещение. Череватый расхаживает мимо стеллажей, пока новый знакомый ступает за ним по пятам.       — А ещё, знаешь, восемнадцатый век отличился… — эта словесная эквилибристика уже порядком надоела. Но Влад хотел Илью, а значит, вынужден был терпеть.       Мужчины проходят бакалею и направляются к алкоголю. Череватый с видом знатока оглядывал цветные бутылки: коньяк был сброшен со счетов сразу, а вот вино показалось отличным вариантом. Темные глаза цепляют бутылочку портвейна.       — «В самый раз. Споить, думаю, получится», — Влад вертит стеклотару в руках, оглядывая этикетку. Улыбается своим мыслям, а затем и ''собеседнику''.       — А вино зачем? — Илья обращает внимание на ёмкость в чужих руках.       — Для настроения, — просто отвечает Влад и идёт на кассу.

***

      Опять салон. Череватый оставляет пакет с алкоголем на заднем сидении и садится на водительское место, щелкая ремнем безопасности. Пассажир зеркалит чужое действие и удобнее усаживается в кресле.       — В гости ко мне поедешь? — Влад приветливо улыбается и внимательно смотрит на человека около себя.       — А у меня выбор есть?       — Нету. Нам, кстати, ехать минут двадцать.       Дорога проходит спокойной. Спокойно для Ильи. Череватый же слушает нескончаемый поток историй про брата, собаку, маму, молодого человека. На застенчивом рассказе о парнях стало чуть интереснее, но и это чувство потухло так же быстро, как и другие. Всё же, не каждый человек сможет вытерпеть трёхчасовую лекцию о всём и вся.       Пока пара доезжает до дома, в голове водителя не остаётся никаких хотя бы немного высоконравственных мыслей. Илья привлекательный: тонкий, изящный, живой в эмоциях. На таких людей приятно смотреть. Смотреть и видеть под собой или на себе. Все суждения в большинстве своем были сведены к тому, как Влад разложит нового знакомого на столе или в ванной, или в комнате — это было не так уже и важно.       — «Этот рот хочется заткнуть просто, ну хоть як-то! Ну, не может нормальный человек столько пиздеть!» — истеричные мысли летают в голове, иногда отражаются на лице, пока не видит Илья, и пока сам Череватый мило улыбается собеседнику.       — «Интересно, а минет он также делает, як пиздит?»       — Приехали, — транспортное средство плавно тормозит, прерывая чужой монолог. Влад выходит сам и открывает пассажирскую дверь, протягивая руку. Ларионов вкладывает свою ладонь в чужую и поднимается с нагретого места. Череватый временно покидает гостя один на один со своими мыслями и забирает пакет с заднего сидения, хлопая дверцей машины, оставляя автомобиль под охраной.

***

      — Проходи. Дверь направо – ванная, — хозяин щелкает нижним замком, снимает куртку и сырую обувь. Уносит пакет с покупкой на кухню.       Ларионов следует указанию, отправляясь мыть руки. Телефон в руке кареглазого резко дребезжит: ''Приветули, Чери! Как дела? Как паренёк?'' Прочитано.

''Змея, это пиздец. Красивый конечно,

но пиздит за троих, я в ахуе!''

Прочитано.

''Сочувствую, Владюш, удачки тебе с ним. Я в тебя верю! Напишешь потом, как всё прошло)''. Прочитано.

''Ок.''

Отправлено.

      Два бокала опускаются на стол, стукаясь донцем о деревянную поверхность. В каждый вливается новоприобретенное креплёное вино. Из холодильника выуживается сыр. Череватый слышит хлопок межкомнатной двери и чужие тихие шаги.       — Помочь? — Илья оказывается рядом, закатывает рукава и тянется за ножом.       — Ты уже помогаешь, разве нет?       Ларионов кивает и режет аккуратными ломтиками сыр. Вечер обещает быть многообещающим.

***

      Владовская рука нежно ползёт от колена вверх по бедру. Гость дёргается, медовые глаза расширяются в испуге и пристально вглядываются в чужие зеницы:       — Ты чего делаешь, Влад?       — Я? Ничего, — названный растягивает губы в немного пьяной улыбке, пока у другого молодого человека на лбу расползаются морщинки.       — Я не хочу, — Ларионов немного отсаживается, пытаясь сбросить чужую руку.       — Чого? Не ломайся, я же нежно, — хозяин квартиры наклоняется ближе к чужим губам.       — Извини, мне пора, — мужчина тараторит, подскакивает и быстро вылетает в коридор. Вино в организме хотя и влияет на координацию движений, но Илья старается быстрее покинуть роковую ''клетку''.       — Дверь открыта, вали, — Череватый облокачивается об откос плечом, — Выебать тебя хотел, да не задалось. Пиздишь многовато.       Ларионов кривится, понимает, что новому знакомому понравилось не время с ним, а его тело, милая мордашка… Не важно! Он быстро обувает туфли, щелкает замком и громко хлопает входной дверью. Бутылка в руке Влада опустошается залпом и до дна. А рука тянется к телефону в кармане. Мужчина несколько минут гипнотизирует взглядом выключенный экран, а после оставляет любые попытки в телекинез и идёт спать. В эту ночь Череватого преследуют медовые глаза и не свойственное ему чувство сожаления.       

***

      По небольшому кафетерию разносится громкий женский смех, вызывающий недоумевающие и слегка осуждающие взгляды людей вокруг.       — Змея, да не ржи ты! Пожалей мою больную голову и поимей хоть каплю совести!       — Чери, нечего было пить на ночь! И вообще, какая совесть?! От тебя любовник сбежал, не дойдя до главного! А ты по нему нюни распустил, чего с тобой в принципе никогда не случалось!       — Спасибо, Марьяш... Поддержала, так поддержала, — мужчина устало укладывает голову на сложенные руки.       — Да ладно-ладно. Может по Инстаграмму глянем?       — Шо мы там глянем? Тарологов спросим як найти его? Шо ты вообще делать засобиралась?       — Жизнь твою личную налаживать, бес, — энтузиазма Марьяне явно было не занимать.       — Не знаю, благодарить мне тебя или проклинать, — Влад криво улыбается, заглядывая в глаза Романовой.       — Отблагодаришь чуть позже.       Десять минут проходят в молчании со стороны рыжеволосой женщины. Она нервно стукает наращёнными ногтями по экрану, задаёт некоторые вопросы иногда переспрашивает по три раза. А затем Череватый почти давится кофе под радостные возгласы рыжеволосой:       — Нашла!       — Чё, правда?       — Смотри, — девушка протягивает свой телефон другу.       Влад рассматривает фотографию: молодой парень, шатен, кареглазый. Он.       — Ты чудо. Спасибо, Марьян.       — Я же говорила, отблагодаришь после, — названная мило улыбается, прикрывая рот ладошкой.       — Уже. Только… Шо мне с этим делать? Он стопроцентно думает, шо я маньяк-насильник.       — Ну, а кто ж тебе виноват? Ещё и ляпнул, что трахнуть его на первом ''свидании'' хочешь. Я б тоже от тебя сбежала, — женщина откровенно издевается, даже не думая этого скрывать.       — Да ладно? — у мужчины на лице расползается злорадная ухмылка.       — Дурак! — Марьяна то ли пытается выбить глаз, то ли влепить пощечину. И Череватый не хочет знать, какой же ответ тут всё-таки правильный, — напиши ему после наших посиделок или сейчас.       — Як скажешь, только ссылочку скинь, — гаджет перемещается в руки своей хозяйки, а Романова лишь кивает, находя нужный контакт.       

***

«Привет. Хочу извиниться. Я поступил некрасиво по отношению к тебе. От своих слов про ''выебать'' я не отказываюсь. Я правда этого хотел, думал, что это на одну ночь и мы больше не увидимся. А потом не смог забыть твой взгляд. И истории тоже.

      

Перезвони мне, пожалуйста»

Прочитано.