Чернее чёрного

      Без сомнения эффектное появление Нового Лорда вызвало замешательство среди орденовцев.       Окинув взглядом своих бывших соратников, замерших на месте с поднятыми в воздух палочками, Северус жёстко усмехнулся:       — Ну? Как вам драка с детьми?! Преисполнились собственной значимостью или чего-то ещё не хватает?! — голос Северуса, усиленный Сонорусом, подобно раскатам грома разносится над местом сражения.       — Ты сам послал их сюда. Неужели идея прятаться за узкой спиной подростка так пришлась тебе по вкусу, а, старый друг?! — насмешливо прищурившись, выкрикнул Люпин, складывая руки на груди и делая шаг вперёд, с презрением оглядывая фигуру Северуса.       — Ремус! А я уж подумал, что мне мерещится запах псины! Но нет! Ты тут! — не показывая своей уязвлённости правдивыми, а потому ударившими без промаха, словами Люпина, в тон ему ответил, всплеснув руками, Снейп и продолжил, переведя взгляд на самодовольное лицо Поттера: — Отпусти мальчишек. Дай им уйти.       — А если нет? Если я их убью и этим выгодно подчеркну твою ничтожность как стратега? — протянул Гарри, однако не двигаясь с места и не отдавая приказа внимательно наблюдавшим за разворачивающейся сценой членам Ордена.       Не сдержавшись, Северус жёстко рассмеялся, качая головой:       — Ты как был недальновидным дегенератом, так и остался, мой Лорд. И очередная смерть тебя ничему не научила. Ты потрепал их основательно. И уже этим вызовешь ярость их раздутых от ощущения собственной важности папочек. А теперь представь, что будет, когда ты пустишь их в расход?       Поджав губы, Поттер неохотно начал спускаться по маленькой лестнице «Ракушки», не отводя мерцающего изумрудной зеленью взгляда от лица Нового Лорда.       Снейп следил за каждым шагом крестража напряжённым взглядом.       Бузинная палочка, прыгнув в ладонь, с готовностью отозвалась гулом магии.       — А откуда мне знать, что ты не сбежишь следом за ними, а, Северус? — медленно приближаясь к своей бывшей правой руке, прошипел Тёмный Лорд губами Гарри.        Зельевар пожал плечами и спокойно ответил, незаметно окидывая внимательным взглядом окружающую обстановку:       — Помнится, при последней встрече сбежать пытался ты, мой Господин…       — А ты ударил в спину как подлая тварь… и ответишь за это! — прорычал сквозь зубы Гарри, направляя палочку в грудь Снейпа: — Авада Кедавра!       Новый Лорд был готов к чему-то подобному. Том был истеричным психопатом при жизни. Им и остался.       Поэтому действия Северуса были молниеносными.       Вдох.       И изумрудно-зелёный купол Протего Максима повисает в воздухе, потрескивая чарами и отрезая прежнего и нового лордов от всех прочих участников сражения.       Выдох.       Отражающее заклятие серебристой молнией летит наперерез зелёному лучу Авады.       Столкновение двух молний. Рикошет смертельного проклятия в защитную пелену Протего.       — Это было слишком просто, мой Лорд. Ты слабеешь в теле мальчишки, — издевательски-сочувствующим тоном протянул Снейп, медленно обходя крестраж сбоку.       В защитном куполе царила удивительная тишина.       Будто все звуки мира исчезли. Только дыхание двух людей и потрескивание магии нарушало этот искусственный вакуум.       — Ты бы не успел отразить заклятие, если бы не моя палочка… — раздражённо и с какой-то детской обидой бросил Лорд и окинул оценивающим взглядом защитный купол: — И давно ли в тебе такая забота о ближних проснулась?       — С того самого момента, как этим ближним стал не только ты и подобные нам ублюдки! — фыркнул Северус.       И снова вспышка гнева Волдеморта.       — Остолбеней! — вместо логичного продолжения разговора.       — Круцио! — не задумываясь в ответ.

***

      Два человека — подросток и взрослый мужчина, кружат друг напротив друга, озаряя пространство внутри защитного купола разноцветными вспышками.       Ничего не слышно. Только смазанные силуэты угадываются через мутно-зелёную завесу Защитных чар.       Рон, будто очнувшись от забытья, встрепенулся и огляделся по сторонам.              Члены Ордена по-прежнему окружали их, но не предпринимали попыток напасть, двинуться или заговорить с ними.       Странное ощущение…       Уизли будто смотрел на кукол, которые ещё совсем недавно, управляемые невидимой рукой злого кукловода, смело бросались вперёд, говорили, швыряли заклятия.       Теперь же они, замерев на месте, просто стояли на своих местах. В ожидании нового приказа?       Вполне возможно…       — А давайте мы их убьём? — кровожадно и азартно предложил Нотт, замечая то же, что и Уизли мгновением ранее. Он, прихрамывая, приблизился к Рону и тяжело выдохнул. Под коленом зияла обильно кровоточащая дыра — выдранный Бомбардой, задевшей по касательной, кусок мышц и сухожилий наверняка валялся где-то неподалёку. Но какой же толк от этого знания?       Малфой и Блейз не спеша, подозрительно оглядываясь, подошли следом.       На лице Драко красовался рваный порез — привет от Грюма и его Секстусемпры, а на правой руке Забини не доставало мизинца.       — Надо уходить, пока про нас забыли, — убеждённо проговорил Драко, рассматривая замершие лица тех, кто ещё секунду назад бился с ними ни на жизнь, а на смерть.       — И побыстрее, пока родовые чары не восстановились… — согласился с другом Блейз, окидывая оценивающим взглядом кроваво-бордовые ошмётки, плывущие над головой, и взмахивая палочкой.       Ухватив друг друга за плечи, молодые люди с громким хлопком исчезли с поля боя.

***

      После долгих уговоров эльфийка всё-таки сдалась и согласилась сопроводить упрямую гриффиндорку в подземные лаборатории и даже согласилась отыскать то, что точно поможет быстро решить проблему с ранением.       Вновь опускаясь на мраморный пол лаборатории, Гермиона протянула ладони Мипси и прикусила губу, внутренне готовясь ко всему, что предстоит испытать.       Совершенно точно будет очень больно. Больнее, чем было тогда, когда она поймала «Желчь» в ладони.       Но быть бесполезной обузой, которая не способна ни защитить ни защититься… она не желала.       Слишком многое нужно сделать и слишком многое зависит от того, как быстро она будет выполнять поставленные перед ней задачи…       — Девочке будет очень больно, — в сотый, кажется раз, напомнила эльфийка, вглядываясь огромными глазами в решительное лицо Гермионы.       — Я знаю. Лей, Мипси. Мне нужны мои руки, — решительно кивнула девушка, не отрывая глаз от склянки в пальчиках эльфийки.       Слёзы феникса. Из личных запасов Малфоев. Редкий и очень ценный ингредиент.       Исцелят даже самую страшную рану мгновенно, однако боль при сращивании повреждённых тканей ещё никто не отменял.       Но это можно пережить. Ведь можно же?       Серебристая струйка ударилась в сложенные ковшиком ладони, и сердце Грейнджер пропустило удар, а зубы прокусили нижнюю губу.       Новая кожа затягивала повреждённые ткани буквально на глазах, но радости это зрелище абсолютно не вызывало. Разум затмевала парализующая боль до замирания сердца и прерывания дыхания.       Зажмурившись, Грейнджер изо всех сил сдерживала истошный крик, который рвался из груди.       Перед глазами всё плыло, а в ушах гудело, поэтому-то она и упустила момент срабатывания охранных чар Малфой-мэнора.       — Молодой хозяин прибыл! — взвилась на месте Мипси и с громким хлопком растворилась в воздухе, напрочь забыв о Гермионе.       Лишь бы он прибыл не один… только не один, — настойчиво стучала в голове мысль сквозь приступы понемногу отступающей боли, когда гриффиндорка, пошатываясь, поднялась на ноги.