Inamourada

По темной улице гулял шумный ветер, усыпающий дорогу и дома ледяными каплями дождя. Стихия покрывала собой всё, что было перед ее могучим взором, ее покров перебивался лишь другими каплями, быстрыми шагами прохожих и периодичными легкими прыжками одного из шедших. Мальчик примерно шестнадцати лет с небольшой комплекцией, которого звали Кинич, пытался перепрыгнуть огромные лужи, чтобы прийти домой не слишком промокшим и не простыть к ночи, хотя отсутствие зонта в такую отвратительную погоду не могло этого гарантировать. Ко дну луж его тянул рюкзак, который то и дело норовил соскользнуть с плеч парня, но даже это не мешало ему чуть ли не взлетать при каждом прыжке, что вызывало у окружающих либо удивление, либо некое отвращение к «странному» поведению этого мальчика. Его столь упорные усилия долететь до дома были нарушены чьим-то звонком, очевидно, маминым. Ни у кого более жизнь Кинича не вызывала интерес, тем более в такое позднее время. Кинич приостановился, легко пристроился под козырек и кое-как смог ответить на звонок от мамы, сенсорный экран не сразу отреагировал на прикосновение его мокрых пальцев. - Кинич? Где тебя опять несёт? На улице такая погода, а ты, наверное, опять зонт забыл? - раздался строгий женский голос по ту сторону экрана, эта речь звучала так, будто перед самим звонком была отрепетирована раз десять точно. Кажется, сейчас опять начнутся нотации на не самую уместную тему. - Ты вообще время видел? Где и с кем ты постоянно шляешься? Ты учебники не забыл сдать в библиотеку? Опять припрёшься, махнешь на свою мать рукой и пойдешь в свои игрульки играть, а на следующей неделе, между прочим, ты переводишься в более сильную школу. Наверняка понесутся двойки и тройки, ничего другого от такого лентяя, как ты, я не жду. Никакой помощи по дому, что от тебя, что от отца твоего, спасибо тот хоть деньги домой приносит. - не прекращая возмущался голос из телефона. Опять эти жалобы, которые, по мнению Кинича, «спавнятся в ее голове на рандом и устраивают целую DDos-атаку на его нервную систему». К тому же все требования матери Кинич выполнил, он сделал всё, чтобы доставить как можно меньше проблем окружающим при переводе в другую школу. - Мам, я-.. я иду домой, прекрати, - Кинич осторожно перебил мать, надеясь, что он этим действием не спровоцировал ее еще сильнее. Он невольно задумался, как бы ответил в таком случае его любимый персонаж, Ахав, и достаточно быстро пришел к выводу, что тот бы, вероятно, просто проорал бы в трубку что-то из серии «Да иду я уже домой!» и сбросил бы звонок. Киничу до такого уровня бесед по телефону еще очень далеко.. - Тогда соизволь поторопиться, пожалуйста, а то ужин стынет. Жду дома, - более спокойным и холодным тоном ответила его мать, после чего, наконец, завершила столь утомительную беседу. Кинич положил телефон в карман и уже в более быстром темпе побежал под дождем домой.

***

Комната Кинича была изолирована от света, единственным источником которого был монитор компьютера. Парень давно не следил за временем, которое так быстро пролетело во время столь однообразного и предсказанного ранее по звонку матерью вечер. Сейчас его интересовал лишь до безумия красивый арт с Ахавом в костюме горничной с подносом с различными пирожными в руках. Этот сексуальный наряд, поза, взгляд, всё в этом персонаже на данный момент пробуждало дикого зверя в Киниче, который был готов либо сожрать с потрохами монитор из-за вкусности арта, либо отдаться Ахаву в рабство и стать его самым послушным питомцем. Сладкие стоны вперемешку с гармоничными хлопками разлетались по комнате и придавали этому зверю еще большее желание выбраться наружу. Кинич представлял, как он сидит на коленках у Ахава и наслаждается его смущенными вздохами, играясь с его чувствительными длинными ушками и рожками. В своих фантазиях он был готов отрастить такие же рожки, ушки, да хоть хвост, лишь бы Ахав ласкал его всю вечность. Одержимость Кинича достигла такого уровня, что, наверное, тот был готов самым неведомым образом подарить ему еще больше любви, но, пожалуй, здесь придется попридержать коней и прекратить столь глубокое описание фантазий бедного подростка. Каждый из нас должен иметь право сохранять свои и, в некоторых случаях, чужие темные стороны в секрете. Внезапное всплеск белой жидкости не заставил долго себя ждать и отметил свой приход белыми каплями на черной футболке Кинича и компьютерном столе. Мальчик в это время очнулся от своих фантазий и довольно вздохнул. Вот кому-кому, а Киничу точно не кажется странным, что отличник, который кажется многим одинокой, надоедливой и липнущей к учителям соплёй, в 4 часа ночи ублажает себя из-за красивого арта с любимым персонажем. Ему было почти абсолютно плевать, кем его там считают, главное, не каким-то полным придурком и извращенцем, который по ночам мастурбирует на красивых мальчиков-драконов. Хотя кого он обманывает, он и есть извращенец, зато он уверен в том, что где-то есть такие же драконоёбы, как и он сам. После успешного сеанса, Кинич быстро вытер пятна на столе грязной салфеткой, лежащей там уже недели две и впитавшей в себя всевозможные жидкости, снял футболку, швырнул ее на компьютерное кресло и ловко запрыгнул на кровать, укрывшись одеялом и ёрзая на месте от трепета в груди. Только в такие моменты Кинич чувствовал себя живым и немного счастливым человеком, которого сейчас нечто затягивает в глубокий сон. Как всегда, он думал об Ахаве, чтобы тот ему приснился. Он не был уверен в том, что это сработает, но он верил, что найдет во снах свой лучик света в виде Ахава, которого он сможет хотя бы прижать к себе в скромные объятия. Ему хватит даже этого, чтобы почувствовать себя самым счастливым победителем по жизни.