Save me

      Утро с самого момента пробуждения ощущалось необычным, даже странным. Сан недолюбливает слова "интуиция" и "предчувствие". Они всегда нагоняли на него панику и страх. Он сел на край кровати, обхватив голову руками, пытаясь убедить себя, что всё в порядке, и он просто накручивает себя.       "Это утро - самое обычное утро.       Всё хорошо."       Вопреки этим словам, нервозность овладевала его телом и разумом, а сердце билось чуть быстрее. Возможно, просто накопившийся за этот период стресс давал знать о себе. Ещё этот сон, после которого ему чудом удалось снова уснуть до самого утра... Кошмары с участием Уёна ему уже снились, но этот он не забудет.       ... Знакомый коридор больницы. Белый и стерильный. Уён, цепляющийся за руки Сана, как тогда, и двое санитаров, что тащили его прочь.       - Сан, пожалуйста, не отдавай меня им... - кричал Уён, вырываясь, и каждое слово оставляло глубокую кровоточащую рану на сердце Сана. - Я тебе верил...       Лица санитаров были размыты на манер заблюренных фотографий из криминальной хроники в газетах. Единственное, что просматривалось - безгубая улыбка, растянутая до жуткой неестественной широты. Санитары двигались беззвучно, но из-за их спин доносился металлический скрежет, словно кто-то отвёрткой царапал машину вдоль всего корпуса. Так противно, что Сан поморщился наяву.       Уён всё кричал и тянул руки к нему... Но его голос исказился до гиперболизированно низкого:       "Не от-да-ва-а-ай!"       Сан хотел броситься к нему, но ноги не слушались. Он был парализован. Затем пытался закричать, но из горла не вырвалось ни звука, ни жалкого хрипа.       А Уён всё смотрел на него глазами, полными ужаса, моля о помощи, как вдруг его голос стих совсем, и он обмяк в руках безликих. Взгляд стал пустым как у марионетки. Тьма, что клубила за спинами санитаров поглощала его, проникая в грудь через одежду.. Через кожу... Вызывала болезненные хрипы и стоны. На его губах появилась кровь. Она начала стекать по подбородку и вскоре багровыми каплями падала на пол. Уён последний раз посмотрел на Сана, задыхаясь.        "Прости." - Сан читал по губам.       Безликие подхватили крепче безжизненное тело, волоча его за собой по полу...       Чхве, наконец, смог закричать. Он проснулся от собственного крика, задыхаясь от ужаса. Холодный пот катился по спине, а сердце бешено колотилось в груди.

***

      Позже Сан спустился на, уже ставший традиционным, совместный завтрак - жалкая попытка сохранить то, что осталось от их общности.       От былого аппетита и оживлённых бесед не осталось ничего. Даже еда, приготовленная Сонхва, уже не казалась такой вкусной. Всё было пресным, и кусок в горло не лез.       Ещё Сан стал всё чаще ловить на себе обеспокоенные взгляды.       Он же не сходит с ума пока?       Гнетущую атмосферу прервал звонок.       На экране телефона Сана высветились три буквы. СЕО.       Директор никогда не звонил Сану. Почти всегда Хонджуну, ну или на крайняк Сонхва. Старшие встревоженно переглянулись.       Сан поднял телефон, сжав. Костяшки его пальцев побелели, а рука затряслась.       - Санн-и, ответь. Мы здесь с тобой, - тихо, но твёрдо сказал Сонхва, положив руку на плечо, поглаживая.       Чхве глубоко вздохнул, нажал на кнопку "ответить".       - Сан, - его тон не предвещал ничего хорошего. - Ему стало хуже. Уён... в реанимации.       Голос СЕО затих на мгновение. Сан не мог дышать. Он посмотрел на мемберов, которые, очевидно, всё слышали. В их глазах застыл ужас.       - Он... пытался.. уйти из жизни...       Сан больше не слышал ни единого слова, лишь гудящую тишину и чувствовал тошноту, подступающую к горлу.       Телефон выпал из руки и с грохотом упал на стол.       - КАК ОНИ МОГЛИ ТАКОЕ ДОПУСТИТЬ?! - Сан кричал, а слёзы градом текли по его щекам. - У НИХ ПОД НОСОМ! ВЫ ВСЕ ДОЛЖНЫ БЫЛИ ЕГО ЗАЩИТИТЬ!       В ответ на его крик была лишь тишина и тихий плач друзей. СЕО, обычно всегда находивший слова, на этот раз молчал.       Беспомощный крик Сана сменился рванными всхлипами.       Парни тут же окружили его. Хонджун обнял, а Минги шептал слова утешения, гладя по спине.       - Я .. я думал.. - он захлёбывался от слёз. - Я думал, что они... Что они спасут его.. а он.. он чуть не умер.. - Сана трясло.       - Тише, Санн-и, - успокаивал его Юнхо. - Мы справимся с этим всем...       - НЕТ! Вы что, не понимаете?! - Сан вырвался из объятий. - Он не хочет жить!       Он встал, небрежно вытирая слёзы. Его взгляд был полон боли.       Сан направился в свою комнату, пошатываясь, невидя ничего и никого. Чонхо встал и пошёл за ним, кивнув остальным, что позаботится о старшем.

***

      Подушка Сана пропиталась солёными слезами. Он, казалось, выплакал всю душу, но они всё лились и лились без края..       Чонхо сидел в кресле недалеко от кровати. Он не хотел давать слабину сейчас. Он даст волю эмоциям, но немного позже. Сейчас ему важнее хён. Чонхо боялся сделать только хуже, но и помочь тоже хотел.       Младший встал и переместился на край кровати, поглаживая вздрагивающую спину Сана.       - Хён, он жив. Он обязательно выкарабкается, - тихо, почти шёпотом. Сан молчал.       - Хочешь.. успокоительное? У Сонхва-хёна должно быть.       - Нет. Сан садится, смахивая запястьями слёзы.       - Я поеду к нему.       - Хён, ты же слышал СЕО, тебя не пустят к нему в реанимацию... Сан, конечно же, не слышал.       - Мне плевать! Буду ночевать под дверьми!       - Хён...       Молчание. Сан боялся сказать лишнего. Его потрёпанные нервы давали сбой.       Спорить с Саном было бесполезно.       - Я поеду с тобой, - твёрдо сказал Чонхо. - Я за ключами, а ты одевайся.

***

      Где-то за белыми стенами пропахшими хлоркой и дезрастворами раздаётся монотонный высокий звук. Уён с трудом открывает тяжёлые веки, словно налитые свинцом. Всё перед ним плывёт, как-будто он находится в густом тумане. Мир вокруг него какой-то нереальный. Он не понимает где находится. Уён чувствует жуткую слабость. Голова раскалывается от давящей боли, горло пересохло, а тело не слушается совсем. Веки снова закрываются, и у него нет сил их открыть. Последнее, что он видит - голубые мельтешащие приближающиеся пятна.