Она не одна

Шла ожесточённая борьба за будущее вселенной. Танос, будь он проклят, собрал почти все камни бесконечности, ради того чтобы уничтожить половину населения для равновесия, как он говорил. Будет баланс, в котором так нуждается мир. А его вообще кто спрашивал, в чем мир нуждается? Разве он нуждается в полной разрухе и уничтожении целых рас во всей галактике? Разве это того стоит? Мстители так не думают. Наташа так не думает. Но, когда ты на поле боя, кровь шумит в ушах, прилив адреналина зашкаливает и все твои мышцы напряжены, вряд ли есть время на подумать о чем-то более важном, чем о том, как бы навалять той или иной дряне зад, или о том, что после войны, как только Наташа встретится с ней, она поцелует её, скажет все, что так тщетно скрывала. Романофф не позволит себе расплакаться на публике, но позволит себе расплакаться наедине с Вандой. К счастью, сейчас она была в безопасности, хотя это ещё как сказать, безопасность. Сейчас в безопасности был никто. На кону целая вселенная, огромное измерение, и нельзя позволить этому уродливому, гнилому до костей, мерзавцу, добраться до Вижена. Нельзя дать ему и единого шанса на победу. Как что, пускай этот бой и не на жизнь, а насмерть, каждый воин готов пойти на такую жертву. Они готовы принять свою смерть с честью, ведь они были одной большой командой, бок о бок сражаясь с Таносом. Наташа сражается на поле боя вместе с Миладже Окойе, убивая одну нечесть за другой. Романофф сначала даже пыталась вести свой личный счёт, но сбилась примерно на сороковом монстре, потому что их количество не уменьшалось, а лишь увеличивалось в геометрической прогрессии. На деле было плевать, скольких убьёт Романофф, важно лишь то, что никто не должен пробраться к Вижену. Никто не должен тронуть Алую Ведьму. Ванда наблюдала за боем со стороны, с огромной высоты, как что ей было видно абсолютно все, лишь только слепой не увидит то, что творилось там, внизу. Сердце девушки сжималось каждый раз, когда она думала о том, что кто-то из Мстителей погибнет. Конечно, это вряд ли случится с кем то, по типу Халка, или Капитана Америки. Они крепкие ребята, очень. Или тот же Старк. Он ведь гребаная машина, что парит в воздухе и стреляет огнестрельным оружием. Чёрная пантера? Нет, он слишком быстр, его то, дай боже, поймать то будет тяжело. Наташа. Вот тут и стало…страшнее. Романофф была почти обычным человеком. Почти. Если не брать в счёт её упорство и стремление, жуткую дисциплину и сильную волю к победе, достижению своих целей. Наташа, пускай, не была супер героем со сверх-силами, но для каждого, по сути, она все равно была героем. Та, на которую должны равняться все. Её упорству действительно можно позавидовать. Максимофф невольно задумалась, а что если бы она могла настолько хорошо подружиться с Нат, что та открылась бы ей на максимум? Позволяя увидеть слезы на щеках, которые обычно, Романофф, сдерживает ещё в уголках глаз, не давая себе плакать слишком сильно. А так, ну, немножко. Максимофф покраснела от своих мыслей, отлипая от стекла, чтобы взглянуть на Вижена. Тот лежал на операционном столе, и из его лба пытались безвредно для Андроида, вынуть камень, которым так хотел завладеть Танос. Девушка опустила взгляд на свои руки, в которых в ту же секунду начала переливаться алая магия, стекая по пальцам, ускользая, а затем вновь поднимает глаза на панорамное окно. Она могла быть там. Она там гораздо нужнее, чем здесь. Но Старк настоял. Кто, если не Ванда, сможет защитить камень? Конечно, безусловно, она сильна, но ведь..не важнее ли это на поле боя? Не важнее ли быть рядом с Наташей и, хотя бы быть уверенной, что рядом с Вандой, она в безопасности? Сама вселенная будто услышала желание Ванды оказаться не здесь, а там, как из-под земли появились огромные механизмы, что точно двигались на армию. Этих машин было четыре, но их размеры настолько поражали, что обычный человек точно не сможет остановить их. Наташа видит это все дерьмо перед собой, округляя глаза. Она с ужасом оглядывается, и понимает, что бежать то некуда. Эти штуковины движутся прямо в её сторону с Окойе. — Блять, — выругалась она на русском, уже готовясь к концу, как появилась Ванда и в мгновение ока, все четыре машины окутало алой магией, а ещё секунды спустя, все они оказались на земле, оставляя после себя борозды и множество трупов. Наташа пригнулась в моменте, стараясь держаться ровно за Вандой, чтобы её никак не задело. Романофф поднимается, оборачиваясь к Ванде, а Ванда, в свою очередь, оборачивается к Наташе. Её глаза больше не были обрамлены красной дымкой, но в них читалась уверенность. Уверенность в том, что она нужна была здесь и прямо сейчас. И ещё на пару секундочек. Просто удостовериться, что с Наташей все хорошо. Нат усмехается, явно радуясь появлению Ведьмы, и смотрит на неё, не отрываясь. Как будто мир замер, и Наташа сполна могла насладиться красотой девушки, что была сильна настолько, что даже не использовав магию в сторону Романофф, околдовала её, заставила её мозг отключаться тогда, когда она рядом. — А раньше не могла так сделать? — Окойе как бы шутит, но говорит с некой серьезностью. Её понять можно, но Ванда не могла сделать этого раньше. Однако счастье длилось не долго. Именно этого момента ожидали прислужники Таноса, чтобы напасть на Вижена. По каналу передаётся информация, чтобы кто-то срочно вернулся на пост. Ванда тут же отвечает, вслед за Кэпом. — Я тоже иду. Максимофф тут же получила удар в висок и оказалась в яме, которая образовалась от машин, и перед ней была Проксима, одна из прислужниц Таноса. Второй прислужник уже отправился к Вижену. — Ты умрёшь одна, также, как и он, — инопланетянка непоколибима и действует чётко, как нужно, ни малейшего лишнего движения. Ванда опешила, удар был довольно сильный, и сразу использовать магию, у нее не получилось. — А она не одна, — Романофф спускается к ним вместе с Окойе. Проксима тут же вступает в бой с Романофф, атакуя её. Преимущество её было в росте, она, в конце концов, инопланетянин, а Романофф человек. И все же Нат отражала атаки, а тем временем Окойе помогала ей с тыла. Наташа ловко маневрировала между атакующими ударами Проксимы. Каждое движение Романофф — это комбинация акробатики и точных ударов, она использовала свои навыки, которые приобрела в Красной комнате, чтобы избегать мощных атак Проксимы. Проксиме удается контролировать пространство вокруг себя с помощью своего копья, ее удары точны и смертоносны. Сначала она смогла отразить атаку Окойе, заставив ту повалиться от удара на землю, а вслед за тем продолжила биться с Романофф. Удары ее оказались быстры и она наносит неожиданный удар, который заставляет Романофф споткнуться и упасть на землю. В этот момент Проксима использует клинок, спрятаный на руке, и целится в лицо Нат, но та успевает придержать удар копьем. Взгляд Романофф полон решимости, она не собирается сдаваться, несмотря на то, что её давят к земле; несмотря на клинок, острый, как бритва, который может прикончить её в считанные секунды. Наташа хмурится, держась из последних сил, как вдруг Проксиму поднимают алые всполохи магии. Ванда, придя в себя, кое-как встала и используя все силы, отбросила врага от Наташи вверх, и, к их великому счастью, над ними пронеслась очередная машина и Проксима попала под огромные лезвия. Смерть была мгновенной. Капли синей крови попали на лицо Романофф, и она наконец смогла привстать, чтобы посмотреть на Ванду, которая уселась задницей на землю, сдувая пряди с лица. — Ты цела? — Бывало и хуже, — Нат усмехнулась, взглянув на Окойе. Они кивнули друг другу и первая из ямы выбралась Окойе, Романофф лишь только встала на ноги, подходя к Ванде. — Синий тебе не к лицу, — шутит Ванда, намекая на жидкость на лице русской. — Неужели? — Нат вскинула брови, протягивая руку девушке, помогая ей встать. Сердце все ещё бешено колотилось и оно было готово вот-вот выпрыгнуть из грудной клетки Романофф. Кажется, это было из-за сражения с инопланетянкой. Или из-за особы, что стояла напротив Нат, смотря на неё сверху вниз. Черт, а почему такая разница в росте? — Да, позволь мне помочь, — Ванда слабо улыбнулась, едва касаясь пальцами лица Наташи, убирая с помощью магии кровь, рассматривая лицо девушки. Признать, она скучала по её огненно-рыжим волосам, но быть блондинкой Нат тоже очень шло. Романофф понимает, что возможно, до конца битвы ещё далеко, и потому, она решает, что лучше сделать задуманное сейчас, нежели откладывать это на потом. Она кладёт руку на талию Алой Ведьмы, притягивая её вплотную к себе, и резко впивается в приоткрытые губы Ванды. Чтож, она явно не ожидала этого прямо сейчас и была немного потрясена таким уверенным действием Наташи. Хотя, это же Наташа. Она всегда была уверена во всем, и даже сейчас. Ванда поцеловала Нат в ответ, касаясь ладонью её щеки. Хотелось, чтобы время остановилось и они могли пробыть так хотя бы ещё немножко. Ещё чуть-чуть, постоять в обнимку и так много сказать друг другу. Но ещё пару мгновений, лёгкий укус за нижнюю губу Максимофф, и Наташа отстраняется, поглаживая Ванду по талии. Она смотрела в её глаза, полные радости и одновременно печали. Они понимали, что возможно, до конца войны далеко, а может это был их первый и последний поцелуй. Наташа нарушает эту тишину между ними, говоря полушепотом: — Обещай мне не умереть до того, как я найду тебя, — Нат понимает, насколько глупо и отчаянно это звучит, но иначе не может. — Но ты ведь понимаешь, Нат..? — Ванда закусила губу, с нежностью смотря в изумрудные глаза. Они всегда были такими яркими? — Я знаю, знаю. Просто, пообещай мне, — Наташа кивнула несколько раз, беря обе ладони Ванды в свои, сжимая их и целуя тонкие пальцы Ведьмы, — пожалуйста? — Хорошо, я...я обещаю, Наташа, — Ванда смущённо наблюдала за действиями Нат. Ещё никогда не видела её столь нежной.. — И я обещаю тебе, что как только увижу тебя в конце этой чёртовой битвы, я поцелую тебя. Столько раз, сколько ты этого захочешь. Излечу все твои раны, — Нат глупо улыбнулась, поглаживая ладони Ванды. — Ох, Нат, это… Наташа мотнула головой, чмокая чужие губы, наконец отходя от Ванды. — Потом, моя милая Ванда. Потом. Нам нужно надрать зад фиолетовой картофилине, — русская смеётся, и покидает Ванду, подмигнув ей на прощание. Максимофф смущается, получая приказ по наушнику и летит спасать Вижена. Ванда не знала точно, встретит ли Наташу ещё, а Нат не знала точно, успеет ли на помощь к Ванде, но точно знала одно. Она теперь не одна.