Сакура

Призрак мальчишки и его матери успокоились. никаких происшествий в когда-то называвшимся доме призраков. сейчас можно было смело назвать это здание заброшкой с увлекательной историей. что-то не дало сну журналиста продолжится. какой-то небольшой стук. зеленоглазый взглянул, и спросони увидел лишь то, что на кровати Джона хозяева не наблюдалось. Егор потер глаза, а после заметил на полу дремавшего друга. Линч мог лишь только усмехнуться. парень неспеша встал с кровати, и присел на корточки, смотря на сопящего приятеля. — эй, Джон! вставай давай Джонни инстинктивно полез под подушку, но поняв, что он на полу, взглянул на журналиста. точнее его силует. Линч, потянувшись к тумбочке, схватил очки, и протянул их своему другу. —おはよう(доброе утро)—произнёс Линч, и посмотрев на недоумевающее лицо собеседника, решил объяснить значение своих слов—доброе утро короче —доброе. так стоп, что я на полу делаю? —мне то откуда знать. свалился видимо —мда... Джон поднялся с деревянного пола, и осмотревшись вокруг, лишь вздохнул. — не припомню, чтобы я так с кроватей падал. — кстати, Джон, ты мне так вчера и не ответил. пойдём? — куда пойдём то?— сонным голосом ответил писатель — я же тебе говорил, отведу тебя в местечко одно. —если там не будет всякой нечисти, то почему бы и нет. не хочется опять раскрывать дела, связанные с всякими призраками... —не будет там такого, отвечаю. думаю, тебе понравится спустя некоторое время, парни были готовы. Линч взял камеру, и включив на ней запись, представился. сказав о том, что Джон прибывает в недоумении, и то, что только Егор знает, куда они отправятся. писатель мог лишь вздохнуть. Взяв каршеринг, Линч закрепил камеру так, чтобы она снимала обоих. тронувшись, машина помчалась в место назначения. иногда те останавливались, чтобы дождаться синего сигнала светофора. в это время Егор глядел в небольшую записку так, чтобы его приятель не заметил его действий. —расскажешь наконец, куда мы едем? — сам все увидишь, не спеши— с улыбкой произнес журналист на электроном табле высвечивалось время "7:30". наконец, те добрались до долгожданного места. припарковав машину, Линч буквально вылетел из транспорта, открыв дверь своему другу. —попрошу, чтобы ты снял свои очки. — совсем спятил? я тогда ничего не увижу! —дай мне довести тебя до этого местечка. Джонни, недоумевая, снял свои очки и повесил их, зацепив за белую футболку. вдруг, Егор подошел сзади, и аккуратно окутал глаза приятеля тканью. завязав повязку, парень крепко взял писателя за руку. Джон чуть покраснел. он молча шёл, держась за журналиста. — вот мы и на месте—раздался радостный голос Линча—можешь снимать повязку Джон неспеша развязал ткань, а после спрятал ее в карман. одев свои очки, Джон даже не стал скрывать своего удивления. — ну как тебе? —это...прекрасно открывался чудеснейший вид на цветущую сакуру и прозрачное озеро. —фух...итак, я хотел тебе давно сказать.私は私の親友としてあなたを愛しています。そこにいてくれてありがとう！ — я только два слова понял. любить и я. подожди...Линч, переведи пожалуйста.— Джон сжал руки, и чуть улыбнулся. —неа —я могу просто взять телефон, зайти в переводчик и..- — ладно, уговорил. я люблю тебя, как лучшего друга. спасибо, что ты есть...— чуть смущённо произнес Егор — оу...как друга значит...—тихо произнёс Джон, чувствуя, как улыбка пала с его лица.—и я ценю тебя..да... —приятель? что-то не так?— Линч не понимал, в чем дело —все нормально, не волнуйся... — ну, раз ты говоришь. все же сакура красива. Джону стало чуть тяжелее дышать. — слушай, я отойду на пару минут.—произнёс Джонни —что-то случилось? не молчи — да так...в общем, сейчас прийду Писатель стремглав побежал между сакурами. увидев одиноко стоящую скамейку, Джонни решил присесть. вдохнув воздуха, парень резко начал кашлять. прикрыв рот рукой, он откашлялся. Вдруг, писатель с ужасом посмотрел на свою руку. она была усыпанная в лепестках сакуры. сам Джон чуть трясся. Решив загуглить симптомы, тот снова ужаснулся. — и что это за ханахаки?черт возьми...— вдруг батарея телефона разрядилась. Носителю обычно запотевших очков снова захотелось кашлять. он то и дело откашливал лепестки цветов. заметив подбежавшего друга, Джонни попытался прерваться кашель, но попытка не была удачной. —хей, Джон...ты заболел что ли? весь трясёшься, так еще и кашляешь,—Егор снял свое бежевое пальто, и прикрыл им друга—тебе плохо? черт, Джон, не молчи Джонни, перестав кашлять, убрал свои руки за спину. —Линч?..я в порядке. —не ври. ты как тут замерзнуть мог? тепло же. ладно...поедем домой? —окей... по дороге до машины, Джон продолжал трястись. заметив это, Линч разогрел машину, так же включив подогрев сиденья. на половине пути писатель снова закашлял. Джонни попытался сделать так, чтобы лепестки не разлетелись по салону. к сожалению, эта затея не получилась. лепестки, увеличившиеся в размере летали по салону. повернув голову, Егор не знал как реагировать. вместе с кашлем он наблюдал, как изо рта приятеля вылетали чуть окровавленные лепестки сакуры. —Джон? черт тебя побери, что с тобой?—в голосе журналиста раздавался оттенок страха. — ты думаешь я знаю?!— сквозь кашель произнес Джонни. Линч, прибавив газу, поехал в отель. лепестки то и дело парили в салоне. спустя пару минут, те уже были в месте проживания. Егор ринулся к своему ноутбуку, чтобы узнать, что твориться с Джоном. — ханахаки. вроде бы так называется...—тихо произнес писатель Строча на клавиатуре, Егор наткнулся на сайт, описывающий это заболевание. — тут пишется, что ханахаки проявляется тогда, когда человек безответно влюбляется в другого человека.когда ты успел?! нужно чтобы объект влюблённости признался в чувствах влюблённому. Джон, в кого ты так влюбился?..из-за кого ты так страдаешь... — не скажу. —ты издеваешься? чувства конечно раскрывать сложно, но сейчас это необходимо! — какой же он недогадливый...— пронеслось в мыслях у Джона Промолчав так пару минут, Джонни осмелился обнять Егора. его руки нежно обвивали грудь объекта любви. — в тебя, идиот,—прошептал на ухо писатель —Джон, сейчас не до шуток. — это не шутка... В этом момент оба парня покраснели. Егор стиснул зубы,неловко улыбаясь. Джон лишь обнимал журналиста. — точно я? вдруг в какую нибудь японочку влюбился,—скинув руки приятеля, Линч медленно подошел к окну. Джон снова разразился кашлем. лепестки стали намного больше начальных. окровавленные лепестки цветов наполняли комнату. поймав кусочек некоторого цветка, парень разглядел его, и понял, что болезнь уж слишком быстро прогрессирует. Подбежав к другу, журналист попытался что-то предпринять. но он не в силах был помочь. ему до сих пор не верилось. не верилось, что его приятель влюбился в него. —Должно же быть что-то еще...ну же, еще один способ избавления!—Егор метался из стороны в сторону, будто напуганное животное. В это же время Джон думал о том, что его судьба настала. что умрет он от этой чертовой болезни. ноги подкосились, в глазах потемнело. Джонни попытался устоять на ногах, но у того не получилось. он упал на пол, трудно дыша. Журналист, заметив это происшествие, тут же подбежал к другу и попытался привести его в чувства. чуть опустив губу писателя, Линч заметил то, что в его друге проростали цветы. Егора пробрала дрожь. Поняв, что Джон может с минуты на минуту скончаться, журналист ринулся к телефону. с помощи переводчика, ему удалось вызвать японскую скорую помощь. достав из карманов джинс документы писателя, Егор попытался аккуратнейше поднять на руки своего приятеля. — черт...Джон, держись давай... Спустя пару минут, оба были в карете скорой помощи. —私たちは徐々に花を取り除く操作を提供することしかできません。 しかし、これらの行動はすべての愛の喪失につながる可能性があります (мы можем предложить только операцию, удаляющую постепенно цветы. но эти действия могут привести к потери всякой влюбляемости)— произнесла одна из медсестёр —わかりました(я вас понял) Линч не мог признать того, что именно из-за него Джонни так страдает. — я во всем виноват...из-за меня единственный близкий друг... погибнет...—грустно шептал журналист—за что мне все это? Егор обречённо смотрел на друга. ведь он уговорил лететь в Японию, он предложил очистить дом призраков от собственно призраков. он заставил чувства Джона всполыхнуть и тут же погаснуть. жизнь писателя может так же погаснуть, и все из-за одного человека . одного человека, не в силах помочь. Вскоре Джонни доставили в местную больницу, и положили, обозначив тяжелое состояние. Линч ошивался на улице, ожидая, когда ему разрешат пройти к приятелю. —Вдруг чувства покинут его?то есть ...не так. вдруг чувства Джона ко мне погаснет, и ханахаки прекратит свое существование в его организме? черт возьми, зачем я отвел его в этот лес, полный сакуры...Линч, ну ты и идиот. ужасный сюрприз получился. Егор все ходил и ходил на территории больницы. войдя в само здание, он спросил персонал. получив положительный ответ, журналист тут же вошел в комнату, где сейчас мучался его друг. На койке и рядом были разные цветы, но в большинстве всего это была окровавленная сакура. Подбежав к койке, парень буквально встал на колени, опустошённо смотря в пол. вздохнув, тот посмотрел на аппараты, стоявшие вокруг его приятеля. пульс слабый. дыхание тоже. Линч понимал, что он ничего не мог поделать. точнее, он мог, но на вряд ли он влюбится за пару минут, так еще и в парня. —Джон, ты только живи...не смей умирать. я не хочу, чтобы мой друг умер от такой нелепой болезни. это какой шанс заразиться ею. да ты прям везунчик!...—на глазах Егора виднелись слезы. Несколько минут Линч просто наблюдал за состоянием, пока он не заметил того, что пульс пришел в обычное состояние. вскоре и дыхание пришло в норму. журналист не мог поверить своим глазам. он был в смятении. Тихий кашель озарил больничную палату. Трясущаяся рука протянулась к Егору. парень аккуратно схватил руку друга. —Линч? ты что, плачешь?.. —это слезы печали и счастья вперемешку. но каким образом... —либо влюбился, либо ханахаки решила отпустить меня. — как же я рад тебя видеть...видеть живым. — возможно я тебя разочарую, но я точно не влюбился. значит есть процент того, что заболевание само уйдёт. у меня есть вопросы. и к тебе, и к ханахаки. Молчание. оба смотрели на друг друга с некой особенной радостью. — или же влюбился. кто меня знает,— с улыбкой произнес Егор