Наглость - моё второе имя

В Питере только недавно проснулся истинный зверь, который под влиянием подростковых гормонов бушевал внутри самыми разными эмоциями. От безудержной злости на то, что вырывающегося наружу волка приходилось сдерживать, до безмерной любви ко всему миру, в котором открылось так много новых красок и вкусов. Первое превращение произошло мучительно и совсем неожиданно, ведь в семье Паркеров — полукровок уже в четвертом поколении, не рождалось истинных оборотней, способных превращаться по своему желанию вне зависимости от цикла лун. Он не знал, что делать с новообретенной силой, но достаточно быстро обнаружил все прелести двойственной натуры: отменное здоровье, устойчивое к болезням и сильное, выносливое тело, которое стало настоящим оружием. И каждый раз, дабы не навредить окружающим, ему приходилось выбираться на природу, где можно вдоволь набегаться ночью под луной, наслаждаясь свободой. У него было особое место: недалеко от города в густом лесу находилась поляна. Такая просторная, чтобы бегать кругами. Такая покрытая густой, мягкой травой, чтобы по ней было приятно ступать лапами. Даже осенью, уже пожелтевшая и смешанная с опавшими листьями, она была идеальна. Сегодня же пошло что-то нет так. Он почувствовал чужое присутствие раньше, чем увидел, как незваный гость перевоплощается. Грациозный, черный хищник встал на задние лапы и моментально обрел человеческий облик. Парень спрятался за толстым деревом, не веря своим глазам. «Какого черта он тут забыл?» — подумал Питер, вновь вылезая из своего убежища. Мужчина в это время взял сумку, видимо, оставленную им ранее и достал оттуда одежду. Сейчас волк требовал выплеска эмоций. Его место облюбовал какой-то самец, который, видимо, долго тут бегал и успел пометить собой пространство вокруг, обозначая территорию. Это была его полянка! Подул ветер и гнев тут же утих под нахлынувшим потоко приятных запахов: осеннего леса и пряного аромата этого вторженца. Питер закрыл нос двумя пальцами и попыталась успокоиться. « Я человек в первую очередь!» — отругал непонятно кого молодой человек, прижавшись к дереву. Но дикая сущность бунтовала и парень под ее натиском, выбежал из укрытия на встречу. Парень снес его с ног, повалив на сухие листья и в нетерпении притронулся к лицу. Он стал водить пальцем по его губам, вдыхать полной грудью запах специй и шерсти, а незнакомец с широко распахнутыми глазами, удивленно смотрел на него, застыв на мгновение без движения. Когда мужчина все же попытался подняться, Питер с силой притянул его к себе для поцелуя. Сначала неуверенно, еле касаясь губ, а потом чуть настойчивее. Он почувствовал как тот, поддавшись порыву, ответил ему, крепко обхватив руками талию для большей близости и уже сам проник языком в рот. Страстность незнакомца так одурманила Питера, что он с трудом оторвался. — Что это только что было? — нечаянно вслух произнес он и ужаснулся. — Поцелуй, — уверенно ответил Тони, хотя в голове прозвучал тот же вопрос. Его непривычно бросило в жар, словно он только что вернулся с ночной охоты. Хищник проснулся и жаждал повалить прекрасного зверя в человеческом обличье на землю, и вылизать всего, добравшись до особо благоухающих местечек на коже. Парень залился румянцем, почувствовав ответный интерес и с молниеносной скоростью исчез в чаще леса, ругая себя за несдержанность. Питер явно не разобрался в том, что хотел сделать с мужчиной. В нем так ярко смешались злость и похоть, что совсем неопытному волку это было трудно разделить. В не на шутку возбужденном Тони пробудился азарт преследования. Если после такого перформанса он планировал убежать, то явно нарвался не на того оборотня! Он подорвался за волчонком следом, с желанием как минимум догнать трусливого щенка, что нагло повалил его на спину без какого-либо продолжения. Так у приличных волков не принято вообще-то. Либо грызи глотку, либо… Второй вариант однозначно предпочтительнее, в этом Тони ни капли не сомневался. Он потянул носом, улавливая ощутимый аромат молока с карамелью, разбавленный мускусным нотками недавно пробудившегося волка. Ммм, молодая и горячая кровь. Теперь он понял, что за еле уловимый шлейф витал в лесу — оказывается, он пришел на чужую территорию. Что же, таков закон природы и этот малыш пока не дорос отстаивать ее. Тони хищно оскалился, услышав хруст веток под человеческими ногами. Кто-то не до конца осознавал каким именно преимуществом обладает в форме зверя, и это сыграло ему на руку. Его человеческое тело на ходу грациозно трансформировалось в более мощное, животное, и сделав рывок сильными задними лапами, Тони помчался навстречу манящему запаху. Питер был совсем не глупым парнем, но достаточно поздно осознал, что в другой своей ипостаси у него было больше шансов на побег, а сейчас попросту не осталось времени на превращение. И совсем скоро позади послышалось тихое, предвкушающе рычание. Он увидел мелькающее сбоку чёрное пятно. Адреналин хлынул в кровь, разгоняя по венам волнение так быстро, что парень не понял как изначальный страх перерос в нечто дикое и необузданное. Из него вырвался восторженный возглас, не поддающийся объяснению, а в спину влетели мощные лапы, повалив его лицом на землю. Давление сверху поменялось и в ухо уже прошептали человеческим голосом: — Попался, щеночек… – Тони вдавил в его ягодицы стоящий колом член. Питер взбрыкнул ради приличия, но по настоящему сопротивляться отказывался даже волк внутри, чью территорию так бессовестно захватили. В паху крепко потяжелело, а дурманящие флюиды мужчины чувствовались даже на языке. Он призывно заскулил, инстинктивно подавшись тазом назад, отчего человеческая половина Питера стыдливо сжалась на задворках сознания. Волк же чуть ли не выл от предвкушения предстоящей случки. –Ух, какой пылкий и послушный, — Старк облизал миленькую ушную раковину. — Ты ведь знаешь, что от хищников нельзя убегать? От обжигающего дыхания искорки разбежались по всему телу. В ответ он что-то неразборчиво промычал. Нахлынувшее желание отключило разумную часть личности, оставив лишь неприкрытые звериные потребности. — Прошу… — он притерся к чужому возбуждению сильнее. — Прошу… – Сейчас, мой волчонок, будет хорошо. — Старк разорвал на нем штаны, под которыми не оказалось нижнего белья и оттянул ворот футболки, оголяя плечо. Хотелось впиться зубами до крови в белую кожу, оставляя свою пожизненную метку, но не сейчас, не тогда когда он не умеет контролировать себя полностью. Это неправильно. Тони оставил лишь мокрый след от языка на этом месте и стал покрывать поцелуями оголенные участки кожи, потираясь истекающей смазкой плотью между красивых половинок. Питер под ним извивался, отвечая на каждое движение стонами. Их тела были такими горячими, что прохлада вокруг никак не могла остудить пыл. Тони перевернул их на бок, уже перепачканных в земле, с прилипшими к влажной коже листьями и потянул руку к просящему ласки члену парня. Волчонок завыл, прикусив губу до крови и почувствовал как она стекла к уголку рта. Тони, учуяв металлический запах, издал утробный, глубокий звук и обхватив Питера сильнее, стал грубо надрачивать в такт своим движениям бедрами. До боли хотелось оказаться внутри, но было уже умопомрачительно офигенно. Эйфорию от оргазма они разделили на двоих. У Питера судорогой свело ногу от того как он сильно стиснул бедра, а Старк вжался в него так, что теплое семя растеклось по пояснице и задело каплями спину. Их громкие стоны в унисон эхом разнеслись по лесу, распугав местную живность. — Приятно познакомиться, кстати, — сорвавшимся после разрядки голосом сказал парень и посмеялся. — Мне тоже приятно с тобой познакомиться, волчонок. Они еще долго лежали на траве, смотря в уже темнеющее небо, даря друг другу тепло своих тел.