Небрежный

♧♧♧♧♧♧♧♧♧♧

      — Гаыль! Ради бога, сидеть! — Сонхун на стену лезть уже готов из-за того, что его, считай родная, собака никак не хочет слушаться.       С самого начала казалось сомнительной идеей брать её в гости к другу, с чьим питомцем она не в самых дружеских отношениях. Они с Лейлой, конечно, не дерутся, но препираются знатно. Поэтому-то Сонхун и Джейк редко берут их с собой на общие прогулки и встречи. Но сегодня почему-то старшему удалось убедить Пака, что всё будет нормально, а тот факт, что родители уехали и Гаыль пришлось бы быть всю ночь одной, только поспособствовал тому, что сейчас двое пушистых носятся по дому как ненормальные.       Джейк над всем этим хохочет, стоя на кухне и заканчивая приготовление печенья, а вот Сонхун изо всех сил пытается унять собак. Но получается очевидно плохо, что смешит Шима ещё сильнее. Несчастное угощение так и грозится сломаться в его руках.       — Да оставь ты их, не убьют они друг друга, — кричит с кухни старший, наблюдая за тем, как его друг пытается поймать свою собаку.       Было бы гораздо проще схватить Лейлу, ведь она больше, но Сонхун слишком на неё обижен, чтобы прикасаться. К тому же он уверен, что Гаыль будет ревновать, почуяв запах другой собаки, и точно не пойдёт к нему на руки.       — Это какое-то издевательство, — выдахает младший, всё же вернувшись к другу и сев на ближайший стул. — Если они разнесут твой дом, убирать будешь сам, — и с этими словами Сонхун возвращается к помощи другу.       Совсем скоро все печенья оказываются покрыты цветной глазурью. Так на столе лежат уже не простые кусочки теста, а кривоватые тыквы, приведения и совсем расплывшиеся скелеты. Пак даже пытался нарисовать кота, но получилось просто чёрное пятно. В итоге парни обозвали это ведьминым котлом и сложили всё печенье на большую тарелку, чтобы отнести чуть позже в гостиную.       Пока Джейк разливает вишнёвый сок по стаканам, откуда-то из глубины дома слышится грохот, а за ним вопли младшего. Кажется, он ругается на кого-то из собак. Шим вновь не сдерживает смеха, потому что искренне считает своего друга милым, что бы тот ни делал.       — Что-то случилось? — слишком спокойно для хозяина дома, в котором что-то вероятнее всего упало, спрашивает Джейк, ставя напитки и еду на столик перед диваном.       Крайне измученный и раздражённый Сонхун буквально падает на подушки и кричит в них, а старший морщится от хруста чужих позвонков и громкого, хоть и приглушённого, голоса. Он пару раз хлопает друга по бедру, садится практически на него, выслушивая новый поток возмущений, и тянется к пульту, чтобы выбрать на телевизоре какой-нибудь изъезженный ужастик.       Пока он тыкает на кнопки, по комнате пробегают собаки и тут же скрываются в коридоре. Сонхун всё-таки садится по-нормальному, обнимает подушку и притягивает к себе плед с узором в виде тыкв-фонариков. И только он удобно устраивается в уголке, Джейк дёргает плед на себя, заставляя младшего ёжиться от неожиданной прохлады.       — Эй! — возмущается он, хмурит брови, но Шим лишь показывает ему язык.       — Свет выключи везде, — просит старший. — Не хочу, чтобы приходящие дети отвлекали нас от фильма.       Пак закатывает глаза, но слушается и нехотя встаёт с нагретого места. На всякий случай он ещё задёргивает шторы и проверяет, чтобы все гирлянды на улице не светились. Чужие дети явно не входят в планы на вечер, да и конфет у старшего дома нет. Сонхун лично доел последние пару штук.       Возвращаясь в гостиную, парень чуть не спотыкается о питомца друга, громко ругается и бросает предупреждающий взгляд на свою собаку. Вернее на маленькое белое пушистое пятно где-то в темноте лестницы на второй этаж. Гаыль на это коротко лает и убегает наверх, а Лейла спешит вперёд Сонхуна в гостиную.       Она подбегает к дивану, радостно виляет своим пушистым хвостом и подставляется под поглаживания своего хозяина. Голос Джейка становится высоким и чуть тихим, как и всегда, когда он разговаривает со своей собакой. Он говорит что-то про любимую и хорошую девочку, треплет питомца за ухом и целует везде, куда дотягивается.       Пак проходит мимо и усмехается этой картине. Иногда ему кажется, что никого его друг так сильно не любит, как Лейлу. Даже родную мать. Хотя и сам он не лучше, потому что, если когда-нибудь встанет выбор между спасением его младшей сестры и Гаыль, он естественно выберет собаку.       Гаыль, видимо достаточно уставшая от часовой беготни, тихонько выходит из-за угла дивана и тянется мордашкой к Сонхуну, успевшему уже лечь. Парень не сдерживается и поднимает её к себе, ждёт, пока она тоже устроится, и утыкается лицом в её белую кудрявую шерсть.       — Ты не мыл ей лапы, а теперь сажаешь на мой диван, — беззлобно возмущается Джейк, не отвлекаясь от любования своим питомцем.       — Вот именно, — отвечает Пак, гладя Гаыль и наблюдая как она прикрывает глазки. — На твой диван.       Он поворачивается в сторону друга и встречается с ним взглядом. Джейк улыбается одним уголком губ и чуть наклоняет голову, а Сонхун не сдерживает смешок и падает головой обратно на подушку.       — Включай уже фильм, — говорит он, проходясь ладонью по спине сонной Гаыль и успокаивая себя. — А то я усну так скоро.       Старший ничего не отвечает, но нажимает наконец-то на кнопку пульта, и картинка на экране начинает шевелиться. Темноту в гостиной нарушает только подрагивающий свет от телевизора, хотя из-за того, что это ужастик, чаще всего и экран тоже тёмный. Из динамиков слышны то жуткие, то просто мерзкие звуки, прерываемые иногда диалогами недалёких героев, а с улицы доносится смех детей, гуляющих от дома к дому, требующих сладостей и угрожающих пакостями.       Парни лежат с разных сторон дивана, накрытые одним пледом, от чего то и дело кто-то дёргает его на себя, Гаыль так и уснула, прижавшись к хозяину, а Лейла улеглась прямо рядом со столиком. Печенья стало уже заметно меньше, а крошек больше, пакет сока уже наполовину пустой, а фильм всё не заканчивается. Он будто бы бесконечный, хотя какой-то смысловой нагрузки или необычного сюжета в нём нет. Правда и так то Джейк, то Сонхун дёргается от неожиданностей.       — Предлагаю включить что-то другое, — в середине фильма подаёт голос старший. — Я быстрее стану дёрганным от этой музыки, чем по-настоящему испугаюсь.       — Валяй, — а Сонхуну в целом всё равно, что смотреть. Ему просто нравится находиться в доме друга, рядом с ним да ещё и с любимым питомцем под боком.       Пока Джейк берёт пульт со столика, стараясь не потревожить Лейлу, Пак тянется за печеньем, которого осталось совсем мало. Правда приходится сесть, чтобы не накрошить и не разлить сок. Глядя в одну точку, пока жуёт, парень и не замечает, что Шим тоже садится и касается его плеча своим. Понимает это он только тогда, друг его тихо окликает.       — Всё нормально? — спрашивает он, заглядывая прямо в глаза младшего, которые блестят от яркого экрана. — Опять залип? — мягко улыбается парень и тянется рукой к чужим волосам, ерошит их и притягивает друга в свои объятия.       Сонхун не сопротивляется, утыкается носом в плечо старшего, задевая его слегка длинные отросшие волосы, и вдыхает его домашний запах. Ему хорошо. Ему спокойно. Он наконец-то по-настоящему счастлив.       Джейк одной рукой гладит Пака по спине, а другой играется с сухими чёрными волосами. Парень немного раскачивает их из стороны в сторону, будто бы убаюкивая. Это то, что всегда так нужно Сонхуну. Уж он знает.       — Порядок? — отстраняясь, но всё ещё не выпуская младшего из кольца своих рук, уточняет Шим.       — Да, — отвечает парень, зачем-то кивая головой. — Всё хорошо. Наконец-то, — последнее слово он проговаривает почти шёпотом, словно жизнь рухнет, скажи он это громче.       Собаки давно посапывают где-то рядом, новый фильм оказывается так и не включен, поэтому комната освещается приглушённым синим цветом от его заставки, а Сонхун сидит перед ним такой спокойный и взъерошенный. И только Джейк догадывается, что происходит внутри этой лохматой головы, как сильно колотится сердце под этой футболкой, которую младший стащил из шкафа Шима, каждый раз, когда что-то идёт не так, как представил себе парень. Сколько переживаний хранит в себе душа Пака, сколько всего скрывается за этой напускной уверенностью. Пусть он и не делится абсолютно всем, Джейк всё равно всё знает.       Он не понимает, что именно им движет в эту минуту, но с каждым днём сдерживать себя рядом с другом всё сложнее. Старший первый тянется вперёд, прикрывает глаза, осторожно касается чужих губ и ждёт реакции. А Сонхун рвано вдыхает воздух, крепко зажмуривает глаза, сжимает в кулаках футболку на боках Джейка и аккуратно отвечает на поцелуй. Такой трепетный и долгожданный.       И пусть он не длится долго, пусть младший не умеет, пусть в дверь стучатся и кричат что-то про гадость или сладость. Одного этого короткого касания сухих и искусанных губ более чем достаточно. Оно говорит в разы красноречивее всех ненужных сейчас слов.

♡♡♡♡♡♡♡♡♡♡