Охота на душу – дело определённо тонкое
31 октября 2024 г., 12:34
Осень в этот раз выдалась холодная. Опавшие разноцветные листья хрустели под ногами и были везде, из-за чего крыльцо приходилось подметать по несколько раз. Сейчас под чёрными лапами тоже хрустели осенние листья, а сам кот уверенно шёл в сторону штаба разведкорпуса. Кот с любопытством смотрел по сторонам, но своего маршрута придерживался и с дороги не сворачивал: будто целенаправленно шёл в штаб.
Незаметно прошмыгнул через Конни и Сашу, которые о чём-то спорили, подметая узкую дорожку. Остановился и деловито посмотрел наверх — на втором этаже, казалось бы, находилось нужное ему окно, и кот точно намеревался попасть внутрь.
На моське блеснула хищная улыбка, а глаза опасно сверкнули.
«Хозяйке понравится эта новость, мррр» — и довольно облизнулся от этой мысли, уже предвкушая, как хозяйка вытащит из погреба тщетно извивающихся и пытающих выбраться мелких змей, а он — верный помощник и искатель — будет лакомиться ими. Но ещё больший деликатес для искателя это истерзанные и светлые души, которыми питается сама хозяйка. Небольшая часть от полученной души отдаётся искателю.
Шлейф энергии стал отчётливее. Кот только повернул голову, как дверь со скрипом отварилась.
«Это он?» — любопытные глазëнки только хлопали, смотря в сторону человека. – «Какой-то он щуууплый и нииизковат. Хозяйка точно уверена, что его души хватит сполна? Будет досадно, если я зря сюда пришёл».
Кот прищурился. И правда ведь, низковат. Однако ошибиться он не мог: энергия отчётливо била в воздухе, а душа аппетитно приманивала к себе.
— Эй, детский сад, закончили? Хорош болтать, — тем временем капитан Леви подошёл к Конни и Саше, которые о чём-то тихо переговаривались и смеялись. Стоило им услышать голос, который прозвучал неожиданно, как оба встрепенулись, замолкли и отдали честь.
— Скоро закончим, капитан. Осталось совсем чуть-чуть, — Конни крепче сжал метлу и принялся подметать. Цветные листья послушно летели в сторону кучки таких же листьев.
Саша последовала его примеру, а Леви ещё немного постоял, оценивающе наблюдая за работой.
— Заканчивайте быстрее, — бросил напоследок и направился в конюшню.
Довольно вильнув хвостом, кот хотел незаметно прошмыгнуть в конюшню. Но быстро позабыл про это, когда на хвост ему наступила Браус, что-то активно жестикулируя и совсем не смотря под ноги. Искатель взвыл, до чертиков напугав Сашу с Конни. Саша отбросила метлу в сторону и в два быстрых шага оказалась рядом с Конни.
— Саша, чёрт тебя дери!
— Откуда здесь кот? — проигнориров недовольство друга, Саша с интересом и недоумением смотрела на животное.
Кот поджал хвост, зло зыркнул жёлтыми глазищами на, как он успел подумать про себя, горе-разведчицу.
— Чуть не отдавила мой драгоценный хвостик! Под ноги смотреть надо. Немыслимо, — ругался вслух, а разведчикам слышалось только недовольное «Мяу, мяу, мяу!».
— Чего это он? — Саша склонила голову на бок.
— Может быть ругается на твою невнимательность, — фыркнул Спрингер. – Я где-то слышал, что коты умные.
— Я его не видела.
— Говорю же: невнимательная.
— Неправда!
Они отвлеклись, полностью погруженные в словесную перепалку. Искателю выдался отличный шанс улизнуть под шумок. Только он обрадовался этому, хотел убежать, как...
— Попался!
«Вот зараза!»
Протяжное «Мяяяу!» никак не помогло, и его не поставили на землю. Кот всем видом показывал своё недовольство, пытался извернуться. Но женские руки взяли его под лапы, и через секунду чёрная злая моська уже была на уровне лица наглой женщины, которая, по его скромному кошачьему мнению, посмела прикоснуться к нему.
— Какой славный! — Ханджи широко улыбнулась, с любовью смотря на неожиданного гостя.
Неожиданный гость радости не разделял. Жёлтые глаза со всем презрением угрожающе прожигали Ханджи.
— Отпусти меня, женщина, сейчас же. Я — сама тьма и злость. Я сожру твою душонку, а ну пусти! — шипел и рычал рычал, опасно дергал хвостом из стороны в сторону. Но Ханджи хоть бы хны: минуту она смотрела на зверька, а потом залилась смехом.
«Вот несчастная» — обреченно пронеслось в мыслях, и кот уже смотрел на эту наглую женщину оскорбительно. С досадой подумал, что очень печально не иметь возможности говорить на человеческом языке. Вернее, его понимают только его хозяйка или другие ведьмы и маги. Но больше никто, а так обидно становится порой, что нельзя высказать своё недовольство!
— Ты потерялся, малыш? — ласково спросила Ханджи. – Бродишь тут совсем один. Маленький...
— Чего застыли? Ханджи, что у тебя в руках? — Леви приближался к ним со стороны конюшни. Заметив, что Конни и Саша снова болтают без дела, он уже хотел отчитать их как следует, но заметил Ханджи с каким-то чёрным комком в руках. Чем ближе подходил, тем сильнее хмурился. – Это ещё что за?..
— Смотри! — перед его лицом возникла кошачья моська. В жёлтых глазах — вселенная боль и обреченность. Леви опешил. Секунду смотрел на кота, который покорно висел в чужих руках, а потом перевёл взгляд на радостную Ханджи. – Может оставим?
— Зачем? — он скептически окинул кота взглядом.
«Вот именно: зачем?! Не надо меня оставлять, не хочу, пустите, убивааают!».
— Какой ты нудный, — Зоэ притянула кота к себе. – Если ты не знал, коты могут мышей ловить, змей. Да хотя бы просто. Будет у нас в штабе кот. Друг, который будет радоваться нашему возвращению с вылазок. Правда, малыш? Ты же хочешь жить у нас? — она притянула кота ближе к лицу.
— Ну, во-первых, нет у нас ни мышей, ни змей. Во-вторых, допрыгаешься и получишь лапой по лицу, и в-третьих, — на этих словах он обратил внимание на Конни и Сашу, которые с любопытством поглядывали. – Какого вы опять без дела торчите? Всё убрали? Бегом, я два раза повторять не буду!
Браус и Спрингера как ветром сдуло, подняли мëтла и продолжили работу. Послышалось удивленное «Оу!». Леви перевёл взгляд в сторону Ханджи и кота.
— Он чуть по носу меня не царапнул, — смеялась Ханджи, а потом с улыбкой посмотрела на Леви. – Ну ты посмотри какой! На тебя похож.
— Ханджи, — Леви устало вздохнул. – Отпусти бедное животное. Ему и так не повезло забрести сюда.
— Эй, на что ты намекаешь? — ощетинилась Зое. – Я не отпущу его на произвол судьбы. Может он голодный, потерялся и это чудо, что он забрел к нам, а не был съеден собаками в какой-нибудь подворотне. Ауч!..
Кот укусил Зоэ за запястье. От неожиданности она выпустила из рук животное, осматривая повреждённую руку. Несколько кровавых капель проступили на небольшой царапине.
— Вот же чёрная морда, — она зыркнула в сторону кота. Тот только вильнул хвостом и скрылся прочь за пределами двора штаба.
— Тц! Что я тебе говорил, очкастая?
***
— И что ты можешь сказать, Борис? Борис уже вернулся в дом и застал свою хозяйку на кухне: она ставила бледно-оранжевые орхидеи в высокую вазу. — Всё как ты и говорила, моя хозяйка. Энергия бьёт ключом, его души хватит надолго, — мурлыкнул Борис. – Но одного не пойму: почему её нельзя оставить на десерт? Редко выпадает шанс найти человеческое создание с переполненной энергией, мррр. — Ох, Борис, — добродушно улыбнулась Саманта и почесала его за ушком. – В том то и дело, что лучше не оставлять на потом такую редчайшую сладость. А брать прямо сейчас. — Не знаю, что там за душа такая, но Саманта права. Саманта и Борис обернулись. В проходе показался Эмиль. Высокий мужчина приятной аристократической наружности. Его мягкий голос дарил зачастую успокаивал, а в лазурных глазах плескались безграничные отцовская любовь и нежность. Постукивая лакированной тростью, он подошёл ближе: — Охота на души — дело тонкое, мой дорогой кошачий друг, — его глаза с интересом блеснули. Маг словно оживал, когда разговор заходил о душах. Эмиль и сам маг, в прошлом охотник за душами. Но охоту пришлось оставить после рождения Саманты, а сам искатель Эмиля погиб за три месяца до появления ведьмы на свет . А без искателя маг или ведьма — ничто. Эмиль учил Саманту всему, о чём знал сам: об охоте, о душах, как их различать и где искать, про искателей, которые сами выбирают своего хозяина. — Искатель никогда не ошибается в своём выборе. Собственно как и хозяин. Если вас обоих манит эта душа, то человеческому созданию осталось недолго, — Эмиль улыбнулся уголками губ и тихо усмехнулся пару раз: ему доставляло огромное удовольствие, когда его дочь делала успехи. – Я горжусь вами обоими. Даже у меня в такое время не было такого редкого трофея. Поведайте старику, что там за душа? — Никакой ты не старый, папа, — Саманта отложила цветок в сторону и нахмурила брови. – Не говори так о себе, — её черты лица вмиг смягчились. – А душа необычная. Интересная. Энергии много, и Борис это подтвердил. — Ценой своего хвоста между прочим! — буркнул Борис. – Мало того, что хвост отдавили, так ещё чуть насильно не оставили. Бардак! Ну и я не промах, — он самодовольно улыбнулся. – Укусил эту наглую женщину, чтобы отпустила. Но всё равно беспорядок! Где это видано, чтобы с искателями так обращались?! Я пойду в суд и буду жаловаться, знайте! Ворчание Бориса заставило улыбнуться отца и дочь. А Борис всё негодовал и жаловался на людей: что же это делается, и вообще такое отношение позорило его честное имя. Ну и что, что они не знали, что Борис —непросто кот? — Боюсь, наш и человеческий суд сильно отличаются, — серьёзно произнёс Эмиль, а Саманта не смогла сдержать смешок. У магов, ведьм и искателей есть отдельный суд, который разбирал такие дела, как: похищения, намеренное убийство души человека (если охотника опередил другой и уничтожил душу человека из личных мотивов), оскорбительное отношение к искателям и т.д. — Пф, — фыркнул Борис и отвернулся к окну.***
Когда Саманта решила пройтись по городу, то не ошиблась. Будто знала, что её жертва будет здесь в то же время, что и она. Борис был прав: энергией несло за километр, а он от неё буквально в нескольких шагах. — Значит мы немного поиграем, — на губах заиграла хищная улыбка. Саманта направилась к Леви, который уже хотел зайти в небольшую одноэтажную чайную лавку. — Подождите! — окликнула. Если он сейчас скроется внутри, то вся её охота насмарку. Этого она допустить не могла. — А? Что? — капитан повернул голову. К нему бежала девчонка: определённо гражданская. Рыжие волосы доходили до плеч и были прямыми, что удивило Леви: он бы никогда не подумал, что гражданские девушки будут стричь волосы коротко. — П-подождите.– Саманта остановилась рядом с ним. Надо выглядеть максимально естественно: растерянной и напуганной. – Пожалуйста, помогите мне..прошу. — Что случилось? — Леви нахмурился. — Мой кошелёк..я…меня обокрали. Сама не местная, только приехала, а тут такое произошло. Прошу вас, помогите, — она схватила запястье Леви двумя руками и слегка поддалась вперёд. — Я думаю, вам лучше обратиться в полицию. Они справятся лучше меня, — он хотел было освободиться из её хватки, но она только сильнее пальцами вцепилась в его руку. Её взгляд изменился. Леви тяжело сглотнул: зелёные глаза смотрели на него с таким холодом, будто намеревались заморозить. От такого взгляда даже сильнейшему воина человечества стало не по себе. Было что-то потустороннее. Что-то, отчего нельзя скрыться, как бы не хотелось. — Я сказала, что ты идёшь со мной, — зелёные глаза внезапно стали ярче. Леви не мог оторвать от них взгляда. Он смотрел и будто падал в страшную тёмную пропасть. – Ты слушаешь меня очень внимательно, а потом мы с тобой расходимся и больше никогда не увидимся. Идём. Она направилась к какому-то переулку. Леви, как загипнотизированный, следовал за ней. Почему-то не хотелось сопротивляться, послушно давал ей уводить себя в безлюдное место. Остановились, и Саманта прижала его к стене. Вот оно, сладостное предвкушение. То, что она наконец заберёт себе. Всё и без остатка. А его тело ещё проживёт сутки-две, но будет бороться с ужасной лихорадкой: шансов нет. — Милый, — нежно произнесла она. Очертила острым ноготком линию скулы и надавила наподбородок. – Посмотри на меня, — он сделал, как ведьма и велела, а она улыбнулась от такой покорности. Только за этой улыбкой прятался хищник, а в красивых глазах плескались азарт и смертельный огонь. – Просто чудесно. Борис был прав: само очарование! И это всё моё! — Кто ты такая? — прохрипел Леви, напрасно стараясь вернуть контроль над своим телом и разумом. — Ну-ну, — притворно обиженным голосом произнесла она. – Я Саманта, считай, что я — твой ангел, дорогой, — она игриво и почти невесомо провела ногтем вниз по его шее. – До чего же прелестно. Ну ладно, поиграли и хватит, пора и душу свою мне отдавать. Я не сделаю больно, обещаю. Её ладони легли с двух сторон на шею Леви, и пальцами слегка надавила. Он открыл рот, а глаза метались из стороны в сторону. Леви это делал не по своей воле. Околдован, и рыжеволосая смерть заставляла его творить всякое. Саманта облизнула нижнюю губу и сама открыла рот, предвкушая сладкий вкус желанной души. Надавила пальцами на шею сильнее, отчего Леви попытался высвободиться, дергая плечами. Одна жалкая попытка не увенчалась успехом: даже он бессилен перед самой ведьмой. Особенно, если эта ведьма настроена получить своё. Однако только Саманта хотела втянуть в себя его душу со всей энергией, которая прозрачной нитью покидала бы его тело, как тут же нахмурилась. Отстранилась и слегка пошатнулась. Зелёные глаза в замешательстве бегали по его лицу. Секунда, и вот с Леви уже спали её колдовские чары. Ещё секунда, и он уже хотел сделать шаг вперёд, грубо схватить её за предплечье и прижать к стене. — Stare! — если бы резкое заклинание не слетело с губ Саманты, то она бы уже ничего не успела сделать. Леви остановился, не в силах сдвинуться с места. — Что за... — но хотя бы в сознании остался. – Кто ты, чёрт тебя дери, такая?! Саманта с облегчением выдохнула, подошла ближе. Уже не было уверенности, на лице не играла приторно-сладкая улыбка, за которой прятался оскал. Не было больше азарта, а сама она не играла с ним. Минутная растерянность. Саманта лихорадочно думала, что делать: энергии было много, да, но отнюдь она не из самых приятных. Израненная душа так и кричала, давала о себе знать, и Саманте было ужасно жаль её. Не человека, а душу. Людей Саманта никогда не жалела: отец всегда говорил, что в первую очередь страдает душа. Если человек лишится её, то ничего не изменится — душа будет изнывать от боли, а человеческая оболочка так ничего и не почувствует. — Людей жалеет наша душа, Саманта, — поучительно говорил Эмиль. – Она жалеет, страдает, любит. Без неё человек ничто, и наша задача — обеспечить душам покой. Саманта поджала губы. Обеспечить душам покой. Но разве израненная душа выдержит этого вмешательства? — Я Саманта, — наконец она ответила спокойным голосом. Исчезла вся наигранность. – Изначально я пришла забрать твою душу. Приходит время, когда каждая душа подвергается охоте таких, как я. Нас много. Вот только охота возможна лишь тогда, когда приятные воспоминания балансируют с ужасными или перевешивают их. В ином случае душа может не выдержать вмешательства, и в итоге рассыпается. А этого такие как я допустить не могут. Леви её объяснения ни о чём не говорили. Какая душа, какое перемещение. Что она такое? Жаль не мог пошевелиться, только говорить и прожигать её ледяным взглядом. Как загнанный в угол раненный зверь. — К чему ты клонишь? — он нахмурился. – Какая ещё душа, что за охота? Ты больная? Внезапно ведьма рассмеялась. Только в смехе этом ничего весёлого не было. — Ох нет, дорогой. Я ведьма, и я должна была сегодня забрать твою душу, но вся охота насмарку. Твоя душа настолько изранена, что с мольбой просит меня не трогать её! Я даже чувствую это! — она повысила голос, подошла ближе и положила ладонь на щёку Леви. Он поморщился только. – Но не волнуйся. Мы заключим сделку. — Я не... — А я и не спрашивала, глупый, — она усмехнулась. На губах заиграла улыбка: нежная и любящая. – До тебя мне дела нет, а вот твою душу мне жалко. Охота за душами — дело тонкое, — её дыхание опалило мочку уха, и Леви снова попытался дернуться. – Поэтому давай так, — звонко прощебетала и посмотрела ему в глаза. – Сейчас я отпускаю тебя, но буду забирать твою душу по частям, чтобы не навредить. Когда тебе станет невыносимо, и душа начнёт изнывать, то ты будешь звать своего рыжеволосого ангела, — она усмехнулась. – А я через заклинание на расстоянии буду забирать всю негативную энергию. Под конец, когда энергия будет балансировать, я наконец приду и заберу то, что принадлежит мне. Ей было весело. Собственный план казался идеальным. — Не боишься, что я расскажу о тебе? – прошипел Леви. — Не расскажешь, — уверенно ответила Саманта. – Ты забудешь наш разговор и условия сделки. Но твоя душа всё запомнит и сделает так, как надо. Мы не прощаемся. Саманта не дала ему сказать ни слова. Ласково прильнула, вкладывая в поцелуй всю нежность и силы. Часть души потянулась, охотно отозвалась, чувствуя спасение. Ведьма чувствовала сладкое тепло, которое наполняло её тело. Прильнула к губам сильнее, пальцами впилась в мужские плечи. Леви никак не реагировал, но этого и не нужно было. Сильно прикусила его нижнюю губу: языком слизала выступающую кровь. Леви выдохнул. Саманта провела языком по губе, как бы извиняясь. Отпрянула и довольно облизнулась. — Спасибо тебе. Я забрала достаточно, но не всё. А теперь, — её глаза сверкнули ярко-зелёным. – Забудь всё, что было сказано. И меня забудь. Сегодня ночью тебе приснится кошмар, и ты подумаешь, что я приснилась тебе. Пока Леви приходил в себя, Саманты уже и след простыл. — И что я здесь делаю? — он осмотрелся по сторонам и пошёл прочь. К чайной лавке.***
— Ты отпустила его? Тем же вечером Саманта сидела на кухне с отцом и пила чай. Бориса видно не было. — Да, — Саманта сделала глоток и поставила белую чашку на стол. – Я прекрасно усвоила твои уроки, папа. А его душа была настолько изранена, что другого выхода не было. Эмиль немного поразмышлял и согласно кивнул. — Всё так и есть. Я горжусь тобой. Ты сделала всё правильно, — Эмиль улыбнулся и с отцовской нежностью посмотрел на дочь. – Но всё же, — он хлебнул чай, — Скажи мне на милость. Когда настанет нужное время? Саманта улыбнулась: — Ещё не скоро. Но, уверена, я буду получать часть его души очень часто. Через поцелуй я наложила заклятие, — пояснила она. – Ему предстоит многих потерять и через многое пройти. Но так или иначе, я всегда буду рядом.
